Мой парень - ангел.

«И как я до такого докатилась?! Как я вообще оказалась здесь?», - мысленно вопрошала я у своего незримого духа-покровителя, который, кажется, давно уже плюнул на меня с высоты собора Парижской Богоматери, и отправился в кругосветный круиз вместе с моей съехавшей крышей, под ручку с железным самоконтролем. Нет, не думайте, я сейчас ни где-нибудь на улице стою в огромном смехотворном костюме какого-нибудь пандёныша, раздавая направо и налево купоны со скидкой от магазина игрушек «Плюшевая панда». И ругаюсь я не потому, что начальница решила устроить в кафе, к примеру, «вечер самураев» и переодеть всех официанток в нелепые самурайские костюмы с игрушечными катанами на поясе. Да, но я бы и на такое согласилась, лишь бы не быть сейчас в ЭТОМ месте… Вам, наверное, интересно знать, что это за место такое, в котором не может находиться даже сама Мисаки Аюзава, да? Так вот, единственное место в мире, в котором я сейчас нахожусь, и в котором мне бы хотелось оказаться в последнюю очередь, это… квартира этого извращенца-Усуи! Да я даже не знаю, как я могла так опрометчиво поступить, буквально-таки добровольно шагнув на вражескую территорию, при этом не имея при себе каких-либо средств защиты от этого нахального озабоченного пернатого! М-да. Но не время осуждать себя за тугодумие, а также за наличие одного крайне надоедливого таракана в голове по имени «Совесть». Да, да, именно из-за своей совести, которая всё никак не может по моей настоятельной просьбе заткнуться и впасть в кому, я и оказалась здесь, в квартире Усуи Такуми, находящейся в центре города, в новом, недавно отстроенном, многоэтажном здании. Ну, чтобы не возникло каких-либо вопросов, сразу же расскажу небольшую предысторию, из-за чего, в общем то, я и оказалась в доме этого олуха, и почему моя наидорожайшая, справедливая и великодушная госпожа Совесть, до сих пор не может просто помолчать в тряпочку и утопиться в озере своего милосердия! Итак, вот те события, произошедшие днём ранее… Ну, начался этот день вполне обычно: со звонка этого деревенского петуха Усуи, который в последнее время заменил мне будильник. Не знаю, откуда у парня мой номер мобильного телефона, но он теперь постоянно, практически ежеминутно, звонит мне, задавая один и тот же вопрос: «Миса-тян, у тебя всё в порядке?». Сначала я даже принимала сей жест за заботу о моей скромной персоне, что порой вгоняло меня в краску, но потом зародилось небольшое подозрение, постепенно переросшее в точное убеждение того факта, что этот блондинистый гиббон решил довести меня до совершения особо жестокого преступления своими звонками и вечными «Как дела? Чем занимаешься?». Ей Богу, как болванчик, из раза в раз повторяющий одно и то же. Вы даже не представляете, с каким, поистине огромным садистским удовольствием, я бы оторвала эту блондинистую головушку от её жалкого тельца, после, прицепив сей предмет на свой мобильный, в качестве брелка-трофея за полное искоренение великого зла в лице Усуи Такуми. Но отключить телефон я не могла, боясь пропустить важные звонки, потому первое время приходилось отвечать на нудные расспросы парня, конечно же, примешивая к своим репликам долю сарказма и чёрного юмора, в результате чего наши разговоры звучали примерно так: «- Привет, Миса-тян! Что делаешь? - Ищу ледоруб и своё ядовито-зелёное бикини, дабы искупаться в проруби в 50-градусный мороз где-то в Российский глубинке, близ посёлка Мимопроходилово. - Ясно, тогда сделай мне, пожалуйста, фото какого-нибудь дикого бородатого мужичка, проживающего в сарайчике-землянке в самом центре глухой тайги. Мне просто очень нужны фотографии для моей коллекции «Диких и устрашающих», дабы хоть как-то её разнообразить. Ведь в этой коллекции имеются только лишь твои фото, на которых запечатлён неудержимый в ярости и гневе «Великий Дьявол Сейки». Или вот ещё: «- Доброе утро, Миса-тян! Чем занимаешься? - Составляю план твоего убийства. Кстати, у меня к тебе, как к непосредственной жертве моих, несомненно, святых действий, имеется парочка вопросов. Как думаешь, что лучше: просто связать тебя и оставить на железнодорожных рельсах, чтоб твоё жалкое тельце переехал пополам какой-нибудь грузовой состав? Или же, соорудив большущую мясорубку, сбросить тебя туда, чтобы потом, радостно ухмыляясь, наблюдать, как все твои косточки разом перемалывает огромный механизм машины, брызгая в разные стороны литры красной вязкой крови некогда живого Такуми Усуи? Или же… - Миса-тян, ты что, опять на ночь ужастиков насмотрелась? А я же говорил тебе, что просмотр сомнительного американского фильма с героем по имени Фредди Крюгер, как минимум разрушает психику человека, а как максимум, превращает зрителя в садиста-фанатика фильмов типа «кишки-кровь». М-да, вот такие вот «дружеские» звонки, к которым я даже в принципе уже привыкла. А что? Так даже лучше: я не могу видеть наглую ухмыляющуюся рожу Усуи и, как результат, в будущем точно не попаду в тюрьму по статье 111 - «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью». Ну, продолжим. Проснувшись от очередного утреннего звонка этого обезумевшего соловья - Усуи, я, собравшись, в полусонном состоянии отправилась на работу. Дальше последовал такой же обычный день в редакции, наполненный гневными словесными перепалками с Усуи и разборками с офисным планктоном «Сейки» в стиле «неистового кулака Дьявола, или яростного пинка Аюзавы». Также очередная неудавшаяся попытка добыть информацию о «благодетеле», накануне спасшем 7 человек-посетителей загоревшегося клуба в западной части города. Вдоволь набегавшись по кварталу и побывав на пепелище здания, я так ничего и не смогла узнать, как будто кто-то специально мешал моему расследованию. Или же наш странник просто включил мозги и начал вести себя более осторожно. Хотя, подозрения возникали и на счёт Усуи, который постоянно пропадал где-нибудь, и вообще вёл себя довольно странно. Но обвинить его в шпионаже и передаче информации другой газете было невозможно, так как у конкурентов также не имелось достоверных фактов по данному делу, что меня, несомненно, радовало: значит, не мы одни «в пролёте». Ну, а потом я, точнее мы, отправились в кафе. Как оказалось, Усуи устроился работать туда поваром, причём в вечернюю смену, и именно в те дни, когда работаю я. Совпадение? Уверена, нет! Этот олух решил таким образом проверить мою выдержку: постоянно подкалывая меня в перерывах, и когда я прихожу за заказами, Усуи настолько меня раздражает, что я даже пару раз разбила посуду, и чуть не запульнула в нашего «дорогого» повара омлетом, предназначавшимся одному из клиентов. Хотя, порой он ведёт себя странно: если я вдруг задержусь где-нибудь, то он непременно бежит меня искать, и вообще, этот псих постоянно следит за мной, буквально глаз не спускает, будто я какой-то особо опасный преступник под пристальным наблюдением пристава, или же важный свидетель, за которым может гоняться маньяк-убийца. Ха, маньяк-убийца. Это ещё нужно посмотреть, кто тут маньяк, (ну, кроме Усуи на эту роль никто и не сгодится), а кто убийца (здесь я имею в виду себя). Но самое интересное произошло позже, когда я, после окончания рабочего дня, зашла в раздевалку для персонала кафе. Нужно также вспомнить и про Аой-тян, которая в тот день зашла к госпоже Сацуки, не преминув заметить мою совершенно