You Know You Love Me

"Уверена, вы уже читали сегодня утреннюю газету, Ким Шинхва погиб в автомобильной катастрофе. Приносим соболезнования и молитвы семье Ким-Бён в это траурное время." Кёнсу решил приехать выразить свои соболезнования лично, и предоставить любую помощь, которую сможет. - Как ты справляешься? - Спросил он Бэкхёна. В квартире находилось смешное количество подарочных корзин и цветов. - Нормально, наверное. Однако мама... - Взглянул он позади него, где его мать кричала на кого-то по телефону. - Кёнсу! Закончив разговор, подошла она к нему. - Так мило с твоей стороны, что ты пришел. - Я так сожалею о вашей потере. - Сказал Кёнсу поклонившись, выражая уважение. - Спасибо дорогой, я действительно ценю это. - Миссис Бён отвлеклась на кого-то из мимо проходящего персонала, недовольная едой, которую он нес. Следуя за ним, она снова начала кричать. - И так весь день, - вздохнул Бэкхён. Кёнсу заинтересованно обернулся. Чонин не отвечал на его звонки, смс, и его нигде не было видно, даже здесь. - Он в порядке, - успокоил его Бэкхён. - Ну или по крайней мере жив. Мы звонили в отель, и там сказали, что продолжают приносить еду наверх. Кёнсу кивнул. Хоть это и было неким облегчением, он всё равно беспокоился. - Просто, не думаю, что ему стоит быть одному в такое время. - Знаю. Но он не хочет никого видеть. Возможно, ему просто нужно время. - Предположил Бэкхён.

