You Know You Love Me

Бэкхён расположился на диване замечая, как Чонин третий раз за день наливает себе выпить, после чего всегда садится в лифт. - Трудный денёк? Чонин стрельнул метающим молнии взглядом. - Господи, если бы взглядом только можно было убивать... разве ты не должен выглядеть немного более счастливым после заниманий сексом? Отсутствие ответа показалось Бэкхёну подозрительным. Он оторвался от игры в которую играл на телефоне поворачиваясь к Чонину, который в этот момент за раз осушил свой стакан, пытаясь подавить соответствующие выражение лица. Теперь, когда Бэкхён задумался об этом... его уходы не были особо долгими, как и не было никаких шумов из комнаты Чонина, из-за которых пришлось бы надевать наушники. - Неужели... у тебя... механические проблемки? - Можно и так сказать. - Сварливо признал Чонин после длинной паузы. Что глубоко удивило Бэкхёна. - Ты так сильно влюблен в Кёнсу. Твоя голова знает, сердце знает, а теперь и твой дружок тоже в курсе. - Бэкхён больше не мог сдерживать смех. - Это так смешно по-твоему? - Выстрелил в него убийственным взглядом Чонин. - Конечно смешно, иначе, почему думаешь я смеюсь? Чонин раздраженно выдохнул. Возможно это всё алкоголь, но ему в голову пришла кое-какая мысль. - Хотя, ты излагаешь интересную теорию. Моё тело, кажется, и правда зациклилось на Кёнсу. Возможно последнее прощание покончит с этим, а точнее прощальный поцелуй. - Злая улыбка расцвела на его губах. Он подхватил свое пальто и направился к выходу. - Увидимся, хён. Бэкхён поднял брови. - Зачем кого-то использовать, когда можно сделать это с Кёнсу? - Заметил он с сарказмом, но парень уже не слышал.

---

Если бы Бэкхён заранее не предупредил Кёнсу о планах Чонина, у него была бы крохотная надежда, что тот хочет извиниться. Но конечно же ему нужно только одно. И пользовался он конечно же своими старыми трюками. - Ты как мужская проекция белоснежки. - Хрипло говорил Чонин, изучая лицо Кёнсу. - Чёрные, как смоль волосы. - Его пальцы медленно прошлись по прядям, опускаясь на лицо. - Кожа белая, как снег. - Он поддерживал подбородок Кёнсу указательным пальцем, на мгновение восхищаясь этими особенностями, прежде чем провел большим пальцем по нижней губе. - Губы алые, как кровь. Такие притягательные. - Он наклонился, закрывая глаза, Кёнсу сделал тоже самое. Но прежде чем их губы встретились, Кёнсу, открывая глаза захихикал, вводя ошарашенного Чонина в замешательство. - Ты так жалок. - Снизошел Кёнсу. - Бэкхён рассказал мне о твоей... - его взгляд упал на промежность Чонина. - Проблемке. Он уставился на него со скептицизмом в глазах. - Ты действительно думаешь, что можешь просто придти сюда и получить быстрый перепихон после всего, что сделал? Чонин попытался спасти ситуацию единственным способом, который знал. - Кто сказал о быстроте? Мы можем продвигаться медленно, если хочешь. - Миленько. - Издевается Кёнсу. - Но твои уловки на меня больше не действуют. Он развернулся, намереваясь уйти, но Чонин естественно хотел вставить последнее слово. - Просто из любопытства, как твоя личная жизнь в последние месяцы? - Короткая пауза. - Ох, подожди-ка... у тебя ведь её нет. - Мне этого и не нужно. Хочешь верь, хочешь нет, но есть вещи по-важнее. - Ты не сможешь игнорировать свои желания всегда. - Не то, чтобы это твоё дело, но я вполне самодостаточный. - Ты и я, мы оба знаем, что это вопрос времени, когда лежа в постели в одиночестве, ты будешь жаждать кого-то, кто заставит тебя почувствовать себя живым. Взгляни правде в лицо, Кёнсу, это неизбежно. Чонин не стал дожидаться ответа.

