В тебе мой свет!

– Значит, теперь я могу начать рассказ, – сказала Клэри и тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. – Начну с того, что материалы дела хранятся в секретной части архива, и доступ к ним разрешен только ограниченному количеству лиц, как и говорил ранее Кайден. – Как же ты их сумела раздобыть? – спросил с ухмылкой Джейс. – А это уже мое личное дело, – с такой же ухмылкой ответила Клэри, сжав руку Алека в успокаивающем жесте. – Начну с самого начала. Много лет назад в Конклаве существовал специальный отдел, который занимался чрезвычайными происшествиями в Сумеречном мире. У них были не обычные убийства, а те дела, в которых было что-то необычное. Нынешние дела с меткой однозначно попали бы именно в этот отдел, только вот уже больше десяти лет его не существует. Но все по порядку. Отдел был сформирован семнадцать лет тому назад, и в нем работали все известные нам охотники. Там работали только они. Они раскрывали одно дело за другим, и за семь лет существования у них не было ни одного нераскрытого дела. Многие сотрудники получили свои звания, благодаря работе в этом отделе. Но все длилось ровно до того момента, пока им на стол не попало вот это дело! – сказала Клэри, и по щелчку её пальцев на столике появилась одна из папок, которую она принесла с собой. – Дело Дамиана Вейланда? – прочитала Иззи надпись и подняла на Клэри удивленный взгляд. – В каком смысле Вейланда? – В прямом, – ответила Клэри, посмотрев на заметно побледневшего Джейса. – Это дело старшего брата Джейса. – Брата? Как такое возможно? У него ведь нет брата! У Майкла и Сары был только один сын! – воскликнул Саймон, а Клэри все это время не отрывала взгляд от Джейса. – Все тоже так думали, но все оказалось совершенно иначе. Но я думаю, что среди нас есть люди, которые могут рассказать об этом намного больше, чем я, – сказала Клэри, переводя взгляд на Маризу и Роберта. – В каком смылсе? Ты о чем? – не понял Алек. – Нам были известны фамилии сотрудников отдела, но мы не знали, кто ими управлял, – сказала Клэри. – А руководил этим отделом известный всем нам Роберт Лайтвуд. А заместителем его все те годы была Мариза Лайтвуд, – ошарашила всех Клэри. – Так пусть они и расскажут нам об этом деле. Странно, что они еще раньше не рассказали ничего, усердно делая вид, что не понимают, что происходит! – Мам, пап, это правда? Вы все это время знали, почему убивают именно этих охотников, но молчали? – неверяще спросил Алек. – Да, – тихо выдохнул Роберт, спустя несколько мгновений молчания. – Но почему? Почему все это сейчас происходит? – Нет, для начала расскажите, что произошло тогда, – сказал Кайден. – За что погибли наши родители? – Это произошло двенадцать лет назад, – наконец, заговорил Роберт. – Точнее тогда к нам попало это дело. На протяжении уже двух лет совершались убийства магов, охотников, оборотней и вампиров. Причем убивали их одним и тем же способом – обескровливали. Сначала подумали, что это вампиры, но потом участились убийства и среди них. Конклав запаниковал. Это дело передали в наш отдел. – Мы начали расследование с нуля, – заговорила Мариза. – Мы не знали, где искать и что. Много раз наталкивались на стену и вынуждены были начинать все заново. С нами работали маги, вампиры и оборотни. Мы искали возможные версии того, кому могла понадобиться кровь всех этих людей. И ответ мы нашли, спустя два года расследований. – Это был один парень, в котором не было ничего человеческого, – сказал Роберт. – Однажды нам удалось устроить ему засаду, и вот тогда мы поняли, что мы имеем дело с чем-то более страшным и опасным, чем просто охотник или другой представитель наших миров. Это был сущий демон, сила которого ощущалась даже на расстоянии. – Во время этой засады мы поняли, почему наши оборотни, которые сотрудничали с нами в этом деле, не могли его поймать, почему одни возвращались ни с чем, а другие не возвращались вовсе, – продолжила рассказ мужа Мариза. – Этот парень имел огромное влияние на оборотней. Когда он появился на площади, где мы его ждали, то оборотни тут же стали вести себя очень странно. – В каком смысле странно? – спросила Клэри, примерно представляя, что именно сейчас услышит. – Одного взгляда этого чудовища хватило для того, чтобы оборотни тут же приняли свой второй облик и склонили перед ним голову, – объяснил Роберт, и его объяснение немало всех удивило, кроме Клэри, Алека и Кайдена. – В нашей команде работали очень сильные оборотни, которые даже перед своим вожаком не всегда голову склоняют, а тут – моментально, без малейшего видимого сопротивления. – Что он с ними сделал? – спросил Алек. – Ничего, в тот момент они ему, видимо, были не нужны, – ответила Мариза. – Он сказал, что делает нам первое предупреждение, и второго не будет. Мол, если мы ещё раз решим устроить ему засаду, чтобы поймать его, то потеряем всех своих людей. И чтобы мы не усомнились в его словах, он одним движением руки убил одного из наших оборотней. – Как это? – не понял Саймон. – А вот так, – ответил Роберт. – Он просто сжал руку в кулак, посмотрев на одного из наших парней, и тот упал замертво. Как мы потом выяснили, у него была сломана шея. Он убил его, даже не прикоснувшись. Это ужасное существо. – Кошмар какой-то, – еле слышно прошептала Лия. – После этого случая мы поняли, что имеем дело ещё и с магом, – продолжила Мариза. – В нем явно не только кровь охотника, поэтому мы не знали, как его убить, как справиться с ним. И тогда мы решили привлечь к этому делу ещё и магов. – Несколько магов занялись изучением того дела, и, спустя почти три месяца, одному из них удалось найти то, что мы искали все это время, – сказал Роберт. – Он нашел историю о том, как... – А об этом, – перебила его Клэри, – думаю, лучше расскажет нам Магнус, который и был тем самым магом, который нашел нужную информацию, так ведь, Магнус? – голос её был жёсткий и уверенный, а взгляд направлен прямо на резко побледневшего мага. Молодое поколение охотников и Тина удивлённо уставились на Магнуса, который, равно как и старшие Лайтвуды, пораженно смотрел на Клариссу. – Откуда ты знаешь? – еле слышно выдохнул Бейн. – А вот отсюда, – ответила Клэри и щёлкнула пальцами, после чего на стол прямо перед Магнусом упала увесистая папка с архива с одним единственным словом на обложке – "Союзники". – Первое дело в этом списке – твоё, Магнус. Оказывается, ты очень активно сотрудничал с Конклавом и присоединился к отделу на втором году их существования. Я не буду спрашивать, почему ты никогда нам не рассказывал об этом, как и не буду спрашивать о том, почему столько времени ты молчал, хотя прекрасно знал, с кем мы имеем дело. – Клэри, я... – Я не буду, – немного повысив голос, перебила Магнуса Клэри, не дав ему что-то сказать, а потом продолжила, снова сделав свой голос спокойным, но металлическим и ледяным, – спрашивать об этом, потому что не могу понять, как ты мог так