My Little Foxy

Гарри ещё долго смотрит на малыша, разглядывает его красивые черты лица и прикрывает глаза, чтобы поскорее уснуть. Брюнет просыпается рано, так как ему нужно на работу, и оставлять такого мальчика дома не хочется, поэтому, когда Лу проснется, он попросит поехать с ним. Конечно, у него есть право отказаться, но это может быть опасно. Стайлс спускается по холодному полу и ставит чайник на плиту, подогревая тосты и нарезая сыр, напевая себе что-то под нос и думая, как такое чудо могло жить в лесу, где полно хищников. Как же он рад, что нашел его тогда. — Ох, твоим ножкам холодно, да? — спрашивает кудрявый и поворачивается, обнимая малыша за талию, целуя холодный носик. Гарри снимает со своих ног пушистые тапочки, обувает ножки Лу, рассматривая, как они смотрятся. Медленно целует пальчики на руках, а потом спускается поцелуями к коленным чашечкам и наконец-то​ поднимается. — Ты моя маленькая принцесса, будешь кушать? — выкладывает горячую булку и накрывает пластом сыра, смотря, как тот плавится. — А ещё ты не хочешь пойти со мной на работу? — Теперь тепло, — Луи довольно улыбается и садится за стол, разглядывая тапочки, которые были такими удобными и очень-очень мягкими внутри. — Я уже боль-шой и… Я же принц, вро-де? — поднимает одну бровь и немного оттягивает резинку боксеров, заглядывая внутрь. — Ну… Ну да, — смущенно кивает, закрывая лицо ладошками, вздергивая ушки и покрываясь румянцем. — Прин-цес-са больше нравится, — мальчик перекладывает руки на щечки и наблюдает за Гарри. — Куда? — шевелит ушками и ойкает. — Туда, где лебы… Бе-лы-е стены, так? Там еще есть зве-рюш-ки на стенах, — улыбается, оголяя зубки и тихо хихикает. — Хочу, там… Там есть ты, и я не бу-ду один, так? Стайлс смеется с такого нелепого жеста малыша и ставит перед ним тарелку с тостом и стакан апельсинного сока.  — Да, там много зверюшек, поедешь со мной в машине, — говорит Гарри в поисках ножа, а потом режет тост Луи на несколько кусочков, чтобы тому было проще. Садится рядом и кусает горячее блюдо, громко ойкая, но быстро кушает, потому что ему действительно нужно спешить. — Кушай побыстрее и надень штанишки? Мы сразу поедем туда, включу тебе телевизор и будешь смотреть, да? — Хорошо, — Луи неудобно улыбаться с небольшим кусочком тоста во рту, так что он запивает его соком и стирает тыльной стороной ладони остатки, быстро доедая остальное. — Я… Это обя-за-тель-но? Ну… Штаны? Они неду… Неудоб-ные? — поднимает одну бровь и сводит брови, тихо шаркая по полу тапочками при качании ногами. — Пой-дем наверх? О-оде-нешь я… Меня? — встает со своего стула и садится на колени к Гарри, обнимая его за шею. — Малыш, у нас обязательно, но я что-нибудь придумаю, — говорит и поднимает шатена на руки, понимая, что тот почти ничего не весит, и этот факт делает улыбку ещё шире. Брюнет медленно идет на второй этаж, а потом укладывает Лу на кровать и достает из комода спортивные штаны, которые были достаточно свободными, но короткими ему. — Вырежем тебе место под хвостик? — спрашивает и берет ножницы, примечая, где ему резать, но сдается и просто надевает их на длинные стройные ноги шатена. Целует маленькие области, а потом поворачивает его и аккуратно вырезает дырочку, притягивая хвостик к себе. — Чтобы не было видно, наденешь длинную кофту и всё, пойдем или тебе не нравится? — Хорошо, а… Ушки? — поднимает их и чуть шевелит, привлекая внимание Гарри, а потом подходит к зеркалу и рассматривает себя, мило улыбаясь. — Они… Боль-шие? — поднимает одну бровь и наклоняется вниз, подворачивая несколько раз штаны до лодыжек, оголяя их. — Теперь… Теперь нор-маль-но, — шире улыбается и подходит к кудряшке, смачно целуя его в щеку и быстро отходит, прикрывая рот от хихиканья. — Хазза? Ты… Ты милый, ког-да я тебя це-лу-ю, — снова подходит и целует, но только уже в другую щеку, а потом начинает расстегивать пуговки на рубашке, которую так старался застегнуть. — Помо-ги, пол… Пожа-луйста, — лисенок хнычет и хмурится, топая ножкой. — Оно… не от-кры-ва-ется! — Ушки мы спрячем под капюшон, я дам тебе большую толстовку, — парирует, робеет от комплиментов, лишь глупо улыбаясь. Стайлсу становится так тепло от