---

- У тебя Б? - Спросил Бэкхён, чей тест по математике был на высоте, Кёнсу, который бросил свои книги на стол, Кёнсу всегда был честным отличником, и он должен придерживаться этого, если хочет пойти по стопам отца и попасть в Ель. Это был его единственный план на будущее. - В последнее время, я просто не могу сосредоточиться. Он с нахмуренными бровями изучал свои ошибки в тесте, попутно проявляя свою излюбленную привычку грызть ногти. Бэкхён одернул его руку и это было единственным способом заставить его прекратить. - Ты перестанешь уже грызть ногти или нет? Что с тобой не так? Выглядишь так, будто у тебя ломка Ты случайно не тайный наркоман? - Прищурив глаза спросил Бэкхён. - Нет, я просто... разочарован. Кёнсу сконцентрировал внимание на лежащей перед ним бумаге и скрестил ноги. Последовала длинная пауза. - Сексуально? - Наконец спросил Бэкхён. Кёнсу вздохнул. Теперь, когда это было озвучено, он мог себе позволить пожаловаться чуть больше. - Просто, Чунмён был таким... ванильным. Даже когда вел я, он все время хотел по-медленнее. - Кёнсу, ты давно смотрел в зеркало? - Что ты хочешь этим сказать? - Ты красивый парень. У тебя не будет проблем с поиском на одну ночь. Кёнсу знал это. Но не хотел одну ночь, по крайней мере не со случайным незнакомцем. Он, - а точнее его тело - хотело одного человека, и только одного. Но спать с ним определенно не вариант. Не важно насколько сильно он желал его, у него всё ещё есть мозг. - Боюсь, это не поможет. Бэкхёну ведь не обязательно знать все детали, верно? - Ты хочешь только Чонина. - Не потребовалось много времени, чтобы он и так понял это. Проклятье, это что, и в самом деле настолько очевидно? - У вас обоих одна и та же проблема, так почему бы вам не дать друг другу то, чего вы хотите, так вы хоть сможете дальше жить своей жизнью? Легко Бэкхёну сказать, вот только между Кёнсу и Чонином была не просто обычная подростковая любовная история; она стала опасной игрой, которая требовала чательно выстроенной стратегии. - Всё не так просто, я не могу позволить ему выиграть, это не то, чего я ожидаю, чтобы ты понимал. На лице Бэкхёна отражалось выражение: почему-ты-придаешь-этому-такое-большое-значение? Мальчик определенно не догонял, насколько высоки ставки. - Боже, должно быть жизнь так скучна для тебя без всяких интриг и заговоров, как ты вообще развлекаешь себя? - Наблюдаю за своим лучшим другом и братом, которые ведут бессмысленную борьбу за гордость, хотя на деле всего лишь две неженки, безнадежно влюбленные друг в друга. Кёнсу закатил глаза. Очень забавно. - Что бы ты сделал, будь на моем месте? Бэкхёну не понадобилось много времени на ответ. - Заставил бы ревновать. - Это так банально. - Возможно, за то эффективно. - Пожал плечами Бэкхён. - Приходи сегодня вечером. Устроим ночёвку. Ночёвку? Кёнсу не мог понять, было ли это одним из его шуток или нет. - Бэкхён, мы же не двенадцатилетние девчонки. - Просто доверься мне, хорошо? У меня есть план.

