В тебе мой свет!

      Оказавшись в пустом архиве, Клэри облегченно выдохнула и на мгновение прикрыла глаза, потому что до этого момента в ней жил страх того, что, выйдя из портала, она наткнется на кого-то, кто задержался на работе. Или Трой окажется предателем, который заманил её в ловушку, а это еще хуже. Но теперь эти страхи отступили, и можно выпрямиться и гордо идти вперед. Клэри с трудом подавила в себе желание пробежаться хотя бы взглядом по документам в архиве, и, нужно сказать, сделала это очень правильно, потому что уже в следующую минуту в помещение зашел Трой. Он выглядел слегка обеспокоенным и запыхавшимся, будто после бега, но, увидев Клариссу, он улыбнулся, расслабился и тоже облегченно выдохнул. – Я уже испугался, что это кто-то вернулся или пришел какой-нибудь преступник, воспользовавшись тем, что защита снята, – выдохнул Трой, подходя к Клариссе. – А чего ты сюда переместилась, а не в мой кабинет? – Так ведь я не знаю, где он находится, потому и переместилась в архив, –улыбнувшись, ответила Клэри. – Здесь уже никого нет? – Мы одни, все уже ушли, – улыбнулся Трой, и они вместе ушли в кабинет парня.       Помещение оказалось очень светлым и чем-то напоминало её собственный кабинет. Но больше всего Клэри удивили фотографии, которые висели на стене. Среди многих других была фотография, сделанная три года назад в загородном доме Моргенштернов. На этой фотографии Трой, Клэри, Кайден, Джонатан, Карэн и её Стивен весело смеялись, а вокруг них было множество цветущих деревьев, поскольку фотография была сделана в саду. Они все тогда дурачились в саду и бегали, как малые дети, смеясь и догоняя друг друга. Фотография была сделана в тот момент, когда Джон поймал Клэри и поднял её над землей, обхватив руками за талию, а Трой сделал то же самое с Карэн. Кай и Стив схватились руками за живот и заржали, сгибаясь пополам и пытаясь отдышаться. При этом лица всех такие счастливые, искренние, веселые, что у Клэри болезненно сжалось сердце от этих воспоминаний. Она все еще не могла смириться со смертью Джона... наверное, никогда не сможет. – Мы здесь такие молодые и счастливые, – сказала она, не отрывая взгляда от фотографии. Трой тоже посмотрел на неё и улыбнулся. – Такое ощущение, что это было сто лет назад. К сожалению, многое осталось только в прошлом, – сказал он, переведя взгляд на другое фото, которого Клэри сначала не заметила. На нем были изображены два парня, чем-то даже похожие внешне. Они стояли, обнявшись за плечи, и смотрели в камеру, но, видимо, в последний момент не выдержали и засмеялись, поэтому фото получилось очень позитивным. Это были два высоких брюнета с приятными и красивыми чертами лица. Два друга, можно сказать, два брата. Это были Трой и Алек. – Что у вас произошло? – спросила Клэри, зная, что Трой поймет, о чем она спрашивает. – Это длинная история, и я не имею права рассказывать тебе о ней, если Алек решил промолчать, – сказал Трой с еле заметной грустью в голосе. Затем он повернулся к ней и спросил. – Он ведь был против нашей встречи, когда узнал? – Ну... – Говорил, что тебе не нужно со мной встречаться, и что лучше держаться от меня подальше, так ведь? – задал он еще один вопрос, заранее зная ответ. Когда Клэри опустила взгляд, не зная, что ответить, он грустно усмехнулся и сказал. – Я так и думал. Он все еще меня не простил, да и вряд ли когда-нибудь простит. Но ты не обижайся и не злись на него, он просто волнуется за тебя. И если ты сейчас здесь, а не сидишь привязанная к стулу или что-то в этом роде, то поверь мне, он тебе доверяет. – А может у него просто не хватило сил, чтобы связать меня? – попыталась пошутить Клэри, но Трой не засмеялся. – Поверь, в этой ситуации ты даже не успела бы закричать, как уже оказалась бы связанная либо закрытая в какой-нибудь комнате, – серьезно сказал он. – А то, что ты стоишь здесь, означает, что он тебе доверяет, хоть и волнуется за тебя. – Почему же он тогда был так против, если мне он доверяет? – Потому что он не доверяет мне, – тихо выдохнул Трой, а потом тряхнул головой, выбрасывая все грустные мысли из головы, и сказал, прежде чем Клэри успела задать еще один вопрос. – Но не будем о грустном. Я немного подготовился, так что садись и чувствуй себя, как дома, а я сейчас вернусь.       Клэри села на черный кожаный диван, который вместе с креслами и кофейным столиком расположились во второй части кабинета, где, предположительно, проходят беседы за чашечкой кофе. Трой вернулся через минут семь, и в руках он нес большой поднос, на котором стояли фрукты, пирожные и чай. Поставив это на кофейный столик, он подвинул к Клэри одну из чашек с ароматным чаем, а сам сел в одно из двух кресел. – Надеюсь, ты не разлюбила шоколадные пирожные? – спросил Трой. – Нет, все еще люблю больше всего на свете, – с улыбкой ответила Клэри и тут же потянулась к любимому лакомству. И плевать, что за окном уже глубокий вечер.       Между давними друзьями тут же завязался легкий разговор, который касался абсолютно всех тем. Им было легко друг с другом, будто и не прошло целых три года. Они много вспоминали о Джоне, и в какой-то момент Клэри почувствовала, что по щеке течет слеза. В последнее время ей стало легче выражать свои эмоции, чувства, не скрывая их ото всех. И вот сейчас боль, заполнившая её сердце от тяжелых, но светлых воспоминаний вызвала у неё искренние эмоции... и слезы.       Спустя несколько часов разговоров, Клэри поняла, что пора действовать. Она подгадала момент, когда Трой отвлекся на телефон, куда пришло сообщение, и щелкнула пальцами, вгоняя его в некое подобие ступора. После этого она прошептала короткое заклинание, и с её пальцев слетело несколько фиолетовых искр, которые ударили Троя в грудь и висок, а его глаза заволокло фиолетовой пеленой. Несколько раз щелкнув перед его носом пальцами и позвав парня по имени, но не получив ответа, Клэри довольно улыбнулась, встала, глубоко вздохнула и, распрямив плечи, направилась в сторону архива. Толкнув массивную дверь, она зашла в огромное помещение и на мгновение замерла на месте. Перед ней было огромное количество книжных шкафов с коробками, папками, отдельными документами, и одному Разиэлю известно, сколько ей придется искать нужные документы, и найдет ли она их вообще. На все поиски у неё всего лишь три часа, после этого заклинание перестанет действовать, поэтому нужно приступать к поискам как можно быстрее. Еще раз глубоко вздохнув, Клэри направилась вперед и начала изучать, по какому принципу распределены все документы.       