Белый шиповник

Я определенно помнила, что, когда ложилась спать, была кем-то. Только никак не могла вспомнить, кем именно. А разбудил меня встревоженный мужской голос. - Кто вы такая, позвольте узнать? Как вы здесь оказались? Немедленно отвечайте! Я открыла глаза и узрела прямо перед собственным носом швабру. Держал это полезное приспособление домашнего труда весьма воинственно настроенный хоббит. Я открыла рот, чтобы с достоинством ему ответить… и тут же его закрыла. Мне нечего было отвечать. Кажется, еще совсем недавно я знала, кто же я такая, но теперь… Наверное, я не хоббит. И, определенно, не гном. На эльфа я, вроде, тоже не тяну. Значит, решено – человек. Хоббит, пока я занималась самокопанием, времени не терял, а взял да и ткнул меня своей шваброй в бок. Несильно и почти не больно, только как-то… обидно. - Ой! – воскликнула я от неожиданности и укоризненно посмотрела на хоббита. Он несколько смутился. По природе своей хоббиты создания вовсе не агрессивные, и, наверное, ему стало стыдно от того, как он себя ведет. Странно… подробности хоббичьей психологии я почему-то помню, а свое имя – нет. Я тупо продолжала сидеть на полу, привалившись спиной к какой-то этажерке. Находились хоббит и мое неопределенное «я» в комнатке, смахивающей на кладовую. Полки многочисленных этажерок просто ломились от различных съестных припасов. Неожиданно мой желудок пропел весьма громкую руладу, видимо, намекая на то, что «есть желаем-с, хозяин». - Простите, - глядя на хоббита снизу вверх из своего сидячего положения, торопливо сказала я. – Не бейте меня, пожалуйста, но я не могу ответить на ваши вопросы. - То есть как это? – хоббит даже швабру опустил, разом теряя всю свою грозность. - Я не только не знаю, как сюда попала, но даже и не представляю, кто я такая, - честно ответила я. - Воровка, вот вы кто! – хоббит снова поднял швабру и наставил на меня, стараясь при этом держаться от меня подальше. - Но, позвольте же, я… - И как ему объяснить-то… - У меня даже в руках ничего нет! И сижу я тут как-то не очень по-воровски. И одета неподходяще… По правде говоря, на одежду свою я обратила внимание в последнюю очередь, а зря, с этого надо было начинать. На мне было только нижнее белье, а поверх длинная, до колен, желтая футболка. Ногам уже стало холодно, и я поджала их под себя, устраиваясь поудобнее. Признавая мои, наверное, железобетонные, аргументы, хоббит отставил швабру в сторону, и сказал, указывая на мое лицо: - У вас ссадина на лбу, и синяк. Я приложила ко лбу руку и почувствовала противное опухшее образование, которое в ответ на мои действия болезненно запульсировало. - Я совершенно ничего не помню, - потерянно пробормотала я. – Кто я? Как меня зовут? Как я здесь оказалась? Глаза мои наполнились слезами. Хоббит, заметив это, совершенно растерялся и тут же засуетился. Он помог мне встать, и оказалось, что ростом я чуть выше него. За руку он потащил меня в другую комнату, усадил там в креслице, дал платок и принес чашку горячего чаю. - Давайте все же попытаемся познакомиться, - сказал он, когда я, аккуратно подув на чай, отхлебнула глоток. – Меня зовут Бильбо Бэггинс. - Очень приятно, мистер Бэггинс, - я улыбнулась сквозь слезы. – А почему я не помню своего имени? Вы ведь свое помните. Мистер Бэггинс пожал плечами. - Возможно, это последствие ваших ранений? Может быть, вы слишком сильно стукнулись головой? У меня иногда так бывает: иду я на ярмарку, засмотрюсь на каких-нибудь птичек или детишки, играя, перебегут мне дорогу, а я и забуду, что на ярмарке хотел купить. Мистер Бэггинс ласково улыбнулся. - Не расстраивайтесь так сильно, конечно же, вы вспомните свое имя. «Амнезия» всплыло из глубин подсознания красивое слово. Мне показалось, что оно имеет какое-то отношение к моему недугу. Вот только какое? И почему бы моему подсознанию не вытолкнуть из своих глубин на поверхность мое имя, а не дурацкие слова, которым я и значения-то не знаю! - Амнезия, - повторила вслух я, гадая, что же это значит. - О, вы вспомнили свое имя! – обрадовался хоббит Бильбо Бэггинс. - Не совсем, - расстроила его я. - А мне нравится, - возразил хоббит. – Давайте так вас называть, пока вы не вспомните свое настоящее имя? А коротко – Нези. - Лучше – Несси, - поправила я его, - так мне больше нравится. - Хорошо, - покладисто согласился хоббит. – Сейчас я вам еще что-нибудь принесу… хмм… переодеться. - И… можно что-нибудь поесть? – решилась попросить я. Бильбо Бэггинс как-то испуганно покосился на меня, словно прикидывая, много ли я могу съесть и вежливо ответил: - Конечно же. Сейчас и поужинаем, и подумаем, что с вами делать.