Леди Дождя

— Что ты там все время пишешь? Я не заметил, как Кловер подошла ко мне. Она, стоя сзади меня, наклонилась к моим записям, так что ее волосы скользнули по моей шее. Я не захлопнул альбом, как в прошлый раз, но прикрыл строчки рукой. — От тебя яблоками пахнет, — невпопад ответил я. Кловер хмыкнула и, обойдя стол, села напротив меня. — Решил написать историю о своей карьере кинозвезды? — Кло потянулась за альбомом, но я поспешно спрятал его под стол. — Если вдруг решу — первый экземпляр с автографом подарю тебе. Поняв, что эта девчонка не даст мне покоя, я убрал альбом в рюкзак, отложив его заполнение на более благоприятный момент. Все это время Кловер непрерывно следила за мной, но на лице не отражалось никаких эмоций. — Нашла что-то интересное для себя? — не выдержав, спросил я с иронией. — Пожалуй, да — задумчиво произнесла она. Я закатил глаза. Нет, ну что она несет? — Мы рискуем опоздать на репетицию, идем, — я встал, и, перекинув рюкзак через плечо, направился к выходу из столовой. — А я рискованная, — ответила Кловер, следуя за мной. У меня не возникло желания оспорить это заявление. Только я бы добавил к нему еще «сумасшедшая». Но именно эта ее особенность притягивала. Я в сотый раз поймал себя на мысли, что слишком часто начал думать о Кловер. И мне это не особо нравилось, ведь у меня есть Рэйн. Если вдруг когда-нибудь встанет выбор между Кловер и Рэйн, я без колебаний выберу свою Леди Дождя, но отрицать то, что рискованная мисс вызывала у меня дюжий интерес — глупо. Я никогда не вру самому себе. И моя честность порой пугает меня. За последнее время наши отношения с Кловер изменились в лучшую сторону. И, хотя в интонациях порой сквозила ирония, она не имела того характера, то был в начале. Кловер постепенно начала раскрываться, все больше шутила, смеялась. Я познакомил ее с Майком и Грегом, и мы часто обедали все вместе. И могу поспорить на что угодно, парням нравилось находиться в ее обществе. Но не будем уклоняться от повествования. Я пребывал в задумчивости всю репетицию, за что получил пару выговоров от миссис Морис. Но ее замечания больше не страшили меня, я лишь для приличия принимал пристыженный вид. Я знал, что мне сойдет с рук если не все, то почти все. Так же, как и Кловер. По этому иногда мы позволяли себе вольность и дурачились, коверкая сценарий на свой лад. По началу это жутко злило миссис Морис, и она грозилась вышвырнуть нас из труппы, даже если ей самой придется сыграть и Кловер и Асканио. Но потом он нашла их забавными и, назвав небольшой разрядкой, с превеликим удовольствием посмеивалась над нашими импровизациями. — В этом берете вы похожи на индюка, дорогой Асканио, — задирая подол платья, чтобы был удобнее, Кловер вышагивала на цыпочках вокруг меня. — Из ваших уст это звучит, словно музыка райская, — страстно произнес я, намеренно переигрывая. — Тогда примите это, как длань божью, — Кловер отвесила мне подзатыльник. — Эй, это было больно, — возмутился я, уже выйдя из образа. — Мужайтесь, Асканио, не дело рыцарю жаловаться, — с теми же интонациями ответила Кловер, продолжая невозмутимо вышагивать вокруг меня. Я не выдержал и рассмеялся вместе со всеми, Кловер лишь повернулась к миссис Морис, присела в реверансе и, подражая ее тону, громко произнесла: — Хватит прохлаждаться, работа стоит, ну же, все по местам! Ответом на ее слова снова последовал всеобщий смех, а когда воцарилась тишина, миссис Морис хлопнула в ладони: — Ну так что встали, команда «по местам» уже прозвучала, займемся же делом. И с большой неохотой труппа разбрелась по своим позициям. Я был рад, что у нас есть такая разрядка. После нее с новыми силами берешься за игру, выкладываясь так, будто зал полон зрителей. Наконец-то я начал вновь получать удовольствие от актерства. И это не могло не радовать. Потому что теперь я не считал, что зря трачу свое время. После репетиции Кловер поймала меня на выходе из театра. — Слушай, мы тут с ребятами решили в кино на выходных сходить, ты как? Вид у нее был не такой, как всегда. И мне даже показалось, что Кловер была немного смущена. Я кивком пригласил ее идти со мной. — Отличное времяпровождение для субботнего вечера, — бодро отозвался я. Кловер нахмурилась: — Вообще-то мы в воскресенье идем. — Тогда я пасс. Воскресенье для меня святой день, я никогда никаких планов на него не строю. — Ты ходишь в церковь? — с нескрываемым удивлением спросила Кловер. — Почти угадала, — рассмеялся я, — хорошо вам сходить. — Пока, — выдохнула Кло. Я уже было развернулся, чтобы пойти своей дорогой, как вдруг кое-что вспомнил. — Кловер? — окликнул я ее. — Да? Я порылся в своем рюкзаке и, достав пару новеньких наушников, протянул их Кловер. — Не люблю быть перед кем-то в долгу, — ответил я на удивленный взгляд Кло и, не говоря больше ни слова, поспешил покинуть территорию колледжа. Суббота выдалась невероятно дождливой. Будто все воды земли решили в раз обрушиться на Лондон, причем в один день. Поливало так, что видимость за окном была минимальной. Но мне, в