Прошло почти два часа, прежде чем Клэри нашла отделение с секретными документами, доступ до которых могут получить только с разрешения начальника архива или Верховного члена Конклава. И кто бы мог подумать, что именно там Клэри найдет то, что её интересует. В отдельном шкафу стояло несколько коробок, в которых лежали папки с документами. И вот в одной из них, на которой было написано "Отдел по расследованию чрезвычайных происшествий в Сумеречном мире", она и нашла папки со знакомыми фамилиями. – Наконец-то! Почему я сразу не вспомнила об этом отделе? Кай ведь говорил, что все материалы засекречены. Вот балда! – проворчала Клэри и, взглянув на свои часы, стала быстро просматривать все документы. Но там не было того, что могло объяснить причину всего произошедшего. Так Клэри думала, пока не взяла в руки две последние папки. Фамилии на них были настолько знакомыми, что она пораженно выдохнула и слегка дрожащими руками стала просматривать последние документы. То, что она прочитала, полностью перевернуло её мир и выбило из колеи. – Не может быть, – тихо и неверяще прошептала она, смотря на папку, на которой написано всего одно слово: " Лайтвуд". – Так вот что стало причиной всего этого, – еще тише выдохнула Клэри, посмотрев на вторую папку с названием " Дело Дамиана Вейланда". То, что она прочла в этой папке, не вкладывалось в голове, но только теперь все стало на свои места. – Черт, времени совсем не осталось! – чертыхнулась она, увидев, что осталось всего двадцать минут до завершения действия заклинания.       Действовать нужно было быстро, поэтому она прошептала короткое заклинание, и рядом с ней оказалось точно такое же количество папок, как и в коробке, которую нашла Клэри. Только в этих папках лежали точные копии оригинала. Быстро собрав все оригиналы в коробку и поставив её обратно в шкаф, она подняла с пола копии и быстро открыла портал в свой дом в Идрисе.       Положив документы в сейф в кабинете отца, она открыла портал обратно в архив и, убедившись, что не осталось следов её пребывания здесь, вернулась в кабинет Троя. Она села на свое место, глубоко вздохнула и, немного успокоившись, стала шептать специальное заклинание, чтобы вывести Троя из этого состояния. Она вплела в это заклинание другое, которое должно вложить в память Троя другие воспоминания. Прошло почти три часа, поэтому нельзя, чтобы в его памяти эти часы остались чистым листом. Она вложила ему в память воспоминания о том, как они весело болтали, вспоминали прошлое, говорили о будущем и о своей работе. Только после этого она закончила плести заклинание и щелкнула пальцами, приводя Троя в сознание. Она аж вздрогнула, когда Трой неожиданно засмеялся. – Ох, давно я так не смеялся, – сказал он сквозь смех. – Как же я рад, что мы все-таки встретились. А ведь я даже не подозревал, что так сильно соскучился. – Да, я тоже очень соскучилась и рада, что мы встретились, – сказала Клэри, улыбнувшись, но в её взгляде читалось волнение. Она не могла выбросить из головы мысли о документах, которые сейчас лежали в сейфе. – Что случилось? – Трой сразу же заметил изменения в Клариссе. – Что тебя тревожит? Или я сказал что-то не то? – Нет, все в порядке, дело не в тебе, – тут же поспешила заверить его Клэри. – Я правда очень рада, что мы встретились, и сегодня был просто замечательный вечер. – Тогда что случилось? Я же вижу, что тебя что-то тревожит. – Просто... Мы поссорились с Алеком, когда я собиралась к тебе, и теперь я волнуюсь, – сказала Клэри часть правды. – Мы не так давно вместе, и это была наша первая ссора, и я боюсь, что он так и будет на меня злиться и обижаться. – Поверь, у него есть причины на такое поведение в данной ситуации, и дело совсем не в тебе, – грустно сказал Трой, а Клэри чуть не взвыла, услышав те же самые слова, которые сказал ей Алек. – Вы помиритесь, вот увидишь. Ты не умеешь врать, поэтому он сразу поймет, что ты не врешь ему, и между нами ничего не было. Поймет и сразу успокоится, – сказал Трой, а Клэри нервно усмехнулась.       "Да уж, не умею врать... Хотя, я просто недоговариваю о том, что сейчас у меня в сейфе дома лежат копии документов из секретного отдела архива, которые я достала, обезвредив его специальным заклинанием. Так что да, врать я не умею, а вот недоговаривать – это всегда пожалуйста", – хмыкнула мысленно Клэри и улыбнулась. – Ты прости, Трой, но я, наверное, буду возвращаться. И так уже очень поздно, могу себе представить, что он там себе понапридумывал, – извиняющимся тоном сказала она. – Конечно, я все понимаю, – тут же ответил Трой. – Может, тебя проводить? – Трой, у меня ведь порталы, или ты забыл? – усмехнулась Клэри. – Точно! – хлопнул себя по лбу Заккерс. – Все время я забываю об твоих этих дарах. "Знал бы ты о моей магии, вообще с ума сошел бы", – мысленно усмехнулась она, но в ответ сказала другое. – Я и сама долго привыкала. Ладно, пойду я. Ты не пропадай только опять на три года. – То же самое хочу сказать тебе, – сказал Трой. Он подошел к столу и взял там одну из своих визиток, чистый листочек и ручку, а затем вернулся обратно к Клэри и протянул ей все это. – Вот, это моя визитка, там все мои номера. А на этом листочке будь добра, напиши свой номер, чтобы я мог с тобой связаться. – Хорошо, – улыбнулась Клэри, отметив, что у Троя простая серая визитка, в отличие от Патча. Она написала свой номер и отдала ему обратно листок и ручку. – Вот, буду ждать звонка. Передавай огромный привет Карэн и Стиву. Нужно будет как-то встретиться с ними, но сейчас пока что времени нет. – Ты тоже передавай привет Каю и Магнусу. Когда вернусь с командировки, обязательно встретимся все вместе. Карэн со Стивом будут рады тебя увидеть, а я буду рад увидеть тебя и Кая с Магсом. И да... передай Алеку, что мне все еще очень жаль, и что я правда хочу, чтобы он снова начал мне доверять. Не спрашивай ничего у меня сейчас, просто передай ему эти слова, хорошо? – Хорошо, – согласилась Клэри, вставая с дивана. – Удачи тебе в командировке и скорее возвращайся на родину. Буду ждать звонка. – Спасибо, а тебе удачи в деле опекунства. До встречи, Клэрс, – сказал он с улыбкой и обнял свою подругу. Все же для настоящей дружбы время не играет никакой роли. Вы можете не видеться год, два, десять, но, встретившись, вы обязательно почувствуете то тепло от общения, и ваше сердце непременно радостно забьется от осознания того, что друг рядом. Но все это возможно только в том случае, если это настоящая дружба, а не её подобие. А у Троя и Клэри именно та самая дружба, которая не рушится и с годами, поэтому сейчас им так хорошо, легко и тепло. – Ладно, беги, а то долго прощаемся, – усмехнулся он и, поцеловав её в макушку, выпустил из своих объятий. Клэри тоже улыбнулась и взяла свою сумочку с дивана. – До встречи, Трой, – сказала она и открыла портал на одну из улиц Идриса. – Клэрс, забыл сказать, – окликнул её Трой, когда она уже собиралась сделать шаг в портал. – Что такое? – Ты сегодня шикарно выглядишь, – сказал он с улыбкой, а Клэри засмеялась. – Спасибо, – улыбнулась она и шагнула в портал, даже не подозревая, что Трой еще некоторое время будет смотреть на то место, где секундой ранее стояла она сама, а потом взъерошит волосы рукой и еле слышно скажет: – Как же я понимаю тебя, Алек. Я бы тоже не отпустил её на встречу ко мне... Но в этот раз тебе чертовски повезло, и я рад за тебя...       