His punishment

      Правду говорят, от мятного чая клонит в сон… Она проснулась от холода, который царил в комнате, и обнаружила, что её голова покоится на груди Криса. На груди Криса… На груди Криса… На груди Криса… Если бы её попросили описать что она чувствовала тогда несколькими словами, то у неё ничего бы не вышло, потому что слишком много противоречивых эмоций и чувств переполняли её в тот момент, а из головы одновременно испарились все слова. Её сердце ускорило ритм в пару раз и теперь колотилось как бешеное, громко стуча о грудную клетку. И она молилась всем известным Богам, чтобы он не проснулся от этого громыхания, хоть и прекрасно понимала, что это и так невозможно и полная глупость. Она не хочет признаваться даже себе, но в тот момент ей было так… Спокойно. И это странно и неправильно, потому что она и сама прекрасно понимала, что лежать на груди у парня, который не является тебе парнем, да что там, которого даже другом назвать нельзя неправильно по многим причинам. Одной из которых, и самой главной, является Юнас — её парень. И тут в голову начали лезть неприятные мысли. А может ли она называть его парнем теперь? В груди больно кольнуло. В эту секунду она почувствовала себя такой… Беззащитной. Слабой. Девчонкой, у которой забрали мячик, и она балансирует на грани между тем чтобы расплакаться и нажаловаться маме. Она сама не заметила, как сильнее прижалась к теплой груди. Чувство беспомощности не покидало. Она не знала что будет дальше, не знала даже, что будет завтра, и это пугало её. Очень пугало. Она отвлеклась от своих мыслей, когда почувствовала, что шатен, которого она нагло использовала вместо подушки, пошевелился. Сама не знает почему, но зажмурилась и притворилась спящей, словно её отругают, если заметят, что она не спит. Шевеление не прекратилось, и на долю секунды она почувствовала невесомость. Он переложил её на подушку. Не было сил прикидываться спящей, и она приоткрыла глаза. Стоило ей это сделать, как адреналин в крови подскочил, как у нашкодившей девчонки, ведь она встретилась с его сонным, слегка растерянным взглядом. Он еще пару секунд смотрел на нее, затем моргнул. Она не могла не заметить его рельефной груди которую освещала луна, от этого её щеки залились краской. «Вот от чего девчонки в её школе были в таком восторге…» Да что с ней не так?!  — Спи, — прошептал он и от этого шепота мурашки пробежали по коже, — я закрою окно. Ей нельзя так на него реагировать. Нельзя! Это неправильно! Она уже сотый раз за эти пару минут повторяет это у себя в голове. Неправильно! Все это неправильно…

***

Первое о чем она подумала когда проснулась, последнее что она помнит, это как он укрывает её одеялом. Её глаза резко открываются, а зрачки расширяются. «Шистад…» Она медленно поворачивает голову, но парня рядом с собой не обнаруживает. Зато, она замечает, что замотана в кокон из одеял, как гусеница. Неужели она стащила с него одеяло, он замерз и ушел спать вниз? «Боже, как стыдно…» И ей правда стыдно. Раньше она бы злорадствовала, что это самовлюбленный кусок говна замерз ночью по её вине, но сейчас… Она чувствовала, что-то поменялось. Вот только она не решила еще, хорошо это или плохо. Первым делом она кинулась к смартфону, что лежал на прикроватной тумбочке. Ничего. Ни вызовов ни сообщений (не считая 2000 от девочек, которые она все никак не могла прочесть).Она ждала что он ей хотя бы напишет… Но видимо он и не собирается. Это ухудшило ситуацию. Если раньше она чувствовала только стыд, то теперь прибавились разочарование, тоска, переживания… Класс, молодец, Ева. За окном уже было светло. Сколько они проспали? Часов четырнадцать? Случившееся ранее очень вымотало, её так точно. Возобновив силы, все о чем она могла сейчас думать это кофе. Ей нужен кофе. Сжимая телефон в руке, она спустилась вниз. Крис сидел на кухне у окна, и попивал что-то из своей гигантской черной кружки. Ева очень надеялась что это кофе, и что ей полагается такой же размерчик.  — Доброе утро. — её голос слегка осип и прозвучал очень хрипло. Парень отвлекся от своего телефона и взглянул на неё. Его синяк, казалось, стал еще ярче.  — Доброе. — улыбнулся он краешком рта. — Будешь кофе?  — Умираю, как хочу! — выпалила рыжая, на что парень теперь улыбался во все тридцать два. Он поднялся с места, и вальяжно направился к заварнику. «"Слава Богу в футболке…» — мелькнуло в мыслях. Её и ночного вида хватило, от которого даже сейчас кровь приливает к щекам. Она присела напротив, и также уставилась в свой чёрный экранчик. Крис мельком оглядел её. Помятая футболка его бывшей, её же шорты, сомнительной длины (хотя за это он сейчас ей благодарен), синяки под глазами и спутанные волосы… А еще царапина на всю щеку. Девушка сидела и сосредоточенно пялилась в телефон. В эту секунду ему захотелось подойти, вырвать у неё из рук этот треклятый смартфон и выбросить в окно. Хватит уже её думать об этом обмудке. Хватит. Вместо этого, он налил её полную кружку бодрящего кофе, (ничуть не меньше чем его) и поставил перед девушкой на стол. Она оторвалась от телефона и подняла на него глаза.  — Спасибо. — она отложила телефон в сторону и протянула руки к напитку.  — Как щека? — поинтересовался он, присаживаясь на своё место.  — Это просто царапина, что с ней будет? — «довольно внушительная», — подумал Крис. — Заживет. Наступила тишина, и кроме сёрбающих звуков ближайшие десять минут её никто не нарушал. Они ненавидели друг друга столько, сколько вообще знакомы, и теперь, когда их отношения на неопределенной стадии, они просто не знали о чём говорить.  — Как глаз? — первой заговорила Ева.  — - Терпимо, спасибо что спросила. — он отпил из кружки и взглянул на неё, впервые за десять минут. Она поджала ноги под себя и постукивала ногтем по экрану телефона. Нервничает?  — Извини… — она осеклась, а он продолжил внимательно смотреть на неё, она опять колебалась, а это, как известно, приносило ему большое удовольствие. — извини, что согнала тебя с кровати. Я думала приготовить завтрак, чтобы загладить свою вину, но ты проснулся первым так что…  — Согнала меня? — он усмехнулся и издевательски посмотрел на неё. — Мун, ты меня не «сгоняла». Я проснулся и ушел варить кофе, растворимый не пью, не понимаю как можно пить это пойло. Ты же, мило дремала как ангелочек, тебя грех будить было. А ночью я проснулся от того, что ты дрожала как лист на ветру, пришлось закрыть окно и отдать тебе свое одеяло, так что… Твоей вины ни в чем нет. — он замолчал, и продолжил усмехаясь смотреть на неё, наблюдая как меняется выражение её лица. Девушка сидела и сгорала со стыда, с силой сжимая чашку с горячим напитком. «Обожжется ведь…» Почему блять она чувствует это?! Она, Ева Квиг Мун чего-то смущается. Шистад, это все он! Вдоволь насладившись выражением её лица, он продолжил:  — Да и я не привык завтракать, так что, если хочешь, можешь приготовить что-то себе, мой дом в твоём распоряжении.  — Я бы не отказалась от душа, на самом деле. — взглянула она на него, отпустив бедную чашку. Ладонь покраснела.  — Да, конечно, иди. Первая дверь слева. Полотенце сейчас занесу.       Допив кофе, Ева оторвала свою попку от стула и направилась на поиски душа. Дом у него был побольше её, но тем не менее очень похожим. Ванная была точь-в-точь как и её собственная, не считая метраж. Она подошла к раковине, и включив воду, принялась рассматривать себя. Бледная кожа, гораздо бледнее чем обычно, волосы тусклые, словно неживые, даже веснушек почти не видно, зато на лбу три свежих прыща… Словом здоровый вид! Смотреть на себя противно. Она размяла шею и её футболка (точнее футболка Ибен, которая полностью пропахла его одеколоном, его блядским одеколоном!) полетела вниз, а следом за ней и шорты. Пройдет еще некоторое время пока кофе начнёт действовать, а пока что её нужен душ, горячий, расслабляющий. (хотя расслабляться сейчас совсем нельзя). Она похудела. Стали видны рёбра, выделялись ключицы и кисти рук… Ева усмехнулась. Мама была бы довольна. Эта худощавая сука только и думает что о похудении, чтобы казаться моложе, и даже представления не имеет, как старит её худоба. Оставшись в трусах и лифчике, она оглядела себя. На руке красовался роскошный синяк, получше чем у Шистада будет. Она аккуратно дотронулась до (не то что синего, фиолетово-желтого) места пальцами и тут же одернула их. Больно. Так же, синяк был и на запястье. Маленький такой, почти незаметный, но был. Она обхватила запястье ладошкой, пальцы сомкнулись. Замечательно, Ева, пора записываться в ряды анорексичек. Внезапно, дверь отворилась, и в ванной показалась шатенистая макушка. Шистад!  — Какого…?! — опешила девушка. — Выйди, извращенец! Немедленно! — возмущена до невозможности, она принялась прикрывать руками оголенный живот и грудь. Реакция Криса, её порядком удивила. Он протянул ей огромное махровое полотенце песочного цвета и поспешил отвернуться. Что?! Она ожидала чего угодно, но только не этого. Но стоять и подолгу удивляться как идиотка Ева уж точно не собиралась. Она выхватила полотенце из рук парня, и быстренько обмоталась им вокруг. Оно оказалось настолько большим, что доходило ей почти до пят. Закончив, она наткнулась на напряженно изучающий… нет. Изучающе-напряженный (она не знала, как его назвать) взгляд карих глаз. Он с неподдельным (как Еве казалось) волнением смотрел на её руку. На самом деле, внутри него в этот момент все закипало и переворачивалось от дикой злобы. Хотелось сломать кому-то нос и выбить челюсть… А именно этому недоноску, за то, что сделал это с ней.  — Все в порядке. Спасибо за полотенце, можно я теперь все же приму душ? — аккуратно поинтересовалась Ева. Она хотела чтобы он оставил её одну. Только его жалости не хватало.  — Нет. — отрезал он. — Стой так. Ева хотела было возразить, сказать что-то колкое, как делала всегда, но что-то не давало ей это сделать. Возможно то, что Крис слишком быстро скрылся из поля её зрения, а кричать его вдогонку она не собиралась. Девушка выдохнула. Ей удастся сегодня помыться или нет? Шистад явился на удивление быстро, с тем самым тюбиком в руках, что ему вручили в больнице.  — Это твоя… — запротестовала девушка, но все произошло как и ожидалось.  — Если уж мой синяк будет обработан, значит твой тоже. Он бесцеремонно (но, тем не менее, не грубо) взял девушку за предплечье и подвёл ближе к раковине. Включив бра, чтобы было лучше видно, он быстро оглядел синяк. Выдавив немного мази, шатен растер её между пальцами, а затем очень аккуратно принялся наносить её на это разноцветное подобие космоса. Мун дрогнула и немного скривилась. Не больно, скорее очень неприятно. Да и не любит она, когда к ней прикасаются. Да, не любит. Но сейчас… Сейчас его пальцы, блуждающие по ушибленному месту, приносили ей никак не дискомфорт. Снова мелкая дрожь пронзила её, и она уже не знала, корить себя за это, или поддаться. Оторвав взгляд от пальцев Криса, она посмотрела на него. Он был как никогда сосредоточен и серьезен. Аж смешно от чего-то. Она заметила как «ходили» его желваки. Он злится? Если да то на кого, на неё?  — Я такой интересный? — прервал её размышления он. И снова это. То что она просто ненавидит во всей человеческой натуре, а особенно в себе. Смущение, сконфуженность. Мерзко от себя самой.  — Прекрати. — буркнула она.  — Прекрати что? Я тут вообще-то помогаю тебе.  — Делать то, что ты делаешь. Он выдохнул, остановился, и теперь была его очередь смотреть на неё. Его взгляд был усталым, возможно раздраженным, но где-то глубоко все равно танцевали чертята, она видела это.  — Я прекратил, довольна? — он помолчал, ожидая её ответа, но его не последовало, так что он продолжил: — Хочешь чтоб твоя рука распухла? М? — она потупила взгляд. От чего-то она чувствовала себя сейчас нашкодившей девчонкой, которую ругают за очередную ерунду.  — А теперь будь добра, перестань глазеть на меня и стой спокойно.  — Было бы на что глазеть. — пробурчала Ева. Закончив, Крис закрутил крышечку и вымыл руку.  — Что, даже «спасибо» не скажешь? — улыбнулся он. Но определить, когда его улыбка искренняя, а когда нет, было невероятно сложной задачей, так как все его улыбочки похожи на одну его ухмылку.  — Спасибо, что так и не дал мне насладиться душем. Ты в курсе, то после этой мази еще час мыться нельзя? — свела Ева брови к переносице. Крис хохотнул. От чего-то, его забавляла вся эта ситуация. И не только это, вообще все в целом. Он разрешил ей остаться, спать в его постели, поил кофе и даже принес как верный пёс полотенце чуть ли не в зубах… Реально смешно.  — Смешная ты, Мун. Выходи, раз все равно тратить воду не будешь.