принципе, было все равно. Я сидел дома, разбирал домашнее задание, и надеялся, что в воскресенье погода будет более благоприятной. У меня были большие планы, от которых я не собирался отказываться. Закончив с уроками, а на них у меня ушло, по меньшей мере часов шесть, это если не считать перерывы на обед и на отдых. Мои глаза устали от букв и от слов, ими образующимися. Я подошел к окну и не смог сдержать вздох разочарования — кажется, ливень удвоил свои силы. От досады я задернул штору. И в тот момент мне отчего-то захотелось взяться за ручку и вылить все накопившиеся мысли в альбом. Что я и сделал. «Эти серые тучи и проклятый дождь навевают на меня невероятную тоску. Будто все краски из меня высосали, и я сижу тут, словно бесцветная масса, словно безликое существо — без имени и осязаемой оболочки. Но, знаешь, Хоуп, я не могу злиться на дождь, или ненавидеть его. Ведь, по сути, он нас познакомил. Да, я должен быть ему благодарен. За тебя. И я благодарен. Каким бы холодным, колючим и отталкивающим он не был. И, черт возьми, я никогда не думал, что могу быть таким сентиментальным и откровенным. Что могу вот так открыто изливать тебе свои мысли, чувства и самого себя. Никогда не перестану задаваться вопросом: Откуда ты взялась, Рэйн? Кто тебя послал мне? Может быть, ты ангел, посланный мне небом? Но что за чушь я несу, что за нелепость. Поскорее бы завтра. Ведь мы увидимся, даже если погода будет против. Я приду. Надеюсь, ты тоже. 23 октября» Я не стал перечитывать свою запись, как делаю это обычно. Закрыв альбом, я почувствовал умиротворенность. А еще то, что я ощутимо меняюсь. И не знаю, нравится мне это или нет. Единственное, в чем я уверен — я чертовски вымотан и хочу спать. Что незамедлительно и с удовольствием сделал. В голове не было ни мысли, и я уснул почти моментально под звук дождя, стучащего в мои окна. Проснувшись поутру, я первым делом посмотрел в окно. Сильный туман и морось. Все же лучше, чем ливень. Так что, зевая и потягиваясь, в хорошем настроении, я отправился в ванную. Получив дополнительный заряд настроения и энергии от теплого душа, я поспешно оделся, прихватил альбом и зонт, и чуть ли не бегом отправился в кофейню. Во-первых, на улице было довольно прохладно, и я хотел поскорее оказаться в тепле. Ну, а во-вторых, я просто изнемогал от желания увидеть мою Леди дождя. По этому, я несся по улице, как сумасшедший, перепрыгивая лужи и обходя недовольных прохожих. Войдя в кофейню, я приветливо поздоровался с мистером Марвело, затолкал мокрый зонт в подставку и нетерпеливо сел за столик, который к моменту моего прихода был занят. Еще одна особенность Рэйн — когда бы я ни пришел, она приходит раньше. Я уже пробовал ее опередить, поверьте — не получилось. Рэйн грела руки о чашку с горячим шоколадом, и когда я плюхнулся напротив нее, она наградила меня радостным взглядом. И мне стало так тепло, будто это не я минуту назад шел под моросящим дождем. — Я скучал, — протянув альбом Рэйн, я сжал ее ладонь, и не отпускал до тех пор, пока нам не принесли заказ, — И знаешь что? Против ты или нет, сегодня я иду тебя провожать. Не смотри на меня так, я не принимаю возражений. Рэйн придала себе возмущенный вид, но я знал, что возмущенность эта наигранная. Так что я перегнулся через стол и поцеловал ее в надутые губки. Это всегда действует. И еще — я всегда выигрываю. Так что, получив первый поцелуй, Рэйн потянулась за вторым, и за третьим. Мы так увлеклись, что ненароком я опрокинул свой кофе. Хорошо хоть, не на себя. Тут же появилась официантка, и мы решили отложить пятый, шестой и последующие поцелуи на чуть более поздний срок. На щеках моей Леди дождя играл легкий румянец, взгляд был смущенно-опущен. И вы бы знали, какой привлекательной она была в тот момент. Я просто не мог налюбоваться ей. Под моим пристальным взглядом Рэйн смутилась еще сильнее. Она закрыла лицо ладонями, и замотала головой. — Даже не думай, не смей так больше делать, — я легко отнял руки от ее лица и погладил ее по щеке, — вот, так мне нравится куда больше. Рэйн весело усмехнулась и, забрав мой круассан, незамедлительно отправила его в свой ротик. — Я должен был догадаться, что это уловка. Все-таки я не всегда выигрываю. Но часто. Довольно часто. По крайней мере, когда мы играем честно! Закончив прекрасную трапезу, мы покинули кофейню. А так как погода для прогулок была не самой благоприятной, то Рэйн сразу же направилась домой и я, как истинный джентльмен, вызвался ее проводить. Теперь мы шли не спеша, оттягивая момент расставания как можно дольше. Ведь впереди целая неделя разлуки, так что сейчас дорога каждая секунда. Я увлеченно рассказывал Рэйн о последней репетиции, так что даже не заметил, как опередил ее на несколько шагов. Остановившись, я оглянулся на нее и понял, что что-то не так. Все произошло слишком быстро, я ничего не успел понять. Единственное, что я помню — пронзительный визг колес, слепящий свет фар и мокрый асфальт. И еще. Перед тем, как провалится в темноту, я слышал, как кричала девушка.