Мой парень - ангел.

«Его убить мало! Этот извращенец, придурок, посмевший так надо мной издеваться! Я его убью! Нет, не просто убью, а как-нибудь та-а-ак изощрённо, что самый опасный маньяк-убийца в истории человечества позеленеет, побелеет, и станет серо-буро-малиновым в голубенький горошек от зависти!!! Муаха-ха! Да я этого психа убью таким способом, что самый лучший в мире патологоанатом не сможет определить черты человека в его изуродованных останках! Да его потом хоронить придётся в 666 отдельных закрытых гробах! Вот так-то! Не стоит злить Мисаки Аюзаву, если не хочешь, чтобы твоё мёртвое тело было похоже на мясной фаршик для котлетки!» - именно такие мысли возникали в моей голове на протяжении этих нескольких дней. Вам, наверное, интересно, что произошло после моих приключений в больнице? А вы спросите Усуи, если, конечно, он сможет ответить на ваш вопрос, ибо моя ярость в тот момент была настолько ОГРОМНА, что стоило этому недоумку выбежать из больницы со скоростью Тома Крузо, удирающего от оравы сумасшедших поклонниц с сердечками вместо глаз, как тут же наглую рожу этого извращенца-суицидника настигла дьявольская кара в виде моего супер-сокрушительного удара в челюсть! Ну, потом, конечно, Усуи отправили всё в ту же больницу с «несколькими» переломами и сотрясением мозга, поэтому у меня есть ещё примерно месяц для отдыха от издевательств этого психа. И пока бедненький, невезучий и безмозглый Усуи отлёживается в палате районной больницы со сломанной об мой стальной кулак челюстью, я могу спокойненько работать в редакции. Хех, надо было раньше так сделать, чтоб всякие там извращенцы-мазохисты не маячили перед глазами своими блондинистыми головёшками. Ладно, надо собираться на работу. Сегодня ещё и моя смена в кафе. Надеюсь, этот день будет просто отличным и вообще замечательным, без издёвок и тупых шуток одного блондинистого бабуина… Да ладно! Вы шутите? Этот придурок смог восстановиться после моего прямого супер-мега-сокрушительного удара в челюсть за каких-то пару дней?! И сейчас эта неудавшаяся жертва суицида, нагло развалившись в кресле, спокойненько сидит в моём кабинете?!! М-да, а я-то думала, что он умнее, и точно не станет попадаться мне на глаза в ближайшие пару сотен лет. Но, похоже, я ошиблась. Хотя, у этого парня ума, как у ракушки с побережья Мёртвого моря. И чего я удивляюсь? Странно только, что он и вправду уже пришёл в норму. Может, Усуи на самом деле киборг, которому простые человеческие удары, как для Николая Валуева удар кувалдой по башке? Или он какой-нибудь мутант с суперспособностью самоисцеления? Ага, Усуи-супернэка! Достаточно просто вылизать все раны, так сказать, продезинфицировать своей суперслюной, и всё: как новенький! Ну, в таком случае придётся воспользоваться своим секретным оружием. Конечно, я хотела оставить его на будущее для более подходящего момента, но сохранение нервных клеток моего мозга важнее. «Что ж, берегись, Усуи! Ты у меня сегодня получишь так, что после твоей мучительной, до краёв наполненной болью и страданием, смерти, тебя точно причислят к Лику Святых Великомучеников!», - подумала я, гордо прошествовав мимо парня к столу, и усевшись в своё любимое кресло. Усуи соизволил оторвать взгляд от бумаг, которые держал в своих руках, и, улыбнувшись, мило поприветствовал меня: - Доброе утро, госпожа Аюзава! Ничего, что я взял запасной комплект ключей у госпожи Сидзуко, чтобы открыть дверь нашего кабинета? - что? Нашего кабинета?! Эй, ты, жалкий смерд! Как ты вообще мог помыслить о том, что эта священная обитель корреспондента «Сейки», на прекрасной дубовой двери которой висит табличка с именем несравненной Мисаки Аюзавы, может ТЕБЕ принадлежать?! - Хм… Ты сказал «нашего кабинета»? - Ну да. Мы ведь теперь работаем вместе, - неторопливо, как маленькой девочке, объяснил Усуи. - А если ударить в нос и переспросить? - сложив руки в «замок» и обворожительно улыбнувшись, как гробовщик своему долгожданному клиенту, спросила я. - Ну что Вы! Не стоит так утруждаться, госпожа! Я, как всего лишь жалкий раб, не достоин быть ударенным Вашей прекрасной изящной рукой! - ха-ха, актёр погорелого театра имени Джима Керри. Смотрите-ка, даже встал, оторвав свою наглую тушку от кресла, и учтиво поклонился в мою сторону. - В таком случае, будь добр - выпей яду, порежь