Клэри вышла на улице, которая вела к её дому. Ей хотелось немного прогуляться и подышать свежим ночным воздухом. Здесь, в Идрисе, воздух был совершенно не таким, как в Нью-Йорке. Он пропитан запахом цветов и чего-то еще, чему невозможно найти определение. Наверное, так ощущается ангельская энергия, которая пронизывала воздух Идриса и делала его неповторимым. Здесь дышится намного легче, и кажется, будто только здесь можно вдохнуть воздух полной грудью, будто до этого ты и вовсе не дышал. Здесь человек в полной мере ощущает себя живым. И это просто не передать словами, это можно только почувствовать... И Клэри чувствовала. Она шла по мощеным улочкам и наслаждалась небом, которое здесь было усыпано таким количеством звезд, которых в Нью-Йорке почти не увидишь из-за огромного количества иллюминаций и высоток. Здесь казалось, будто ты становишься намного ближе к природе, становишься с ней одним целым. И еще больше способствовали таким ощущениям цветущие клумбы и сады, которыми мог похвастаться каждый дом в Идрисе. Даже возле тех домов, где давно никто не живет, растут прекрасные цветы и деревья. Это магия Идриса, это его энергия, это его особенность, которая всегда нравилась Клариссе. Нравится и сейчас, когда она рассматривает эти цветы под светом луны и ночных фонарей, которые стоят почти в каждом дворе и вдоль дороги.       Посмотрев на часы, Клэри ахнула, поняв, что уже почти пол третьего. Она тут же представила, как сильно волнуется Кай, и как извел себя Алек за это время. И снова ей захотелось позвонить ему и попросить прощения за то, в чем не виновата, но она отдернула себя. Они поговорят утром, когда он окончательно успокоится. А сейчас она должна позвонить брату и успокоить его, а то он ведь не заснет, пока не услышит, что с ней все в порядке. Она была в этом уверена. Набрав номер Кая, она стала ждать, когда он ответит, и он взял трубку после второго гудка. – Привет, не разбудила? – Ты в порядке? – одновременно спросили они и засмеялись. – Нет, не разбудила, я ждал твоего звонка и жутко волновался. Так ты в порядке? – Да, все нормально, уже иду домой, – ответила Клэри, улыбнувшись. – В смысле идешь? А как же портал? – Я открыла портал на одну из улиц, потому что хочу немного прогуляться. – Клэри, это опасно! Я бы не советовал тебе гулять ночью одной, особенно в свете последних событий и открытий! – ворчал Кай, но в его голосе отчетливо было слышно волнение и заботу. – Не ворчи, Кай, – улыбнулась Клэри. – Я уже почти дома, так что со мной ничего не случится. Как там Алек? Успокоился немного? – Не знаю, – скрепя зубами, ответил Кай. – Мы с ним поговорили, немного поссорились, он психанул и ушел куда-то, сказав Саю, что вернется поздно. Вернулся почти в двенадцать ночи и ушел к себе в комнату. Иззи ходила к нему, хотела поговорить, но он не открыл. А я сказал ей, чтобы не переживала. Не маленький мальчик, перебесится и успокоится. – А вдруг с ним что-то случилось, пока его не было? А вдруг его ранили, но он не хочет, чтобы вы знали об этом? Я постоянно так делала, скрывая от Магнуса свои раны! А вдруг ему там плохо стало, а вы даже не проверили! – в душе Клэри стала подниматься нешуточная паника, и она даже остановилась, начиная тараторить, пока в голове её мелькали всевозможные ужасные картинки. – Так, параноик, успокойся и прекрати себя накручивать! – строго и требовательно сказал Кай. – Ничего с твоим Отелло не случилось. Вернулся он целый и невредимый, а не хочет никого видеть, потому что накручивает себя и бесится. Утром вернешься, вы помиритесь, и все будет хорошо. Вот увидишь. – А почему вы поссорились? – спросила Клэри, снова шагая вперед и пытаясь успокоиться. – Не сошлись во мнениях по поводу того, что значит быть парой, – недовольно ответил Кайден. – Но я на него не злюсь, потому что он явно слишком зациклен на Трое. И дело не в том, что он не хочет, чтобы ты виделась с другими парнями, а в том, что он не хочет, чтобы ты встречалась именно с Троем. В чем причина такого отношения, я понятия не имею. – Я тоже, но меня выводит из себя то, что он не рассказывает мне об этом. Почему он скрывает от меня это? Не доверяет? – А почему ты долгое время не рассказывала ему о Габриэле? – вопросом на вопрос ответил Кай. – Не доверяла? – Ты же знаешь, что история с Габриэлем – это то, что я не хочу вспоминать. Мне больно, обидно и противно об этом говорить. И я доверяю Алеку, просто не хочу лишний раз возвращаться к этому, вот потому и рассказала ему не сразу. – У него могут быть те же причины, – веско заметил Кай. – Не стоит обвинять человека в недоверии или еще чем-то, если не знаешь истинной мотивации его поступка. У вас была своя жизнь до того, как вы стали парой. Свои секреты, свои беды, своя боль и свои неприятности. Поверь мне, есть в жизни такие вещи, которые не хочется рассказывать. И в первую очередь тому, кто тебе очень сильно дорог. Есть такие демоны из прошлого, которых никому не хочется показывать. Ты и сама об этом знаешь. – Ты когда это психологом заделался? – буркнула Клэри. – Задело то, что я заступился за Алека, а не поддержал историю о том, что он тебе не доверяет? – усмехнулся Кайден, заранее зная ответ. – Уфь, иногда меня бесит, что ты так хорошо меня знаешь, – проворчала она, а Кай засмеялся. – Я очень хочу, чтобы мы с ним помирились, потому что эта ссора выбивает меня из колеи. Мы не виделись пол дня, но я так по нему соскучилась, что не передать словами. У меня такое ощущение, будто пропала какая-то часть меня, и мне её очень не хватает. Это очень странное ощущение, и я никогда не думала, что когда-то буду чувствовать нечто подобное. – Это называется "любовь", сестренка, – улыбнулся Кай. – А в вашем случае она еще и усилена привязкой чувств и проведенным ритуалом. Вот ты и чувствуешь все это. Алек, я уверен, чувствуешь то же самое. – Стоп, а откуда ты о привязке знаешь? – воскликнула Клэри, вновь резко остановившись. – А это уже совсем другая история, – усмехнулся Кай, не желая сдавать свои источники, хотя вариантов было всего два. – Ты лучше расскажи, долго ли тебе еще идти? И ты нашла что-нибудь в архиве? – Идти еще минут пять, – ответила Клэри и улыбнулась. Ей безумно нравилась забота Кайдена и то тепло и легкость, которые появлялись от общения с братом. – А в архиве я нашла то, от чего меня буквально вынесло. Я сделала копии всех документов, так что завтра, а уже точнее сегодня, все покажу и расскажу. Вы будете в шоке. – Ты хоть намекни, в чем там дело, а то ведь я не усну. – Это не телефонный разговор, Кай. Скажу только, что все эти охотники десять лет назад работали над одним делом, после раскрытия которого их понизили в званиях, а отдел, в котором они работали, расформировали. А еще я узнала, что нам известны не все участники и потенциальные жертвы. – А кто еще? – Ты не поверишь, когда я скажу. – А ты попробуй. – Начальником этого отдела был Роберт Лайтвуд, а Мариза Лайтвуд – его зам, – ошарашила брата Клэри. – А после расформирования они единственные, чье имя не пострадало. Они остались работать в Конклаве, а потом сами попросили перевода на должность глав Института, в связи с рождением Макса и желанием быть с семьей. Вот такая история. – Твою ж мать, – выругался Кай. – А что за дело? – А вот это я уже точно расскажу потом, потому что многое мне и так не понятно. Только не говори никому о Лайтвудах. Я сама расскажу обо всем, когда вернусь домой. – Хорошо, без проблем, – тут же откликнулся Кайден. – Блин, я в шоке. Но почему они не пострадали? Если дело было каким-то секретным, и провинился весь отдел, то они, как руководители, должны были пострадать больше остальных. Ведь так, если рассуждать логически? – Так, но в документах об этом нет ничего, поэтому придется узнавать у самих Лайтвудов. Но меня больше интересует, почему они сами нам ничего не рассказали до этого? Я не верю в то, что они не поняли в чем дело. Они прекрасно понимают, почему убивают именно этих охотников, но