His punishment

      Выйдя из дома, на плече с юной обладательницей рыжих волос, Крис тихо чертыхнулся. Он совсем забыл о своей машине. Придется одолжить у Вильяма, ведь оставить здесь эту юную алкоголичку он не может. Шатен переместил свою руку, которой придерживал Мун, ей на бедро, и немного подбросил девушку, взяв ее поудобнее. Ева оказалась гораздо легче чем он думал. На вид она выглядела тяжелее, а сейчас, Крису казалось, что он держит сорока пяти килограммовую девочку-восьмиклассницу. Парень вышел из дому без куртки, и все благодаря особе, что постоянно создает ему проблемы, и сейчас он мог заметить, как ощутимо резко снизилась температура воздуха. Легкий, но достаточно прохладный ветерок заставил его поежиться. Он трепал рыжую копну волос Евы, и задирал и без того короткое платье еще выше. - Можешь взять мою машину, если нужно. – Крис задумался, и не заметил, как следом за ним на улицу вышли Вильям и Нура. Он посмотрел на протянутую руку друга, в которой он держал ключи от своего Mersedes, и не задумываясь принял их. Крис знал, Вильям не оставил бы его без транспорта, вместе с пьяной Мун на плече. Он улыбнулся своим мыслям, Крис всегда ценил Вильяма, и всегда был ему безгранично благодарен, хоть и никогда не говорил этого вслух. - Спасибо, я привезу ее завтра. – имея ввиду машину, ответил Крис, на что Вильям только кивнул. Открыв одной рукой машину, он аккуратно приоткрыл дверь и принялся медленно усаживать хрупкое тельце рыжеволосой девушки на мягкое сиденье. Шистад говорил сам себе, что не хотел бы сейчас как-то искалечить девушку, иначе потом ему бы влетело от его папаши, а возможно еще и от ее, когда они бы заметили какие-то повреждения на ее коже. Да, сейчас он так осторожничает только поэтому, больше причин обходиться с ней так аккуратно, у него нет. Усадив рыжую на сиденье, Крис захлопнул дверцу машины, и хотел было уже направиться за водительское сидение, но ему преградила путь ненаглядная девушка его друга. Сатре. Она всегда не очень-то любила Криса, и он это прекрасно знал. Но когда речь не заходила о вечеринках, бухле и девушках, или же когда блондинка не проковыривала ему огромную дырку в мозге своими разговорами о феминизме, о равенстве полов и что нельзя так обращаться с девушками как обращается он, то они могли вполне нормально общаться друг с другом. Шистад удивленно вскинул бровь. Блондинка буравила его взглядом полным серьезности и даже какой-то суровости. Тогда он решил отшутиться, о чем сразу же пожалел, поскольку, даже не успев договорить то, что хотел, он уже получил маленьким, но достаточно крепким кулачком в грудь. - Ай! Больно же, Сатре! – возмутился он, но блондинка проигнорировала его реплику. Вместо этого она сказала то, чего Крис ну никак не мог ожидать: - Никогда не смей кричать на Еву. – лицо этой милой девушки сейчас не выражало никаких эмоций, оно было полностью серьезным. Таким серьезным, что даже немного пугало. - Что? – реплика Нуры, сбила его столку. - Не повышай на нее голос, никогда слышишь? – девушка так настойчиво сверлила его взглядом небесно голубых глаз, что Шистаду захотелось как можно быстрее убраться отсюда, ну или хотя бы отвернуться. Но он не был бы Крисом Шистадом если бы сделал это. – Это важно, Крис, - продолжила красногубая, - не кричи на нее. Для нее это много значит. Крис окинул взглядом стоящую перед ним девушку, в который раз убедившись, что говорила она полностью серьезно. Затем бросил короткий взгляд на Мун, что сейчас сопела на переднем сидении машины Вильяма, и снова посмотрел на Нуру. Его выражение лица с удивленного, сменилось таким же серьезным как и у Сатре. - С чего бы меня должны волновать ее чувства? – он снова приподнял бровь. Хотелось всем своим видом показать назойливой блондинке, насколько ему поебать на то, что она