***

Ева вышла из ванной уже в одежде. Пока девушка была в занята натягиванием на себя вещей, он о многом успел подумать, в частности и о сегодняшней ночи. Сегодня он провел ночь в одной кровати с той, чьё имя произносил с отвращением полтора месяца назад…  — Хм, — усмехнулся он, — подумать только… И что это все значит? Он не хочет думать о том, что чувствовал сегодня. Не хочет, потому что не сможет объяснить это. Он не безнадежный романтик, это точно, и никогда им не станет. Но то, что было сегодня ночью… Ему было хорошо рядом с ней. Хорошо… Давно он этого не чувствовал. Спокойствия… Впервые за последний год он всерьёз подумал над тем, чтобы отпустить. Отпустить то что мучает, отпустить Её. Его мысли прервала Ева, показавшаяся в гостиной. Ему было странно, странно непривычно наблюдать за тем, как вольно она ходит в его доме, распоряжается его вещами… В этом всем было что-то такое… Давно позабытое чувство стабильности. Он проследил за ней взглядом. Девушка прошла и села рядом на диван.  — Какие планы на сегодня? Это был достаточно простой вопрос, но отчего-то им обоим стало от него не по себе. Так обыденно он прозвучал, словно они задавали его друг другу каждый.  — Планы? — хмыкнул Крис. — Подписать чёртовы бумаги…  — Не боишься? — после недолгой паузы спросила зеленоглазая, сжимая в руке ткань футболки.  — А ты? — с легкой полуулыбкой взглянул на неё Крис? — от этой улыбки и её уголки губ невольно потянулись в стороны. Это было странно. Да все это было более чем странно! Но думать об этом не было сил. Их «гляделки» прервал звук сообщения на телефоне Евы, который остался лежать на столе на кухне. Девушка спохватилась и быстро метнулась в сторону кухни.  — Хм. — хмыкнул Крис. «Несложно догадаться чьего сообщения она так ждёт.» Ева подлетела к телефону, и взяв чёрный экранчик в руки начала быстро бегать глазами по строчкам входящего. Каковым было её разочарование, когда она увидела отправителя. Нура… Ей было стыдно за то, что она игнорировала подругу вот уже третий день, но сейчас ей было просто не до этого. Она выдохнула и запрокинула голову к потолку.  — Не парься ты так, — Крис, облокотившийся о дверной проём и наблюдавший за девушкой, напугал её. От неожиданности она чуть не подпрыгнула на месте. — Напишет твой ненаглядный. «Наверное…»  — Шистад! Да нельзя же так пугать! — воскликнула Ева. — Ты уже второй раз за это утро вторгаешься в моё личное пространство и… Мою личную жизнь!  — Шистад? — улыбнулся парень, — Я думал мы уже прошли эту стадию. И да, это мой дом, поэтому, я считаю, что «твоё личное пространство» несколько переоценено. — продолжил он, все так же улыбаясь.  — С чего бы это?! — она пропустила мимо ушей все сказанное им после, в голове засело лишь: «…мы уже прошли эту стадию…» «Что он имеет ввиду прошли?» — возмутилась про себя Ева, хотя и прекрасно понимала, что парень имеет ввиду, и её с потрохами выдавали её полыхающие щеки. А еще, её просто ужасно выводила его самоуверенная улыбка сейчас.  — И что это ты такой довольный? Сейчас не время расслабляться.  — Скажи это моему синяку. — фыркнул парень. — Юристы приедут ближе к часу, я обо всем договорился. Это его самоуверенное поведение очень злило Еву, хотя она и не могла объяснить почему. Внезапно, ей в голову пришло одно старое воспоминание. Она вспомнила, как посещала психолога три года назад, вспомнила, как тот говорил ей о защитной реакции. Все встало на свои места. Она внимательно посмотрела на него.  — Повторю свой вопрос, ты не боишься? Её цепкий взгляд немного… смущал? Сбивал с толку.  — А ты? — приподнял бровь Крис. А не боятся ли они?