молчат. Почему? – Вот и мне интересно. А еще теперь понятно, почему Аманда говорила маме, что эти убийства точно связаны с "той самой историей", – сказал Кай. – Они догадались обо всем, но не успели ничего сделать. – Да уж, все это очень запутано. Мне кажется, что еще немного информации, и у меня просто взорвется голова, – сказала Клэри, заходя во двор своего дома. – Я уже дома, сейчас буду захо... Что за черт? – Что случилось? – тут же встревожился Кайден. – Клэри, не молчи! – Входная дверь не заперта, и в гостиной горит свет, – уже шепотом ответила Клэри, замерев на крыльце. Она отклонилась от окна, чтобы её не увидели, и попыталась прислушаться к тому, что происходит внутри. – Не смей туда заходить, слышишь?! – завопил Кай. – Я сейчас приду к тебе, или лучше сама открывай портал и возвращайся в Институт. – Я не могу, там документы, – прошептала Клэри. – Они лежат в сейфе, и я не могу их оставить там. – Да плевать на документы! Ты знаешь, что в них, сможешь нам рассказать. Твоя жизнь важнее! – Нет, я не позволю им разрушить еще один мой дом, – тихо, но решительно сказала Клэри. – Клэри, я умоляю тебя, не заходи туда! – с нарастающей паникой взмолился Кайден. – Твою мать, где это чертово стило? – выругался он, и Клэри услышала, что у него там в комнате что-то упало. Видимо, он переворачивал все в комнате, пытаясь найти свое стило. – Кай, я захожу внутрь. – Нет! – взревел Кай. – Клэри, дождись меня, прошу тебя. Я же не выдержу, если с тобой что-то случится! – Кай, я буду осторожна, – тихо прошептала Клэри. – Если через десять минут я не перезвоню, открывай сюда портал. И помни, что я очень сильно тебя люблю. – Не смей со мной прощаться, Моргенштерн! – воскликнул Кайден. – Я приду к тебе сразу же, как найду стило. И все же, прошу тебя, не заходи туда одна. – Поздно, брат, я уже иду, – сказала Клэри. – Я люблю тебя, – добавила она и сбросила вызов, выключая звук в телефоне. Клинка при ней не было, поэтому она сконцентрировалась на своей магии, глубоко вздохнула и дернула за ручку двери.       В гостиной было тихо и пусто. Свет горел, но никого, кроме неё самой, там не было. Она медленно стала продвигаться вперед, стараясь не стучать каблуками, и прислушиваясь к любым шорохам. Она уже дошла до лестницы, когда услышала непонятный шум в игровой комнате. Показалось, будто там что-то упало, или кто-то пнул ногой стул. Клэри медленно развернулась и так же тихо направилась к этой комнате, затаив дыхание. Дверь была приоткрыта, и, заглянув в маленькую щель, Клэри увидела лишь полумрак. В этой комнате система освещения была многоуровневая, и сейчас, судя по всему, включен второй уровень освещения, когда горят лишь две лампы на потолке и часть настенных светильников.       Открыв дверь чуть больше и заглянув внутрь, Клэри увидела стоящего возле окна охотника, который был повернут к ней спиной. Скрещенные за спиной руки, немного расставленные на ширине плеч ноги и опущенная вниз голова тут же помогли ей опознать этого человека.       Когда пришло понимание, Клэри открыла полностью дверь и шагнула вперед, специально сделав так, чтобы стукнули каблуки. – Что ты здесь делаешь? – спросила она, остановившись у порога и скрестив руки на груди. – К тебе пришел, – обернувшись, ответил Алек, и Клэри вновь стала злиться. После разговора с Кайденом она немного успокоилась, но этот ответ слегка взбесил её. – То есть пришел проверить, одна ли я вернулась и вернулась ли вообще? – возмущенно спросила Клэри, начиная закипать. – Нет, Клэри, я... – но Клэри не узнала, что хотел сказать Алек, ведь в комнату буквально влетел Кайден с клинком в руке. Увидев Алека и полностью здоровую и невредимую Клэри, он облегченно выдохнул и спрятал клинок. – Господи, как же я испугался за тебя! – вместе с выдохом произнес он и обнял сестру, прижимая её так крепко, как это возможно. – С тобой все в порядке? Точно? – Кай, не переживай так, ты же видишь, что я в порядке, – улыбнулась Клэри, с трудом освобождаясь из этих объятий. – Я прошу прощения, но что здесь происходит? – спросил Алек, которого эффектное появление Кайдена сбило с толку. – Ох, Алек, лучше молчи сейчас! – натянуто сказал Кай. – Происходит то, что ты мог сказать, что отправился к Клэри, а не закрываться в своей комнате, не сказав никому ничего. Во-первых, Иззи там с ума сходила, волнуясь за тебя, во-вторых, я чуть седым не стал, когда Клэри сказала, что входная дверь её дома не заперта, и в гостиной горит свет. И вот я здесь. Кстати, очень вовремя ты, Клэри, научила нас открывать порталы с помощью твоей руны. Очень полезная вещь. И как я вижу, пригодилась не только мне, – тут он уже не выдержал и ухмыльнулся. – Извини, что напрасно заставила тебя волноваться, – извиняюще произнесла Клэри. – Ты можешь остаться здесь, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. А утром вместе вернемся в Институт. – Очень хорошая идея, – сказал Кай, но деликатное покашливание Алека натолкнуло его на мысль, что у Лайтвуда были другие планы. Поэтому Кайден поспешил исправиться. – Идея хорошая, но я переполошил Саймона, взяв его стило, потому что свое так и не нашел. Поэтому я, пожалуй, вернусь в Институт и скажу, что ложная тревога, а то ведь он через десять минут поднимет весь Институт. А вы тут только не подеритесь, а поговорите уже, как взрослые люди, – сказал он и подмигнул Алеку. – Ну все, сестренка, я ушел. Спокойной ночи, – добавил он и тут же исчез в портале, даже не дав кому-либо сказать хоть слово. – И что это было? – спросил Алек, ошарашено моргая и пытаясь переварить поток слов, который на них вылил Кай. – А это был мой брат, – хмыкнула Клэри и перевела взгляд на Алека. – А ты так и не ответил на мой вопрос. – Послушай, Клэри, я повел себя, как идиот, – выдохнул Алек, делая несколько шагов вперед и останавливаясь на расстоянии вытянутой руки от неё. Комната была не очень широкой, но длинной. В левой её части расположился домашний кинотеатр с огромным экраном и диванами вместо стульев для просмотра фильмов. В детстве Клэри часто засыпала здесь, так и не досмотрев до конца фильм или мультик. В правой же части расположился большой бильярдный стол, возле которого сейчас стояли Алек и Клэри, а за ним небольшая зона отдыха, состоящая из дивана, трех кресел и кофейного столика. Небольшая дверь вела в еще одну комнату, которая была полностью оборудована для компьютерных игр. Окна в комнате вели в сад, поэтому Алек, который до этого стоял возле одного из них, и не заметил прихода Клариссы. А в стороне возле бильярдного стола стояла подставка для киев, и, судя по тому, как она наклонена, пнули несколько минут назад именно её. – Хорошее начало, – хмыкнула Клэри, но с места не сдвинулась. Алек же взъерошил собственные волосы и продолжил. – Клэри, я знаю, что не должен был так злиться, но у меня были на то причины! – Господи, Алек, тебя заело на этой фразе, что ли? – не выдержала и вспылила Клэри. – Ты мне сказал её уже раза три за сегодня, но саму причину так и не объяснил! Именно это меня бесит больше всего! – эмоционально сказала она и, обойдя Алека стороной, подошла к окну, бросила на подоконник сумку и повернулась к парню лицом. – Почему ты мне не можешь рассказать об этой причине? Ты не доверяешь мне? Думаешь, что я не пойму? Или чем ты руководствуешься, не желая мне