сейчас говорит, да и на саму Мун тоже. Но Нура ему не ответила, хотя лучше бы ответила, поскольку то, что она сделала дальше, просто выбесило Криса. Она всего на всего смерила Шистада внимательным взглядом и… Улыбнулась. И эта улыбка совсем не понравилась парню. Она будто бы говорила: «Я то знаю, что все не так просто.» Сейчас, он ощущал себя маленьким мальчиком, которого рассекретили. Узнали его секрет о том, что ему нравиться девочка из параллельного класса. Он хотел было уже сорваться с места, сесть в машину громко хлопнув дверью и уехать как можно дальше, только чтобы избавиться от этого чувства. Но ему повезло. Нура сама развернулась и направилась к Вильяму. Крис шумно выдохнул через нос и прикрыл глаза, будто бы таким образом хотел избавиться от напряжения, которое начало расти в нем как снежный ком от улыбки и взгляда Сатре. Когда он открыл глаза, его взгляд уперся в обеспокоенное лицо Вильяма, что стоял у двери. Блондинки рядом уже не было. Крис попрощался с ним коротким кивком головы, и направился к своему сиденью. Вильям размял шею, и недолго посмотрев вслед Шистаду, что сорвался с места словно ракета и умчался вдаль, он вздрогнул, так как на улице начинало холодать, и пошел в дом. По пути в свою квартиру он встретил двух бухущих в хлам второкурсниц. Они громко смеялись, и увидев Магнуссона начали что-то неразборчиво кричать ему и улыбаться будто блаженные. Вильям им лишь кратко улыбнулся и поспешил зайти в квартиру. Хорошо, что там уже никого не было кроме Нуры, и он мог расслабиться. Хотя, с этим он, наверное, поторопился, поскольку в квартире был просто свинарник. - Каждый гребынный раз… - пробурчал себе под нос парень, разглядывая комнату. Куча бутылок пустых и не очень, море пластиковых стаканчиков, окурки и косяки, что валялись где только можно… Он лишь прерывисто выдохнул, уже представляя себе как он это все будет убирать, и подойдя к музыкальному центру выключил его. Как только музыка перестала резать уши, стало даже как-то легче. Вильям огляделся, и понял, что его девушки нет рядом, что удивительно, ведь обычно, как только заканчивалась вечеринка, Нура сразу ожидала его со шваброй, ведром, и всеми теми принадлежностями для уборки в руках. А сейчас, ее и близко не было. Брюнет прошелся по дому, и нашел свою ненаглядную блондинку на кухне. Она сидела за столом, поджав ноги под себя, задумчиво смотрела в окно и что-то тихо напевала. На кухне царил полумрак, лишь зажженная свечка, что стояла на столе, освещала помещение. - Нура? Что ты здесь делаешь? – нарушил тишину Вильям. Девушка, услышав его голос, моментально развернулась у нему лицом и подарила ему счастливую улыбку. - Я уже хотела идти искать тебя. – в ответ парень тоже улыбнулся. Он заметил на столе бутылку красного вина и два бокала. Ему нравилась такая атмосфера. Тихая, романтичная, только для них двоих. Засунув руки в карманы, он оглядел блондинку взглядом хитро прищуренных глаз и одобрено кивнул. Затем, подошел к Сатре и положив ей руки на плечи, начал массировать. Девушка откровенно наслаждаясь движениями его рук, она прикрыла глаза и слегка запрокинула голову. - Сегодня какой-то праздник? – поинтересовался Магнуссон. - М… Да нет. – все так же расслабляясь от его рук ответила блондинка. – Просто, мне захотелось побыть с тобой наедине. - Да уж, твоя подружка нас тогда нахально прервала. – усмехнулся парень, вспоминая, как тремя часами ранее, Ева Мун не дала им с Нурой полностью насладиться друг другом. На это, Сатре широко улыбнулась и открыла глаза, обрамленные светлыми ресницами. - Да, Ева иногда бывает нетерпеливой. - Да уж. – посмеиваясь, Вильям обошел стул на котором удобно разместилась Сатре и заглянул ей в глаза. И хотя он знал, что блондинка не пьет, он видел, как в голубых омутах сейчас плескается алкоголь, или что-то очень на него подобное.