касаний, и он придумывает интересную игру, которая точно завлечет лисенка. — Смотри, я расстегну две пуговки, и ты целуешь меня сюда, договорились? — показывает пальцем на вишневые губы, а потом облизывает их, чтобы они не были такими сухими. — Если это совсем не понравится, то скажи, я просто хочу, чтобы тебе это понравилось, — длинные пальцы быстро справляются с пуговицей, а потом и со второй, победно ухмыляясь. — Хорошо, — Луи улыбается и смотрит, как ловкие пальцы Гарри расстегивают пуговицу за пуговицей, и встает на носочки, чтобы поцеловать его. Быстро чмокает Стайлса в губы и отводит взгляд в сторону, покрываясь милым румянцем. — Почему… Почему сюда? — малыш проводит по нижней губе брюнета пальчиком и ведет к верхней, обводя мягкие контуры. — Так… Слад-ко? — Лу склоняет голову набок и медленно облизывается, дожидаясь, когда же следующие две пуговки будут расстегнуты. — Потому что сюда можно целовать человека, который тебе нравится, но только одного. У людей есть только один человек, который нравится ему, и чужих целовать так нельзя, — объясняет кудрявый, специально медленно расстегивая четвертую пуговку, а потом сам прикасается к губам Лу, немного подольше, чтобы почувствовать вкус малины и закатить глаза. — Смотри, осталась всего одна пуговка, — улыбается и расстегивает её. Невольно смотря на плоский животик парня. — А одна пуво… Пу-го-вица… — Мож-но поце-ло-вать тебя в щечку за это? — лисенок опускает взгляд и смотрит на Хаззу из-под ресниц и закусывает нижнюю губу, медленно стягивая с себя рубашку Гарри (на самом деле это уже была рубашка Луи). — Цело-вать тебя, как… Как ягоды. Слад ко и мягко, — мечтательно улыбается и снова проводит указательным пальчиком по губам Гарри, кусая свою еще сильнее. — Ты вкусный, и это так прият-но, — тихо хихикает и кладет ладошки на плечи кудрявого, дотрагиваясь своим носиком до его носика. — Поцелу-ешь я… Меня еще раз? — шепчет в такие манящие губы и облизывает свои. Гарри считает, что это незаконно, потому что таким нежным и хрупким быть невозможно. Он легко поводит большим пальцем по щеке Луи, а потом прикасается к его губам, языком очерчивая верхнюю, уголки губ и едва уловимо эмаль зубок. Отдаляется, словно боясь, что для Лу это слишком. — Теперь, это значит, что ты мой, а я твой, так люди показывают свою привязанность, — объясняет и убирает рубашку, доставая оттуда свободную толстовку с капюшоном, и аккуратно надевает на шатена, оглаживая его ушки и позволяя себе посмотреть на бронзовую кожу. — Теперь мы можем идти, ягодка? Ты такой же сладкий, как вишня. — Виш-ня кис-лая, — Луи надувает губки и натягивает на себя капюшон, прижимая ушки к голове. — Хаз-за? Ты теперь прав-да я… Мой? — старается подтянуть рукава, которые постоянно скатываются вниз и обнимает себя руками, поднимая хвостик от недовольства и чуть качает им из стороны в сторону. — Малина вкус-ная, — засовывает хвостик под толстовку и старается не шевелить им. — Это… Неу-добно, — лисенок скидывает капюшон с головы и хнычет, надувая не только губки, но и щеки, топая ножкой. — Ты просто не пробовал сладкой вишни, я куплю тебе её потом, — смеется, пока ищет ремень. — Да, я только твой теперь, — смотрит на то, как старается Луи убрать хвостик и ушки, но топает ножкой. — Хэй, малыш, ты пока можешь освободить его, а потом мы пройдем лишь один этаж в больнице, и всё будет хорошо, понял? — оглаживает едва торчащий хвостик руками, а потом целует позвонки по очереди, очерчивая кружки губами. — Если ты хорошо будешь делать это и правильно, то я поцелую тебя ещё раз. — Еще раз? — Лу улыбается, оголяя зубки, берет Гарри за руку и вытаскивает хвостик из-под толстовки, вздыхая. — Не люб-лю его, — показывает на хвост пальчиком и сжимает ладошку зеленоглазого. — Он ме-ша-ется… Мне, вот, — лисенок вздыхает и переплетает их пальцы. — Пой-дем туда? — тащит Гарри к двери и смотрит на звездочки. — Сколь-сколько там нуж-но быть? — Ну, малыш, хвостик — это часть тебя, не бормочи, — берет его за руку и идет вниз по лестнице, быстро вглядываясь в настенные часы. — У нас ещё есть время, — парень замирает в коридоре, не зная, какой размер ноги у шатена и благодарит всё живое, находя