долго тянуть резину и не действовать. Как ты мог молчать, зная, кто за всем этим стоит? Даже после того, как ты потерял троих своих друзей и парня, который всегда был тебе, как сын, ты продолжал молчать и делать вид, что ничего не понимаешь! Ты видел, что все это время мы находимся в тупике, и молчал, прекрасно зная, где нужно искать выход. Я не могу понять этого, Магнус! – под конец своей речи Клэри снова повысила голос, и последнее предложение она буквально выкрикнула, смотря прямо в глаза магу, который вздрогнул от этого вскрика. – Клэри, Магнус ни в чем не виноват, – попытался защитить его Роберт. – Он не мог тебе рассказать, потому что все союзники приносили клятву о неразглашении, которая фиксировалась магической печатью нашего отдела. – Но в момент расформирования отдела прекращают своё действие все договоры, заключённые отделом, все соглашения, обещания, в том числе и принесенные клятвы, – тут же возразила Клэри, которая за время обучения в Школе советников досконально изучила все тонкости деятельности Конклава. – Если бы клятва скреплялась печатью Конклава, тогда да, она действовала бы до момента исчезновения Конклава, то есть вечно. А так – это не оправдание. – Но он не член Конклава, поэтому не разбирается во всех тонкостях. Откуда ему это знать? – предпринял ещё одну попытку Роберт, но на Клэри это не подействовало. – Роберт, вам бы сейчас не Магнуса защищать, а себе придумывать оправдание, ведь вы поступили точно так же, как и он. Вы скрывали эту информацию от своих детей и не рассказали нам о том, что знаете, в чем дело. Хотя вы так же потеряли друзей и так же наблюдали за тем, как мы бьемся, словно рыба об лёд. Так что не защищайте других, а подумайте о том, как объясните все сами, – сказала Клэри, и у Роберта тут же пропало желание дальше защищать Магнуса. Он перевел взгляд на своих детей и увидел в их глазах те же эмоции, с которыми смотрела Клэри на Магнуса. Им действительно придется многое объяснять. – А теперь давайте вернёмся к главной теме. Магнус, расскажи, как ты обнаружил информацию о том, с чем вы имеете дело. – Хорошо, – удручённо ответил Магнус и, тяжело вздохнув, начал рассказ. – Я копался в документах почти два месяца и не мог найти ни одной зацепки, которая привела бы меня к разгадке. Я перерыл все известные мне архивы с магической литературой, но там не было ничего похожего. И когда я готов был на стену лезть от бессилия, я вспомнил об одной книге, которую мне подарили много лет назад. Это была одна из самых старых книг в мире – ей почти тысяча лет. Она очень ценная, – сказал Магнус и бросил взгляд на Тину, которая в это время свой взгляд отвела в сторону. Клэри, заметившая эти гляделки, поняла, кто именно подарил ему эту книгу, и почему она такая ценная. – В ней описаны самые необычные истории Сумеречного мира, которым нет объяснения, которые выходят за рамки нормального. Истории, собранные в ней, записаны разными людьми, в разных странах, в разных веках. Именно в ней описана история "связующей сферы", о которой я тебе когда-то рассказывал, конфетка, – сказал Магнус, а Клэри и Кай, переглянувшись, улыбнулись, даже не смотря на всю напряжённость момента. – Что за сфера? – спросил Алек. – Да так, одна очень красивая сказка, в которую я когда-то искренне верила, – улыбнувшись, сказала Клэри.       Она вспомнила, как в детстве, услышав от Магнуса эту историю, представляла того единственного, с которым у нее сработает сфера, что свяжет их судьбы на всю оставшуюся жизнь; то красивое свечение, которое, почему-то, по ее мнению, должно быть обязательно оранжевым и синим. Они даже с Каем, будучи детьми, поспорили, что, если Клэри действительно встретит того самого, с кем сработает сфера, то Кайден подарит ей на свадьбу корону, как у принцессы. Да, глупый предмет спора, но все маленькие девочки хотят быть принцессами, даже сумеречные охотницы.       Вспомнив это, и Кай, и Клэри переглянулись, потом посмотрели на Алека и искренне улыбнулись. Пусть и без сферы, но она нашла того единственного, ради которого бьётся её сердце, и с кем она хочет связать свою жизнь. – Так, мы отвлеклись, – вынырнув из воспоминаний, сказала Клэри, проигнорировав вопросительный взгляд Алека, которому такого объяснения явно было мало. – Продолжай, Магс. – Так вот, в этой книге был описан один случай, который похож на наш, как две капли воды. Почти полторы тысячи лет назад на территории нынешней Польши происходили массовые убийства оборотней, вампиров и фейри. Убитые были обескровлены, как и наши жертвы. С каждым годом, а то дело расследовали пять лет, убийств становилось все больше. Там тоже оборотни попали под совершенно необъяснимое влияние этого незнакомца, только, в отличие от нашего случая, тех оборотней убили – всех до одного. В общем, все детали совпадали с нашей историей, и когда я прочел это, то понял, что это точно наш случай. – И что там было в результате? Кто стоял за всем этим? И как его поймали? – спросил Саймон. – Поймали его с помощью одного заклинания, которое применяют для охоты на демонов, – сказал Магнус. – Демонов? Он что, был демоном? – удивлённо спросила Иззи, но Клэри и Магнус отрицательно покачали головой. – Не совсем, – сказал Магнус. – Когда они его поймали, то удивились тому, насколько его практически ангельская внешность контрастирует с воистину дьявольской душой и теми поступками, которые он совершил. Он внешне был так красив, так невинен, что многие отказывались от допроса, потому что не могли поверить в то, что этот парень – это тот самый жестокий убийца. А он пользовался своим внешним видом, прекрасно зная, какие эмоции он вызывает.       "Ага, но с Дамианом у нас таких проблем не будет. Тот, кто его увидит, скорее побежит на край земли, чтобы спрятаться от него, но точно не захочет помиловать," – подумала Клэри, но вслух ничего не сказала. – Но все же нашлись те, кто допросил его и все выяснил, – продолжил свой рассказ Магнус. – Выяснилось, что ещё до его рождения родители проводили над ним опыты, вливая ему кровь оборотней, чтобы он стал полукровкой. Сразу после рождения маг, который проводил все эти вливания, провел с ним один очень старый и сложный ритуал, который связывает жизни мага и его подопечного на всю жизнь. Подопечный, а в данном случае охотник, становится бессмертным, а вот маг – уязвимым, равно как и охотник. Если умрет охотник, умрет и маг. Если причинят боль одному, то пострадает и второй. Только маг сможет повлиять на охотника, но и он сам с момента проведения этого ритуала становится полностью зависимым от охотника, подчиняется ему во всем. Этот ритуал очень сильный, но очень опасный. – Duo vitam duabus, – сказала Тина на латыни. А потом, увидев удивлённые взгляды остальных, объяснила. – «Две жизни, две смерти» в переводе с латыни – так называется этот ритуал. Он проводится в три этапа, и с каждым этапом хозяин (охотник) становится все сильнее, а дающий (маг) слабеет. Первый этап ритуала проходит сразу после рождения ребенка. Важно, чтобы это случилось в первые шесть часов его жизни, иначе ритуал не сработает. После этого этапа устанавливается связь между ними, и ребенок попадает под защиту мага. Благодаря этой защите ребенок практически не болеет, развивается быстрее и лучше, чем остальные дети его возраста, с ранних лет осваивает разные навыки (владение клинком, луком, составление тактик боя, музыкальные таланты и другое), непременно обладает высоким интеллектом и очень развитой интуицией и везучестью. Но эту связь ещё очень легко разорвать. – Как? – спросила Клэри. – Достаточно просто не провести второй этап ритуала, – ответила Тина. – Если этого не сделать, то связь исчезнет сама, не причинив хозяину никакого вреда. При нем останутся все навыки, все умения, просто не будет вечной жизни, а его собственная станет короче на семь лет. Маг в случае такого разрыва лишится части своих сил. Если он обладает каким-то сильным даром, то в качестве оплаты у него могут забрать именно этот дар. А вот после второго этапа связь разорвать невозможно. – Почему? – спросил Кай. – Потому что второй этап проводится на крови, – ответила Тина. – Его проводят в день, когда хозяину исполняется шестнадцать лет. Ритуал на этом этапе сложнее, чем первый, и длится почти пять часов. За это время маг "убивает" хозяина, а потом, находясь на грани собственной смерти, ведь он зависит от хозяина, должен вернуть не только себя, но и его. Для этого он должен непрерывно читать длинное и очень сложное заклинание, вливая собственную кровь в открытую рану на груди у хозяина. Рана должна быть широкой и настолько глубокой, чтобы было видно сердце. – Господи, ужас какой, – поморщившись, сказала Лия. – Да, в этом приятного очень мало, – согласилась Тина. – Маг должен влить в эту рану ровно половину своей крови, которая в это время есть в его организме. – А как он поймет, что влил ровно половину? – спросил Саймон. – Его магия изменит цвет. Все время, вливая кровь, он должен колдовать, как я уже и сказала, а это сопровождается визуализацией его магии. В момент, когда с его организма исчезнет ровно половина его крови, магия вспыхнет красным цветом, но только на несколько секунд. Если маг заметит этот момент и сменит заклинание, то ритуал завершится успешно, и рана хозяина тут же затянется, оставив шрам на его груди, а сам парень, равно как и маг, останутся живы. – А если не заметит? – Они оба умрут, – ответила Тина на вопрос Изабель, а потом продолжила. – После второго этапа сила хозяина увеличивается в десятки раз ( это зависит от силы мага), он получает контроль над всеми людьми, может одним взглядом убивать, заставлять покориться и многое другое. Если после первого этапа есть шанс на то, что хозяин останется на стороне добра и будет использовать свои дары во благо, то после второго этапа не стоит даже надеяться на чудо – он будет чудовищем. Маг же после этого этапа теряет львиную долю своих сил и способностей, которые переходят к хозяину. Вообще, с каждым этапом хозяин становится все сильнее, а вот маг наоборот – слабеет все больше и больше. – А третий этап? – спросила Клэри, почему-то боясь услышать ответ. – А третий этап, пока, не удавалось завершить ни одному магу, и хвала Разиэлю за это, – сказала Тина. – Третий этап делает хозяина всесильным. Даже сложно перечислить всё то, на что он будет способен после этого ритуала. Он получит силы самого Дьявола, даже верховные демоны вынуждены будут подчиняться ему. Одного его взгляда будет достаточно для того, чтобы лишить ангела его света, его силы, превратить его в демона. Если когда-нибудь магу удастся завершить третий этап ритуала, то весь мир погрузится во мрак, нашему миру придет конец, потому что здесь будут править демоны, здесь будет самый настоящий Ад. В таком случае наступит конец света. – Когда проводится третий этап? – прочистив горло, спросила Клэри, потому что слова Тины произвели на нее, равно как и на всех остальных, очень большое впечатление. – Через тринадцать лет после проведения второго этапа. Для этого нужно очень много энергии, а маг, проводящий его, уже не обладает такой силой. Поэтому они начинают убивать, но убивают магов, забирая у них силы. Все этапы ритуала проводятся в одно и то же время – время проведения самого первого этапа. После третьего этапа маг умирает, а его остаточные силы и энергия, собранная для ритуала, уничтожает все в радиусе двух километров от места проведения ритуала. Остаётся только пустыня и стоящий в центре хозяин – новый хозяин мира, – сказала Тина и замолчала, давая всем возможность осмыслить её слова. – Это все настолько ужасно, что у меня мурашки по коже, – сказала Лия, обхватив себя руками. – Откуда ты все это знаешь? – спросил удивлённо Магнус. – Ты забыл, сколько мне лет, Магнус? – спросила Тина, посмотрев на него. – А сколько? – не удержался и спросил Саймон, чем вызвал улыбку всех присутствующих. – Такие вопросы задавать неприлично, тем более бессмертному магу, – сказала Тина, слабо улыбнувшись. – Я должна была раньше вспомнить об этом ритуале! По силе Мастера видно же, что он лишенный силы, а не обделенный ею, – эмоционально выпалила Тина, злясь на саму себя. – Ему явно много лет, много жизненного опыта, ведь иначе он не смог бы столько времени руководить даже самим Лидером. Как я могла не подумать об этом? – Ты просто не знала, кто именно этот Лидер. Да и не до этого тебе было, так что не кори себя, – сказала Клэри. – Магнус, как удалось уничтожить того парня, история которого была описана? – Убили его дающего, – сказал Магнус. – Подожди, а как это возможно? Маг ведь тоже бессмертный, как и хозяин, – не понял Кай. – Есть специальный ритуал, который может убить ослабленного мага. Его тогда и пришлось использовать. – И как вы использовали полученную информацию в своём расследовании? – спросил Алек. – В той истории было описано, как они устроили засаду, на которой им удалось поймать этого парня. Мы устроили такую же засаду. – И у вас все получилось? – Почти. Нам помешали. – Кто? – Майкл и Сара Вейланд, – сказала Мариза, а Джейс, который до этого сидел очень тихо и смотрел в одну точку, резко поднял взгляд на Маризу, и столько эмоций было в его глазах, что словами не описать. – В смысле? – тихо выдохнул он, и Клэри, посмотрев на него, с трудом узнала в нем того высокомерного типа, который так ее бесит. Сейчас он выглядел очень растерянным. – Майкл и Сара тоже были сотрудниками нашего отдела, – сказал Роберт. – И в день, когда мы устроили засаду, они тоже пошли с нами на миссию. Но в последний момент, когда одному нашему магу почти удалось закончить заклинание, которое должно было обездвижить парня, Майкл вырубил его. Он просто ударил его тяжёлым камнем по голове, от чего тот потерял сознание. Парень сбежал, а мы остались в глубоком шоке от произошедшего. Оборотни схватили Майкла и Сару, привезли