– Нура Сатре, ты что пьяна? – улыбаясь, спросил он. - Только тобой, Вильям Магнуссон. – промурлыкала девушка, растягивая пухленькие губы в улыбке. Неожиданно, шатен подхватил девушку на руки и усадил на пустую столешницу, удобно устраиваясь между ее ног. Кухню наполнил девичий смех. - Что ты смеешься? – парень заправил выбившуюся прядь волос девушки за ухо, и продолжил держать ее лицо в своих руках. – Ты же хотела, чтоб я был романтиком. Вот, наслаждайся. - Вильям, - Нура продолжала хохотать, - у тебя не получиться быть не романтичным, даже если ты того очень захочешь. – ее ножки обвили бедра парня. - Так значит, да? – ответил он слегка охрипшим голосом и приблизился к шее блондинки, сильнее прижимая ее ноги к себе. - Именно. – смеясь ответила Нура. В этот же момент, губы парня крепко прижались к девичьей шейке и начали рисовать там различные узоры. Девушка откинула голову и издала чуть слышный стон. Но от ушей Магнуссона это не скрылось, поэтому он продолжил свое дело с немного большим напором. Нура ухватилась за его крепкие плечи. Ей нравилось чувствовать, как напрягаются его мышцы от прикосновений ее рук. Вильям оторвался от ее шеи и резко впился девушке в губы. От ощущения прикосновений ее мягких, пухлых губок к его, по телу бежали мурашки. Он сейчас чувствовал себя неопытным школьником, что впервые поцеловал девочку. Сейчас, он целовал ее, может и страстно, но это никак нельзя было назвать грязным. Ему нравилось целовать ее без языка, полностью ощущать ее губы. Сейчас, Вильяму вспомнились слова песни, которую он как-то услышал, еще, будучи в средней школе:

«По моей коже бежали мурашки,

Голос дрожал как у пятиклашки.

Ну же, скажи, что не против выпить по чашке,

Горячего кофе в моей компашке.»* Он улыбнулся таким мыслям. Но все эти «лишние» мысли улетучились из его головы в одну лишь секунду, как только пальчики девушки, чьи губы он истерзал, зарылись в его волосах. На это парень ответил полу рыком. Ему надоели эти игры, он подхватил блондинку и понес наверх.       Закончив разговор с Сатре, Крис кивнул Вильяму и поспешил сесть за руль. Ему хотелось как можно скорее уехать отсюда. Улыбка Нуры заставила его напрячься, чувствовать какую-то вину… Это ему совсем не нравилось, хотелось избавиться от этого противного, навязчивого чувства. Заняв свое место, он громко хлопнул дверцей машины. Будто этот громкий звук заставил бы те мерзкие, такие не характерные ему чувства исчезнуть из его головы. От сильного удара дверью, до этого мирно посапывающая девушка с огненными волосами поёжилась, но глаз не открыла. От этого ёрзания, Крис перевел на ее напряженный взгляд. Сейчас она выглядела такой… Умиротворенной. Когда Нура упомянула Мун, и сказала не повышать на нее голос, Крис почувствовал себя еще более мерзко. Он почувствовал, как в нем снова просыпается совесть. Как же он ненавидел это чувство. Оно заставляло его чувствовать свою вину, а Крис не привык чувствовать себя виноватым, не перед кем, ни в какой бы то ни было ситуации. В тот момент, в его сознании промелькнули моменты, когда он сильно прижимал рыжеволосую к гребанному подоконнику, когда кричал на нее… Да так, словно это она виновата во всех его бедах. Крису никогда не нравилось повышать голос на девушек. В такие моменты он чувствовал себя… Нет, не мудаком. Он мудак, и он прекрасно знает это и не видит в этом ничего плохого. Он чувствовал себя быдлом. Ущербным человеком, который только и умеет, что повышать голос на девушек. Крис встречал таких, и ни за что на свете не хотел бы быть похожим на таких индивидуумов. И хоть он и не смотрел на Мун как на девушку, именно девушку, которую можно любить, оберегать… Спать с ней в конце концов, ему все равно стало противно в тот момент, когда он орал на нее тогда на кухне. Шатен