Тайна

Маринетт не понимала, что с ней. Голова словно свинцом налилась и гудела как трансформаторная будка. Где-то на периферии она слышала мерзкий писк кардиомонитора. С трудом разлепив тяжелые веки, она тут же об этом пожалела. Слишком яркий дневной свет больно резанул по чувствительным глазам. Издав страдальческий стон, ей удалось привлечь внимание сидящих в палате родителей. -Маринетт! – встрепенулась Сабина, тут же подлетая к больничной койке. -Милая, - девушка почувствовала, как широкая ладонь отца накрыла ее руку, - как ты? -Голова раскалывается, - Маринетт с трудом узнала свой голос. Такой тихий и хриплый как при простуде, - как ребенок? Маринетт не нужно было открывать глаза и видеть, что при упоминании о ребенке повисло напряжение. Родители молча переглянулись. -Все плохо, да? – она сама не заметила, как в уголках глаз стали скапливаться слезы. -Нет, милая, - первым гнетущую тишину нарушил Том, - врачи сказали, что все обошлось. -Был риск самопроизвольного прерывания беременности. Но, уверяю, опасность миновала, - в комнату вошел седовласый мужчина – лечащий врач Маринетт – держа в руках папку с какими-то бумагами. Дюпен-Чен снова предприняла попытку открыть глаза, но в этот раз медленней. Слегка расфокусированный взгляд выцепил силуэты родителей, что стояли аккурат справа. Чуть поодаль Маринетт удалось рассмотреть того самого врача, что вошел в палату минутой ранее. -Скажите, доктор, из-за чего это случилось? Маринетт в последнее время чувствовала себя нормально. Не жаловалась ни на что. -Стрессы, негативные эмоции, как свои, так и окружающих людей. Сбой в работе иммунной системы, - перечислил мужчина, поправив свои очки в тонкой оправе, - так же у молодой мамы при поступлении наблюдалось пониженное артериальное давление. -С ребенком точно все в порядке? – голосом полным надежды, спросила Маринетт. Впервые за всю беременность у нее появился реальный страх за жизнь своей крохи. Раньше она не задумывалась, что может так легко ее потерять. Раньше ей не приходило в голову, что такая, казалось бы, мелочь, как пониженное давление, может угрожать жизни ее маленького счастья, что сейчас развивается внутри. -Не волнуйтесь, мадмуазель, с вашей чудной девочкой все хорошо, - по-доброму улыбнулся врач. -Девочкой? – переспросила Маринетт, - должно быть тут какая-то ошибка. Мадам Марон сказала, что у меня мальчик. Мужчина поспешил объяснить, видя замешательство не только на лице Маринетт, но и ее родителей. -Детки очень подвижны на ранних сроках, поэтому нам не всегда удается точно определить пол. Даже современные технологии не исключают возможность небольшой погрешности. Маринетт накрыла ладонью слегка округлившийся живот. На самом деле ей было абсолютно неважно, девочка у нее или мальчик. Главное, что маленькое чудо в порядке. -Мы оставим вас на сохранении на две недели, - радость Маринетт омрачило заявление доктора, - пусть угрозы выкидыша больше нет, будет не лишним понаблюдать за вашим состоянием и исключить возможность повторения подобного. Она не любила больницы. В них было ужасно тоскливо. Тошнотворные салатовые стены. Нелепые занавески. Раздражающий кардиомонитор, что пищал прямо над ухом. Анализы. Да и этот противный запах моющих средств и медикаментов оптимизма ситуации не прибавлял. Но ради здоровья своего малыша, Маринетт согласна была терпеть даже отвратную больничную еду и нелепую просторную ночнушку в голубой горошек. -Мы будем частенько навещать тебя, солнышко, - на прощание сказала мама, заботливо поцеловав в лоб, как в детстве. -Мадмуазель, я настоятельно рекомендую вам избегать стрессовых ситуаций. Любые волнения и негативные эмоции дурно сказываются на вашем малыше, - перед уходом строго сказал седовласый мужчина. Его тон заставил Маринетт почувствовать себя нашкодившим котенком, которого только что отругали за лужу на ковре. «Жуткий дядька» - мрачно заметила Маринетт. Когда за врачом закрылась дверь, девушка не спеша приняла сидячее положение. -Можешь выходить. Из сумки, что висела на вешалки у двери, показалась Тикки. Преодолев расстояние до кровати, маленькая квами бросилась обнимать Маринетт. -Я так волновалась, Маринетт. -Прости, - девушка вмиг поникла, - я как обычно чуть все не испортила. -Ну что ты, Маринетт? Опасности уже нет, твоя кроха в порядке, - пыталась подбодрить Тикки. Брюнетка уткнулась лицом в ладони. Слезы сами навернули на глаза. -Тикки, я чуть ее не потеряла, - всхлипывала Дюпен-Чен, - я не простила бы