старую пару кед у себя в шкафу. — Примерь, пожалуйста, — просит Стайлс и показывает, как нужно их обувать, заранее ставя галочку, что им срочно нужно в магазин за одеждой, но это попозже. Накидывает лёгкую куртку и ищет самую маленькую в своем гардеробе, протягивая лисенку, чтобы его не продуло. — После работы нам нужно в магазин за вещами, там будут люди, но я буду защищать тебя, поедешь? — Если… Если я бу-ду дер-жать тебя за руку, — садится на паркет и медленно натягивает обувь, долго пытаясь завязать себе шнурки, как это сделал Гарри. — Хазза? По-моги, пожа-луй-ста, — указывает на обувь и поджимает губы. — Это… Слож-но, правда, — мальчик хмурит бровки и вздыхает, сгибая ножки в коленях. — Как оно де-ла-ет-ся? И… Да, пое-ду, но… Я же бу-ду ходить в тво-ей одеж-де? Дома? — поднимает глаза на брюнета и снова опускает в пол. — Да, это сложно, и я сам не очень то и умею, но смотри, — Стайлс медленно берет два шнурка в руки и завязывает между собой, затягивая в конце, получая бантик, и делает такое же со второй ногой. — Ты будешь ходить в моей одежде, конечно, ботиночки не жмут, или они большие? — поднимает Лу на ноги и целует в щеку, нежно вкладывая большую ладонь в маленькую, и выходит из дома, закрывая замок. Брюнет не отпускает руки, пока не доходит до машины и сажает шатена на переднее сиденье. — Смотри, этот ремешочек нужно вставить сюда, — показывает на ремень безопасности, когда садился. — Боль-шие, вроде, — пожимает плечами и рассматривает свою обувь. — Бол-тается, когда хо-жу и все, — мальчишка старается всунуть скобу пряжки ремня в замок и победно ухмыляется, слыша тихий щелчок. — Почему у тебя… Уз-кие штаны, а у меня — широ-кие? — немного разворачивается к Гарри и начинает играться с ремнем безопасности. — Все боль-шое, а я… Я на-обо-рот, — кивает и прищуривает глазки от яркого солнышка. — Я смогу ри-со-вать там? Ну у тебя на… Ра-боте? — Луи сильнее укутывается в куртку и закрывает глаза ладонями. — Солнышко… Яркое, — фыркает и открывает лицо, снова закрывая его, потому что пришлось щуриться снова. — Ох, это плохо, что они болтаются, ты можешь натереть ножку, и тогда будет больно, но сегодня мы купим тебе новые ботиночки, — улыбается и умильно смотрит на такого домашнего малыша в его больших вещах. — Потому что ты меньше, чем я, и мне это очень нравится, я могу прятать тебя от всех, да? — наклоняется и целует шатена в нос, не забывая о обещании, что поцелует его уже в больнице. — Ты сможешь рисовать там, у меня много красок и фломастеров тоже, а ещё есть раскраска с животными, тебе понравится, — заводит машину с этими словами и опускает маленький козырек, чтобы солнце не слепило глаза парням. — Красивое и тёплое солнышко, да? — Солнышко… Как ты, — лисенок хихикает, прикрывая рот ладошкой и широко улыбается своим словам. — Ты… Прав-да сол-нышко, — кладет руку на бедра Гарри и вырисовывает там пальчиком невидимые узоры, в голове представляя, что эти все линии цветные. — Гар-ри? — лепечет Лу и целует его в щечку, — Где твои… Ро-ди-тели? — кусает губу и кладет ногу на ногу, продолжая рисовать на бедре парня разные рисунки, — У тебя… Доб-рая мама? Всё внимание Стайлса привлекает странное ощущения на его бедре, поэтому он косо смотрит туда, когда загорается красный свет. — У меня есть мама, я очень люблю её, папа и старшая сестра, — рассказывает брюнет и достает из бардачка их общую фотографию, сделанную год назад, где у Гарри ещё не такие длинные волосы. — Малыш, ты знаешь, где твои родители? — опасливо спрашивает кудрявый и нажимает на газ, поворачивая к воротам больницы. — Они… Мама в ле-су, а папа… Не знаю, но… Он… Не знаю, правда, — Луи неловко, когда он рассматривает фотографию, но ему очень нравится она, потому что все такие милые. — Она краси-вая, — указывает на молодую девушку и смущенно улыбается. — По-хо-жа на тебя, — лисенок аккуратно кладет фотографию обратно. — Как… Как ее зо-вут? — смотрит на Гарри и начинает улыбаться шире. — И еще… Ты ведь… Моя се-мья, так? — робко смотрит на Стайлса. — Ты не хочешь найти свою маму и, может, ей нужно что-нибудь? — аккуратно, словно прощупывая почву, спрашивает кудрявый и гладит руку шатена, всё так же