расска... – Трой увел у меня девушку, – выдохнул Алек, а Клэри резко замолчала. – Что? – Два года назад Трой увел у меня девушку, – повторил Алек, вновь делая несколько шагов к Клариссе. – Я встречался с ней почти два года, у нас все было хорошо. Мне даже казалось, что я люблю её. Но потом она стала меняться, все чаще хамила мне, родителям, Саю, Иззи, Джейсу. Она все чаще стала отказывать мне во встрече, ссылаясь на важные дела, иногда придумывая совершенно идиотские отговорки. Однажды я решил проследить за ней. Тогда-то я и узнал, что почти год она мне изменяла. Она встречалась с Троем за моей спиной, хотя прекрасно знала, что он – мой друг. – А он знал о ней? – Нет, я не познакомил их, не успел, – ответил Алек, стараясь не смотреть в глаза Клэри. – Трой целый год был в Идрисе, работал где-то преподавателем, но где именно – он не говорил. – Он преподавал у нас в Школе советников. – Правда? – удивился Алек. – Вот уж ирония. Ну, не важно. Этот год мы почти не виделись, только созванивались. Потом он уехал в Германию, а те две недели, пока он был в Нью-Йорке, она была в Идрисе. И я не успел их познакомить. Но как оказалось, они и сами познакомились, причем очень тесно. Я застал их за самым интересным занятием. – Так ведь Трой мог и не знать, что она – твоя девушка! Она могла не сказать ему. – Трой тоже так говорил, клялся, что не знал ничего, но я не поверил, – покачал головой Алек. – Нора сказала, что он знал все, и что это доставляло ей еще больше удовольствия. Осознание того, что она спит с моим лучшим другом. – Нора? Нора Патч? – воскликнула Клэри, когда все детали пазла сложились в целостную картину. – Да, именно она, – подтвердил Алек. – Она сначала не была такой, а потом резко изменилась. Под конец наших отношений я даже не понимал, что нашел в ней. Тогда я понял, что ни о какой любви и речь не шла. И даже её предательство меня не так сильно задело, как предательство Троя. Я так и не смог ему поверить, – Алек тяжело вздохнул и только сейчас поднял взгляд на Клэри. – Поэтому я так сильно был против вашей встречи. Если ты уйдешь, если оставишь меня, это сломает меня окончательно. Нору я не любил, это было увлечение, может, влюбленность, но точно не любовь. А тебя я люблю больше собственной жизни, причем в прямом смысле этого слова. Если ты меня предашь, я не знаю, что буду делать без тебя. У меня такое ощущение, что я дышу только тобой, а мое сердце бьется только благодаря тому, что рядом бьется твое. Эти чувства пугают меня, потому что я физически чувствую потребность быть рядом с тобой. И я точно знаю, что если ты уйдешь, то я не смогу остаться прежним, не смогу жить, если рядом не будет тебя. Поэтому я так злился, когда узнал. Я просто боялся того, что все повторится. – Дурак ты, Лайтвуд, каких еще поискать нужно, – беззлобно сказала Клэри, отчаянно пытаясь не улыбнуться. Слова Алека настолько тронули её, что она почувствовала, как по телу разлилось тепло, а сердце затопила нежность к любимому. – Ладно, ты не доверяешь Трою, но разве я дала тебе повод сомневаться в моих чувствах к тебе? Я призналась тебе в любви, когда была мертва. Я умерла ради тебя, а моя душа сказала тебе, что любит тебя. Разве этого тебе мало для того, чтобы понять, что кроме тебя мне не нужен ни один человек в мире? – Прости меня, я такой дурак! – выдохнул Алек, делая еще один шаг к ней. – Я просто испугался, а мой мозг просто отключился. К тому же, он мог тебя заставить. – А вот это уже обидно, – фыркнула Клэри. – Я не из робкого десятка, поэтому могу за себя постоять и дать отпор любому, кто посмеет коснуться меня без моего на то желания. – Но он – сильный воин, и в такой ситуации даже ты не сможешь ему противостоять, – возразил Алек. – Алек, вот тебе обязательно испортить такой момент? – возмутилась Клэри. – Уфь просто! – сказала она и отвернулась от него, подходя к окну и скрещивая руки на груди. Честно говоря, она и сама не поняла, на что именно обиделась: на то, что Алек сомневается в её силах, или то, в чем обвиняет Троя. Ей все еще сложно было поверить в то, что Трой мог предать своего друга. Она видела его грустный взгляд, слышала раскаяние в голосе, поэтому ей искренне хотелось верить в то, что он не знал о том, что Алек – это парень Норы. Поэтому даже подсознательно она оправдывала его, не желая терять друга. Но все мысли отошли на второй план, когда она почувствовала прикосновение губ Алека к своей шее, а его руки сомкнулись у неё на животе. – Прости меня, – прошептал он, обдавая горячим дыханием чувствительную кожу на шее. – Я так соскучился по тебе, будто не видел целую вечность, – выдохнул он и снова поцеловал её в шею.       Легкое, практически невесомое прикосновение горячих губ к шее вызвало целый табун мурашек у Клэри, которые побежали по позвоночнику, заставляя её вздрогнуть. Алек прижал её к себе еще сильнее, не оставляя между их телами и сантиметра расстояния. – Я люблю тебя, – тихо прошептал он ей на ухо, а затем поцеловал мочку уха, легонько прикусывая её, а потом проводя по месту укуса языком, будто извиняясь. Это простое движение заставило Клэри рвано выдохнуть и вздрогнуть всем телом. Она откинула голову назад, подставляя Алеку шею для новых поцелуев, а сама опустила свои ладони на его руки, которые все еще прижимали её к сильному мужскому телу.       Алек, получив своеобразное разрешение, поцеловал её за ушком и стал спускаться с поцелуями вниз, покрывая ими практически каждый сантиметр чувствительной кожи. Горячие губы Алека сводили с ума Клэри, и она блаженно прикрыла глаза, спиной прижимаясь к его груди. Когда он укусил её за шею, после этого зализав место укуса, Клэри не выдержала, и с губ её сорвался еле слышный стон наслаждения. Это заставило Алека резко развернуть Клэри лицом к себе и впиться в её губы страстным поцелуем, в котором не было и намека на нежность. Клэри с готовностью ответила на поцелуй, углубляя его и обнимая парня за шею. Она прогнулась в спине, прижимаясь к нему еще ближе, а его руки сомкнулись у неё на талии, немного сжимая её. Их языки касались друг друга в страстном танце, а все мысли покинули головы, оставив лишь голос желания, голос тела, полностью охваченного страстью. Клэри укусила Алека за губу, немного оттягивая её, а потом провела языком по месту укуса, с удовольствием наслаждаясь рычанием своего парня. Она улыбнулась, не разрывая поцелуя, и зарылась одной рукой ему в волосы, немного сжимая их, причиняя слабую, но сладкую боль. Это подействовало на Алека еще более одурманивающее, и он сделал несколько шагов вперед, прижимая Клэри спиной к стене.       Почувствовав спиной холодную стену, Клэри улыбнулась и, рвано выдохнув, обхватила одной ногой ногу Алека, тем самым прижимаясь к нему еще сильнее и задевая его самый чувствительный орган, которому уже стало тесно в штанах парня. Глухо зарычав, Алек оторвался от губ своей девушки и снова стал целовать её шею, спускаясь вниз, в зону декольте, но наткнулся на препятствие в виде туники, которая скрывала от него такое желанное тело. Желание слишком затуманило его разум, поэтому он не стал заморачиваться над тем, чтобы расстегнуть пояс на блузке Клэри, а просто порвал его, словно тонкую нить. Отбросив в сторону порванный пояс, он рванул в разные стороны блузку девушки, и в тишине послышался звук падающих на пол пуговиц. – Это была моя любимая блузка, – тяжело дыша, сказала Клэри. – Ох, черт, – выдохнула она, когда Алек поцеловал её грудь, пока не освобождая её от лифчика.       