в отдел. Там мы их допросили и выяснили, что за всем этим стоят именно они. Они и их старший сын – Дамиан Вейланд. – Им пришлось рассказать нам всю правду, от которой мы все долгое время не могли отойти, – продолжила рассказ мужа Мариза. – Выяснилось, что они хотели сделать из своего старшего сына того самого хозяина всего мира. Никто в Сумеречном мире не знал о рождении Дамиана. Она родила его втайне от всех, находясь у своих родителей. Мальчика с самого рождения скрывали, держали вдали от Конклава и никаким образом не афишировали факт его существования. Это было ещё до создания отдела, поэтому мы не знали об этом. Под воздействием Меча Справедливости они рассказали, что провели с сыном какой-то старинный ритуал, но какой именно не сказали. Они ещё до его рождения вливали ему кровь оборотней, а после рождения провели обряд, который помог ему выжить. Как мы потом поняли, это какой-то видоизмененный ритуал, о котором рассказывал Магнус. – Все было усложнено тем, что в мальчике текла ещё и кровь оборотня, – сказал Магнус. – Поэтому они внесли корректировки в ритуал, и как он повлиял на них в итоге, мне не известно. – Кровь оборотня только усугубила все, это я могу вам гарантировать, – сказала Тина. – Оборотни по натуре своей стремятся быть вожаками, лидерами, это у них в крови. Поэтому даже ритуал, проведенный по обычной схеме, подействует намного сильнее, исключив возможность разрыва связи после первого этапа. А ритуал для полукровки, да ещё и оборотня с охотником, это вообще первый шаг к концу. – Они были похожи на каких-то фанатиков, – сказал Роберт, и в глазах его была грусть. – Майкл постоянно говорил о том, что однажды их сын будет править этим миром, что все склонятся перед ним, признают в нем хозяина. А Сара твердила, что их сын будет первым, перед кем склонятся не только охотники, но и маги, фейри, оборотни и даже непокорные вампиры. Мол, он будет намного могущественнее, чем Конклав, потому что члены Конклава – это жалкие охотники, а их сын – это ребенок всех миров. Что бы это ни значило. – В нем кровь не только оборотней, но и вампиров, – сказала Клэри. – Рафаэль говорил, что этот Лидер одним взглядом заставил его вампиров склонить голову, даже сам Рафаэль с трудом переборол желание сделать то же самое. И убийство вампиров тоже подтверждает тот факт, что Лидеру нужна и кровь вампиров тоже. Если ребенок всех миров, то можно предположить наличие у него крови и фейри, и магов. – Ты права, Клэри, это звучит логично, – сказал Роберт. – Сара и Майкл даже не отрицали тот факт, что проводили над своим сыном такие жуткие опыты, что делали из него самого настоящего монстра. Они гордились этим. Обычно серьезные, рассудительные и умные люди в тот момент были похожи на сумасшедших, которые сошли с ума из-за какой-то безумной идеи. За этим было очень тяжело наблюдать. – Что было потом? Как получилось так, что они погибли? – спросила Лия, а Мариза, Роберт и Магнус отвели взгляд в сторону. – Они не погибли, их казнили, – спустя несколько мгновений тягостного молчания, сказал Роберт, и по комнате прокатились удивлённые и шокированные вздохи. – Казнили? – ошарашено спросила Иззи, бросив обеспокоенный взгляд на Джейса, который все ещё сидел молча. Он вновь смотрел в невидимую точку на полу, и только сжатые в кулаки руки, вытянутые в тонкие линии губы и плотно сжатые зубы выдавали то, что он сейчас очень напряжён. Он был подавлен, и этот разговор приносил ему много боли. Это видели и понимали все. Но если бы кто-то знал, что именно в этом разговоре причиняло ему боль, и почему он сейчас в таком состоянии, то очень сильно удивился бы. – Да, – подтвердил Роберт, тоже посмотрев на Вейланда. – Они совершили такое преступление, за которое даже казнь – это слишком мало. На их счету не только проведение незаконных опытов над ребенком, а затем и взрослым человеком, но и убийство более тысячи жителей Сумеречного и Нижнего миров. Они убивали для того, чтобы их сын становился все большим монстром. Это невозможно было простить. – А почему тогда все говорят о том, что Вейланды погибли на миссии? – не понял Кайден. – Потому что наш отдел создал им такую репутацию, – сказала Мариза. – Все сотрудники нашего отдела были друзьями, мы были почти что одной семьёй. То, что мы узнали о Саре и Майкле, и то, какое наказание им за это положено, убивало нас. Поэтому сотрудники отдела решили пойти на должностное преступление. Мы решили попытаться спасти хотя бы их репутацию, ради будущего Джейса, – сказала старшая Лайтвуд, а блондин аж вздрогнул, услышав своё имя. – Майкл сказал, что Джейса они родили только ради того, чтобы создать видимость идеальной и счастливой семьи. Чтобы друзья и родственники не тыкали их постоянно носом в то, что у них нет детей. Поэтому они решили, что им нужен ещё один ребенок, для прикрытия, так сказать, – сказал Роберт, и эти слова дались ему тяжелее всего. – Именно ради Джейса наш отдел пошел на это преступление. Мы пошли к начальнику департамента, на базе которого действовал наш отдел, ведь он лично контролировал это дело. Мы попросили его, чтобы казнь Вейландов не афишировали. У нас было много аргументов, но самым весомым был именно Джейс, которому мы не хотели портить жизнь. То, что мы хотели хоть этим помочь своим друзьям, мало кого интересовало, – сказала Мариза. – Начальник сказал, что поможет провернуть эту аферу, но только при одном условии. – Каком? – Что все сотрудники отдела откажутся от своих званий и должностей, – ошарашила всех своим ответом Мариза. – Он таким образом проверял то, насколько далеко мы готовы зайти, желая помочь друзьям. И мы согласились. Все. – Казнь Майкла и Сары провели тихо, без афиширования, – продолжил Роберт. – В документах написали всю правду, но в новости пошла информация о том, что имена преступников засекречены в интересах оставшихся в живых родственников. Мол, чтобы на них не упало клеймо убийц. И это, по сути, было правдой. В течение двух месяцев после казни, все сотрудники отдела были лишены своих званий, отдел расформирован, вся документация передана в Главный архив с грифом "Секретно" и пометкой, что доступ к этой информации имеет только Верховный. Всех сотрудников перевели либо в другие департаменты со значительным понижением должности из-за отнятого звания, либо вообще уволили с Конклава. Кто-то ушел сам. Это было нашим наказанием за такое нарушение. – А что стало с Дамианом? Почему его не поймали? – спросила Клэри. – Он исчез, пропал сразу же после казни Вейландов. Официальные поиски нам не разрешил проводить начальник, потому что в новости и отчеты пошла информация о том, что наказаны все преступники, виновные в этих многочисленных смертях. Начальник приказал нам молчать о том, что главный преступник все ещё на свободе. И если бы мы кому-то сказали об этом, то сами попали бы в Город Костей за то должностное преступление, которое совершили, – сказал