улыбаясь ему. — Её зовут Джемма, милый, она моя сестра, — смеется, вспоминая события этой фотографии, а потом трогается по зеленый свет. — Получается, я теперь тоже твоя семья, Лу, а если захочешь, я познакомлю тебя со своей. — Хочу, но… Они… При-мут меня? — Томмо поднимает грустный взгляд и вздыхает. — Я… Боюсь, — честно признается мальчик и отворачивается, рассматривая деревья. — Она… Не лю-бит меня за… Это, — судорожно вздыхает и указывает на себя. — Но я… Люб-лю ее, потому что… Она я… Моя ма-ма, — сжимает губы в тонкую полоску, опускает голову и зажмуривает глазки. — Не хочу, и это слож-но, — лисенок быстро утирает рукавом кофты слезу и открывает глаза, измученно улыбаясь уголками губ. — Я не хочу, — лепечет дрожащим голосом и смотрит стеклянными глазами вперед на дорогу. Стайлсу приходится остановить машину на парковке больницы, потому что его мальчик совсем расклеился. — Малыш, она будет любить тебя всегда, просто не принимает этого, но у тебя будет другая семья, моя, слышишь? И они тебя полюбят, честно, — сжимает худую руку в ладонях, а потом отстёгивается и целует Луи, сначала нижнюю, а потом верхнюю губу, проводит языком по зубкам и убирает слезки с голубых глаз. — Пойдем теперь? Только спрячь хвостик и ушки, я скажу, когда ты сможешь их «вернуть» — улыбается и убирает фото в бардачок обратно. — Пой-дем, — мальчик кивает и шмыгает носиком, натягивая капюшон на голову и засовывая хвостик под толстовку. — Поч-ему я… Мне нель-зя с от-крытыми уш-ками? — Луи закусывает губу и расстегивает ремень безопасности, прикладывая немалые усилия, чтобы сделать это. — Это… Грустно, — вздыхает и прижимает ушки ближе к голове, чтобы их было не очень заметно. — Откроешь ее? — указывает на дверь пальчиком и смущается, потому что, вроде как, это и не сложно. — Я… Помо-ги? — кладет ладошку на ручку двери, и сам старается открыть ее, но через пару секунд бросает это дело и смотрит на кудрявого. — По-жалуйста… — Потому что люди поймут не так, и им нельзя видеть, какой ты у меня красивый, иначе они заберут тебя, — грустно объясняет кудрявый и оставляет смазанный поцелуй на щеке Лу. Открывает дверь и выходит из машины, помогая малышу выбраться. Смотрит, и хвостика не видно, как и ушек, поэтому можно пройти, но главное быстро. — Пошли, солнце, — закрывает дверь и берет парня за руку, подходит к дверям больницы, обходит регистратуру и оказывается в кабинете, притягивая Луи, когда дверь закрывается. Хорошо, что они прошли другим коридором. — Вот и всё, вытащи хвостик и снимай капюшон, — мурчит, а потом оставляет обещанный поцелуй на персиковых губах. Мальчишка сжимает руку кудрявого все сильнее с каждым разом и немного шарахается от взгляда женщины с большим котом, который был похож на пушистый воздушный шарик. Лисенок сразу снимает капюшон и вытаскивает хвостик, обвивая им себя за талию. — Хазза? — тихо зовет Лу и льнет к молодому врачу, аккуратно дотрагиваясь хвостом до бока брюнета. — Тебя… Не пу-гает он? — чуть щекочет бочок и проводит кончиком по крепкой спине Гарри. — Я… Я пев-ре-жи-ваю, — поднимаются бездомные голубые глазки и обеспокоенно смотрят на зеленые океаны своего хозяина. — Он очень нравится мне, просто с ним не очень удобно, правда? — проводит ладонью по пышному хвосту и смотрит в голубые преданные глаза, обнимая своего лисенка. Отходит от двери и включает телевизор на канале с мультиками. Быстро переодевается и сажает шатена на диван, который находится за стенкой, и видно только ножки шатена. — Сейчас мне будут приносить животных, только не бойся, я не дам в обиду, — медленно кивает и целует нос. С каких пор он так часто это делает? В дверь стучатся и вносят маленького котенка, у которого что-то с горлышком, а маленькая девочка рядом хнычет и просит помочь её питомцу. Стайлс поглядывает на Луи, а потом ощупывает мохнатое тельце, пока тот жалобно пищит. Луи завороженно наблюдает за происходящим в мультфильме и вздрагивает, когда слышит писк котенка, а потом садится в самый угол дивана, прижимая ушки к голове. — Ему боль-но… — тихо шепчет малыш и зажмуривает глазки. — Я… Мне то-же было боль-но, — говорит еще тише и сжимает губы в тонкую полосочку. — Нель-зя