---

Чуть позже вечером, Кёнсу прибыл в резиденцию Ким-Бён, интересно, что задумал его друг. - Надеюсь ты не разочарован, что я без пижамки с Хеллоу Китти. Положив руку на грудь, Бэкхён театрально вздохнул, изображая на лице шок. - Какое расстройство. Кёнсу присоединился к нему, садясь рядом на лестнице. - Не желаете ли подробнее уточнить ваш гениальный план, мистер гений? Бэкхён выпрямился, хлопнул в ладоши и потер их как мультяшный злодей. - С минуты на минуту придет Чонин. Кёнсу моргнул, выжидательно приподнимая брови, ожидая когда Бэкхён пояснит следующий шаг. - Мы сделаем всё, чтобы заставить его ревновать. Разве ты не эксперт в коварстве? - Заставить его ревновать к кому? Разве здесь есть кто-нибудь еще? - Глаза Кёнсу бегло обыскали квартиру, но кроме них двоих никого больше не наблюдалось. Бэкхён поднял руку к подбородку, большим и указательным пальцами образуя букву "L", и сопровождая все это глупой ухмылкой. Кёнсу не оценил прикола. - Ты же не серьезно. Он был серьезен. Кёнсу только собирался поспорить, но был остановлен звуком приехавшего лифта. Так что, у него просто не осталось выбора. - Прекрасно. - Он схватил Бэкхёна за шиворот и прижался к него губам. Звук соединяющихся ртов, был прерван покашливанием Чонина. Кёнсу намеренно держал свои руки на Бэкхёне, когда отстранился, чтобы посмотреть на Чонина. - Это что, шутка такая? - Спросил Чонин, его лицо выглядело строго, пока взгляд бегал с одного парня на другого. Бэкхён облизнул губы и ухмыльнулся Кёнсу. - Давай продолжим в моей комнате? - Хорошая идея. - Согласился Кёнсу и снова поцеловал его, в полной мере осознавая, что Чонин наблюдает. - Бэкхён, на пару слов? - Чонин дернул его за руку и Кёнсу приложился головой о стену. Бэкхён сочувственно похлопал его. Типа ему жаль. Чонин подождал пока Кёнсу скроется из виду и проговорил низким тоном: - Мы - теперь братья. Это хоть что-нибудь значит для тебя? - То что между нами с Кёнсу - это физическое, всего лишь для забавы. - Вот значит как? Тебе обязательно трахаться с ним прямо перед моим лицом, зная, что я чувствую к нему? - Он выглядел раненным. - Если ты так хочешь его, сделай уже хоть что-то с этим. - Сказал Бэкхён без улыбки. Он почти ощущал, как Чонин прожигает в нем дыру, когда уходил.

---

Бэкхён крепко спал, когда Кёнсу отправился на кухню за стаканом воды. Он никак не мог уснуть, не тогда, когда в соседней комнате Чонин. Кёнсу любовался из окна ночным Нью-Йорком. Ему было интересно, спит ли сейчас Чонин. Удалось ли им и в самом деле заставить его ревновать, или он видит его насквозь. Он думал о том, что было бы, будь все иначе, если бы Чонин не кинул его тогда. Были бы они сейчас вместе? Были бы счастливы? Никто не мог ответить на эти вопросы. Тратить время на размышления о том, как бы все могло быть, так бессмысленно. Всё было так, как было, и нет никакого способа повернуть время вспять и пережить это снова. Он вернулся в комнату Бэкхёна. Только собрался повернуть дверную ручку, как ощутил руку на своём плече. - Кёнсу, - голос Чонина был лишь шепотом, но этого хватило, чтобы сердце Кёнсу забилось быстрее. Он повернулся к нему, удивляясь, каким нежным было выражение лица Чонина. Это был один из тех редких случаев, когда он не скрывался за маской. - Пожалуйста, ты нужен мне. - Его тон был настойчивым, а глаза умоляющими. Все, что потребовалось, было всего одним прикосновением, а после они уже целовались как сумасшедшие, пробуя губы на вкус, а руки беспорядочно касались друг друга, пытаясь наверстать упущенное. Кёнсу толкнул Чонина на кровать, по собственнически разводя его ноги, вставая на колени между ними. Его руки массировали внутренние бедра Чонина, скользя вверх по растущей эрекции, прежде чем запустить руку под шелковую ткань штанов. Далее, Кёнсу решил попробовать то, что ещё никогда не пробовал. Он позволил руке скользнуть ниже, сильнее сдавливая пальцы у колечка, но прежде чем он смог что-либо сделать, Чонин перехватил его. - Что, черт возьми, ты делаешь? Кёнсу остановился. - Что? Ты всегда получаешься сверху, позволь и мне для разнообразия. Он только собирался продолжить, но Чонин отодвинул его руку. - Я не тот кого трахают. Я единственный, кто трахает. - Настаивал он защищаясь. Кёнсу должен был догадаться. Ничего не бывает так, как он хочет. Между ними есть преграды и границы, не определяемые комфортом, за то гордостью очень даже. Будучи открытыми друг с другом, и показав все свои уязвимые места, даже пытаясь, рано или поздно всё в итоге превращается в борьбу за власть. Если Чонин не собирается уступать, то с какого хрена он должен? - Отлично, ты сделал свой выбор. Дай знать, когда захочешь поменяться. Кёнсу отстранился, готовясь уйти, но Чонин остановил его. - Скажи это. - Что? - Ты знаешь что. Восемь букв, три слога. Скажи это, и я позволю тебе быть главным. - Бросил вызов Чонин. - Это не честно. - Почему? Ты же ждал этого от меня. Кёнсу повысил голос. - Да, и посмотри теперь, что мы пережили, только потому, что тебе не хватило смелости. - Не выставляй меня трусом, когда и сам не можешь этого сказать. - Гневно ответил Чонин. - Я ненавижу тебя. Эти три слова? Он встал и ушел прочь, не хлопнув дверью, только ради того, чтобы не разбудить весь дом.