Роберт. – Мы пытались найти его своими силами, подключали к поискам магов, вампиров и оборотней, которые не отказались от общения с нами после расформирования отдела, но так и не смогли никого найти, – сказала Мариза. – Он будто сквозь землю провалился. Мы искренне надеялись, что он погиб и больше никогда не появится. – Но все мы подсознательно ждали и боялись его появления, – добавил Роберт. – Почему убивают только тех, кто был сотрудником отдела? По возрасту Дамиана можно предположить, что скоро он собирается провести третий этап ритуала, если Майкл говорил об этом ритуале. Но для энергии Мастеру нужны смерти магов, а они убивают охотников. Почему? – спросила Клэри. – Из-за наличия в Дамиане крови жителей Нижнего мира, могли измениться условия и особенности ритуала, я уже говорила об этом, – сказала Тина. – Процент крови охотника в нем значительно меньше, чем суммарное количество крови оборотней и других видов, поэтому им могла понадобиться энергия именно охотников. – Хорошо, почему тогда убивают именно сотрудников отдела? – Может, он мстит за родителей? – предположила Лия. – Нет, он убирает людей, которые могут его уничтожить, – сказал Роберт. – В смысле? – В прямом. Сотрудники отдела – это единственные люди, которым известно, как можно убить Дамиана. На допросе Майклу пришлось рассказать, как его можно убить, как воздействовать на него, как обездвижить и тому подобное. Если бы нам удалось его поймать, то мы уничтожили бы его, это точно. – И теперь он убивает тех, кто знает его уязвимые места. Скорее всего, он задумал что-то очень грандиозное и боится, что именно мы сможем ему в этом помешать, – продолжила речь мужа Мариза. – А если ему ещё и энергия охотников нужна, то нашу он использует с особым удовольствием. – Ага, не дождется, – уверено сказала Клэри. – Как его можно убить? – спросил Кайден, но Клэри не позволила Лайтвудам ответить. – Это сейчас не важно, главное, что способ его убийства известен, – сказала она, игнорируя вопросительные взгляды охотников. И лишь взгляд Джейса, который он внезапно поднял на неё, удивил девушку. В нем не было удивления или немого вопроса. В нем была лишь боль и такая глубокая печаль, что даже у Клэри сердце сжалось от жалости к нему. Он понял, что ему снова не доверяют, снова скрывают от него что-то, и теперь, в отличие от предыдущих случаев, ему было действительно обидно. – Но почему не пострадали вы? – задал интересующий всех вопрос Кайден. – Вы были начальниками отдела, на вас лежала самая большая ответственность. Почему вы сохранили свой авторитет в Конклаве и потом сами ушли в отставку, когда всех остальных понизили в званиях, лишив практически всего? Почему так? – Потому что мы были против этого, – выдохнул Роберт, подняв тяжелый взгляд на Кая. – Мы с Маризой были против идеи ребят, которые хотели обелить Майкла и Сару. Из-за них сотни семей были разрушены. Сотни детей остались сиротами, сотни жен потеряли своих мужей. Сотни жизней были разрушены из-за их фанатических идей, из-за того, что они все это время издевались над своим сыном. Да, мы были друзьями, но мы с Маризой не смогли простить им этого. – Мы искренне пытались понять их и простить, но так и не смогли, – сказала Мариза. – Каждый раз, когда я пыталась найти им какое-то оправдание, у меня перед глазами всплывали лица всех тех охотников, магов, оборотней и вампиров, которых они погубили. Все это не давало нам покоя, поэтому мы с Робертом были за то, чтобы они понесли справедливое наказание. – Но мы не стали мешать остальным, – вновь заговорил Роберт. – К начальнику мы пошли все вместе, но мы с Маризой молчали. Когда спросили нас, мы сказали, что против этой затеи, но попросили не отказывать остальным из-за нас. И тогда начальник поставил условие: звания и должности взамен чистого имени Майкла и Сары Вейланд. Все согласились... – А мы промолчали, – тихо сказала Мариза. – Дело было не в должности, а в совести. Мы не могли заглушить её голос. – А наши родители? – спросил Кай. – Они тоже были против, но поддержали остальных, потому что именно они больше всех общались с Майклом и Сарой, – ответила Мариза. – Их тоже терзали те же мысли, что и нас, но они все же согласились. В память об их дружбе. Ради Джейса, чтобы у него было нормальное будущее. – "Мальчик ни в чем не виноват. Одно дело, если его родителей будут считать героически погибшими, а совсем другое, если ему придется жить с клеймом сына сумасшедших фанатиков, которых казнили по приказу Конклава", – процитировал Роберт. – Так сказал тогда Валентин. Именно этот факт заставил их принять сторону всех остальных. – Начальник управления согласился на просьбы всех остальных, – сказала Мариза. – Майкла и Сару казнили, но выставили все так, будто они погибли на задании. Через месяц были подписаны приказы о понижении в званиях сотрудников нашего отдела и переводе их на другие должности. Некоторые вообще отказались от работы в Конклаве, некоторые согласились на предложенные должности. Нам же предложили набрать новый штат и остаться на своих должностях. – Но мы с Маризой отказались, – сказал Роберт. – Мы потеряли гораздо больше, чем все остальные. Мы потеряли друзей, которые посчитали нас предателями и перестали с нами общаться. Только Валентин и Джослин не отвернулись от нас, потому что испытывали то же самое, что и мы. Поэтому мы отказались от своих должностей и написали заявление об уходе. А через два года, когда родился Макс, нам предложили должность глав этого Института. Мы согласились. – Почему вы забрали меня? – тихо спросил Джейс, задав всего лишь второй вопрос за все время сегодняшнего разговора. В нем сейчас не было привычной напыщенности, самоуверенности и эгоизма. Сейчас он был потерян, и не знал, во что ему верить. Услышанное шокировало его и перевернуло весь его мир. Сейчас он совершенно не понимал, что творится в его голове. – Чтобы успокоить свою совесть? Или вернуть друзей, показав, какие вы благодетели? – Нет, мы просто не могли поступить иначе! – тут же воскликнула Мариза. – Мы не смогли простить Майкла и Сару, но ты ведь ни в чем не виноват. Почему дети должны расплачиваться за грехи своих родителей? Единственное, в чем мы поддержали всех остальных и почему попросили начальника выполнить просьбу сотрудников отдела, это ты. Из-за тебя и ради тебя мы готовы были смириться с тем, что преступников будут все называть героями, которые погибли в бою, защищая других охотников. Мы просто не могли оставить тебя одного. – Тебе было всего лишь десять лет, Джейс, и ты не заслужил того, чтобы всю оставшуюся жизнь носить клеймо родителей-убийц, – сказал Роберт. – У тебя больше не было родственников, потому тебе назначили бы опекуна. Ни один человек, абсолютно незнакомый человек, не смог бы дать тебе той любви и семейного уюта, на которые ты заслуживал. А нас ты знал ещё с самого раннего своего детства, ты привык к нам. Поэтому мы решили, что сделаем все