неженственную осанку и выражение натянутой улыбки, аля «Николай Валуев после попойки». Но я тоже в долгу не осталась. Кхм… не буду говорить, что именно я ответила Аой-тян, отмечу лишь то, что после моих слов она бы точно со стопроцентной гарантией победила бы в конкурсе «Мисс ошарашено-злобная моська 2013». Ну так вот, дело в том, что я, после окончания своей смены, зайдя в раздевалку застала Усуи и Аой-тян в весьма двусмысленном положении: этот наглый извращенец буквально-таки загнал в угол бедную девушку, прижав ту своим телом к стенке, и крепко держа за руки. По крайней мере, я так думала, да и со стороны всё выглядело как попытка изнасилования бедной беззащитной девушки одним олухом-маньяком, которому, судя по всему, жить надоело. И потому-то я без промедлений, на автомате заехала ногой этой озабоченной горилле в лоб, и с каким-то садистским удовольствием в душе продолжила свою «воспитательную» беседу. Ага, этакая небольшая рекламная акция: пристань к беззащитной девушке на глазах у Мисаки Аюзавы, и совершенно бесплатно получи уникальную возможность лицезреть новую технику «Великого Дьявола Сейки» - сокрушительный всплеск устрашающей ярости неадекватного Властителя Ада, в лице непобедимого корреспондента Аюзавы! Ну, в итоге мы имеем: полудохлый недоманьяк Усуи Такуми с множественными переломами обеих рук, нижней челюсти, рёбер, левой ноги, в общем, всего, что можно и нельзя сломать, в количестве - 1 штука; также Аой-тян, которая на самом деле оказалась Аой-куном, с явным психическим расстройством и нервным тиком правой стороны лица, в количестве - 1 штука; до невозможности злая я, в количестве - 7 штук, по словам избитого мною парня; плюс полуразрушенная раздевалка вместе с находящимся в состоянии глубокого шока персоналом кафе. М-да, постаралась я на славу, до сих пор перед начальницей стыдно за тот погром. А вообще, всё закончилось довольно хорошо: оказалось, что Аой-тян - племянник госпожи Сацуки, который просто любит красиво одеваться и трепетно следит за своей внешностью, а Усуи, несмотря на внешнюю побитость, чувствовал себя довольно-таки неплохо, и даже отказался от госпитализации, сказав, что просто отдохнёт денёк другой дома. В общем-то, именно поэтому я и нахожусь сейчас на кухне в квартире Усуи, ведь моя недремлющая совесть, взяв командование на себя, буквально-таки на буксире притащила меня сюда, дабы я извинилась перед парнем, который, в принципе, и не был виноват в том инциденте, так как он заранее знал о тайне Аой-тян. Но Усуи, похоже, каким-то совершенно невероятным образом сумел полностью излечиться всего за день, судя по его вполне здоровому внешнему облику и отсутствию синяков и ссадин. Меня это ну прям очень озадачило. «Может, мои подозрения верны, и Усуи не человек вовсе?», - думала я, орудуя перед плитой на кухне в квартире этого идиота. Ему, видите ли, кушать захотелось, а сам из-за 21 перелома обеих рук не может приготовить себе омлет, хотя буквально 10 минут назад как-то сумел открыть мне дверь сломанной рукой. М-да, а я теперь тут должна ему ещё и готовить. Как рабыня, ей Богу! - Ты не рабыня, ты - моя личная горничная! - сказал Усуи, подойдя ко мне и обняв за талию своими, якобы сломанными руками. - Отойди от меня, по-хорошему прошу,.. пока… - сквозь зубы проговорила я, отдирая загребущие руки парня от надетого на мне фартука. - Почему? - наивно спросил тот, не поддаваясь на мои действия против его крепкого захвата. - Потому что у меня на тебя аллергия! - А у меня аллергия на розовошёрстных австралоарктических карликовых слоников. И что? - Ты что, псих? - А ты хочешь открыть психиатрическую клинику? - Судя по всему, ты - самоубийца! - А ты знаешь, где проходят тайные собрания анонимных суицидников? - Усуи наклонился, пытаясь заглянуть в моё покрасневшее от смущения и злости лицо. Похоже, его вся эта ситуация забавляла, а меня она очень напрягала, потому, с трудом освободившись от захвата, я отскочила подальше от этого нахала и встала в боевую стойку. Но Усуи даже не обернулся - он, наклонив голову в бок, пристально изучал содержимое кастрюли, стоящей на газовой плите. Я только сейчас вспомнила об обеде, который готовила для парня, и, подбежав к плите, мысленно со злорадством отметила тот факт, что блюдо, некогда бывшее рисом, напоминало несъедобную вязкую субстанцию, от вида которой невольно начинало тошнить хуже, чем после беспрерывного просмотра всех серий фильма «Пила». Хм, а Усуи ничего: молча достал тарелку, зачерпнул ложкой сие неудавшееся кулинарное творение повара-новичка, потом наложил эту кашу в фарфоровую посуду, причём «рис», коим это было изначально, ни в какую не хотел слезать с ложки, и лишь после продолжительного трясения руки Усуи, с противным гулким чавком плюхнулся на дно тарелки. Затем парень сел за стол, поставив перед собой «обед», и, помедлив, зачерпнул немного кашки. Я же всё это время молча наблюдала за действиями Усуи, тихо офигевая от абсурдности данной ситуации. «Да, я готовлю не очень, точнее, совсем не умею готовить, так как в нашем доме за провизию отвечает Сузуна, и да, я знаю, что то, что я сейчас приготовила, ну совсем не съедобно. Так какого хрена этот псих испытывает свой желудок на прочность, в данный момент заставляя себя есть приготовленный мною рис? Лучше бы сказал что-нибудь ехидное на счёт моих кулинарных способностей, как у повара африканского племени, которому и заморачиваться-то не надо - зажарил пару жучков-навозников, или сварил дождевых червячков в баобабовом соусе. Ну, или тактично намекнул на несъедобный вид моего творения, хотя Усуи точно бы так не поступил. И всё же, незачем ему это есть!» - Ты что, и вправду решил это съесть?! - спросила я, перед тем как этот идиот поднес ко рту ложку с первой порцией моего риса. - Ну, эту кашку ты ведь специально для меня приготовила, поэтому да, я буду есть этот рис, - ответил Усуи, буквально искрясь от радости. «Можно подумать, я на этот рис полдня потратила, чего он так радуется-то, а?», - думала я, наблюдая за парнем. Хотя мне было очень приятно, что Усуи всё съел, ведь, как-никак, это был мой, практически, первый кулинарный опыт, пусть и не совсем удачный. Надо же, а парень даже не отравился и ещё до сих пор жив! Не знаю: мне радоваться или грустить по этому поводу? Пока я мысленно гордилась своими, далеко не худшими, навыками повара, парень поднялся из-за стола и тихо подкрался ко мне. - Спасибо за вкусную кашку, моя личная горничная Миса-тян, - прошептал Усуи мне на ухо, и я бы точно лопнула от смущения, если бы не спасительный телефонный звонок. Как оказалось, это звонил главный редактор для того, чтобы сообщить о недельном внеплановом отпуске, начинающимся с завтрашнего дня. Я даже сообразить ничего не успела, как следующей позвонила госпожа Сацуки, сказав, что у неё есть какая-то потрясающе отличная новость для персонала, и потому я немедленно должна прийти в кафе. Подумав, что это и вправду что-то ну очень важное, я, наспех попрощавшись с парнем, выбежала из квартиры. «М-да, а я ведь так и не спросила Усуи, что он хотел мне сказать. После встречи с Игараси в больнице, он стал вести себя как-то странно: всё время о чём-то задумывается, ничего не замечает вокруг, и постоянно хмурится. Надо бы в следующий раз спросить, что у него случилось», - думала я, спускаясь по лестнице…