вы-хо-дить, — вздыхает и ложится, сворачиваясь клубочком и раздумывая над тем, что будет, когда он снова превратится в лесного зверька. Стайлс слышит тонкий голос Лу, а его сердце будто замирает, потому что даже котёнок навострил ушки. — Подержи его, малышка, — просит врач у девочки, и она кивает, пока Стайлс заходит за стенку и встает на колени перед шатеном, целует его пальцы на руках. — Детка, ты умеешь говорить с животными? Я не могу понять, что у него болит, выйди так, пожалуйста, — смотрит в голубые глазки и слышит жалобный писк и всхлип малютки, и брюнет готов разрыдаться прямо тут. Вскакивает на ноги и идет в часть кабинета. — Сейчас придет мальчик, не пугайся его ушкам, это такой костюм. У мальчика раньше получалось общаться с животными, но он не знает, подойдет ли его речь для котенка… Юноша поднимается на ноги и идет за Гарри, попутно поправляя на себе кофту. — Что… Что такое? — Лу выглядывает из-за плеча кудрявого и сводит бровки, указывая на маленький пушистый комочек у девочки в руках, а потом подходит к ней и садится на коленки перед малюткой и обеспокоенно смотрит на котика, разрешая хвостику нервничать вместе с ним. — Мож-но? — шатен поднимает глаза на девочку и потом смотрит на кота. — Вы красивый, у вас очень голубые глаза, как у Томаса, — говорит малютка и протягивает котенка в руки Луи, и малыш с подозрением смотрит на шатена, будто ощущает что-то родное. Гарри улыбается от этой тёплой картины и приседает рядом, кладет ладонь на плечо шатена, целует его в висок, как бы говоря, что всё в порядке. Брюнетка смотрит на них и довольно улыбается, громко заявляя: «Моя мама и папа делают так же!», — и от этого хочется плакать. Всё-таки его работа, безусловно, хороша. Голубоглазик тихо шепчется с котенком, стараясь понять его жалобное мурлыканье и быстро стирает слезку с щеки, потому что ему жалко это существо, и немного успокаивается, когда чувствует теплые губы у себя на виске. — Хазза? — лепечет мальчик и смотрит на Стайлса. — Я… Каж-ется, у него… Бол-болит гор-лыш-ко, — мягко гладит котика по голове и переводит взгляд на девочку. — Ты… Как тебя зо-вут? — Луи протягивает котенка Гарри и берет маленькие ручки в свои, чуть поглаживая их. — Он… ему правда больно, — лисенок старается говорить четко и растягивает слова, чуть медленнее произнося их. — Но… Он поп-ра-вится, — Лу немного поднимается и заключает малышку в объятьях, тихо-тихо говоря ей милые глупости, слабо сжимая ее тельце. — Все будет хоро-шо, правда? — глядит в ее заплаканные глазки и вытирает огромные слезы ладошкой. — Гар-ри хороший и поможет коти-ку, — широко улыбается девочке и поднимает ушки. — Ты моя прелесть, — Гарри проронил пару слезинок, поэтому он притягивает Луи к себе и крепко обнимает, оставляет маленькие отметочки на лице, а потом поворачивается к девочке с котенком на руках. — Я Роуз, а это Томас, — говорит она, уже счастливо улыбаясь от слов такого волшебного парня, который словно сеял радость и любовь вокруг себя. Стайлс пишет, какие таблеточки нужно давать питомцу, а потом пшикает ему горлышко, чтобы оно заморозилось на время и не болело. — И такое тоже нужно, скажешь маме, да? — показывает коробочку и отдает бумажку девочке, которая благодарит их и счастливая уходит с Томасом на руках. — Если что — приходи! — кричит в след, а потом дверь закрывается. — Ты такой волшебный, таких прекрасных людей быть не может, — шепчет это в шею Луи, вновь обнимая его. Парнишка машет палочкой вслед маленькой Роуз и улыбается, после крепко прижимаясь к Гарри. — Я… Мне бы-ло страш-но, — честно признается Луи и зажмуривает глазки. — И… Я же не… Я же не совсем чево… Че-ло-век, — трется своим аккуратненьким носиком о щеку Гарри и вздыхает. — Улы-улыб-нись? — просит шатен и ведет носом к тому месту, где должна образовываться ямочка. — Хочу слад-кого, — смущенно лепечет и фыркает, начиная поиски руки Хаззы. — Видишь, ты ей понравился, и ты всё-таки человек, лисенок, да? — спрашивает, а потом широко улыбается, чувствуя тёплый нос в его ямочке, плавясь от такого простого действия. Стайлс вкладывает свою ладонь с маленькой конфетой в руку Луи, но строго смотрит в голубые глаза. — Много сладкого