вены, и иди убейся об мраморный пол фойе. Да только поторопись - сделай всё до 4-х, чтобы я, закончив работу над своей статьёй, успела написать шефу рапорт о твоём самоубийстве на рабочем месте, - ответила я равнодушно, будто всего лишь попросила Усуи сделать мне чашечку кофе. - Хорошо. Я сделаю это, но не раньше, чем попозже, - сказал парень, пожав плечами, и снова усевшись в своё законное место. «Я точно сейчас убью этого последователя Эдди Мёрфи. Тоже мне, комик нашёлся!», - зло подумала я, вставая из-за стола и выходя из кабинета… - Может, тебе к психологу сходить? - спокойно спросила Сидзуко, наливая в кружку чай, когда я, неожиданно вломившись в её кабинет, где также находилась и Сакура, заявила о своём непреодолимом желании закатать этого уродца-Усуи в асфальт. - Нафиг мне психолог! Дайте лучше автомат!!! - вскрикнула я, размахивая руками, и в миллионный раз измеряя шагами ширину кабинета заместителя редактора «Сейки». - Хотя, нет! Автомат - это слишком банально. Я знаю, что нужно делать! Устрою ловушку для Усуи, потом поймаю, надену на него смирительную рубашку, чтоб не рыпался, затем кину в грузовой отсек заминированного самолёта рейса «Япония-Камчатка», подорву примерно в тот момент, когда он будет пролетать над горами полуострова, чтобы поджаренные останки Усуи упали прямо в кратер вулкана! Ахаха! Да я - гений! - сказала я, и выбежала из кабинета довольная собой и своим грандиозным планом. - Похоже, Мисаки и вправду надо на приём к психологу, - обеспокоено покачав головой, проговорила Сакура. Ну, остаток рабочего дня прошёл более-менее тихо: мы с Усуи постоянно переругивались между собой, точнее просто перебрасывались парой-тройкой едких комментариев. Просто осуществить свой план именно сейчас я не могла, так как не хотелось подставлять нашего редактора. Потому приходилось сдерживать себя вплоть до того момента, пока мы не вышли из здания редакции. - Чёрт! За что?! - обиделся Усуи, когда я, выйдя на крыльцо здания, отвесила парню неплохую такую затрещину. - За всё хорошее! - сказала, и пошла по направлению к кафе, а этот олух, как и ожидалось, пошёл следом. «М-да, странно как-то. Вот идём вместе по тротуару, кидаемся колкими фразочками, а на душе спокойно, будто так и должно быть», - мысли медленно и лениво возникали в сознании, а я даже не задумывалась над их значением. Вот мы уже дошли и до кафе. Мысленно моля Бога о снисхождении, надеюсь, что в этот раз начальница не удумает ничего такого. Зайдя в зал, я сразу же направилась в раздевалку, а Усуи на своё привычное место за дальним столиком в углу. «Надо же, парень и вправду ведёт себя как-то слишком тихо. С одной стороны, это очень подозрительно, а с другой… может, он чувствует себя виноватым из-за того розыгрыша. Не-а, у такого человека, как Усуи, напрочь отсутствует совесть. Ну, и ещё инстинкт самосохранения. Ах да, ещё и мозгов у этого психа также не имеется за ненадобностью. Так как мыслит он отнюдь не серым веществом, находящимся в черепной коробке. Хм, интересно, а чем же тогда это простейшее одноклеточное думает?» - именно за такими вот рассуждениями о предмете неадекватного мышления Усуи и прошла половина моего рабочего дня в кафе. Искоса наблюдая за подозрительно серьёзным и задумчивым парнем за крайним столиком, я всё также бегала по залу, разнося заказы посетителям. Наверное, этот вечер так бы и закончился: тихо, мирно, без всяких драк и переругиваний с Усуи, которых, по видимому, с нетерпением ожидала большая половина клиентов нашего кафе, если бы не появление одного человека… - О, Аой-тян! - в зал выбежала до невозможности радостная начальница и, набросившись на какую-то девушку, только что вошедшую в кафе, начала стискивать ту в своих крепких объятиях. - Ой, ты что, опять за своё? Я же ведь просила тебя, - негодующе пробормотала госпожа Сацуки, на что блондинка, фыркнув, гордо прошествовала до свободного столика в центре зала. М-да, кажется, у этих озабоченных макак снова включился режим «пристального рассматривания прекрасной представительницы слабого пола с последующим безостановочным слюноотделением и процессом тихого офигевания от красоты изучаемого объекта». Хотя, посмотреть есть на что: девушка, хоть и не высокого роста, но довольно милая. Такая миниатюрная блондиночка с красивым детским личиком и