Оборачивая время вспять

Гарри уже был на вокзале Кингс-Кросс, когда вдруг понял: отыскать платформу девять и три четверти не так просто, если не сказать, что её вовсе не существовало. Последнее, конечно, казалось одиннадцатилетнему мальчику немного более логичным, и, не будь он уже знаком с Хагридом, поведавшим ему о магии, не стой здесь Поттер с огромным чемоданом, полным необходимых принадлежностей для учёбы в школе чародейства и волшебства, он наверняка бы посчитал происходящее странным. Но пока что странным считали только его; это можно было понять по косым взглядам, коими одаривали его стоявшие на платформе люди. Возможно, всё дело было в сове, которую Гарри взял с собой. Но всё это не заставляло его так сильно нервничать, как осознание того, что никто из присутствующих – ни дежуривший на вокзале полицейский, ни тем более прохожие – не знает как о Хогвартсе, так и о нужной ему платформе. Мальчик подумал, что Хагрид, скорее всего, забыл ему сказать, что нужно сделать, чтобы попасть на эту загадочную платформу. До отправки поезда оставалось около десяти минут, и Поттер, не переставая надеяться, продолжил искать взглядом кого-то или что-то, что бы могло помочь ему разобраться с ситуацией. И, как ему показалось, нашёл. К нему навстречу шли два мальчика, примерно его возраста, с такими же большими и тяжёлыми на вид тележками. Один из них был альбиносом, а другой – пепельным блондином с редким аметистовым цветом глаз. Гарри сам не знал, почему он был точно уверен, что эти двое - не англичане, но спроси его кто-то в данный момент о странной парочке, Поттер ответит: "Они иностранцы". Мальчишки громко смеялись; альбинос активно жестикулировал, веселя своего друга. У него в руках были билеты, очень похожие на тот, что Гарри сейчас держал в руках. По мере приближения этих двоих он сумел рассмотреть билеты получше и удостоверился в том, что они также "ведут" на платформу девять и три четверти. Может, стоит спросить у них? Нерешительно подойдя к чужестранцам, он подал голос: - Извините, не могли бы вы мне помочь? Пепельноволосый мальчик, мельком оглянув его, кивнул: - Смотря что тебе нужно. Сможем помочь - будем рады это сделать. Но, если честно, мы сами тут в первый раз. Уверенность Гарри в том, что он поступил правильно, обратясь к весельчакам, таяла, как шоколад в жару. - Вы ведь тоже направляетесь в Хогвартс? Я ищу платформу девяти и три четверти... - А, об этом нас предупредили, - перебил его альбинос. - Она между платформами девять и десять. Нужно пройти прямо через стенку между ними, преодолевая специальный барьер. - Спасибо, - несколько заторможенно отозвался Поттер, неуверенно рассматривая казавшуюся прочной кирпичную стенку. - Не трусь! - лиловоглазый положил ему на руку на плечо. - Если тебе это в новинку, мы поможем, - он подмигнул, проходя прямо к нужной стене и утаскивая немного шокированного Гарри за собой. - Хочешь - закрой глаза. Мальчик со шрамом кивнул и, закрыв глаза, толкнул тележку вперёд. К удивлению, ни тележка, ни он сам не столкнулись с преградой; немного отойдя в сторону, Поттер наблюдал, как поочерёдно из стены "вынырнули" его спасители. Они еле успели занять свободное купе. Альбиноса звали Гилберт, его друга - Иван. Как Гарри и подозревал, они не были британцами; Гилберт гордо поведал о том, что он является представителем Германии, а Иван - России. И только он собирался рассказать о причине, побудившей его приехать в Англию, как дверь в купе открылась и к ним буквально ввалился запыханный блондин с яркими зелёными глазами: - У вас есть ещё одно свободное место? Увидев иностранцев, он как-то забавно дёрнулся и практически закричал: - Вы! Я же вам сказал, никакого Хогвартса! - И тебе привет, Бровка, - широко улыбаясь, поздоровался с вошедшим русский. И только тогда Гарри заметил, что у блондина брови чёрные и достаточно густые; однако если внимание не обращать специально, то это почти не бросается в глаза. Также этот, без сомнения, его соотечественник, в отличие от двоих новых знакомых, ему не понравился. Были в его голосе какие-то истерические визгливые нотки, а во взгляде постоянно проскальзывала стервозная надменность. Мальчик со шрамом невольно сравнил его с тётей Петунией и едва не засмеялся. Особенно если вспомнить, как тётушка тряслась над Дадли... Интересно, а у маленького мужского клона Петунии есть свой Дадли? - Я сказал, что вам тут не место!.. - Не тебе решать, Арти. Мы хотим в Хог - мы едем в Хог, - ответил обладающий привычкой перебивать собеседников немец. - И ты вроде сесть собирался, так садись. Обжигая недовольным взглядом двоих друзей, Артур гордо вздёрнул подбородок и сел рядом с Гарри. После чего, в общем, его и заметил. - Кстати, я не представился, Артур Кёркланд, - слегка кивнул англичанин. - Гарри Поттер, - нехотя назвал мальчик своё полное имя. - Тот самый Поттер? - немного удивлённо вопросил Артур. - И как вы двое умудрились с ним столкнуться? - он покосился на абсолютно равнодушных ребят. Иван явно открыл рот, чтобы что-то ответить, но Кёркланд отмахнулся. - Потом объясню. Вы уже решили, на какой факультет хотите попасть? - А какие факультеты есть в Хогвартсе? - спросил Гарри. Артур снова с изумлением уставился на него, но Гилберт фыркнул: - Он явно маглорождённый, видишь же, что он ничего не знает, хватит так реагировать! - Кёркланд захотел возразить, как и сам Поттер, но Гарри принял благоразумное решение молчать, а Артур снова был перебит. - Всего в Хогвартсе четыре факультета: Гриффиндор, Слизерин, Хаффлпаф и Райвенкло. На Гриффиндор попадают в основном ребята храбрые и благородные, они легко находят приключения, но элементарного терпения и предусмотрительности им зачастую не хватает. Тем не менее лучшие из них становятся аврорами. Это некто вроде магов-полисменов. Слизерин - удел хитрецов. Они достаточно амбициозны, но очень осторожны. Воспитание там может дать хороший старт в жизни, если ты планируешь быть политиком. Райвенкло - колыбель для учёных. Этот факультет принимает под крылышко самых умных волшебников с неизменной тягой к знаниям и пытливым умом. Хаффлпафцев считают простачками из-за того, что они зачастую очень добры, но следует помнить, что также их выдающимся качеством является упорство. Там, где талант может ничего не достичь из-за лени и отсутствия мотивации, бесталанный хаффлпафец сможет чего-то добиться. Гарри принялся осмысливать сказанное немцем. - Арти, ты, кажется, говорил, что хочешь к змейкам? - потянувшись, спросил Иван. Тот в ответ кивнул: - Да. Слизерин - лучший факультет для меня. - А я ещё не решил. - Я тоже, - неохотно отозвался Гилберт. - Рих точно в Райвенкло попадёт, а он мне явно не светит, - пробормотал мальчик. - Что насчёт тебя, Гарри? - Я даже не знаю... Гриффиндор? - немного неуверенно отозвался мальчик. Хаффлпаф не прельщал, Райвенкло точно так же "не светил", а большая политика была делом грязным, а значит, воспитание Слизерина также не отличалось высокой нравственностью.