ударил руками по рулю. Ему не нравилось то, что его голову терзают такие мысли. Еще с самого раннего детства, его отец говорил ему, что он не должен чувствовать вину, он не должен чувствовать, что обязан кому-то, конечно кроме самого отца. Отцу Крис был обязан всегда, по крайней мере, тот так ему говорил. И его это бесило. За что ему быть обязанным отцу? За то, что покупает ему самые дорогие вещи? За то, что он пропихнул сына в одну из самых лучших школ Осло? Нет, Крис точно знал, что никогда не будет благодарен папаше за это, а уж тем более обязанным. Он знал, Шистад старший делал все это только ради того, чтобы откупиться от сына подобным образом. Да, Крис знал, что в недалеком будущем должен занять место отца в его компании, но до тех пор, он словно не существовал для папы. Да, он должен признать, что его это задевало, и даже очень, но так же он подавлял это чувство в себе, потому что Кристофер Шистад не должен чувствовать ничего подобного. Он вообще не должен ничего чувствовать. Посмотрев в зеркало заднего вида, шатен заметил, что его друг все еще стоит у порога и наблюдает. Ему не хотелось, чтобы сейчас кто-то смотрел. Смотрел на него. От этого становилось не по себе, казалось, словно глубокие, карие глаза смогут проникнуть в его голову и прочесть все его мысли. От этого становилось даже как-то жутковато. Ему хотелось уехать. Долой, от всяких взглядов, долой от людей и их мнения, подальше. По крайней мере, пока он не подавит в себе все те чувства, что пробудились в нем с недавнего времени. А если по правде, которые пробудились в нем с тех пор, как в город приехала Ева Квиг Мун. Он поправил челку, что спадала на глаза, и вжал педаль газа до предела. Машина сорвалась с места и уже через пару секунд скрылась за ближайшим поворотом. Он бежал. Бежал ото всех, потому что чувствовал себя виноватым. Виноватым перед гребанной Евой за инцидент на кухне, виноватым перед чертовой Нурой Сатре, что ковыряет мозг не хуже его дорогой мамаши, кстати из-за того же инцидента, но самое главное, виноватым перед самим собой. Крис чувствовал вину перед самим собой, потому что в этот вечер он пошел против своих принципов. Против принципа ничего не чувствовать. Два года назад, он поклялся себе, что не позволит никому влезть к себе в душу, голову или сердце. Что никогда не будет чувствовать. Ведь так проще. Проще жить. Но сегодня, все это принципы, все рухнуло. И все из-за Квиг Мун. Сегодня, он почувствовал как в нем просыпается совесть, и ничего не смог с этим поделать. Крис знает, как трудно прятать в себе чувства, как трудно подавлять их и прятать в самый дальний уголок сознания. И все это два года упорного труда испарились, все напрасно, ведь из-за Мун, все это рухнуло всего за один вечер. Нет, Крис не злился. Он не знал что он должен чувствовать сейчас, возможно как раз потому, что не чувствовал ничего очень долгое время. Он не знал, хорошо ли, что его непробиваемая стена разрушилась в один лишь момент, когда четырьмя часами ранее, прижимая рыжую к долбанному подоконнику на кухне, он заглянул в ее глаза и увидел там боль. Он отчетливо видел ее, пускай и всего на мгновение. Шатен вжимал педаль газа в пол и мчался по ночным улицам Осло. На дорогах почти никого не было, было так тихо и спокойно. Он наблюдал за яркими фонарями, что промелькали за окном быстрее скорости света, а в голове постоянно, как на репите прокручивались слова блондинки: «Никогда не повышай на нее голос. Для нее это много значит.» Это заставляло его задуматься, возможно именно поэтому он заметил боль и обиду в ее глазах, потому что кричал на нее? Черт! Все эти мысли о Еве заставляли его чувствовать себя мерзко. Словно он тиран какой-то. И чем больше он об этом думал, тем быстрее эти мысли крутились в его голове как в бесконечном круговороте. От