---

- Чонин! Чонин! - Бэкхён стоял у двери Чонина в гостинице, ударив по ней несколько раз. - Давай же, мы все беспокоимся за тебя, пожалуйста, открой дверь? - Он упрашивал так, добрых 15 минут, и уже начал уставать. - Нам что теперь, стоять и ждать пока он не проголодается? - Спросил он снова начавшего грызть ногти Кёнсу. - Нет, не будем. - Он вытащил запасной ключ из кармана. Ему действительно не хотелось этого делать, боясь, что может обнаружить за дверью, но сегодня похороны Шинхва и Чонину необходимо присутствовать в знак уважения. - Откуда у тебя ключ от его люкса? Кёнсу бросил на него взгляд. - Подожди, не думаю, что хочу это знать. - Сказал Бэкхён, прежде чем Кёнсу ответил. Чонин сидел в баре с полудопитой бутылкой виски в руке. Он сумел даже сам одеться, хоть и выглядел неопрятно. С полным апатии взглядом, Чонин повернул голову в их сторону, его кожа сегодня выглядела необычайно бледно. - Пошли, - сказал Кёнсу, положив руку на спину Чонина. Он не двинулся. - Чонин, я знаю насколько это тяжело для тебя, но... - Он не хотел бы видеть меня там. - Прервал Чонин, притянув бутылку ближе к телу. - Конечно, хотел бы, ты его сын. - Бэкхёну потребовалось несколько попыток, чтобы вырвать виски из его рук. Парни подняли Чонина с места. Кёнсу поправил ему рубашку, галстук и причесал растрепанные волосы, чтобы тот выглядел хоть немного презентабельно. И тем неменее Чонин был сам на себя не похож, с щетиной на подбородке и темными кругами вокруг глаз, напоминающими синяки от ударов. Трудно было видеть его в таком состоянии, но сейчас не время для Кёнсу жалеть себя, не тогда, когда он должен быть сильным ради парня, которого любит. - Он ненавидел меня. Всё что я когда-либо делал, только разочаровывало его. Он считал меня позором. - Самоуничтожающие комментарии продолжали прибывать, пока Бэкхён и Кёнсу изо всех сил пытались тащить спотыкающегося Чонина на похороны. Во время похорон, Кёнсу не сводил с него глаз. Тот стойко держался на протяжении почти всей церемонии, хотя на самом деле все было совсем не так. Первый инстинкт Кёнсу, после приезда с церемонии, заставить Чонина немного поесть, чтобы еда впитала алкоголь в желудке. Чонин осмотрелся, наблюдая как люди едят, пьют, общаются и даже смеются. Как-то странно устраивать праздник когда кто-то умер, разве нет? Может, им вообще всё равно? Разве цвет их одежды и картина отца в середине комнаты не слишком хороши, чтобы создавать атмосферу траура, особенно когда все так счастливо болтают? Всё зашло слишком далеко. Он не собирался общаться ни с одним из них. Только Кёнсу загрузил тарелку едой, как увидел заходящего в лифт Чонина. Он поставил тарелку в сторону, следуя за ним. Но когда Кёнсу добежал, двери уже закрылись. Он нетерпеливо жал на кнопку вызова, будто это могло ускорить процесс. Чонин уже открыл дверь лимузина, когда Кёнсу наконец догнал его. - Не уходи. - Сказал он. - Я не собираюсь возвращаться туда. - Покачал головой Чонин. - Прекрасно. Тогда давай уйдем. - Кёнсу положил руку на плечо Чонина, в обнадеживающем жесте. - Вместе. - Добавил он. - Мы это уже обсуждали. Мы не пара. - Ответил Чонин, откидывая руку Кёнсу прочь. Кёнсу на секунду опешил. Неужели Чонин сделал это? Неужели он не понимает, что после всего того, через что им пришлось пройти, они всё ещё здесь? Разве не он доказывал Кёнсу, что не собирается от него отказываться, даже если у него будет кто-то ещё? - Но, мы - это мы. - подняв глаза от земли, начал он. - Чонин и Кёнсу. Кёнсу и Чонин. - Он взял руку Чонина, сжимая обоими руками. - Неважно насколько бы ужасную вещь ты совершил, или какие темные мысли были бы у тебя в голове, я прошел бы через это с тобой. Чонин покачал головой. - Почему ты бы так поступил? - Потому что, - был только один способ выразить все то, что он чувствовал в словах. И сейчас, победа или поражение, уже не имеет никакого смысла. Плевать что ему придется проглотить свою гордость, и сказать это первым. Лишь одно сейчас имело значение, чтобы Чонин знал. - Я люблю тебя. Чонин сглотнул. Он моргнул несколько раз, пытаясь осмыслить услышанные слова, которые прозвучали в ушах. И на секунду он позволил себе почувствовать это. На секунду он позволил себе поверить, что эти слова правда, и он достоин их. Но небольшая его часть, которая хотела сдаться в руки Кёнсу, почувствовав себя любимым, быстро перенесла его к самоненависти и неадекватности. Он не заслужил того, чтобы быть любимым. Он никого не заслуживает. А тем более, он не заслуживает Кёнсу. Так что, лучше он в очередной раз соврет себе, что никому не нужен и в одиночку лучше. - Ну, это очень плохо. - Он выдернул свою руку из рук Кёнсу, и сел в машину, хлопнув дверью. Кёнсу в оцепенении смотрел ему в след. Он настолько онемел, что почти не чувствовал как по щекам стекали слезы. Замечено: До Кёнсу проливает слезы из-за мистера Кима. Вот только вопрос: какого из них?

---

Солнце уже зашло и Кёнсу направился наверх, чтобы лечь в постель. Он редко уставал и на самом деле был уверен, что если сможет заснуть, его обязательно будут преследовать кошмары. Он остановился на полпути, услышав что-то странное. Звук был похож на... сопение. Кёнсу последовал на звук. Похоже он доносился из лифта. В углу сидел Чонин, его лицо больше не было таким стойким, оно было полно печали. Он выглядел таким беспомощным. Несчастным. Сломленным. - Чонин, - мягко сказал Кёнсу. Он посмотрел на него снизу вверх, словно потерянный ребенок, жаждущий привязанности, комфорта, любви, тишину разрезал всхлип, врываясь в самые глубины души Кёнсу. Он присел рядом с ним, крепко обнимая. Чонин закрыв глаза прижался к его груди, вдыхая запах. Его руки схватились за руки Кёнсу, умоляя остаться ради него, потому что он нуждался в этом, он нуждался в нём так отчаянно. Его руки дрожали, когда Кёнсу помогал ему подняться на ноги. Он держал его за талию, поддерживая несбалансированные шаги, пока они не дошли до его кровати. Кёнсу не спал, приглядывая за Чонином, держа его, успокаивая, пока он не перестал плакать и не уснул у него на руках. На следующее утро, когда он проснулся, Чонина уже не было. На его месте лежала записка. Кёнсу потер заспанные глаза, и прочитал. "Ты достоин лучшего. Прости. - Чонин."