глубокими синими глазами. Но, судя по тому, как она ведёт себя с госпожой Сацуки, девчонка ещё та. - Миса-тян! - позвала меня начальница. - Познакомься: это Аой-тян! Присмотри пока здесь, чтоб всё нормально было, а я пока отлучусь ненадолго, - с ангельской улыбкой на губах, она буквально упорхнула в сторону своего кабинета, оставив меня наедине с этой девушкой. - Привет! Меня зовут Мисаки Аюзава. А ты, значит, Аой-тян? Рада знакомству! - не, я, правда, хотела быть дружелюбной, но после следующих слов блондинки меня буквально переклинило от гнева: - М-да-а. Что за первобытное отношение к собственной внешности? Что это за кривая осанка? А твоя походка, как у хромого кузнечика, которого переехал каток. А на голове, похоже, авторская причёска под названием: «Не-а, я пальцы в розетку не пихала, всего лишь оголённый провод облизала», да? И ты ещё называешь себя девушкой? - скептически оглядывая меня с головы до ног, изрекла эта девчонка. Она и вправду какая-то наглая и дерзкая и, похоже, также входит в клуб «любителей доводить меня до крайности», председателем и почётным членом которого является один олух-извращенец. - Э-э-э… - я даже не знала, что ответить на такую дерзость. Хотя, будь на её месте парень, я бы так не церемонилась, и просто бы показала нахалу радужную страну розовеньких пони и голубеньких кукусиков, посредством впечатывания в его рожу моего кулака. - М-да. Похоже, всё ещё запущеннее, чем кажется на первый взгляд, - по-своему истолковав моё замешательство, ухмыльнулась Аой-тян. - Ладно, скажи мне, в тебе есть хоть какая-то изюминка? Или ты всего лишь очередная простушка, ничего не смыслящая в красоте и не знающая, что такое макияж и педикюр? - меня реально взбесил этот её пренебрежительный и самодовольный тон. - Есть ли во мне изюминка?! Во мне масса изюминок! Да я практически кекс! - выпалила я, со злостью глядя на блондинку, как вдруг… - М-м-м, я был бы не против съесть столь аппетитный кексик, - вкрадчивый шёпот Усуи над ухом, его руки на моей талии и… мой фирменный удар подносом. - Ты что себе позволяешь, извращенец?! - заорала я, оборачиваясь, и приготовившись ещё раз долбануть этого психа по его безмозглой башке. «Блин. Я реально испугалась сначала, а потом из-за чего-то смутилась. Надеюсь, моё лицо не покраснело. Чёрт! Я точно когда-нибудь убью Усуи за его извращенские шуточки!», - думала я, пытаясь попасть подносом по макушке парня, но тот всё время уворачивался от моих ударов. - Миса-тян, ты повторяешься. Придумай уже что-нибудь другое, - ухмыльнувшись, сказал Усуи, встав по другую сторону стола, за которым сидела Аой-тян. - Хм, ты ещё скажи, что вот это вот, - блондинка презрительно кивнула в мою сторону, - тебе нравится, - проговорила девушка, вопросительно взглянув на Усуи. Парень же, прищурив глаза, серьёзно и в то же время злобно, или же мне только показалось, посмотрел на неё. Смерив девушку холодным взглядом, он хотел что-то ещё добавить, как, откуда не возьмись, появилась госпожа Сацуки и, схватив нас с Усуи под руки, притянула к себе. - Аой-тян, нельзя же так! Усуи-кун и Миса-тян у нас пара! Поэтому не говори так, иначе я позвоню твоему отцу! - радостно заключила начальница, распространяя вокруг себя цветочную ауру любви и счастья, которая меня, если честно, очень пугала порою. Передернув плечами, я встретилась взглядом с Усуи, который, широко улыбаясь, смотрел на меня… с нежностью?! С чего бы вдруг? Стойте-ка, что там сказала госпожа Сацуки? Что мы с Усуи - пара?! Кажется, я слегка покраснела от осознания сего факта, и потому поспешила заверить уж было разошедшуюся начальницу, которая буквально-таки уже нас поженила. - Усуи - не мой парень! Мы просто работаем вместе! - Конечно, кто бы сомневался, - саркастически подметила Аой-тян. Я почувствовала, как моя левая бровь начала дёргаться, а на лице сама собой появилась кривая улыбка, больше похожая на оскал. Усуи же наклонился к явно довольной собой блондинке и, приблизившись на непозволительное расстояние, за что я бы уже давно кастрировала парня, что-то прошептал ей на ухо. А потом, под ошарашенный взгляд девушки, спокойненько покинул кафе. Интересно, что же он такого сказал? Но, как бы то ни было, за весь вечер Аой-тян больше ни разу не заикнулась о моём неженственном внешнем виде, что меня, несомненно, обрадовало…