По сети через стену

      Голова у Люси на утро болела так, как, наверное, никогда прежде. Она ещё ранее не употребляла алкоголь в таких количествах, чего уж говорить — она его никак не употребляла. Девушка могла позволить себе лишь пару бокалов вина, шампанского или чего-то лёгкого, но по особым случаям, а тут мартини, не говоря уже о количестве этих самых бокалов. Ещё бы её голова болела так, что вот-вот была готова расколоться на части. Но повод, как посчитало её не очень сообразительное мышление, был. Как сказал Гажил: «Для отличного начала». Она не понимала зачем это, но раз столько людей верили, то почему она должна была подводить их. К тому же компания и правда была приятная, так почему бы не расслабиться? — Как мы попали в номер? — прохрипела Люси не своим голосом, глядя, как в проёме между ванной и их комнатой появилась Минерва. — В смысле как? — уверенно переспросила та. — Когда ваш капитан — разумный, кстати, парень — вытолкал всех из кафе и мы, наконец, пришли в отель. Около трёх, наверное. — Ух, чёрт. — Девушка взялась обеими руками за голову и заныла. Любой мыслительный процесс давался ей с трудом. — А я смотрю тебе на пользу не пошла пьянка, — хмыкнула Минерва. Она преподнесла Люси стакан с водой, в котором уже шипела большая белая таблетка. На её непонимающий взгляд, она ответила: — Не очкуй, не отравлю. Ты и так себе работы прибавила. Куда ж ты в таком состоянии? — Ещё от ребят получу, наверное, — хныкнула Люси, послушно принимая стакан и отпивая немного. — Гадость. — Она скривилась и показательно высунула язык. — А ты что думала, малина? — Подруга рассмеялась. — Любишь пить — люби и лечиться. У нас сборы через час, а ты как сосиска, при том варёная, — она посмотрела на жалобный взгляд подруги и добавила: — переваренная. — Я не пью, — прохныкала Люси. — Вернее не умею и не имею желания. — А вчера оно было, как я посмотрю, — та громко цокнула и кинула в Люси полотенце. — Живо в ванну!       Люси не хотя побрела приводить себя в порядок или хотя бы в более человеческий вид. Перегаром от неё пахло немного, что не особо было различимо с утра, но, она решила поменьше открывать рот, особенно на людях.

***

      Нацу проснулся настолько резко и неожиданно даже для самого себя, что не сразу понял где он находился. — Вставай! — рявкнул Гажил, стаскивая с парня одеяло, оставляя его лежать на белой простыни в одних чёрных трусах. — И так дольше всех проспал, даже Стинг и тот раньше встал. — Он пил меньше, — буркнул парень, приподнимаясь на локтях, прикрывая голову и кривя губами. — Пусть так, но сил у него было куда меньше нашего, — рассмеялся тот. — Не понял, — потупил взгляд Нацу, стараясь говорить как можно спокойнее, и шикнул на капитала, мол, говори тише. — Говорю, что он ночью поработал так, что спал, как убитый, — снизил тон парень, понимая, что у Нацу и так голова болела от выпитого им вчера, чего не сказать об остальных. — Хоть и пришёл после остальных. — Всё равно ничего не понял. — Нацу сел в кровати и взялся руками за голову. — Ай, — махнул Гажил и присел на свою кровать. Он взял в руки телефон и улыбнулся очередному сообщению подружки.       В комнату зашли Роуг и Леон. У первого полотенце было повязано на поясе, а второй в банном длинном халате. Они переглянулись друг на друга и уставились на Нацу. Настроение у ребят было хорошее, даже не смотря, что пили они все вместе, хоть и не в таких количествах. — Совсем хреново, да? — отозвался Роуг, оглядывая друга. — Не совсем, — отвел Нацу. — Бывало и хуже. — Сомневаюсь. В девять мы уже должны быть на площадке, начнутся отборы, а ты тут как сосиска на гриле разлёгся.       