Немного отстранившись от стены, Клэри сама сняла с себя остатки блузки и отбросила её в сторону, прижимаясь к своему парню и растворяясь в его прикосновениях и поцелуях. Алек одним движением снял с неё кружевной лифчик и отбросил его в сторону, замерев на мгновение, чтобы посмотреть на небольшую, но чертовски соблазнительную грудь охотницы. Даже многочисленные шрамы, которыми был исполосован живот и грудь нефелимки, не портили её прекрасного вида, и в глазах Алека зажглось еще большее желание. Этого секундного замешательства парня хватило Клариссе для того, чтобы снять с него футболку и провести ногтями по его груди и идеальному прессу. Это движение заставило его снова зарычать и с еще большей страстью впиться в её губы поцелуем, от которого у обоих окончательно снесло крышу. Алек знал, что он у Клэри не первый, поэтому сейчас он мог позволить себе быть страстным и немного грубым, не боясь причинить ей боль или испугать её. Поэтому он, оторвавшись от губ нефелимки, оставил несколько поцелуев на её шее и, наконец-то, добрался до такой желанной груди девушки. Он поцеловал сначала ложбинку между ними, а потом провел языком от ложбинки до затвердевшего соска, обхватывая его ртом и слегка прикусывая и оттягивая. Одной рукой он прижал девушку к себе за талию, а второй сжал правую её грудь, пока его язык ласкал такой чувствительный сосок левой груди. Алек то втягивал его, слегка посасывая, то отпускал, покрывая грудь поцелуями, то снова обхватывал ртом, прикусывал, чтобы потом зализать укус и подуть на мокрое место, наслаждаясь неровным дыханием Клэри и её тихими стонами, которые срывались с её губ. Затем его губы легкими, нежными касаниями пробежались по шраму у неё на груди, от чего в его собственной груди появилось странное тепло, которого никогда прежде он не ощущал. Это была их привязка, их любовь, которая в моменты интимной близости соединяла их эмоции еще сильнее, чем обычно. Теперь они почувствовали это в полной мере. И это было просто невероятно…       Сама же Клэри хаотично бродила руками по его телу, то зарываясь пальцами в его волосы и прижимая к себе еще крепче, то проводя по спине, то опускаясь в штаны и сжимая ягодицы парня, вызывая его рычание, которое отзывалось легкой вибрацией в теле самой Клэри. Ей было настолько хорошо, что не передать словами. Но ей хотелось большего, намного большего, как и ему самому.       Лаская грудь Клэри, Алек опустился руками вниз, проводя ладонью по бедру девушки снизу вверх и поднимая вверх ткань юбки, которая сейчас была совершенно не нужна. Когда юбка оказалась на поясе охотницы, он переместил руки на её ягодицы и сжал их, тем самым вызвав еще один короткий стон девушки. Затем он одним рывком поднял её над землей, заставив обвить его ногами, и прижал к стене, снова целуя её в губы. Такое положение доказало Клэри то, что Алек сейчас очень возбужден, и это заставило её перейти к решительным действиям.       Прервав очередной крышесносный поцелуй, Клэри поцеловала подбородок парня, переходя на шею и медленно подбираясь к руне, которая чертовски сильно привлекала её. Она сначала поцеловала кожу, скрытую черной меткой, а затем языком стала повторять её узор, иногда цепляя кожу зубами. Расправившись с руной парня, она уперлась руками в его грудь, заставив немного отстраниться, и поцеловала шрам его шрам, как несколькими минутами ранее сделал это Алек, целуя ее собственный шрам. Теперь тепло появилось в груди Клариссы, и она почувствовала все желание парня, которое он испытывал в тот момент. Проведя по шраму сначала губами, а потом языком, она собиралась вновь подняться к шее, но ей не позволили. Алек утробно зарычал и, резко подняв её голову за подбородок, поцеловал её – страстно, грубо, властно, крышесносно. Он снова подхватил её под ягодицы и направился к диванам, которые стояли в левой части комнаты, но Клэри протестующе застонала и отстранилась от него, заставляя его опустить её на пол. Не понимая, в чем дело, Алек позволил ей стать на пол и посмотрел на неё затуманенным взглядом. – Что случилось? – хриплым голосом спросил он, пытаясь выровнять свое дыхание. – Там будет скучно, – сказала она, ухмыляясь и тяжело дыша. – Есть другие варианты? – тоже ухмыльнувшись, спросил Алек, притягивая её к себе за талию. – Есть один, – загадочно сказала она и, развернувшись, подошла к бильярдному столу, возле которого они недавно стояли.       Оставаясь спиной к Алеку, она опустила юбку, расстегнула молнию и позволила ей соскользнуть на пол, открывая Алеку вид на черные кружевные трусики и чулки, которые Алек изначально принял за колготы. Сзади послышался рваный вдох, и уже в следующую секунду Клэри почувствовала, как её прижимают к сильной груди и сильно возбужденному органу. Довольно ухмыльнувшись, она специально прогнулась так, чтобы задницей задеть пах Алека, и в ответ на свое движение услышала рык Алека, а его рука легла ей на спину, заставляя прогнуться и лечь грудью на стол, что она и сделала. Алек тоже нагнулся и поцеловал её в шею, после чего стал спускаться с поцелуями по линии позвоночника, и от каждого прикосновения Клэри вздрагивала и прижималась к нему все сильнее. Он целовал каждую руну на теле девушки, каждый её шрам, которых было довольно много. Он будто хотел своими губами убрать эти шрамы с нежной кожи своей возлюбленной, но вместо этого заставлял её все больше и больше дрожать.       Когда рука Алека забралась под тонкое кружево и сжала заметно увлажнившееся место между её бедрами, Клэри вздрогнула и выгнулась, сжимая его руку ногами, намекая на то, что она хочет большего. Но у Алека были немного другие планы.       Убрав руку, он развернул Клэри к себе лицом и усадил её на стол, целуя в губы. Оставив несколько поцелуев на её шее, он заставил её лечь на спину, а сам стал прокладывать дорожку поцелуев от груди к животу и ниже, заставляя Клэри дышать все тяжелее. Чем ближе губы Алека приближались к резинке кружевных трусиков, тем учащеннее становилось сердцебиение и тяжелее дыхание. Стащив с девушки белье, Алек вновь вернулся поцелуями к её животу, а вот пальцами пробежался по внутренней стороне бедра, спускаясь опасно близко, но не касаясь скопления всего желания. Поцелуи Алека опускались все ниже, и вот тот самый, который заставил Клэри громко застонать и выгнуться, закрывая глаза от наслаждения. Язык Алека творил что-то невообразимое, то проникая внутрь, то задевая клитор, то пробегаясь по кромке, доставляя особое наслаждение. Клэри ерзала, не в силах лежать спокойно, поэтому Алек положил руки ей на бедра, зафиксировав их в таком положении и продолжив свои ласки, свою сладкую пытку, которая доставляя Клэри огромное удовольствие. Когда он обхватил губами чувствительный бугорок, всасывая его и проводя по нему языком, а его палец оказался внутри неё, комнату заполнил громкий стон Клариссы, потому что это было слишком хорошо и слишком близко к финальной точке. Но Алек не позволил ей достигнуть вершины, поэтому резко отстранился, заставив её протестующе и разочарованно застонать. Он прижал её руки к столу, заведя их ей за голову, чтобы она не помогла себе сама, и снова стал её целовать, получая удовольствие от того, что это он сейчас правит балом, он здесь главный, и от него зависит её удовольствие. Но Клэри не могла терпеть, поэтому решила немного схитрить.       