В тебе мой свет!

***

– Ну, что, брат, надеюсь, ты принес мне хорошие новости? – спросил Дамиан, смотря в окно. За его спиной стоял все тот же парень в балахоне. – Я не знаю, что для тебя будет хорошей новостью, – ответил парень, и в этот раз в его голосе не было страха перед лидером. Он стоял ровно, не склоняя головы, а в голосе звучала уверенность. – Второй маг все еще без сознания, а магичка не рассказала им ничего такого, что могло выдать нас. Подобраться к ней не получается, потому что она либо находится в комнате, доступ в которую разрешен только нескольким людям, либо рядом с ней кто-то есть. Поэтому я не знаю, как её доставить к тебе, – сказал парень, и впервые он не боялся разочаровать своего брата. – Мы нашли нового мага, поэтому Веламелли и Макроус нам больше не нужны, – жестко сказал Лидер. – Мои люди сейчас ломают его, так что через несколько дней мы сможет убить еще одну семью. – И как проходит процесс ломки? – спросил парень, внутренне поморщившись. – С каких это пор ты начал интересоваться ломкой? – удивленно спросил Дамиан, повернувшись к парню. – Ты ведь всегда был против этого, а твоя нежная душенька жалела этих магов, поэтому ты отказывался принимать в этом участие. Что изменилось? – Ну, ты ведь сам говорил, что мне нужно больше участвовать в наших делах, – пожал плечами парень. – Не хочешь, не рассказывай. Я тебя не заставляю. – Ты какой-то странный сегодня. Что-то случилось, а я не знаю? – прищурившись, спросил Дамиан. – Нет, просто не выспался, – соврал парень. – Ну, как знаешь, – пожал плечами Лидер. – Этот маг очень стойкий, поэтому на ломку уйдет дней пять, и только потом можно будет приступать к "перезаписи". Так что на дело мы сможем выйти только дней через восемь-десять. Мы должны быть уверены в том, что он все сделает, как надо. – Понятно. А что будет с братом магички и примитивной? – Пока ничего. Пусть живут пока, чтобы маги не болтали слишком много. Они не идиоты, понимают, что станет с их родственничками, если они заговорят, – усмехнулся Дамиан. – А потом? – А потом я убью их, но это будет после того, как мы убьем последнюю жертву. Кстати, мне поступила информация о том, что дочь Дэвисов лезет не в свое дело, – сказал Лидер. – Она копалась в деле Эвансов. Что она могла там найти? – Без понятия, – ответил парень. – Я не видел их дело в Конклаве, но там вряд ли есть что-то, что может привести их к нам. К тому же, сами Эвансы уже давно мертвы. – Да, а вот это очень печально, – казалось, что Дамиан даже расстроился. – Я говорил им, что лучше не идти на такой риск ради обычного мага. Но они были слишком самоуверенны, потому и погибли от руны Моргенштерн. – А ведь они поставили условие своему сыну, что убьют Моргенштерн, если он будет продолжать общаться с ней. Но в итоге она сама убила их, даже не зная этого. Но хоть задание с Киллгаром выполнили, а то было бы еще более обидно, – хмыкнул парень, а Лидер еще больше прищурился. – В тебе что-то изменилось, брат, – сказал Дамиан, немного наклонив голову, рассматривая брата. – Что? – Ты говоришь о Моргенштерн без привычной ненависти, – ответил Лидер. – Неужели чувства все-таки взяли верх над умом? – Не говори ерунды, – отмахнулся парень, издав короткий смешок. – Просто я понял, что мои психи по отношению к ней не помогают делу, а только мешают мне адекватно воспринимать ситуацию. Так что я пересмотрел свои взгляды и больше не буду истерить, когда дело касается Моргенштерн.       