себе, случись с нею что-то. -Все уже позади, Маринетт, - поглаживая девушку по плечу, говорила квами, - не плачь. Тебе вредно волноваться, помнишь? Маринетт вытерла слезы и шмыгнула носом. -Ты была права, Тикки, - взяв квами в ладошки, сказала брюнетка, - я должна была сразу рассказать ему. Как только меня выпишут, я скажу Нуару, что жду ребенка. Маленькая квами просияла. Она с нетерпением ждала дня, когда Маринетт решится на разговор с напарником. И ей было очень жаль, что осознание необходимости раскрыть правду пришло к ней именно при таких обстоятельствах. -Я горжусь тобой, Маринетт. Тем же вечером звонила обеспокоенная Алья. Она корила себя за то, что позволила Маринетт поехать в «Гранд Пари», хотя они должны были провести этот день вместе. Также шатенка порывалась в срочном порядке навестить подругу, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. Маринетт еле удалось ее отговорить, аргументировав это тем, что приемные часы уже закончились и ее сюда никто не пустит. И хотя Алья заявила, что если понадобится, она залезет через окно, все же согласилась прийти завтра днем. Под конец дня Маринетт набрала Хлою. Блондинка заверила Дюпен-Чен, что чувствует себя намного лучше, и желания крушить номер больше не появлялось. Маринетт это заявление успокоило. Сразу после разговора с Хлоей, Маринетт набрала человека, который с вероятностью в сто процентов знает, где сейчас впечатлительный Натаниэль. -Джулека, это Маринетт. -Рада тебя слышать, - Маринетт буквально слышала, как после этой фразы бывшая одноклассница улыбнулась. -Мне нужна твоя помощь. Ты ведь знаешь, где сейчас Натаниэль? Повисло короткое молчание. -Он сейчас не в настроении, - мрачно заметила девушка, - вторые сутки сидит в одной позе и рисует. Мне так и не удалось заставить его поесть. И я не помню, чтобы он даже спать ложился. Маринетт ужаснулась. Это что такого можно придумать, исходя из имеющихся фактов, чтобы впасть в такое состояние? Хотя, зная Натаниэля, это было ожидаемо. -Поверь, я знаю человека, который вчера находился в похожем состоянии. Когда я пришла к ней, у меня было чувство, что в этом номере гражданская война закончилась за пять минут до моего прихода. -Ты виделась с Хлоей? – удивилась Джулека. -Да, - Маринетт непроизвольно пожала плечами, - мы с ней вроде как подружились. Забавно, правда? Никогда бы не подумала, что мы с Хлоей можем быть подругами. Джулека удивилась еще сильнее. Но, решила, что подробности ей знать ни к чему. -Ты знаешь, что между ними произошло? И Маринетт, исходя из имеющейся информации, обрисовала Джулеке ситуацию. Так же упомянула об ужасном состоянии Хлои вчерашним днем, чтобы у бывшей одноклассницы не возникало сомнений в том, что Хлоя действительно подавлена случившимся. - Да уж, - вздохнула девушка, - я поговорю с ним. Постараюсь убедить его выслушать тебя. Мне кажется, ты единственная, кому он сейчас поверит. До глубокой ночи Маринетт не могла уснуть. Она лежала на спине, рассматривая потолок темной палаты, освещаемой лишь светом уличного фонаря. Рядом на верхушке подушки, запутавшись в длинных темных волосах, спала Тикки. Накрыв округлый живот руками, Маринетт представляла, какой будет их с Нуаром маленькая принцесса. Почему-то представлялась забавная девчушка с темными, как у Маринетт, волосами и яркими, как у Нуара, изумрудными глазами. Правда, насчет цвета глаз Маринетт была не до конца уверенна, ведь она никогда раньше не видела Кота без маски. Она боялась. Пусть у нее есть две недели, чтобы подумать, как сообщить Нуару новость, было все равно страшно. Ей придется открыться ему. Придется раскрыть тайну масок и узнать его настоящего. Позволить узнать себя. Маринетт не знала, чего она боится больше – разочароваться, что в обычной жизни Кот может оказаться лентяем или неряхой, или разочаровать его тем, что она, возможно, не такая, как он себе представлял. В маске в горошек она храбрая защитница Парижа, а без… Неуклюжая Маринетт, которая умудряется запнуться об собственные ноги. Которая узнала о своем положении только на второй месяц, хотя все вокруг поняли это сразу. Которая из-за глупых предрассудков молчала о ребенке, избегая их встреч, в которых раньше находила утешение. Наверняка такой подставы Нуар никак не может ожидать. За своими размышлениями, девушка не заметила, как стала проваливаться в сон. «Я скажу ему, а дальше пусть решает сам» *** Как и обещала, Алья появилась на пороге палаты Маринетт, в сопровождении Нино, как только начались