этого сумасшествия Криса отвлек звук оповещения на телефоне. Краем глаза следя за дорогой, он взял телефон в руку. Одно новое сообщение. От кого: Вильям. «Пожалуйста, позаботься о ней, Крис.» 03:25. - Пф. – фыркнул Шистад, блокируя телефон. – Скажи спасибо, что я вообще забрал ее. – пробурчал он переводя взгляд на дорогу. – Позаботься. Я ей что, папочка? – бурчал он. Это заставило его перевести взгляд на спящую рядом девушку. Ева свернулась калачиком на мягком сидении (насколько это было возможно) и поджала ноги под себя. Она тихо посапывала, но иногда хмурила брови и бубнила себе что-то под нос. Ее рыжие волосы были в полном беспорядке, запутанные, помятые, и еще кажется, Крис увидел там кусочек какой-то еды. Неожиданно для себя, парень улыбнулся. Ева выглядела сейчас такой «помятой», он должен признать, ему доставляло это удовольствие. - Это тебе расплата за то, что свалилась на мою голову. – усмехнулся шатен. В ответ Ева что-то пробубнила, видимо не так уж крепко она и спала. Еще бы. Она все еще была зеленой, видимо вырвала еще не всю ту гадость, что успела влить в себя за сегодняшний вечер. (а может и ночь…) - Ты… Ты, - пыталась вымолвить рыжая, но язык заплетался как у алкоголика со стажем, - ты кусок дерьма, Шистад. – на выдохе произнесла она, и снова провалилась в бездну сновидений. - Пошла ты. – спокойно ответил ей Крис, все так же усмехаясь. Он не злился на Еву, он не хотел наорать на нее или выставить из машины, чтобы добиралась до дому сама. Нет. Сейчас он был полностью спокоен. Круговорот из мыслей в его голове наконец-то утих, и совесть больше не давала о себе знать, так что он расслабился. Видимо, правду говорят, ночью, человек как никогда открыт для мира. И нет, он не поменял своего решения по поводу Мун, он все так же намерен оттолкнуть ее. Ему не хотелось общаться с ней, помимо случаев, когда его отец будет того требовать. Ну а сейчас, он хочет, наконец отвезти ее домой. А так как Вильям просил позаботиться о ней, то скорее всего к себе домой, уложить ее спать, а уже утром выставить за дверь как блохастую псину. Да, именно так он и поступит. И это предоставит ему невероятное удовольствие, наблюдать за выражением ее лица в тот момент. - Ты написал Крису? – промурлыкала сонным голосом Сатре, лежа у Магнуссона на груди. Многочисленные оргазмы подействовали как трехчасовая тренировка в спорт зале, и сейчас девушка была вымотана до предела. - Да. Но он ничего не ответил. – Вильям положил руку под голову, а второй приобнял девушку. - Надеюсь, с Евой все будет хорошо. Мне не по себе от того, что я бросила ее в такой ситуации вместе с Шистадом. – вздохнула голубоглазая и сильнее прижалась к горячему торсу парня. - Перестань. Начни ты уже доверять ему. Он о ней позаботится, я уверен в этом. - Я должна стать совершенно другим человеком, чтобы доверить Шистаду Еву. Они же как кошка с собакой. Наверняка сейчас привезет ее в свой пустой особняк, положит на кровать и уйдет, а она, бедняжка, будет мучится от боли в желудке. - Не беспокойся об этом. – ответил Магнуссон, поглаживая девушку по голове. – Я знаю, что ты не думаешь о нем так плохо. И знаю, что ты знаешь, что он не такой уж плохой, каким ты его выставляешь. – улыбнулся парень. – Ты просто всегда хочешь подколоть его, или побурчать на него, знаешь ведь, как его это бесит, хитрюга. - Хах. – на лице девушки заиграла улыбка. – Раскусил меня, умник. Молодец. - Сегодня, когда я говорил с Крисом, я упомянул твой рассказ. Ну тот, про две разные энергии. Крис не хотел идти и налаживать отношения с Евой, поэтому я привел ему в пример две разные энергии, что постоянно отталкиваются друг от друга. Возможно это именно про этих двоих. Видишь, я, все таки слушаю тебя. Неожиданно, Нура вдруг разразилась заливистым смехом. - Что? Что такое? – приподнял