нельзя, одна конфетка — один поцелуй, — шуршит сладостями в кармане. — Они… Всег-да у тебя? — указывает на конфету в своей ладошке и немножко сводит брови, чуть отстраняясь от Гарри и, быстро расправившись с фантиком, засовывает ее в рот, широко улыбаясь от приятного чувства на языке и тихо хихикает, снова утыкаясь носиком в глубокую ямочку. — По-чему они у тебя? — Лу проводит ладошкой по щеке зеленоглазого и быстро целует его в скулу. — Кра-си-вые и при-ятные, — завороженно шепчет и кладет ручки на крепкие плечи парня, слегка сжимая их, а потом смотрит в глаза Гарри. — Хочу еще кон-фе-ту, — лисенок смущенно улыбается и невинно чмокает Хаззу в губы. — Я сам очень люблю конфеты, таких людей называют «сластенами», но их нельзя есть много, иначе зубки заболят, — мурлычет от тепла Луи, обнимает его за талию и поверить не может, что такой малыш поселился с ним и никуда не уходит. Получив поцелуй, отдает маленькую конфетку в ладошку, а потом улыбается, тем самым создавая ямку для носика шатена.  — Больше не дам, потому что вредно, если что, вода в тубе, — показывает рукой на большую бутылку с насосом и рядом стоящие стаканчики. В дверь стучат, и зеленоглазый говорит «подождите», усаживая голубоглазого на диван. — Подождешь тут опять, хорошо? — Хорошо, — Луи вздыхает и поджимает ножки под попу, усаживаясь на пятки и берет со стола зеленый фломастер, начиная рисовать им на белом листе бумаги странные завитушки в самой серединке, а потом меняет фломастер на голубой и рисует завитки чуть больше до середины листика, далее просто подрисовывает красным фломастером, проводит волнистую линию вокруг этого всего и в углу фиолетовым аккуратно выводит «H+L», и подписывает свое творение с другой стороны своим именем. Лу правда нравится его незамысловатый рисунок, и он довольно улыбается, бережно складывая его пополам. Берет другой листочек и рисует там котенка, тщательно выводя каждый усик, чуть высовывая при этом язычок, и пишет с краю заглавную букву «Т». Стайлс быстро принимает клиента, ему принесли маленького хомячка на осмотр после операции, и у малыша всё быстро и хорошо зажило, поэтому женщина благодарит врача и уходит, закрывая дверь за собой. — Ну, что делаешь? — спрашивает, заходя за угол, а потом смотрит на красивые рисунки, восхищаясь, какой Луи талантливый и умелый. — Ты такой молодец, это очень красиво! — берет шатена за руку и целует костяшки, следом берет рисунок и изучает маленькие завитки. — У тебя очень хорошо вышли буквы и эти штучки, — смеется и показывает на незамысловатый узор. — Я… Я ста-рался, — смущенно бормочет шатен, и милый румянец покрывает его щечки. — Тебе прав-да нра-вит-ся? — мальчик смотрит на Гарри и покусывает нижнюю губу, чуть нервничая. — И… Хаз-за? Науч-ишь я… Меня рисо- вать? — встает на коленки и поправляет толстовку, немного съехавшую с плеча. — Долго… Дол-го тебе ра-ботать? — поднимает ушки и обнимает свой хвостик, который так и норовит вырваться из его маленьких ладошек. — Я хочу… Хочу ку-шать, — немного сводит ушки и опускается на пятки. — По-кор-мишь я… Меня? — Луи опускает взгляд, а потом робко смотрит на кудрявого, хлопая своими длиннющими ресничками. — Ты, правда, очень красиво рисуешь, как ты хочешь научиться рисовать? — спрашивает Гарри, обнимая своего лисенка, а потом хмурит брови, тот вроде недавно поел, но, видимо, ему сейчас нужно чуть больше, чем питомцу, поэтому идет к холодильнику, который замаскирован за шкафом, и достает оттуда банку тунца. — Это рыба, будешь? — вываливает еду на тарелку и рядом кладет два сырных крекера, пожимая плечами, а потом ставит рядом стакан с виноградным соком. — Всё, что у меня есть, малыш, а закончу я через часик, и мы поедем выбирать вещи или домой? — откусывает яблоко и проходит к двери, выглядывая за неё, и видит, как минимум, трёх клиентов. — Я… Ду-маю, я просто хо-тел пить, — шепчет Луи и берет стакан в ручки, делая пару глотков, а затем полностью выпивает все содержимое сосуда, чуть пачкая губки и попадая капельками на толстовку. — Час — это шесть-де-сят минут, вер-но? — Верно, — лепечет и бросает на часы хмурый взгляд. — Но я… Все рав-но не по-ни-маю, — резко поднимает хвостик и прижимает