возможное, чтобы у тебя была счастливая жизнь, чтобы ты не чувствовал себя обделенным в чем-либо, чтобы никогда не пожалел о том, что именно мы стали твоими опекунами. – Ребенок не виноват в преступлениях своих родителей, – вновь заговорила Мариза, и в голосе ее было слышно, что она еле сдерживает слезы. – Ты за эти годы стал родным для нас, стал ещё одним нашим сыном, которого мы очень сильно любим. И ни разу за все эти годы мы не пожалели о том, что десять лет назад стали твоими опекунами, сделав тебя членом нашей семьи. Ты всегда был светлым ребенком, который улыбался даже тогда, когда ему плохо. Ты лучше своих родителей, которые выбрали жизнь, что привела их к казни. Ты лучше своего брата, который убивает людей ради какой-то безумной идеи. Ты лучше их всех, потому что ты другой. В тебе течёт не только кровь твоих родителей, но и ангельская кровь, благодаря которой ты всегда оставался самим собой. Ты стал нашим сыном и выбрал спокойную жизнь во имя добра, а не службу дьяволу, как твои родители и брат. Каждый день, смотря на тебя, мы с Робертом убеждались, что поступили правильно, забрав тебя к себе. Потому что ты – настоящий Лайтвуд. Такой же храбрый, добрый, сильный и умный. Ты светлый, Джейс, и этот свет в тебе самом. Ты...       Но Джейс не дослушал. Все это время он слушал старших Лайтвудов, сжав руки в кулаки и устремив взгляд в одну точку, потому что не мог смотреть им в глаза. Их слова врезались в душу, и с каждой секундой ему становилось все тяжелее дышать. Ему казалось, будто сама комната давит на него, а чьи-то невидимые руки душат, сжимая шею. Поэтому он не смог дослушать Мариза, а просто встал и вылетел из комнаты настолько быстро, что никто не успел ничего сообразить и остановить его. – Джейс! – воскликнул Алек, собираясь пойти за ним, но Клэри остановила его. – Сиди, я сама. Я знаю, что нужно сказать, – перебила она Алека, бросаясь вслед за Джейсом. – Джейс, стой!! – крикнула она, увидев, что он уже возле лестницы. Парень резко остановился, так и не сделав первый шаг по лестнице, и повернулся к ней. – Что тебе нужно? – резко и недовольно спросил Джейс, но его голос прозвучал тише и растерянней, чем он хотел. – Послушай меня и не перебивай, – строго и уверено сказала Клэри, остановившись возле парня. – Не могу представить, что ты сейчас чувствуешь, но я хочу сказать тебе, что это не самое главное, Джейс. Поступки родителей не диктуют, что и как делать нам. Твои родители поступили ужасно, не знаю, по какой причине, но это был их выбор. Они – это они, а ты – это ты. Ты сам должен сделать свой выбор. – Ты что такое говоришь? – рыкнул Джейс. – Я говорю то, что ты слышишь, – так же уверено сказала Клэри. – А я не хочу ничего слышать! – воскликнул Джейс и развернулся, чтобы уйти, но Клэри схватила его за руку, останавливая. – Нет, стой! Послушай меня! Не делай того, о чем можешь пожалеть! Еще не поздно остановиться, сказать "нет" и сделать шаг назад. Мы оба знаем, кто станет последними жертвами твоего брата, – эмоционально сказала Клэри, а Джейс резко повернулся к ней, и в глазах его была масса эмоций, среди которых читалось удивление и страх. – Сделай свой выбор, пока не поздно. Кто для тебя важнее: родители, для которых ты был лишь прикрытием, ребенком, которого родили, чтобы создать видимость идеальной семьи, сыном, который не знал искренней любви своих родителей, а жил лишь иллюзиями? Или люди, которые заменили тебе семью? Родители, братья и сестра, которые никогда не отделяли тебя от семьи, а считали родным. Охотники, которые воспитали тебя, дали тебе полноценную жизнь в окружении любящих людей. Подумай об этом и сделай правильный выбор, чтобы потом не жалеть о содеянном. – Я не понимаю, о чем ты говоришь, – глухо ответил Джейс, убирая руку из хватки Клэри. – Все ты прекрасно понимаешь, – спокойно сказала Клэри, – и я все понимаю. Просто подумай о моих словах. И смотри, чтобы не было слишком поздно. И с этими словами Клэри развернулась, чтобы уйти, но её остановил голос Джейса. – Клэри, – позвал он её тихо, и Клэри остановилась, сделав лишь несколько шагов. – Что? – спросила она, обернувшись. – Почему? – Что почему? – Почему ты мне это говоришь? Я ведь еще ни разу нормально с тобой не говорил... – немного нерешительно сказал Джейс и тут же пожалел, что слова сорвались с губ. – Потому что я не хочу потерять людей, которых люблю, – спустя мгновение молчания, ответила Клэри. – Я слишком многие видела смерти, чтобы увидеть еще и смерть Лайтвудов. Вот поэтому...       И Клэри развернулась и ушла, оставив Джейса одного. Он смотрел ей вслед и не знал, что ему делать, как дальше жить. В какой-то момент он почувствовал, что ноги больше его не держат, поэтому он прислонился спиной к стене и тихо сполз по ней, садясь на пол. Он опустил голову, зарывшись руками в волосы, и закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, которые носились в голове безумным вихрем, причиняя боль. Всю свою жизнь он знал, что и как ему нужно делать, а сейчас весь его мир перевернулся с ног на голову, и он уже не знает, что хорошо, а что – плохо. Еще никогда в жизни он так сильно не хотел проснуться и понять, что все это – лишь плохой сон. Но это реальность, жестокая реальность, в которой ему придется жить... и сделать очень тяжелый выбор. – Что ж все так сложно-то, а? – сквозь зубы выдохнул он и, чертыхнувшись, поднялся с пола, бросаясь наверх, в свою комнату, чтобы никто больше не увидел его слабости.       А Клэри тем временем шла обратно в гостиную, но в голове у неё была тысяча мыслей. Перед глазами у неё все еще стоял её собственный рисунок с мертвым Джейсом на полу, и от этого становилось дурно. Сейчас, после всего услышанного, она убедилась в том, что все её подозрения, скорее всего, правдивы, но это не радует её. Еще никогда в жизни она так не хотела ошибиться. Она признала бы свою ошибку и даже извинилась бы перед Джейсом за то, что подозревала его. Но все обернулось иначе... Сейчас кто-нибудь выскажет догадку о том, что Джейс может быть причастен, и она не знает, что ответить.       