Сколько Нацу его помнил, Роуг всегда был спокойным, даже умиротворённым. Увидеть его в хорошем, даже игривом, расположении духа было редкостью, если это, конечно, не касалось баскетбола. Парень страсть как любил две вещи: бег и баскетбол. Именно они придавали ему сил и хорошего настроения. А сейчас он был настолько радостным, что его улыбка сверкала сродни лампочки в ночи. — Вста-ва-ай, — протянул он, хватая Нацу за ногу. — Нечего валяться. Пусть ты и запаска, но на площадке мы должны быть в полном составе, иначе могут дисквалифицировать. — Ты что такой бодрый? — Нацу вскочил с кровати, широко улыбаясь и прикрывая своё тело, как девица. — Небось хочешь воспользоваться моим беззащитным состоянием? — Он наигранно вздохнул и приложил ладонь ко лбу. — Помогите, спасите! Насилуют!       Настроение начинало повышаться у всех в комнате. Роуг продолжал улыбаться, попутно хватая Нацу то за руку, то за ногу. Он ущипнул его за бок, как вдруг парень прикрыл соски и шмыгнул носом. — Извращенец! — Нацу задрал голову вверх, выставил одну руку вперёд и стал махать кистью.       Голова всё ещё побаливала, но не так, чтобы приносить большой дискомфорт. Всё-таки Нацу пил хороший алкоголь, который не давал настолько губительного влияния на организм, а его боли были свидетельством того, что юноша не отдохнул, как следует. За все года он уже привык к подобному, хоть и старался не напиваться. В этот раз что-то пошло не так. Может это из-за напряжения, а может неудача с игрой и скамья запасных так давили на него, или причина вовсе не была в баскетболе. Вчера он снова вспомнил о ней. Придя домой, Нацу прочитал, наверное, в последний раз её сообщение, приняв для себя окончательное решение. Это была самая большая ошибка в его жизни. Она была ею. Он был затуманен их общением, радовался как ребёнок, но чему? Чего ещё он мог ожидать от той, которую нашёл в таком месте?       Нацу внимательно осмотрел комнату: ребята улыбались, подшучивали друг над другом. Было приятно видеть их в таком расположении духа особенно перед важными играми. Он уже и не помнил, когда в последний раз видел улыбку Роуга, его боевой настрой. Это были не просто игры, а важные для каждого. Для Гажила это был шанс произвести впечатление перед судьями из разных спортивных кампаний. У него оставался последний год, так что стоило позаботиться о будущем. Роуг горел желанием показать себя, практически так же, как и Гажил, а Леон, он просто был рад пребыванию в столице. Парень прожужжал ребятам все уши о том, какой же это старинный и прекрасный город, который таил в себе немало истории. Их всех объединял боевой дух того, что их университет снова попал в списки популярных среди остальных. Топ пятьдесят лучших. Звучало неплохо. Это было важно не только им, но и для их университета. Большая ответственность упала на широкие плечи ребят, но вовсе не давила на них, а наоборот — она толкала их вперёд, чтобы стремительно ворваться и доказать, что ВУМ не легенда, в нём есть ещё те, кого стоит бояться и уважать.       Дверь в комнату тихо открылась и на пороге встал Стинг. Он держался обеими руками за полотенце, которое свисало у него на шее. Парень осмотрел ребят и задержал взгляд на Нацу. Он брезгливо дёрнул верхней губой и пошёл в сторону своей кровати. — Что встал? — вдруг спохватился Гажил. — У нас меньше часа осталось, а ну марш в душ!