***

Драко Малфой лучился самодовольством. Ему наконец-то предоставилась возможность показать, насколько он хороший представитель древнего чистокровного рода, и радость от этого омрачалась лишь охраной в лицах, а точнее жирных туповатых мордах (про себя Драко не стеснялся в выражениях), Крэбба и Гойла, но и это можно было стерпеть. Отворив первое попавшееся купе, он увидел своего ровесника субтильного телосложения с тёмно-каштановыми волосами. Незнакомец нечитаемым сквозь линзы очков взглядом прошёлся по трём фигурам, застывшим у дверей, и предвосхищая вопросы кивнул на свободные места: - Можете садиться. Малфой быстро подсел к нему, заставив своих спутников опуститься на сидение напротив. - Меня зовут Драко Малфой, - произнёс он. Сосед его очень заинтересовал. - Родерих Эдельштайн, - слишком звонко выговаривая "р", ответил на приветствие мальчик и поправил очки. Его глаза светились необычным фиалковым оттенком. Драко отметил про себя, что у магов очень часто была экзотичная внешность, но цвета глаз это касалось редко. - Ты иностранец? - Я родом из Австрии, - кивнул Родерих. Необычный акцент немного резал слух. - Я, правда, не горел желанием ехать в Англию, но кузен, заразившийся этой идеей, был достаточно настойчив. Да и, стоит признать, Хогвартс стал для меня лучшим вариантом. - Разве Дурмстранг не ближе? - стараясь скрыть удивление, спросил Малфой. - Ближе. И программа более... Насыщенная. Но, увы, условия учёбы достаточно суровы, просто спартанские. Пусть результат и впечатляющий, но я не стремлюсь стать непобедимым воином, так что настолько рисковать ни к чему. Драко подметил, как сдержанно и горделиво держался австриец. Наверняка из чистокровных, чувствуется воспитание. Достойное знакомство; у него определённо хорошо работала интуиция, раз он решил зайти именно в это купе. - Если у тебя будут вопросы касательно Хогвартса или Англии в целом, ты всегда можешь обратиться ко мне, - ответил он. - Боюсь, в этом нет необходимости. Всё, что только можно об этом знать, мой кузен мне наверняка сообщил. У вас, кстати, странное распределение по факультетам: отбирают по характеру, а не способностям. Это очень нерационально, - отозвался Эдельштайн. - Как в таких условиях развиваться стихийным магам или, к примеру, некромантам? - Некромантия у нас вообще запрещена, - с усмешкой уведомил англичанин Родериха, пока Крэбб и Гойл изображали мебель, что было, в целом, недалеко от правды: интеллекта столько же. - А стихийный дар зачастую семейный, так что обучение этому происходит в домашних условиях. - Дикость, - тихо буркнул австриец. - Англия слишком консервативна. - А Европа, как нам сообщают, предаёт многовековые традиции, - с явным пренебрежением к источникам сей информации ответил Драко. - На какой факультет ты бы хотел попасть? - Райвенкло. Там точно не будет одной надоедливой личности, так что я буду очень рад оказаться там. Да и синий цвет мне идёт. - Вся моя семья училась на Слизерине. Я надеюсь продолжить традицию. Это лучший факультет!