Подтвердить их догадки и тем самым лишить их надежды? Сказать, что Джейс не виновен и напрасно обнадежить их? Что ей делать? И самое главное: где найти ответ на вопрос о том, почему её так сильно волнует его судьба? Почему она просто не рассказала о своих видениях и не обвинила Джейса в причастности ко всему этому, высказав ему в лицо все свои догадки и доказательства, а промолчала и сказала ему то, что сказала? Сказала ли она правду, ответив на его последний вопрос? Пожалуй, да, она не соврала. Она слишком сильно любит Лайтвудов, чтобы увидеть их смерть. А без Джейса, если он действительно заодно с братом, у них ничего не получится. У них слишком мало информации для того, чтобы выиграть в этой войне. А Джейс – это их единственный шанс, и она это понимает. – Ну, что? Где он? – спросил Саймон, как только она оказалась в гостиной, и только теперь Клэри вынырнула из своих мыслей, вернувшись к реальности. – Скорее всего, пошел к себе в комнату. Ему о многом нужно подумать, – задумчиво ответила Клэри, садясь возле Алека. – Что ты ему сказала? И ты вернулась какая-то задумчивая, что-то случилось? – заботливо и немного встревожено спросил Алек, вглядываясь в лицо своей девушки и чувствуя её волнение, смятение и задумчивость. – Я сказала ему то, что он должен был услышать в этой ситуации. Нет, Алек, я не буду пересказывать все дословно, потому что это должен был услышать только он один, – сказала Клэри, увидев, что Алек пытается возразить. – Что мы теперь будем делать? – спросила Изабель. – Мы знаем, кого нам нужно искать, знаем, как, чисто теоретически, его можно убить, но больше ничего нам не известно. – Для начала нам нужно предупредить оставшихся охотников об опасности, которая им грозит, – сказала Клэри. – В материалах дела есть новые адреса и номера телефонов всех бывших сотрудников отдела. Нужно связаться с ними и убедить сотрудничать с нами, чтобы найти и убить Дамиана, прежде чем он убьет их. – Тогда, разбираем номера телефонов и звоним им, – решительно сказал Сай, но его остановил Алек. – Нет, я думаю, что звонить должны мама с папой, поскольку они знакомы с ними лично, – сказал он. – Полностью согласна, – поддержала его Клэри. – Нам они не поверят, посчитают это подставой, а вы сможете найти к ним нужный подход. А еще лучше, чтобы вы убедили их встретиться. – А мы не облегчим Дамиану жизнь, собрав всех охотников вместе? – скептически спросил Магнус. – Нет, я думала об этом, – покачала головой Клэри. – Киллгар знал очень много заклинаний, и одно из них нам очень поможет. – "Отвод глаз"? – спросил Магнус. – Почти. "Абсолютная защита". – Но ведь оно скрывает человека от всех без исключения, в том числе и от того, кто накладывает заклинание, – сказала Тина. – Верно, но другое заклинание позволяет человеку видеть то, что скрыто от его глаз, – возразила, улыбнувшись, Клэри. – "Глаз истины", – догадалась Тина. – Оно самое, – кивнула Клэри. – Мы наложим это заклинание на тех, кому можно их видеть и знать об их местонахождении. В том числе и на них самих. Таким образом, мы будем знать, где они находятся, а больше никому это известно не будет. И мы сможем подготовиться к битве, а они останутся живы. – К тому же, Дамиану придется попотеть, чтобы понять, куда исчезли все охотники, – сказал Саймон. – И это тоже, – кивнула Клэри. – А куда мы их отправим? – спросила Мариза. – Не только их, но и вас, – сказала Клэри. – А нас почему? – А потому что вашей смерти он желает больше всего, – сказала Клэри. – Вы были начальниками, подписали приказ, да еще и отказались от идеи обелить имя его родителей. Вас он хочет сделать последней жертвой, финальным аккордом, я уверена в этом. – Клэри права, – поддержал сестру Кай. – Поэтому вам нужно спрятаться, чтобы он не смог вас найти. – Нет, мы прятаться не будем, – сказал Роберт уверено. – Если нам суждено умереть от его руки, то пусть так и будет. Но мы не оставим свою семью и не будем прятаться, как трусы. – Как же я ненавижу этот бесполезный героизм! – внезапно выпалила Клэри, на мгновение закрывая глаза. – Вы действительно не понимаете, что сейчас дело не только в вас? – спросила она, смотря на старших Лайтвудов. – Если вам плевать на собственную жизнь, то подумайте о своих детях! Вы умрете, и вам буде все равно, что происходит здесь, потому что страдать будете не вы, а они! Алек, Иззи, Саймон и Макс каждый день будут винить себя в вашей смерти, как виню себя я в смерти наших с Каем родителей. Именно они будут страдать от того, что потеряли своих родителей, что не смогли уберечь их. Вы хотите, чтобы всю оставшуюся жизнь ваши дети страдали и оплакивали вас? Или хотите прожить еще долгую жизнь вместе со своими детьми, увидеть внуков, а, может, и правнуков? – Клэри на мгновение замолчала, давая всем возможность обдумать её слова, а затем вновь заговорила, но уже спокойнее. – Никто не обвинит вас в трусости, если вы отправитесь в укромное место, чтобы вас не убили. Зато тогда вы останетесь живы, и всем нам не придется прощаться с вами. Поверьте мне, нет ничего ужаснее, чем называть имя своих родителей, прощаясь с ними навеки в таком молодом возрасте, когда еще так сильно нужна их любовь и присутствие!       Клэри замолчала, и в комнате повисла гнетущая тишина. Лия, Иззи и Мариза почувствовали ком в горле, но постарались проигнорировать его. У Лии слишком свежими были воспоминания и раны на сердце, поэтому она не смогла сдержать слезу, которая скатилась по её щеке, упав на ладонь. Саймон, который сидел рядом, приобнял девушку, успокаивая её, а сам неотрывно смотрел на родителей. Слова Клэри тронули всех и заставили задуматься. – Хорошо, – тихо выдохнула Мариза, а затем, прочистив горло, добавила громче. – Хорошо, мы согласны на то, чтобы спрятаться вместе со всеми. А ты, Клэри, очень мудрая девушка, особенно для своих лет, и я очень рада, что моему сыну так повезло с тобой. – Спасибо, – улыбнувшись, сказала Клэри. – Итак, куда мы отправим всех охотников? – спросил Магнус. – Можно отправить всех в наш загородный дом, – предложила Клэри, переглянувшись с Каем. – Места там на всех должно хватить. – А искать там не будут? – Нет, не должны, – ответил Лие Кай. – Наших ведь родителей уже вычеркнули из списка жертв, так что мы для Дамиана больше не интересны. – Кай прав, так что у нас должно быть безопасно. К тому же, об этом доме вообще мало кто знает. – Хорошо, – согласился Роберт. – Когда начнем обзванивать всех? "Чем раньше, тем лучше", – подумала Клэри. Если Джейс выберет брата, то уже сегодня тот узнает, что им многое стало известно. Но все же она надеялась на то, что Джейс выберет Лайтвудов, что осталось в его душе немного человечности... – Думаю, что завтра утром, – сказала она уже вслух. – Сейчас уже вечер, так что лучше начать с утра. – Хорошо. – Магнус, Тина, для вас отдельное задание, – обратилась к магам Клэри. – Вы должны найти способ привести в чувство Джелана. Он уже слишком долго без сознания, с этим нужно что-то делать. – Конечно, долго. Ты ведь в него и руной и чистой магией шандарахнула, он вообще чудом выжил! – эмоционально выпалил Магнус. – Пусть скажет "спасибо", что вообще выжил! И если Тине я простила все, то Джелану я никогда не прощу то, что он сделал с Алеком. И мне плевать, Тина, что его заставили это сделать! Из-за него Алек чуть не умер, поэтому я никогда ему этого не прощу. И просить прощения за то, что я чуть не убила его в ответ, я не собираюсь! – эмоционально воскликнула Клэри, для которой произошедшее в Институте Лос-Анджелеса все еще было слишком болезненной темой. – Сделайте все возможное, чтобы привести его в чувство. Дамиану вы нужны, он не оставит попыток найти вас, поэтому будет лучше, если Джелан будет в сознании и сам сможет отбиваться, – уже спокойней добавила