***

      Огромная арена, способная вместить в себя сотни тысяч зрителей, была расположена в нескольких минутах ходьбы от гостиницы. Её высокий куполообразный вырез давал солнечному свету освещать всё поле, широкую площадку для собраний, включая первые ряды трибун. Невысокий пьедестал подразумевал широкую сцену, где стояли судьи, организаторы, ораторы и некоторые спонсоры. По бокам от него расположились репортёры с огромными камерами на специальных стойках. Некоторые из них были закреплены на весу над головами, чтобы захватить всех присутствующих.       На площадке были собраны пятьдесят команд со всей страны. Лучшие из лучших. Всего на ней находилось около пятисот человек.       Речь организаторов была ёмкой и чёткой. Они объявляли этапы и распределения игр, не тратя лишнего времени. Озвучивали команды и их города, поясняя как будет происходить распределение между игроками.       Первый этап — отборы — будет разделён на два дня, так как все двадцать пять игр не могут пройти в один день. В первый день будут соревноваться между собой двадцать восемь команд, иными словами четырнадцать игр. Они пройдут быстро, времени между ними от силы будет минут пять, чтобы смогли выступить все. Судьи станут оценивать весь их запал и умения во время каждой из игр. Остальные одиннадцать останутся на следующий день. Распределение пройдёт исходя из их рейтинга, который был выбран при приглашении на игры. Иными словами, это свод качеств и совокупность побед команд, с помощью которых они были призваны лучшими и удостоились почёта быть приглашёнными на ЛФИ.       Всего во второй этап пройдут только шестнадцать команд, которые сумели доказать своё превосходство. Их отметят судьи. Не смотря на то, что это всего второй этап, каждая из команд получит отличительные памятные подарки. А если кто из них заинтересует больше всего — шанс на светлое будущее в спорте.       Третий этап начнут только половина — восемь команд. Эта восьмёрка откроет для себя ещё большие горизонты.       Четвёртый этап — полуфинал. В нём останутся только четыре команды. Они будут распределены между собой, исходя из очков, которые судьи будут присваивать всем командам в течение игр.       Перед финалом останутся только две команды, которые и поборются за звание лучшей. Победители получат шанс попасть на международные игры, не говоря уже о других призах: денежном чеке и почёте университета. Престиж ждёт тех, кто сумеет забрать первое место. Перед финалом всем участникам даётся один выходной день на подготовку: моральную и физическую.       Ребята стояли в первых рядах и внимательно слушали. Уже исходя из того, что они узнали, играть сегодня им не светит. Рейтинг команды ВУМ среди остальных был незначительным. Ребята находились на сорок восьмом месте. Сегодня они могли только наблюдать за играми, но никак не присоединиться. Для них это было отличным шансом разглядеть все фишки своих противников, при том отдохнуть и набраться сил перед своей игрой, чтобы не оплошать.       После речи, на огромном табло был выставлен список команд на первый и второй день отборов. Два столбика, где друг напротив друга были расположены названия учебных заведений и городов. — Ну что, магнольские, готовы вылететь? — к команде в красной форме с надписью их города подошёл высокий худой парень. — Чего? — Нацу резко обернулся, кривя губы. — Ты что ещё за чёрт? — Завтра мы вынесем вас, — фыркнул тот, складывая руки на груди. — Если, конечно, блондиночка не поиграет с нами. — Смотри, чтобы тебя отсюда не вынесли вперёд ногами, — гаркнул Драгнил.       Люси осмотрела команду напротив: семеро высоких худых парней в фиолетовой форме. Они были бледными, но от того не менее высокомерными и полными запала и сил. — Чё вякнул? — Нацу сжал кулак, готовясь размахнуться, но тут его остановил Гажил. — Ага, давай! — крикнул парень. — Если так нас боишься, что готов вылететь сразу, даже не начиная играть! — Не слушай этих ублюдков, — цокнул Редфокс. — Они лишь набивают себе цену и провоцируют. Уверен, чесать языком они умеют лучше, чем играть.       