бровь Вильям. - Ну ты даешь! Господи, Магнуссон, насмешил. – девушка пихнула его в грудь. – Да, ты меня слушаешь, но совершенно не слышишь! Я говорила совсем другое. Две противоположные энергии всегда находят друг друга и сливаются воедино. Так что, если Кристофер и Ева действительно, те самые энергии, значит в конечном итоге, они найдут друг друга и уже больше никогда не отпустят. - Вот я кретин. – засмеялся Вильям. – Действительно. – задумчиво произнес парень, а затем покосился на возлюбленную. - А значит ли это, Сатре, что мы с тобой и есть эти противоположные энергии? - Быть может, Магнуссон, быть может. – улыбнулась Нура, накрывая их одеялом.       Натертая до блеска машина Магнуссона припарковалась у дома Криса через двадцать минут. Шатен заглушил мотор и взглянул на обладательницу огненной гривы, что сейчас, скорее всего, видела не самое лучшее сновидение, так как лицо ее, загрязненное тушью, было напряженным. - Хм. – фыркнул Шистад. – Конечно, столько выпить, будешь ты нормально спать. Непроизвольно, скорее, по привычке, что выработалась за эти два года жизни «главного серцееда и знатного похуиста», взгляд глубоких, карих глаз скользнул по девушке и остановился на ее ногах. Только сейчас Крис заметил, что Ева совершенно босая. Ее черный педикюр на аккуратных ногтиках выглядел весьма притягательно, и создавал эффектный контраст между белоснежной кожей и черным, как смоль лаком. Также, он заметил, что кожа девушки вся покрылась мурашками. Парень нахмурил брови. Он осторожно протянул руку к расслабленному телу Мун, и аккуратно, не желая будить девушку, коснулся ее ноги подушечками пальцев. «Холодная, как лёд.» - пронеслось в мыслях, и Крис мысленно дал себе хорошего подзатыльника за то, что раньше не подумал о том чтобы включить подогрев салона, не май месяц все таки. Он не знал почему, да и если честно сейчас ему абсолютно не хотелось искать ответ, но он не хотел чтобы рыжеволосая замерзала. Шатен больше не медлил. Он вышел из машины, и обойдя ее, открыл дверцу со стороны сиденья Евы. Наклонившись, он отстегнул ремень безопасности девушки, и хотел было уже поднять ее, но почувствовал ее горячее дыхание у себя на щеке. И тут его как током прошибло. Приятное, и одновременно до чертиков пугающее чувство. Блять. Он не должен чувствовать подобное. Собрав свои, в один миг растерявшиеся мысли у себя в голове, Крис подумал, что не сможет одновременно нести на руках «спящую красавицу» и открывать дверь дома, или хотя бы достать ключи из заднего кармана джинс, поэтому пришел к выводу, что пора бы разбудить девушку. - Ей, Ева… - прошептал он, но зеленоглазая никак не реагировала. – Мун. – чуть громче добавил он. Девушка слегка заерзала на сидении и поморщила носик, но глаза не открыла. – Мун, просыпайся. – уже в голос произнес Крис и начал тормошить ее за плече. - Чего ты хочешь, Шистад?... – промямлила сонная и пьяная Ева, чуть приоткрыв глаза. Крис понял, что уже не добьется лучшего результата, поэтому начал пытаться оторвать (весьма соблазнительный) зад Мун от теплого сидения автомобиля. - Хочу, чтобы ты не заблевала Вильяму салон. – недовольно ответил парень, пытаясь поставить рыжую на ноги, но ее расслабленное тело никак не хотело поддаваться его действиям. – Давай же, Мун, помоги мне. – уговаривал ее Шистад, забрасывая руку девушки себе на шею, чтобы она могла за него ухватиться. Наконец, босые ноги Евы коснулись мокрого и холодного асфальта, от чего она вздрогнула и слегка приоткрыла глаза. Голова кружилась не медленнее карусели, но она смогла разглядеть большой особняк, выполнен в современном стиле. Заблокировав машину, и удостоверившись, что начинающая алкоголичка пусть и не уверенно, но хоть как-то стоит на ногах, Крис крепко обхватил ее одной рукой за талию и направился в сторону дома.