---

Кёнсу стоял в ванной отеля Чонина "Palace", где собирался провести свой выходной. Парень уставился на ключ меж своих пальцев, который дал ему Чонин незадолго до свадьбы отца. Кёнсу никогда не приходилось использовать его, но сейчас он чувствовал, что ему это нужно. Чонин занимал все его мысли, от которых он не мог уснуть, а когда засыпал, Чонин преследовал его и там. Он трахался везде и всё напоминало ему о нём. Он хотел его, нуждался в нём, и он будет с ним, даже если это означало отказ от принципа на одну ночь. Кёнсу вошел в комнату. - Здравствуй. - Вечер. Чонин раздвинув ноги сидел на кровати в незаправленной рубашке, и расслабленным галстуком висевшим над несколькими расстегнутыми пуговицами. В руке он сжимал свой фирменный напиток, виски на скалах. - Выглядишь восхитительно, как всегда. - Отвесил он комплимент. - Знаю. Не против если я тут устроюсь? - Не дожидаясь ответа, он снял пиджак своего костюма, аккуратно повесив его на диван. - Будь моим гостем. Чонин сделал глоток из своего стакана. Кёнсу стянул галстук и расстегивая верхние пуговицы рубашки, пересекая комнату по направлению к Чонину. - Ты пришел, чтобы сказать мне что-то особенное? - Дразнил Чонин, когда Кёнсу стоял перед ним в рубашке нараспашку. - Нет. В действительности, предпочитаю свести разговоры к минимуму. Он наклонился вперед, нависая над лицом Чонина, и тихим голосом продолжил говорить. - Тебе это нужно, мне это нужно. Всего одна ночь. Никаких условий. Никаких игр. Договорились? Чонин как загипнотизированный смотрел на его глаза, губы, и в итоге утвердительно кивнул. Кёнсу снял штаны вместе с боксерами, плашмя ложась на живот и ожидая следующего шага от Чонина. Он слышал как шелестит одежда, пока он снимал её. - Кёнсу. Он обернулся через плечо, удивленный тем, что Чонин до сих пор не прикоснулся к нему. - Ты хотел быть сверху, так что давай, вперёд. - Сказал Чонин. - Я думал ты не тот, кого трахают. - Повторил Кёнсу последние слова Кая, встав с постели. - Я никогда прежде не был снизу. Да и интереса такого не возникало. - Тогда, почему ты просишь об этом сейчас? - Потому что с тобой всё иначе. - Объяснил Чонин. Я хочу этого, я доверяю тебе, добавил он про себя. Он вручил Кёнсу смазку и лег на кровать, принимая прежнее положение Кёнсу. Кёнсу целовал шею Чонина, его плечи, спину, пробираясь всё ниже, руки массирующими движениями прокладывали путь до ягодиц. Он оставил несколько поцелуев вокруг входа Чонина, прежде чем проскользнуть языком внутрь, чтобы увлажнить. Выпуская вздох, Чонин оглянулся. Он и представить не мог, насколько хороши эти ощущения, и почувствовал себя еще лучше, когда Кёнсу стал добавлять пальцы. Чонин сжимал руками простыни, пока Кёнсу продолжал его растягивать. - Перевернись. - Попросил Кёнсу. Чонин не хотел это делать, потому что так, они были бы лицом к лицу друг с другом, без возможности спрятаться. Было страшно разрешить Кёнсу творить подобное. Он уже сломал так много стен, которые Чонин строил в течении многих лет, и эта была не исключением. Несмотря на то, что Чонин продолжал напоминать себе для чего в первую очередь он их выстроил, Кёнсу заставил его понять, что возможно, просто возможно, он