Прозвучал громкий сигнал, что говорило о начале первой игры. Ребята разошлись по трибунам. Первые несколько рядов были выделены игрокам и отделены от остальных рядов высокими прозрачными стенами, чтобы никто из зрителей не мешал. — Я думаю они должны хорошо играть, раз прошли не только в топ пятьдесят, но и заняли сорок седьмое место, — с долей грусти сказала Люси, когда все уселись смотреть игру. — Не факт, — цокнул Нацу. — Он имеет в виду, что на топ влияют не только количество побед, но и их соотношение, не говоря уже о наградах и титулах, как команд, так и личных, — пояснил Роуг. — Иными словами, — продолжил Гажил. — У них просто может больше быть наград, вот и всё. — У нас тоже могло быть куда больше наград, — цокнул в ответ Стинг, недобро поглядывая на Нацу. — Тут имеют вес только ценные титулы и победы, — пояснил капитан. — Именно те, которые команда получает будучи учащимися своего вуза, от которого и направлены. — То есть, — начала Люси. — Если бы вы чаще ездили на соревнования от универа, то был бы выше шанс. — Умница, — улыбнулся Нацу, задерживая свой взгляд на ней на минуту, а после покраснел и отвернулся. — Ещё бы, — фыркнул Эвклиф.       Стинг никак не мог выкинуть из головы, увиденное ночью. Он помнил абсолютно всё: как Нацу касался её оголённого плеча, как сжимал его, всё плотнее пододвигаясь к девушке. Его коробило от одной мысли об этом. Но глядя на Люси, он начинал сомневаться в том, что вчера что-то происходило. С утра она жаловалась на то, что у неё чертовски болела голова, та не помнила даже дороги домой. Это наводило парня на мысли, что она не только не помнила, что было ночью, но и не отвечала за свои действия. Не уж то Нацу воспользовался ею?       Сколько бы между ними не было недосказанности и некой вражды, Стинг никогда не ненавидел его. Он знал, что Нацу отличный парень. Возможно, где-то в глубине души даже восхищался им, пусть и соперничал практически во всём. Но теперь начал сомневаться. Когда вчера он увидел ребят вместе, стоящих и целующихся у окна в коридоре, по телу прошёл холодок. У него не было отвращения или ненависти, нет. Была грусть и некое раскаяние. Он не мог винить их, ведь сам был виновен перед ними в какой-то степени. Стинг понял, что не заслуживает Люси просто потому, что она не может принадлежать ему — такому неоднозначному. Он верил, что это и есть она — та самая, которую он искал, но если бы это было так, то он бы не пошёл с незнакомкой и не лёг бы в её постель. И вроде бы он должен был страдать, но нет. Ему не было стыдно за свой поступок. В кои-то веке он был спокоен.       Сейчас же он видел, что они вели себя не так, как он представлял. Люси словно ничего не знала или всего лишь делала вид, при том очень хорошо, что было странно, а Нацу лишь смущался, кусал нижнюю губу, когда отворачивался, и меньше внимания уделял ей.        Остаток дня ребята провели практически в тишине, лишь изредка обсуждая какую-либо из команд. Несомненно большую конкуренцию для них составляли столичные команды и те, что были из больших городов. Так они узнали, что команда Минервы была в топе первого дня — двадцать третья. Это довольно большой скачек от их рейтинга. Люси даже была воодушевлена ею, но, когда пришла их очередь, она не могла усидеть на месте от волнения.       Когда пришла очередь команды Минервы на часах уже было восемь вечера. Поле усыпали лучи софитов и высоких фонарей. Многие зрители уже успели покинуть свои места, так как устали за день. Ещё утром Минерва успела позвонить Вирго и рассказать ей о своей теории про «Дракона». Она пригласила подругу посмотреть на него и самой увидеть предположительного виновника. В том, что это был именно он, девушка уже не сомневалась.       Вирго пришла около семи часов вечера, как позже время сообщила Минерва. Она обнаружила свободные места около первых мест и села ближе к команде Магнолии. Девушка уже знала кто был «Драконом». Парень с розовыми волосами, как сказала подруга. Таких тут было немного, но он отличался от всех, к тому же не зря Минерва упомянула подробности о цвете его формы. Рядом с ним сидела та самая Люси, злость к которой у Вирго начала зарождаться ещё из рассказов подруги. Золотые волосы были распущены. Девушка прикусила губу, вспоминая, что совсем недавно она ненароком скопировала её стиль. Как только она увидела рядом с ними того самого парня — блондина с голубыми глазами — то тут же обомлела. Она не надеялась увидеть его снова, но что-то подсказывало ей, что это могло произойти. Но Вирго подготовилась. На этот раз она надела свой любимый розовый парик, цвет которого был сродни с её натуральным. Когда-то у неё были такие же волосы. Девушка надевала его, когда хотела вспомнить что-то из прошлого, увидеть какой бы она сейчас была, если бы не испортила волосы. Линзы на этот раз она надела увеличивающие, с чёрным затемнением к краю. Они давали её глазам некую глубину.       Игра Столичного Университета Технологий была довольно захватывающей. В команде Минервы было ещё четверо парней. Локи уже знали, он умудрился дать о себе знать с первых дней, а вот тройка остальных была неизвестной до самого начала игры.       