приемные часы. Она с ходу заключила подругу в крепкие объятия. -Не пугай меня так больше, - буркнула шатенка в макушку Мари. Маринетт лишь виновато улыбнулась. Она чувствовала себя ужасно, ведь заставила поволноваться стольких людей. -Мы тут фруктов тебе принесли, - подал голос Нино, - я оставлю на тумбочке. -Спасибо вам, ребят. Алье пришлось отлипнуть от подруги, чтобы иметь возможность нормально поговорить. Она забралась на кровать к Маринетт, заставив ту немного подвинуться. -Рассказывай, как себя чувствует наш маленький проказник, - теплая рука Альи легла на выпирающий живот подруги. -Тут такое дело, - неловко хихикнула Маринетт, - на первом УЗИ неправильно поставили пол. И у меня девочка. Умиленные возгласы Альи были слышны во всем отделении. Она, особо громко принялась поздравлять подругу, крепко зажимая ее в объятия. Нино отреагировал на новость более сдержано, а вот реакция любимой его позабавила. Алья так радовалась, будто счастливый папочка здесь она, а не мистер Х, о личности которого Маринетт так и не сказала ничего конкретного. -Девушки такие девушки, - беззлобно фыркнул парень, но, кажется, его реплику пропустили мимо ушей. -Аль…я, - прокрехтела брюнетка, - нам дышать нечем. -Ой, извиняюсь, - шатенка выпустила Маринетт из медвежьего захвата, позволив глотнуть свежего воздуха, - уже придумала, как назовешь? Маринетт смутилась. Имя дочке она выбрала еще вчера ночью. Перебрав сотню различных имен, Дюпен-Чен остановилась на самом, как ей казалось, подходящем имени для маленькой принцессы. -Эмма. Алья расплылась в улыбке. Она помнила, почему Маринетт нравилось это имя. Именно так звали бы их с красавчиком-Адрианом дочь. -Ты в своем репертуаре, подруга. Маринетт лишь пожала плечами.

***

Перед самым окончанием приемных часов к Маринетт наведался неожиданный гость. -Хлоя? – оторвав взгляд от книги, что принесла ей мама, она взглянула на топчущуюся на пороге блондинку, - проходи. Пройдя в палату и сев на край койки, Хлоя нервно сжимала ручку корзинки, что принесла с собой. -В общем, мне рассказали, что вчера произошло, - она протянула корзинку Маринетт, - твой врач сказал, что в твоем положении тебе это будет полезно. Маринетт с нескрываемым любопытством заглянула внутрь. В корзинке оказались питьевые йогурты, апельсины, пару клубков цветной пряжи и острые спицы. -Спасибо большое, - Маринетт поставила корзинку на прикроватную тумбочку, на которой, из-за количества посетителей, за весь день практически не осталось места. -Тебе спасибо, - Хлоя выглядела смущенно, - ты замечательная подруга. Она впервые сказала это вслух. Подруга. Раньше она не особо задумывалась над значением этого слова. Для Хлои подругой была лишь Сабрина, которая за возможность носить редкие дизайнерские вещи, готова была Хлою на руках носить. Лишь после вчерашнего блондинка по-настоящему задумалась над этим и поняла, что подруга это не слепая обожательница. Маринетт была с ней рядом в трудную минуту, хотя была не обязана. Она приехала, стоило ей только позвонить. Она не стала упрекать ее и говорить «я же говорила, что тебе нужно сказать ему». Она выслушала. А после, Бог весть сколько, сидела с нею посреди погрома, пока истерика не лишила ее сил. Хлоя частично винила себя в случившимся с Маринетт. Именно поэтому ей хотелось сделать хоть что-то хорошее для нее. Маринетт не нашлось, что ответить. Вместо слов, она обняла блондинку с той же заботой, что обнимала вчера. Хлоя расслабленно прикрыла глаза, доверчиво обняв Маринетт в ответ. Невероятно. Если бы пятнадцатилетней Маринетт сказали бы, что Хлоя Буржуа назовет ее подругой – она никогда бы не поверила. Если бы кто-то сказал ей, что она будет сидеть с ней рядом и обнимать – Маринетт без колебаний усомнилась бы в адекватности этого человека. Но сейчас это уже не казалось таким диким. После произошедшего, Маринетт прониклась к Хлое теплыми дружескими чувствами. Ведь до нее дошло, что вся показательная стервозность и высокомерие Хлои были лишь защитным механизмом. Хлоя на самом деле не плохой человек. Ей просто не объяснили, как нужно общаться с людьми. Ей не показали, что такое настоящая любовь и дружба. И брюнетке очень хотелось это исправить. Маринетт хотела, чтобы Хлоя наконец была счастлива. Ведь она заслуживает счастья как и любой другой человек. Именно поэтому она приложит все усилия к тому, чтобы у них с Натаниэлем все получилось. И если понадобится, она сама пойдет к мэру Буржуа отстаивать право этой пары на счастье.