***

Гарри с тихим весельем наблюдал за перепалкой между англичанином и русским, которая разгорелась буквально из-за какой-то мелочи. Несмотря на это, обстановка была очень дружеской и тёплой: ни один из спорщиков не был по-настоящему зол, изредка встревавший Гилберт подливал масла в огонь, а Поттер просто тихо посмеивался, глядя, как раскрасневшийся возмущённый Артур что-то с жаром доказывал спокойно возражающему с заразительной улыбкой Ивану. Эту чарующую атмосферу разрушило вторжение в их купе. Дверь открылась, и в проёме показалась девочка примерно их возраста с буйной копной волос и жуткой самоуверенностью во взгляде. - Никто не видел тут жабу? Невилл её потерял. Сочувствуя незнакомому Невиллу в том числе потому, что он знаком с этой бесцеремонной особой, Гарри покачал головой. Гилберт на это фыркнул: - Нет, мисс, но если Вы так волнуетесь о её судьбе, я лучше сам опрошу остальных пассажиров, ибо я больше волнуюсь о них. Он даже встал со своего места в доказательство этих слов. Лохматое недоразумение оскорблённо удалилось, а немец вздохнул и отправился оповещать всех о малолетней растяпе.

***

Разговор понемногу сошёл на нет, но это было отнюдь не плохим знаком: Малфой понимал, что их дальнейшее общение будет не к месту. Он не собирался быть просто хорошим знакомым для австрийца, отчаянно желая стать его другом, а потому узнавать его следовало понемногу и без спешки. Родерих читал небольшую книгу, на обложке которой находились специфические чары. Распознать их было непросто, но Драко это удалось: буквы немного расплывались, а картинки иногда будто вздрагивали, но тут же возвращались на место. Раздался деликатный стук. - Войдите, - мельком оглянув соседей, отозвался Родерих. В купе вошёл альбинос (Малфою сегодня жутко везло на редкости) примерно их возраста. Австриец вздохнул, осел и накрыл лицо книгой. - Я надеюсь, вы видели где-то здесь сбежавшую от одного криворуки жабу? А то мне уже надоело ходить о ней спрашивать... - скривился вошедший мальчишка. И что-то в нём показалось Малфою знакомым. Звонкая "р", сквозившее в каждом слове достоинство, гордая осанка. - Ро-о-одерих, вот ты где! А я тебя ищу, ищу и найти не могу. Нехорошо амулетами от поиска и слежки пользоваться. Англичанин мигом понял, кто был той самой надоедливой личностью, которой Райвенкло был не по зубам. Это наверняка и был кузен Эдельштайна, которого, кстати, Родерих старательно игнорировал. - Рих, я тебя вижу. Ноль реакции. Драко, полный радостного предвкушения, уставился на Гилберта, который решил лезть прямо в пасть тигра... То есть, к австрийцу под книгу. Которой "случайно" получил по носу. - О, прости, - с плохо скрываемым злорадством в голосе пропел он. Потерев ушибленное место, немец хмыкнул: - Какой тёплый приём. Ты так любишь всех родственников или только меня? - Исключительно тебя, Гилберт, - грациозно взмахнул рукой Родерих, "нечаянно" попав уголком книги прямо в живот кузена. Тот скривился: - Ты неловок или просто жесток? - Первое. С координацией проблемы, - виновато улыбнулся Эдельштайн. - Ладно, я понял. Пойду поищу Bruder'а*, пока ты меня до полусмерти не избил. Моё почтение, - он кивнул остальным пассажирам купе и ушёл. Австриец глубоко вдохнул и выдохнул. Пережил... Осталось ещё лет семь рядом с этим чудовищем.