На огромном табло перед началом каждой игры высвечивалось название университета, город и состав команд. Как только одна команда выходила на поле, на табло высвечивались игроки, их звания и награды. Это помогало лучше узнать состав команды и заработать очередной бал в копилку. Так Люси узнала, что в команде её новой подруги есть довольно сильные парни.       Орга Нанагеар — высокий накачанный парень с длинными зелёными волосами, которые напоминали причёску Гажила. Но, в отличие от него, Орга был настоящим здоровяком, которому точно были открыты двери в большой спорт, практически в любой из категории борьбы, тяжелой атлетики и тому подобное. Вслед за ним вышел высокий парень в длинными светлыми волосами, завязанными в низкий хвост. На табло высветилось его имя — Руфус Лор. Он был на порядок меньше предыдущего, но тоже неплохо сложен. Если на Орге их фирменная синяя форма была впритык, то на Руфусе висела свободно. Следующим и по совместительству последним игроком команды шёл среднего роста темноволосый парень со шрамами на левой стороне лица: один над бровью и два пересекающихся, образовавших крест, на щеке под глазом. Мест Грайдер — гласило табло.       Исходя из указанных на табло позиций, капитаном команды была как раз Минерва. Она занимала достойную позицию разыгрывающего защитника, которой ныне была награждена и сама Люси. Хороший ход! Центровым, как бы странно это не выглядело, был Орга. В атаке — Руфус, Локи стал тяжёлым форвардом, а Мест, в виду его самого низко роста из всей команды, — лёгким форвардом. — Хорошее расположение, — хмыкнул Гажил. — Интересно посмотреть, как они играют. — Готова поспорить, что они выиграют! — гордо вздёрнула нос Люси, складывая руки на груди. — Не могу не согласится, — отозвался Леон. У них довольно хорошие движения. — Он наблюдал за каждым игроком в течение всех игр. — Только вот этому Локи немного не хватает скорости. — А мне кажется, что несуразно было ставить такого быстрого игрока, как Мест, в лёгкую, — отозвался Роуг. Ему было бы место на защите, как раз. — Ну, судя по числу их очков и тому сколько времени осталось, исход очевиден, — вклинился в разговор Нацу. — А, — поднял руку Гажил. — Соперники-то хорошие, попасть бы с ними в игру! — Я думаю, что и после игр можно взять дружеский матч, — улыбнулась Люси. — Несомненно, — поддержал её Леон.

***

      Команда СУТ’а смогла практически без проблем обыграть противника. Более того, они попали во второй этап сразу же, без раздумий. У судей было всего несколько команд, которые проходили сразу, многих они отсеивали в так называемое «ожидание».       Вирго сидела на скамье молча, но внимательно следила за игрой. Она обожала приходить к Минерве на игры, следить за её движениями. Сердце девушки билось учащённо каждый раз, когда она видела её пасы, элегантные движения рук. В какой-то момент она призналась себе, что являлась фанаткой баскетбола, но никто кроме её подруги не мог привлекать её так сильно. Девушка общалась с многими баскетболистами, порой даже спала с ними, в надежде что это могло быть то самое девичье счастье, но всё сходилось к тому, что её мечты разбивались о суровую реальность. Но, не смотря на это, Вирго не расстраивалась и начинала всё заново. Вслед за баскетболистами шли другие спортсмены: футболисты, атлеты, биатлонисты и много кто ещё. Она уже потеряла счёт и вместе с ним запал с надеждой.       Не раз Вирго задумывалась о том, что её, возможно, привлекают девушки. Она смотрела женский спорт, но не испытывала той радости и трепета, как от подруги. Не было бешенного адреналина и чувства лёгкости. Но она не отчаивалась и решалась пойти на крайние меры. Так или иначе, но переспав с нескольким десятком девушек, Вирго успокоилась и поняла, что это не её. Сейчас же она снова испытывала восторг от одного только взгляда на подругу.       Как только Минерва спустилась с поля под громкие аплодисменты и поздравления, подруга хотела кинуться к ней в объятия, как делала всегда, но тут её опередили. Она стояла у своего места в растерянности и смотрела, как её подругу обнимает блондинка в красной форме. На глазах Вирго начинали проступать слёзы. Она могла бы подойти и устроить истерику, отобрать бы у неё свою подругу и утащить куда подальше, а после выговариваться ей, что так нельзя. Но она стояла, молча глотая солёные капли. В горле стоял ком: она не могла ничего сказать, не могла пошевелить ногой, словно на её глазах рушилось то, что она строила годами.