Щелкнув пальцами, она освободила Алека от штанов и трусов, которые еще как-то сдерживали его и помогали ему держать себя в руках. Когда парень тоже остался полностью обнаженным, Клэри обхватила его талию ногами, прижимаясь к нему запредельно близко. Она специально стала двигаться таким образом, чтобы задевать его член, который был уже полностью готов, как и сам Алек. Глухо зарычав и укусив Клэри за губу, Алек на мгновение отстранился, чтобы уже в следующее мгновение оказаться внутри неё, вжимаясь до предела и замирая так на мгновение. Громкий стон наслаждения Клэри слился воедино с рыком Алека, который оперся на руки, которые расположились по обе стороны от груди Клариссы. Выждав несколько секунд, Алек начал двигаться, и его движения были резкими, страстными, немного грубыми, а проникновения – глубокими, сводящими с ума. Клэри стала двигаться ему навстречу, хватаясь за его руки, зарываясь пальцами в его волосы, притягивая к себе, целуя, царапая спину и не сдерживая свои стоны, которые действовали на Алека не менее возбуждающе, чем её упругость, которая сжимала его член плотным кольцом, сводя с ума и еще быстрее доводя до конца.       Движения становились еще быстрее, поцелуи – беспорядочнее, а стоны – громче, но все оборвалось, когда Алек резко отстранился. И снова всего за несколько секунд до яркого финала. – Алек, ты изверг! – простонала Клэри, млея под очередными поцелуями парня. – Немного ведь осталось! – протянула она, выгибая спину, когда Алек пробежался поцелуями по её ребрам. – Еще рано для финала, – хрипло выдохнул он и подхватив её под ягодицы, стащил со стола, поставив на ноги, а сам сел на стол, подвигаясь почти на самый центр. – А вот это мне уже нравится, – с ухмылкой сказала Клэри и тут же, следуя приглашению, забралась обратно на стол, только в это раз садясь на Алек. – А вот теперь моя очередь, – многообещающе выдохнула она и поцеловала грудь Алека, начиная спускаться все ниже и ниже.       Когда она провела языком по руне на ребрах парня, он вздрогнул; когда стала целовать его живот, уделяя внимание каждой руне и каждому кубику пресса, он зарычал; а когда её пальцы пробежались по внутренней стороне его бедра, губы сомкнулись на головке, а язык несколько раз прошелся по ней, повторяя очертания, он застонал и откинулся назад, закрывая глаза от удовольствия. – Ведьма... самая настоящая ведьма, – выдохнул он, когда Клэри стала двигать ртом, помогая себе рукой и заглатывая член практически до основания, проводя по нему языком и уделяя особое внимание головке.       В какой-то момент Алек положил руку ей на голову, самостоятельно задавая тот темп, который был ему нужен, а Клэри подчинялась, желая доставить ему особое удовольствие. И доставляла, потому что крышу у Алека снесло окончательно, и уже его стоны и рычание слышались в комнате и служили наградой для Клэри. – Хватит! – рыкнул Алек, почувствовав, что долго не выдержит, и потянул Клэри вверх, вновь впиваясь губами в её губы.       Они оба дрожали от возбуждения, оба хотели еще большего, но оба играли друг с другом, мучая друг друга и доставляя невероятное удовольствие. Оторвавшись от любимых губ, Клэри выпрямила спину и сама села на член Алека, при этом не отрывая своего взгляда от его глаз. Откинув голову назад и закрыв глаза, она стала двигаться, самостоятельно задавая темп и получая максимум удовольствия от этого. Руками она оперлась на ноги Алека сзади, тем самым выгибаясь еще больше. Алек же блуждал руками по её телу, то сжимая грудь девушки, то пробегая по ребрам, то опускаясь на ягодицы, сжимая их до красных пятен. Им было чертовски хорошо, и это наслаждение граничило с эйфорией, с заоблачным удовольствием, от которого сносило крышу. Их привязка чувств работала на все сто процентов, и, чувствуя наслаждение и ощущения друг друга, они еще больше возбуждались и хотели доставить друг другу еще больше удовольствия. Поэтому движения становились все быстрее, проникновения – все глубже, прикосновения – все чувственнее, а поцелуи – горячее и страстнее. Чувства друг друга и свои собственные накрывали с головой, и казалось, что мир сейчас рухнет, а сердце не выдержит таких эмоций и ощущений.       В какой-то момент Алек одним движением прижал к себе Клэри и, перевернувшись, подмял её под себя, нависая над ней и страстно целуя. Движения стали быстрыми, глубокими, грубыми, заставляющими кричать и выгибать спину. Алек не останавливался, больше не мог. Он доводил до финала и себя, и Клэри, с каждым толчком вжимаясь все сильнее и ускоряя темп, делая их практически болезненным. И это того стоило.       Ярчайший финал накрыл сначала Клэри, а потом и Алека, когда он почувствовал, как она сжимает его член внутри, практически не позволяя ему двигаться. Сделав еще несколько толчков, он достиг своего пика наслаждения и с глухим стоном впился ей в губы страстным поцелуем, все еще не выходя из неё, а наслаждаясь минутами общего оргазма. Их тела все еще дрожали, а удовольствие все еще накатывало волнами, пульсируя. Спустя несколько минут, Алек скатился к Клэри, упав на спину рядом с ней и пытался восстановить дыхание. Еще никогда он так не выматывался. Еще никогда ему не было так хорошо. – Ахренеть можно! – выдохнул Алек, и эти слова очень ярко описывали их состояния. Клэри, услышав такой комментарий, засмеялась. – Знал бы Джон, чем его любимая младшая сестра занималась на его любимом бильярдном столе, с ума сошел бы, – с усмешкой сказала Клэри. – Ага, а у меня из задницы торчало бы несколько моих же стрел, – поддержал её Алек, и оба засмеялись. – Это точно, – подтвердила Клэри и, отсмеявшись, перевернулась на живот, положив руки Алеку на грудь. – Мистер Лайтвуд, хочу официально вам заявить, что ног я не чувствую, и до комнаты дойти не смогу, – сказала она с самым серьезным видом, стараясь не засмеяться. – Вот черт, мисс Моргенштерн, а я ведь хотел сказать вам то же самое, – усмехнулся Алек, положив руки ей на талию. Поправочка, чуть ниже талии. – Но вы же мужчина, мистер Лайтвуд. Поэтому вы должны заняться транспортировкой девушки, которую ноги не держат. Из-за вас же, между прочим! – А что мне за это будет? – лукаво ухмыльнувшись, спросил Алек. – А над оплатой мы подумаем, – в тон ответила ему Клэри, наклонившись к самим губам Алека, и поцеловала его. – Ну, лааадно, так и быть, – протянул Алек, когда Клэри разорвала поцелуй. Он встал со стола и протянул руку Клэри, помогая ей тоже слезть. Когда она стала ногами на пол, он подхватил её на руки и закружил по комнате, вызывая у неё искренний и заразительный смех. – А вот, будь так любезна, скажи мне, куда делись мои штаны и трусы? – прищурившись, спросил Алек, когда они уже поднимались по лестнице. – А то в комнате я их не увидел. – А я вообще без понятия, – ответила Клэри, обхватив своего парня за шею. – Мне нужно было избавиться от твоей одежды, вот я и избавилась. А заморачиваться над тем, чтобы оставить её в комнате, не хотелось. – И как я, по-твоему, в таком виде вернусь в Институт? – хмыкнул Алек. – Знаешь, а мне и так все очень даже