«Записки демона»

Ему больше нечего скрывать, да? Этот маленький секрет не один. У него таких много. Вы действительно поверили, что он вот так просто раскроет карты о своей прошлой жизни, о друзьях, семье, о том, чем занимался, как жил? Легендарный демон-лис потеряет своё прекрасное имя, при каждом упоминании о котором ёкаев бросало то в жар, то в холод, если поведает кому-то о… — Эй, покоритель Вселенной, — ласковый женский голос твердит за гранью сознания, — вставай. Томоэ лениво приоткрыл один глаз и посмотрел вверх. — Лиса, — охрипшим голосом проговорил демон, приглаживая свои белоснежные волосы на голове, — лучше не трогай меня, когда я пьян. — Подумаешь. Может, мне нравится тебя доставать? И вообще, кто из нас старше? Правильно, Лиса. Кто умнее? Правильно, Ли… — Замолчи, — закрывает руками мохнатые ушки. — Раздражаешь. — Ты меня тоже, поверь. Иногда. Когда пьяный, — и смеётся. Как ему нравится её веселый звонкий смех. Сейчас это — такая редкость. Девушка улыбнулась. Белоснежные волосы, бледная кожа, на голове – лисьи ушки, за спиной – хвост, глаза цвета фиалки, прямой аккуратный нос и пухлые, красиво очерченные губы. Когда родителей и брата взяли в плен, Микони забрала младшую Холо и удалилась. Лиса вырастила Томоэ одна. Она могла хладнокровно убить кого-нибудь, но с братцем всегда была ласкова. По сути, каждый взял то, что хотел. А у старшей выбора не было.   — Вставай живо! Чего на полу развалился? — рыкнула на него хозяйка и для пущей эффективности пнула под зад, да так, что тело, пропитанное алкоголем, прокатилось по полу несколько раз, однако и после этого демон не поднялся. — Давай, как тогда, — тихо произносит он, — примем вместе ванну? Давай, как в детстве, ляжем в одну постель? Я хочу почувствовать твою ласку, хочу снова взглянуть на то, как ты будешь покрывать мою кожу лёгкими поцелуями, хочу… — Ты пьян, — боится пошевелиться, ведь ему невозможно отказать. — Знала бы ты, сестра, какого целыми днями изнывать от желания… Приходится идти в такую даль, только чтобы получить хоть каплю удовольствия и тепла. Ты не понимаешь, ведь у тебя столько «ухажеров», что не счесть. — Прости, — она вздохнула, — я больше не хочу этого. Ты мой брат и должен понимать, что это… — Неправильно? — подсказал Томоэ, легко стукнув пушистым хвостом по полу. — А раньше ты не осознавала сего. Милая, думаешь, я бы стал просить об этом тебя? — он медленно, пошатываясь, встаёт и подходит к ней. — Думаешь, стану упрашивать? Просто возьму и всё! И рывком хватает девушку на руки. Ничего уже не вернуть назад, их отношения никогда не изменятся, и не будет всё, как у остальных. Они давно перешли грань «брат и сестра». Оба начинают горячо дышать, когда демонический лис входит в небольшую светлую комнату — купальню, где раздевает Кицунэ и опускает в большую круглую ванну, до самых краёв переполненную горячей водой, затем раздевается сам и залезает к ней; прозрачная вода обжигает их тела, и становится невыносимо душно. Лиса обнимает брата за плечи, дотрагиваясь пышной грудью до его груди, плоской и немного мускулистой, и начинает первая легко целовать в губы. — Томоэ… — кто-то позвал его, но голос не принадлежал сестре, которая сейчас прогибалась и страстно стонала под ним. — Томоэ… — зов повторился, и тогда он взглянул вверх, но не поверил собственным глазам. Сидя на прозрачном порхающем облаке, сверху на него смотрела знакомая девушка. Странно, ибо видел её один Томоэ, потому как на появление незнакомки Лиса никак не отреагировала, продолжая своё дело. — Томоэ, это ведь я, Нанами. Неужели ты не помнишь? — глаза её наполнились слезами, а тот смотрел, не имея шанса оторваться. Этот образ… почему он так ему знаком? — Не плачь, пожалуйста, — еле слышно произносит демон. — Я не хочу, чтобы ты плакала. Девочка не слушается, она хнычет, прикрывая ладонями мокрое лицо, и дьявольский лис видит рядом с ней ещё один силуэт, на этот раз собственный, в котором за эти несколько столетий кое-что всё-таки изменилось. — Нанами, — силуэт нежно погладил ту по голове, обнимая, — я здесь, всё хорошо. Это всего-навсего воспоминания… «Твои воспоминания», — думает Момодзоно, крепко вцепившись пальцами в накидку ёкая. — Это неправда, — утешает себя она, оборачиваясь лицом к другому лису. — Я никогда не брошу тебя, Томоэ, никогда не разлюблю, даже несмотря на прошлое и все твои недостатки. Моя любовь никогда не позволит этого сделать. Никогда.

***

— Что это? — спросил Курама, разглядывая брошенную на стол чёрную тетрадь. — Сожги её, — без единых эмоций приказал лис, складывая руки на груди. — Больше не хочу, чтобы Нанами что-либо узнала обо мне: итак зашла слишком далеко. Ворон долго не решался задать главного вопроса, но любопытство — штука тонкая и неудержимая. — Ну и что ты будешь делать? — он пригладил русые волосы, торчащие в разные стороны, начиная понимать демона. — То, что хотел сделать уже давно. — Тогда ты обратился точно по адресу, — Курама, уловив намёк, не сдержал пошлой ухмылки.