она. – Хорошо, мы сделаем все, что от нас зависит, – сказала Тина. – Я пробовала некоторые заклинания, но они не работают. – У меня есть много книг, может, там найдем какую-нибудь информацию, – сказал Магнус. – Хорошо, тогда отправляйтесь, пожалуйста, прямо сейчас. У нас каждая минута на счету. Что-то подсказывает мне, что очень скоро все закончится. – Почему ты так думаешь? – спросил Магнус, а Тина, Кайден и Алек с тревогой посмотрели на Клэри. Они-то ведь знали о её видениях. – Интуиция, – загадочно ответила Клэри, давая понять, что не собирается рассказывать больше. – Ладно, тогда мы пойдем, – сказал Магнус, и они с Тиной поднялись с дивана. – Хорошо. Как только будут какие-нибудь результаты, сразу дайте нам знать, хорошо? – попросил Алек. – Да, конечно, – ответила Тина, и они с Магнусом исчезли в портале. – Так, а для нас у меня есть особое задание! – сказала Клэри, как только исчезла рамка портала. – Какое? – немного подозрительно спросила Лия. – Я хочу помирить Магнуса и Тину, – призналась Клэри. – Они все еще безумно любят друг друга. Я вижу это, знаю точно, поскольку говорила с ними об этом. Но они не могут переступить через себя и признаться друг другу в том, что их чувства все еще очень сильные. Магнус из-за обиды и уверенности в том, что Тина разлюбила его, а Тина – из-за уверенности в том, что Магнус не простит её, и что с ней он обязательно погибнет. В общем, заморочек у них много, но любят они друг друга по-прежнему очень сильно. Вот я и решила их помирить. – Желание очень хорошее, – сказал Кай. – План есть? – Обижаешь, – улыбнулась Клэри. – Я все придумала. – Даже не сомневался, – усмехнулся Кай. – Рассказывай. – У Тины и Магнуса есть одна традиция: каждый год в один и тот же день они встречали закат и рассвет в одном и том же месте. Это был день, когда они впервые встретились. Тут их пробило на лирику, мол, закат – это жизнь, в которой они друг друга не знали, а рассвет – это их совместная жизнь, – улыбнувшись, рассказала Клэри. – Тина мне рассказала, где это место, и как красиво все украсил Магнус, когда впервые признался ей в любви. А сделал он это в одну из таких ночей. – Романтик, однако, – хмыкнул Кай. – Еще какой, – улыбнулась Клэри. – Так вот, ночь, в которую они обычно встречали закат и рассвет, наступает с тридцать первого мая на первое июня, а это уже завтра. – И что ты задумала? – с ухмылкой спросил Саймон. – Я хочу обустроить все так, как много сотен лет назад обустроил все Магнус, чтобы впервые признаться Тине в любви, – сказала Клэри. – Я нашла в интернете это место, знаю, как открыть туда портал. Тина мне подробно описала все, что сделал Магнус, поэтому я примерно представляю, как все должно выглядеть. Я знаю одно заклинание, которое ограничивает возможность колдовать на определенное время. Вот я и хочу закинуть Магнуса и Тину в то место и оставить их там до утра. На них нахлынут воспоминания, и они вынуждены будут поговорить. И я очень надеюсь, что они помирятся. – План гениальный, – признала Иззи. – Что требуется от нас? – Физическая помощь, – сказала Клэри. – Я могу наколдовать гирлянды, свечи и все прочее, но это означает, что придется их откуда-то своровать. А этого я делать не хочу. Поэтому нужно немного побегать по магазинам и купить все необходимое. А потом я порталом перенесу нас на то место, и мы должны сделать все до десяти часов завтрашнего утра, поскольку разница во времени составляет восемь часов. – Нифига себе! – воскликнул Саймон. – Да, далеко наши маги забрались, – хмыкнула Клэри. – Ну, так что, поможете? – Ты еще спрашиваешь? – удивилась Иззи. – Конечно, поможем! Правда, ребят? – Однозначно! – согласились все остальные, а Клэри стала объяснять, что именно нужно купить и в каком количестве. – Как вам не стыдно? Планируете приключение без меня, да? – обиженный и немного сонный голос Макса заставил всех резко повернуться в сторону входа. Там стоял сонный Макс, который отчаянно пытался не зевать. – Как же мы можем планировать приключение без тебя? – "удивилась" Клэри. – Мы ведь как раз хотели идти тебя будить, чтобы рассказать тебе обо всем. – Правда? – удивился мальчик. – Правда-правда, – подтвердила Клэри. – Иди ко мне, и я тебе расскажу, какая роль у тебя. Макс тут же подбежал к нефелимке и уселся возле Клэри на диван. Она обняла его одной рукой и, наклонившись к нему, заговорщицки прошептала. – Ты обещаешь сохранить наш план в секрете? – Обещаю! – тут же откликнулся мальчик, вызвав у всех теплые улыбки. – Тогда слушай, – так же заговорщицки сказала Клэри, стараясь не улыбаться. – Для тебя я оставила самую главную роль. Ты будешь контролировать всех нас. – Правда? – восхищенно воскликнул Макс, а Клэри все же улыбнулась. Как бы он не храбрился, не пытался выглядеть взрослым охотником, на самом деле он оставался восьмилетним ребенком, который любит, когда ему доверяют что-то очень важное, и это было прекрасно. – Правда, – ответила Клэри. – Ты будешь следить за тем, какие гирлянды выбирает Иззи, красивые ли цветы она покупает, правильно ли Саймон цепляет гирлянды, все ли свечи горят одинаково красиво – в общем, на тебе контроль за всей организацией. Справишься? – Справлюсь! – с готовностью ответил Макс, даже выпрямившись. – Точно-точно? – переспросила Клэри, смотря на него серьезным взглядом. – А то ведь это очень важная роль, и если ты не справишься, то у нас ничего не получится. А мы ведь хотим, чтобы у нас все получилось, правда? – Я справлюсь, Клэри, вот увидишь! Я очень хорошо все проконтролирую! Честно-честно! – воскликнул Макс, а Клэри улыбнулась. – Тогда дай "пять", друг, – сказала она с улыбкой и протянула ему ладошку. Он тут же хлопнул по ней своей ладошкой и улыбнулся. – На "пять", подруга, – сказал он с улыбкой, а все засмеялись. – Я однозначно обожаю тебя, Макс! – сказала Клэри сквозь смех и обняла Макса, прижимаясь щекой к его макушке. Он тоже обнял Клэри в ответ и счастливо улыбнулся, закрывая глаза.       Все наблюдали за этой сценой с улыбками на лице, но у Лайтвудов во взглядах читалось еще и удивление. Они знали, что Макс очень долго и тяжело привыкает к чужим людям, и не каждый может найти с ним общий язык. Из-за этого Алек даже немного переживал, когда они с Клэри начали встречаться. Нору Макс вообще на дух не переносил и старался не находиться в одном помещении с ней, хотя был тогда еще младше. Но Клэри сумела найти к нему подход в рекордно короткое время и просто очаровала его. Это не могло не радовать, поэтому все и улыбались, наблюдая за ними. – Ну, что, пора отправляться на шопинг? – спросила с улыбкой Иззи. – Да, пора! Надеюсь, наши усилия не пройдут даром! – сказала Клэри, и уже через минут десять, переодевшись и разделившись на группы, ребята открыли порталы в разные части города и отправились за покупками. А из Института тем временем тихо вышел Джейс, направляясь на одну из безлюдных улиц Нью-Йорка. Он принял свое решение...