его к груди, чуть поглаживая его, чтобы немного успокоиться. Лисенок берет крекер и кусает его, начиная считать по секундам от ста до ста, каждую сотню записывая на листочек. — Нужно… Сто… Это как де-сять, а десять, как шесть и че-ты-ре, — кивает сам себе и трет глазки. — У я… Меня… — считает все «сотки» и чешет затылок. — Три… И что… Даль-ше? — хмурит бровки и складывает листик, быстро пряча его в карман. — Бу-ду ждать, — мальчик утвердительно кивает, трет глазки, сворачиваясь клубочком на диване и прикрываясь пушистым хвостиком. — Ни-че-го, если я… Посп-лю? — зевает и закрывает глазки, погружаясь в дремоту. — Не забивай подсчетами себе голову и, конечно, поспи, — гладит шатена по волосам, а потом выходит из-за стенки, встречая всё новых и новых посетителей. Ему долго приходится провозиться с попугаем, который что-то проглотил, но, слава богу, всё обошлось, и за это время он принял примерно шесть клиентов. Последний мужчина с вараном поблагодарил его и вышел из кабинета, показывая, что рабочий день кончился. Брюнет переодевается и садится рядом с Луи на мягкий диван, аккуратно поглаживая его за ушком. — Просыпайся, Лу-у. Луи недовольно фыркает и хмурит бровки, но потом медленно открывает глазки. — Домой? — тихо шепчет чуть хриплым ото сна голосом и трет кулачками глаза, садясь на диван. — Ты… Ты все? — уже чуть громче говорит лисенок и зевает, прикрывая рот ладошками. — Ты я… Мне снил-ся, — смущенно опускает взгляд и перебирается на колени Гарри. — Я… Хочу с то-бой, — улыбается и трется носиком о щечку старшего. — А мы… Мо-жем его взять с со-бой? — мальчик закусывает губу и обнимает Гарри за шею. — И я же… Я же бу-ду ходить в тво-ей о-деж-де, да? — Лу шепчет на ушко кудрявому и сдувает с него кудряшку, ловя ее пальчиком, и наматывает прядь на него, оставляя вопрос проигнорированным. — Конечно, можем, маленький, — улыбается и подхватывает Луи под пятую точку, позволяя тому обхватить ногами его. — Но на людях ты будешь ходить в своей одежде, потому что эта тебе очень большая, — чмокает мальчика в нос и с лисенком на руках идет к двери, поправляя его хвост и накрывая ушки капюшоном. Закрывает её и ловит на себе злой взгляд девушки — администратора и ещё пары людей, но не обращает внимания и идет к машине. — Хорошо, — мальчик утыкается своим аккуратным носиком в тонкую шею. — Хазза? Мы… Сей-час пой-дем? — Луи смущенно улыбается и смотрит в глаза Гарри. — И мож-но задать воп-росик? Только один и… Он смущ… Сму-щает, да, — кивает и вздыхает. — Ответь чес-тно, хорошо? — тараторит юноша и зажмуривает глазки, чуть поднимая ушки под капюшоном. — Конечно, спрашивай, — улыбается Гарри и сажает Луи на переднее сиденье своей машины, прощаясь с охранником и отдавая ему запасные ключи. — Не стесняйся и спрашивай, что посчитаешь нужным, я точно честно отвечу, — заводит машину и пишет Найлу, который сразу же спрашивает, что за Лу, и, точно, он же не знает. Стайлс обещает рассказать и не пугаться, потому что парень очень хрупкий, как принцесса. — Я… Тебе нра-вится я — ли-се-нок или маль-чик? — Луи смущенно отводит взгляд, а его реснички дрожат, как листочки на молодых деревцах в ветреную погоду. — И… В Муль-ти-ке гово-рили, что… Це- луешь толь-ко того, кого лю-бишь… Ты ведь любишь ме-ня? — Томмо вздыхает и снимает капюшон, поднимая свои темно-рыжие ушки. — Ты мне нравишься мальчиком, потому что я могу обнимать тебя и целовать, — мило парирует Стайлс и кладет большую ладонь на ногу Лу, слегка поглаживая. — Да, я люблю тебя, — выдыхает брюнет, заранее осмысливая все «за» и «против», понимая, что парня лучше будет очень сложно найти. Кудрявый пробегается подушечками пальцев по лицу шатена, мягко поглаживая висок, а потом целует его в носик. — Пристегивайся и поедем за Найлом. Лисенок мило шевелит ушками и обнимает свой пушистый хвостик, широко улыбаясь, когда получает мягкий поцелуй и смущенно хихикает. — Он… Он хороший-ший и гром-кий, — Луи кивает и смотрит на свой беленький кончик хвоста. — Я не… Я не ис-пу-гаю его? — Нет, конечно, он быстро подружится с тобой, — улыбается и заводит машину, разворачиваясь со стоянки. Брюнет быстро доезжает до блондина, а потом выходит из машины, потому