Увязший в песках Калифорнии

Show me what it’s like To be the last one standing And teach me wrong from right And I’ll show you what I can be And say it for me Say it to me And I’ll leave this life behind me Say it if it’s worth saving me Nickelback — Saving Me

      Стайлз — просто подонок.       Придя домой, я бросила сумку в угол, а сама села на кровать, закрыв лицо руками.       Я открыла ноутбук и полезла в скайп — поиск Джексона был недолгим.       Он был в сети — я послала ему звонок и уселась на кровати.       Тотчас же в моей голове проклюнулась мысль — может, это не самая хорошая идея? К тому же, сейчас я растрепанная и до сих пор не стерла с лица растекшуюся тушь — одним словом, знатный бомж. — Лидия? — прозвучал голос из ноутбука. — Эмм… — упс. Кажется, я не была морально готова к этому разговору… И готова вообще. Ни к чему. — Включи вебку, я хочу тебя видеть. — Тут такое дело… Может, лучше не надо?       Джексон на экране оторопел и непонимающе промычал что-то не особо понятное, попутно снимая куртку. — Ладно, как хочешь. Что с твоим голосом? Ты плачешь? — поинтересовался он. — А почему ты в одежде? — перевела я тему. — Прости?.. — Ну, в верхней одежде, — попыталась я снять внезапное напряжение. — Куртка и все такое. Ходил куда-нибудь? — Да-а, гулял с… собакой. Выводил погулять собаку. — Не знала, что у тебя есть собака, — сомнительно покачала головой я. — Когда я была у тебя дома, я ее не видела. — Ну, ты вообще мало что видела — сбежала почти сразу. Слушай, мне надо идти… маме на кухне помочь. Я напишу тебе потом, ладно?       Я кивнула головой, но потом вспомнила, что он не может видеть меня, и пробормотала: — Да, конечно… Только не забудь.       Джексон улыбнулся. — Не забуду. Целую, пока, — экран монитора погас и я осталась в полной тишине.       Что-то подсказывало, что наши отношения протянут еще совсем немного.       Здравый смысл внутри кричал: «Остановись, что ты делаешь, понятно же, что гулял он не с собакой, а с девушкой, и сейчас явно идет не помогать матери на кухне, а продолжить разговаривать с ней… Или еще что похуже!»       Однако обиженный на Стайлза мозг (скорее, обиженная на Стайлза я) предпочел думать, что Джексон хороший человек в любом случае. Может, он не врет, это просто я со своими замашками? Или из-за всей этой детективной чуши начала искать разные вещи там, где их нет.       Я умылась, потом села за компьютерный стол и стала планировать. Что я буду делать? У меня больше нет помощника (ладно, босса-детектива) и все-все-все мне придется делать самой. Расследовать расследование, раскрывать нераскрытое, убивать убийцу. Хотяя… Пожалуй, последнего делать не стоит. Я приготовила одежду на утро, продумала весь завтрашний день, укуталась в пуховое одеялко и выключила свет.       Навстречу приключениям? ***       На следующий день после ссоры со Стайлзом я не хотела никуда выходить. Куда лучше полежать в кровати… Все мои мысли были заняты его словами. Я думала над ними, прокручивая в голове его фразы раз за разом. Казалось бы, мы знакомы не так давно, но привыкли друг к другу очень сильно. По крайней мере, я. И его поведение сильно задело меня.       Почему он не хочет, чтобы я была счастлива? Мне нравится Джексон, я нравлюсь ему. Идиллия.       Да, я понимаю, что я подозревала Джексона в убийстве, и он поступил с Кристин нехорошо, но сейчас мы с ним вместе, и все нормально. Он извинился передо мной за все, что сделал и чего не делал, купил набор шоколада, а я объяснила свое странное поведение в тот вечер тем, что просто перенервничала.       Прежде, чем уйти из университета, он поцеловал меня в щеку. Это так мило.       Отогнав от себя эти мысли, я встала с кровати и поплелась в душ. Высушенные после волосы красиво лежали на плечах, но я убрала их в косу, чтобы не мешали — предстояла важная работа. Хоть и настроение было никакое, я решила навестить миссис Майклсон.       Накинув на плечи плащ цвета хаки — обещали дождь — я направилась в сторону дома Кристин. Бывшего дома.       После того, как я постучала несколько раз, дверь открылась. Точнее, ее открыла опечаленная миссис Майклсон. — Лидия! Дорогая, проходи, — с грустной улыбкой пригласила меня в дом Джанет, мама Кристин. — Здравствуйте, Миссис Майклсон, как вы? — знаю, что это был глупый вопрос, но я не знала, как еще начать разговор. К тому же, когда-нибудь мне бы все равно пришлось задать этот тревожный вопрос. — А ты как думаешь? — бесстрастно спросила Джанет. — Простите, я… — Ничего страшного, я привыкла. Каждый, кто сюда заходит, спрашивает одно тоже, а я все так же не знаю, что ответить. Кто-то спрашивает это чисто из формальности, и лишь немногие — вроде тебя — от чистого сердца.       