нравится, – с огромной ухмылкой сказала Клэри, поцеловав парня в шею и проведя ноготком по задней стороне шеи и спине. – Тебе-то я не сомневаюсь, а вот остальным, думаю, вряд ли понравится, – хмыкнул Алек, игнорируя мурашки, которые побежали у него по спине. – А Кай вообще может оторвать мне кое-что, желая защитить честь своей сестры, которая, между прочим, оказалась фурией, а не ангелом. – А вот это я не позволю сделать. Уж больно нравится мне это кое-что, – с ухмылкой сказала Клэри. – Я заметил, – хмыкнул Алек, и они оба засмеялись. – Ладно, так уж и быть, подберу тебе что-нибудь из одежды Джона, – смилостивилась Клэри, когда Алек занес её в комнату и положил на кровать. – Ну, вот, а говорил, что ноги не держат. А они держат не только тебя, но и меня, – ухмыльнулась Клэри, обнимая за шею нависшего над ней Алека. – А тебя держали мои руки, – ухмыльнулся Алек, целуя девушку в шею. – А ноги? – А ноги несли меня вперед, желая получить обещанную плату, – ухмыльнулся он и стал спускаться поцелуями в зону декольте. – Да? – удивилась Клэри, немного выгибаясь и подставляя Алеку новые места для поцелуя. – И что же я тебе обещала в качестве награды? – Все, чего я захочу, – хрипло сказал Алек, целуя одну грудь Клэри и сжимая рукой вторую. – Разве? Не помню такого, – выдохнула она, закрывая глаза и зарываясь рукой в и так взлохмаченные волосы Алека. – Но я сегодня добрая, поэтому согласна исполнить все, что ты захочешь. – Какие мы добренькие, – усмехнулся Алек, проводя ладонью по телу девушки и останавливаясь на внутренней стороне бедра. – Заметь, ты сама это сказала, – добавил он и стал покрывать поцелуями живот девушки, медленно, но уверено спускаясь вниз. – Ох, черт, – выдохнула Клэри, когда пальцы Алека пробежались по чувствительному бугорку, слегка сжимая его и оттягивая. Теперь она точно готова на все.       Алек действовал медленно, дразнил её, желая доставить удовольствие любимой, а она медленно распадалась на части, млея от этих прикосновений и вздрагивая от каждого поцелуя. Ей было так хорошо, как никогда ранее не было с Габриэлем. С Алеком все было совершенно иначе, и её тело отзывалось на каждое, даже мимолетное, касание парня или его поцелуй. Она становилась в его руках податливой и покорной, и получала от этого удовольствия. Ей нравилось, как резко выдыхает Алек, когда с её уст срывается стон; как он рычит, когда она сама начинает покрывать его тело поцелуями; как стонет, когда она опускается к его паху и сжимает в руке его возбужденный член; как сжимает кулаки и зубы, желая сдержать стоны удовольствия, когда она обхватывает губами головку члена; как резко впивается он губами в её губы, заставляя её оторваться от увлекательного занятия, когда чувствует приближение финала; как резко и глубоко входит в неё, вжимаясь до предела и срывая губами её стон; как двигается в ней, то наращивая, то сбавляя темп, но неизменно доставляя крышесносное удовольствие; как рассеяно оставляет поцелуи на её лице, шее, плечах, груди, продолжая толчки; как рычит и стонет, сминая её губы в страстном поцелуе и наваливаясь на неё всем телом, когда разрядка накрывает обоих с головой. Все это сводило её с ума, и сейчас она потеряла связь с миром. Только он, только его руки и губы, только они во всем этом мире.       Когда они, уставшие, вымотанные, мокрые от пота, но чертовски довольные, рухнули на кровать, пытаясь отдышаться, на улице уже давно было светло. – Вот уж и не думал я, что ты такая, – выдохнул Алек, когда смог нормально дышать и говорить. – Какая? – с ухмылкой спросила Клэри, поворачиваясь на бок и прижимаясь к Алеку. Она положила голову ему на грудь, а руку – на живот, начиная выводить на нем какие-то замысловатые узоры. – Ненасытная дьяволица, а не белокрылый ангел! – слегка возмущенным, но чертовски довольным голосом сказал Алек. Он перехватил её пальцы, которые рисовали узор, поцеловал их, а потом переплел со своими, второй рукой обнимая её за талию и прижимая к себе. – И разве это плохо? – ухмыльнулась Клэри, закидывая одну ногу на него и поднимая её повыше, практически касаясь паха. – Это очень хорошо, – с такой же ухмылкой ответил Алек и поцеловал её в макушку. – Во сколько ты собиралась вернуться в Институт? – В девять, но одного часа сна мне будет мало! – заявила она, посмотрев на будильник, который показывал пол восьмого утра. – Полностью с тобой согласен, – поддержал её Алек, укладывая её голову обратно к себе на грудь. – Значит, вернемся после обеда. – Ага, только Кай еще раньше заявится сюда с клинком в руках, потому что подумает, что с нами что-то случилось. – Так напиши ему сообщение, – предложил Алек. – Когда проснется, прочтет. – О, а вот это хорошая идея, – сказала Клэри и, приподнявшись, щелкнула пальцами, и в её руке появился её телефон. – Ты даже не представляешь, как мне нравится, когда ты колдуешь, – подозрительно хриплым голосом сказал Алек, смотря на то, как Клэри печатает текст. Услышав слова парня, она ухмыльнулась, но промолчала. "Кай, ты скорее всего спишь, поэтому я решила не звонить, а написать. Мы с Алеком вернемся где-то к двум часам дня, так что не волнуйся и не паникуй. И успокой других, если будут нервничать. Люблю тебя, братец", – такое сообщение отправила она Каю, и, к большому её удивлению, через пять минут пришел ответ. "Я подозревал, что все так и будет. Я так понимаю, вы с Алеком помирились? *ухмыляющийся смайлик*". "Ага *довольный и ухмыляющийся смайлики*" "Много мебели сломали?" "Кай! Негоже спрашивать такое! (Ничего не сломали *подмигивающий смайлик*)" " Вот еще один вопрос. Это ты проснулась так рано, или вы только собираетесь засыпать? *два ухмыляющихся смайлика*" " Второй вариант *три ухмыляющихся смайлика*" " Ничего себе! Ну, Алек и гигант. Прям зауважал *ржущий смайлик*" " Ты даже не представляешь, насколько он гигант * ухмыляющийся смайлик*" "Ой, всее! Избавь меня от подробностей! Оставь их для Иззи и Лии, которые однозначно забросают тебя вопросами, когда вы вернетесь" "Эй, а чего это только меня?" " А потому что Алека будет доставать Сай, а его одного можно заменить тремя такими Изабель" " Да уж, ну и семейка *ржущий смайлик*. Ладно, я ушла, потому что Алек забирает у меня телефон!" "Развлекайтесь, дети. Хотя нет, детьми вас уже грех называть *ржущий смайлик*. Просто развлекайтесь, а остальным я передам, что вернетесь вы позже" "Спасибо, братец! Ты - лучший!" "Типа я и сам не знаю этого" – читая это сообщение, Клэри прям представила, как он фыркает и закатывает глаза. Это заставило её улыбнуться. "Не фырчи и не закатывай глаза, братец. Ладно, теперь я точно ушла" "Иди уже, неугомонная!" "Знаешь, ты уже второй, кто сегодня меня называет такой *ухмыляющийся смайлик*" "ВСЕ! ХВАТИТ ПОДРОБНОСТЕЙ! Иди уже!" "И я тебя тоже люблю *смайлик-поцелуйчик*" "Я тебя тоже" – Вообще-то, я предлагал написать одно сообщение, а не переписываться с ним двадцать минут, забыв обо мне, – слегка обижено сказал Алек, и Клэри улыбнулась, откладывая телефон в сторону. – Не обижайся, теперь я снова только твоя, – сказала она, снова положив голову ему на грудь, а руку – на живот. – Всегда буду только твоя. Я люблю тебя, Алек. Очень сильно люблю. – И я тебя люблю, больше жизни люблю, – выдохнул Алек, поцеловав её в макушку и проваливаясь в прекрасное царство Морфея.