что Хоран хочет вести машину. — Привет! — восклицает ирландец и протягивает руку Луи, замечает его хвостик и уши, а потом, подняв бровь, смотрит на кудрявого, который быстро рассказывает историю, и это его устраивает. — Малыш, пошли на заднее сиденье, — просит Гарри, а потом сажает лисенка на свои колени, поглаживая его талию. — Вы такие милые! — восклицает блондин и заводит машину, направляясь в магазин. — Хазза? — тихо зовет юноша и утыкается носиком в его щечку, чувствуя, как краснеют собственные. — Спро-сишь у него, поч-почему он та-кой гром-кий? — голубоглазик шепчет в самое ушко. — И еще… Он хороший, и у него то-же голу-бые глаз-ки, — уже чуть громче тараторит шатен и хлопает пушистыми ресничками. — Как… Как у меня, — Лу смеется с этого совпадения в шею Хазза. — Ты… Сколь-ко вы дружите? — закусывает губу и ерзает на коленях кудрявого, пытаясь рассмотреть Хорана в зеркале. — Много? — разворачивается к лицу Стайлса и снова закусывает губу от нетерпения, потому что очень хочет получить ответ на вопрос. — Сколь-ко тебе го-ди-ков? — смущенно улыбается и берет Гарри за руку, медленно переплетая их пальчики. — Ох, Ни, почему ты такой громкий? — спрашивает Гарри, улыбаясь, а тот заливисто смеется. — Я просто всегда веселый и эмоциональный, а ещё мои глаза, как у тебя, да, — парирует блондин, поворачивая влево, и Сталсу приходится немного упереться в сиденье, чтобы не съехать. — Мы дружим пять лет, солнце, мне 21, а Найлу 22, мы большие, да? — спрашивает кудрявый и поправляет хвостик лисенка, пока блондин улыбается и придумывает, что бы задать этому чудесному мальчику. — Тебе нравится Гарри, Лу? — спрашивает он, а зеленоглазый краснеет, пряча нос в шее шатена, слегка целуя выпирающую ключицу. — Да, он… Я… Мне нра-вится, что у Хаз-зы вкус-ные губки, и он при-ят-но пахнет, — мальчик запускает пальчики одной руки в волосы Гарри и начинает медленно перебирать их. — У него. Мно-го слад-кого и… Обни-машки, — Луи хихикает, смотрит на ирландца и закусывает губу. — Еще… Носик пря-чется в ямоч-ке или воло-си-ках, — растягивает губы в довольной улыбке и опускает взгляд. — А тебе? — смотрит на Найла и ближе жмется к брюнету. — Он такой невинный, Стайлс — чудо, — восхищается Найл и внимательно слушает, как лисенок подбирает слова и мило склоняет их в ласкательном падеже. — Гарри хороший друг, но ты его парень, верно? — спрашивает Хоран и немного хмурится, потому что, может, ему стоит рассказать? — Смотри, я люблю Гарри, но как друга, я не целую его и не сижу на его ногах. А ты — его парень, так говорят, когда люди очень любят друг друга, — объясняет блондин, а брюнет улыбается, чмокая лисенка в скулу, и протягивает ему конфетку из молочного шоколада. — Он мой Хазза, — лисенок кивает и проводит язычком по сухим тонким губкам, которые даже в таком виде были мягкими. — Или… Лад-но, — фыркает и забавно морщит носик, разворачивая фантик и закидывая конфету в ротик. — Я… Я малень-кий, — Луи кивает и вздыхает, опуская ушки. — Я… Мне гово-рили, что я ра-сту, как чево… Че-ло-век, — снова кивает и поднимает хвостик. — Даже тогда, когда… Когда я, ну… Не он и… Я рад это-му. — Ты не знаешь, сколько тебе годиков? — спрашивает ирландец и останавливается у магазина, удачно паркуясь на свободное место. — Лу, убери хвостик и ушки, нам нужно идти через людей, хорошо? — спрашивает кудрявый, а потом мягко целует шатена в верхнюю губу, придерживая его за подбородок и углубляя поцелуй. Он отодвигается и трётся носиком об щеку голубоглазого, первым выходя из машины, придерживая ему дверь. — Там будут люди, но не пугайся, я тебя спасу. Щеки парнишки становятся ярко-розового цвета от поцелуя Гарри, и он поднимает ушки, шевеля ими пока поцелуй не разрывается. — Я… Ты… — шатен не может подобрать слова и глупо улыбается, чуть щуря глазки, а потом убирает уши под капюшон и засовывает хвостик под кофту, обвивая им тонкую талию. — Пой-дем? И… Мож-можно дер-жать тебя за руч-ку? — показывает Кудряшке их переплетенные пальцы и выжидающе смотрит на него. — Конечно, можешь, и мы сейчас поцеловались, понял? — улыбается и закрывает машину, позволяя Найлу ускакать вперед, а сам, не спеша идет за руку с Луи.