Мы прошли в гостиную, которая раньше была уютной и теплой, а сейчас стала холодной и безлюдной. Кристин, этот солнечный лучик, больше не согревала ее своим внутренним теплом и светом. Родителям, которые находились в отчаянии, не давались под руку никакие домашние дела — на каминной полке лежал густой слой пыли. Кроме одного места, где стояла фотография девушки. Ее часто поднимали, потому что пыли под ней было в разы меньше, чем в остальных местах. Джанет принесла чай — несмотря на горечь своей утраты, она все еще помнила, что кофе я на дух не переношу. — Кристин была очень хорошим другом, — прервала я тишину. — Она была готова на все ради своих друзей. Выручала в трудную минуту, всегда могла поддержать… — сдерживая слезы, продолжила я. — Да, она была такой — жила ради счастья других, — дрожащим голосом ответила миссис Майклсон. — Она вас очень любила. Часто рассказывала о Вас и мистере Майклсоне. Говорила, что Вы — самое ценное, что есть у нее в жизни. И что вы были самыми лучшими родителями, о которых другие дети могли лишь мечтать, — говорила я, все еще пытаясь сдержать слезы. Кристин очень нежно относилась к родителям, их семейные отношения трогали за душу. Мне кажется, действительно каждый мечтает о таких. — Она правда так говорила? — грустно улыбнувшись, спросила Джанет. — Да, она правда вас очень любила. И не хотела бы никогда Вас огорчить. Старалась быть лучшей во всем. Для Вас.       Миссис Майклсон не сдержала слезы и заплакала. Мне было ее так жаль. Не представляю, какого ей — знать, что ее дочь мертва, а убийца еще гуляет на свободе.       Я подошла к ней и обняла. Мы просидели так какое-то время, но мне казалось, словно бы прошла вечность.       Я попросила посмотреть на комнату Кристин и дать попрощаться с ней. С красным опухшим лицом, миссис Джанет, утирая слезы, любезно провела меня в спальню Кристин и закрыла за собой дверь, оставив меня наедине с комнатой. С комнатой, в которой все каждой своей частичкой кричало о бывшем владельце — молодой амбициозной девушке, у которой была впереди целая жизнь.       Поначалу я бродила по ней и рассматривала каждую мелочь, которая напоминала мне о том человеке, которого я потеряла по воле случая. После я вспомнила истинную цель, ради которой я пришла сюда — найти побольше улик. Пусть у меня больше нет союзника-начинающего криминалиста, но я не хуже, чем он.       Я не бесполезный Ватсон.       Я пошарила под столами, комодами, сзади большого застекленного шкафа с одеждой. Во всех ящиках искала тайные кнопки, пыталась поднять их дно, досконально пролистывала каждую тетрадку с лекциями — вдруг мне могут хоть чем-то помочь заметки на полях?       Я посмотрела под ковром, простучала каждую доску в ее деревянном полу. Посмотрела на гардинах, на подоконнике, на кровати, под кроватью… Ничего.       Над кроватью висела большая картина. Абстракционизм. Что-то похожее на стакан мартини. В шпионских фильмах часто делают тайники за картинами…       Я подошла к ней и хотела было уже попытаться снять ее с петель, как вдруг вспомнила Стайлза.....       После того случая в кинотеатре я всегда ношу с собой тонкие резиновые перчатки… мало ли.       Надев их, я приблизилась к картине и…       Мне показалось, что эта штука весит чертову тонну.       Сверху на меня посыпался дождь из пыли, но я умудрилась не уронить картину, а поставить ее на кровать. Надеюсь, миссис Майклсон не заметит, какой бардак я устроила здесь.       Позади была ниша, в которой лежали какие-то предметы.       Там было несколько полочек, на которых покоились несколько почему-то чистых листов и… Дневник?       Кристин вела дневник?       Это довольно странно, хотя…       Я тоже вела дневник. Только тогда я была еще в начальной школе.       Я не стала забивать этим голову, а просто стала его рассматривать.       Обложка выглядела также, как у большинства обычных дневников — слегка потрепанная, жесткая, светло-коричневого цвета. На обложке гордо размешалась «золотая» надпись — ДНЕВНИК.       Я хотела бы дольше провести здесь времени, но миссис Джанет дала мне лишь 5 минут. Немного задумавшись, я сначала открыла первые страницы. Записи на них датировались 2014 годом. Пролистав далеко вперед, я нашла последнюю запись, сделанную две недели назад.Я сделала с десяток снимков последних записей — прочитать их можно будет дома с экрана телефона. Не знаю, Сможет ли дневник Кристин как-то помочь мне, но я уверена, что это — одна из главнейших зацепок на нашем… на моем пути.       Управившись с дневником, я положила его на место и завесила картиной. Теперь комната имела первозданный вид — словно бы я и вовсе ничего не трогала и ни разу не переставляла вещи.       Миссис Майклсон сидела на кухне и пристально смотрела на бутылку Джек Дэниэлс. Завидев меня, она спрятала бутылку в шкаф и пошла ко мне. — Спасибо вам, миссис Майклсон, — тихо поблагодарила ее я. — Вы даже не представляете, как много значила для меня возможность побыть там, наедине… — и все это было чистейшей правдой. — Удачи тебе, Лидия, — обняла она меня. — Береги себя.       После того, как я вышла из дома, то первым делом полезла к телефону. Но не для того, чтобы посмотреть улики — первым делом я по инерции захотела позвонить Стайлзу.       Я держала включенный телефон и тупо смотрела в его экран, не предпринимая никаких действий. Я почти было позвонила ему, но… Нет.       Я слишком горда, чтобы звонить ему после такого. Он выставил меня на посмешище перед всем университетом, и пусть не ждет, что я буду извиняться первой.