устал быть запертым в клетке. Он повернулся, разводя ноги в стороны. Кёнсу переместился ближе, вставая на колени между ними. Он приставил свой член ко входу Чонина и на мгновение замер, пытаясь прочесть выражение его лица, он почти был уверен, что тот что-то скажет, или сделает, чтобы все остановить. Но к его большому удивлению, Чонин одобряюще кивнул. Кёнсу медленно начал толкать кончик в ободок Чонина, ощущая как тот напрягся под ним. Он знал, что это самая трудная часть, и займет несколько минут, пока боль не начнет спадать. К настоящему моменту он уже так хорошо изучил тело Чонина, что знал, как сделать ему хорошо. Он принялся массировать его бедра, потирая и сжимая их, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать шею. От манипуляций Кёнсу, Чонин медленно стал расслабляться. Через него прошло так много разных людей, но независимо от опыта, в этот раз всё было абсолютно иначе. Чем больше Кёнсу касался его и целовал, когда толкался, тем меньше чувствовалось, что его трахают, и больше было похоже на занятие любовью, что Чонин никогда не делал прежде. Он обнял спину Кёнсу, притягивая ближе, чтобы чувствовать жар его кожи собственной. Чонин попросил ускорить темп, и страстно поцеловал его, запуская пальцы в волосы. Когда глаза Кёнсу устремились на него, он ощутил противоречивые чувства. Это было настолько нереально интимно, что он позволил фразе "не останавливайся" соскользнуть с губ. Кёнсу почувствовал знакомое тепло в желудке, бедра стали работать быстрее, он обхватил напряженный член Чонина, когда разрядка уже была близка. Губы парили над губами Чонина, когда с протяжным стоном он кончил. Достаточно было провести пару раз, чтобы Чонин последовал за ним. Он крепко ухватился за руку Кёнсу, изливаясь прямо на неё и немного пачкая его живот. Кёнсу почистил их и поднял свою одежду. Неважно насколько он хотел заснуть в объятиях Чонина, он получил то, зачем пришел, поэтому лучше уйти, пока один из них опять всё не испортил. - Ты сказал "одна ночь", - напомнил Чонин. - Не уходи. Кёнсу не смог отказать. Может быть, только этой ночью они могут побыть временными любовниками.

---

На следующее утро, стоя перед зеркалом Кёнсу завязывал галстук, когда за спиной появился Чонин: - Что? Собираешься теперь злорадствовать, что выиграл? Он обернулся, подхватываю с дивана куртку. - Я не выиграл, тут нет победителей. Чонин подошел ближе, беря Кёнсу за руку и переплетая пальцы. - Мы продолжаем думать, что если один из нас скажет эти слова, то играм в которые мы играем придет конец. Но, это так же станет и началом чего-то нового, не знаю, готовы ли мы к этому. - Может и не готовы, - признался Кёнсу. - Но должны же когда-то быть. Чонин уперся лбом в Кёнсу. - Я верю в нас. Однажды, мы будем вместе, я знаю, что будем. В глазах Чонина стояли слезы и Кёнсу не мог смотреть на него, иначе они расплачутся оба, а это ещё хуже, чем кто-то один. Он закрыл глаза и поцеловал его в губы, пытаясь насладиться моментом, потому что никто не знал, когда их губы встретятся вновь и встретятся ли? Они посмотрели друг на друга в последний раз, глаза обменялись любовным признанием, слишком тяжелым для их губ, прежде чем попрощаться.