И снова его голос звучал ровно, спокойно, даже слишком расслабленно, если сравнить его с предыдущими разговорами. Это заставило Дамиана ещё больше прищуриться, а потом усмехнуться в ответ на свои мысли. – Ты ничего не хочешь мне рассказать, брат? – спросил он обманчиво спокойным голосом. – А что я ещё должен рассказать? Вроде бы на все вопросы ответил, а новостей особо не было, – ответил парень, но теперь в голосе промелькнуло еле заметное волнение. – Ты уверен в этом? – Что происходит? К чему эти странные вопросы? – немного вспылил парень, а Дамиан как-то немного грустно усмехнулся. – Обидно, – совсем невпопад сказал Дамиан, отвернувшись от брата. – Что обидно? – Обидно, что даже родной брат меня предал и теперь врёт мне, – сказал Лидер, а у второго парня сердце пропустило удар, а в ушах зашумело. – В каком смысле? О чем ты, брат? – выдавил он из себя, стараясь придать голосу удивления и скрыть страх, внезапно заполнивший все тело. – Хватит притворяться, Джейс, ты все прекрасно понял, – жёстко сказал Дамиан и повернулся к брату лицом, шрамы на котором резко стали ярко-красными. Такое бывало только в случаях, когда он очень сильно злился. И Джейс это знал, поэтому сердце у него тут же ушло в пятки, а горло сдавило спазмом, не позволяя сказать ни слова. – Дамиан, я правда не понимаю, о чем ты... – Замолчи! – рявкнул Лидер, заставив парня вздрогнуть и внутренне сжаться. – Ты считаешь меня полным идиотом, Джейс? Ты думал, что сможешь обмануть меня, чтобы помочь Лайтвудам и Моргенштерн? Ты думал, что я не узнаю о том, какое решение ты принял? Тебе Моргенштерн дала два варианта и, судя по твоему вранью, ты выбрал Лайтвудов. Удивлён? Я все о тебе знаю, Джейс, о каждом твоём шаге, о каждом слове, о каждой мысли твоей знаю. – Ты следил за мной? – начиная злиться, сквозь зубы спросил Джейс. – А ты думал, что я настолько тебе доверяю, чтобы позволить действовать без любого контроля с моей стороны? – насмешливо спросил Дамиан, рассмеявшись. Этот смех был похож на смех гиены, от которого бежали мурашки по коже. – Какой ты наивный, брат, аж смешно. – Смешно тебе, да? А вот мне совсем не смешно было, когда я узнал, что все эти годы ты врал мне! – вспылил Джейс и тоже повысил голос, решив, что терять ему уже не чего. Он хотел продолжить общение с Дамианом, чтобы узнать как можно больше и потом рассказать об этом Лайтвудам, но теперь, бросив эту идею и поддавшись эмоциям, он решил высказать брату все, что накопилось у него в душе. – Это ведь не Лайтвуды проводили опыты над тобой, а родители, верно? Это они сделали тебя таким чудовищем, они хотели, чтобы ты стал таким, какой ты сейчас! Почему ты врал мне? Зачем разрушил мне жизнь всей этой историей? Я думал, что у меня появился брат, родной человек, но вместо этого оказалось, что у меня появился враг, который не доверял мне ни на секунду и следил за каждым моим шагом. Зачем я тебе, если ты мне не доверяешь? – А ты мне доверяешь? – в ответ рявкнул Дамиан. – Ты никогда не делал то, что я тебя просил. Ты отказывался принимать участие в наших миссиях, отказывался помогать в ломке, постоянно утаивал от меня разную информацию о своих Лайтвудах! Ты все делал для того, чтобы я понял, что ты не доверяешь мне. Но при этом ты продолжал притворяться моим единомышленником, помощником, братом. – Я никогда не притворялся! Я всегда считал тебя самым дорогим человеком из всех в этом мире, потому что ты – мой брат! Ты всё сделал для того, чтобы я поссорился с Лайтвудами, чтобы причинил им боль, чтобы я стал таким же чудовищем, как и ты! – Я пытался сделать тебя лучше, сделать настоящим Вейландом, таким, какими были наши родители, какой я! Ты был слишком добрым, слишком жалостливым, справедливым, слишком Лайтвудом! – Я был адекватным, в отличие от тебя! – выкрикнул Джейс, смотря прямо в наполненные злостью глаза Дамиана. – Я не хотел причинять лишнюю боль людям, которые ничего тебе не сделали! Чем перед тобой провинились все те маги, которых ты убил? А вампиры, оборотни и примитивные. Что они тебе сделали? Ты убивал всех их с такой жестокостью, с таким наслаждением, что мне становилось страшно от того, какой ты. Я не мог понять, почему ты такой. Но я знал, что не хочу быть таким же, как ты.       Все эти годы я любил тебя, как брата, но я боялся тебя. Боялся то чудовище, которым ты бываешь. Боялся, что однажды могу стать таким же, как ты. Поэтому я никогда не интересовался тем, как проходит ломка магов. Поэтому всегда уходил, когда к тебе приводили твою очередную " пищу". Мне было противно смотреть на то, как ты убиваешь ни в чем не повинных людей и пьешь их кровь. Ты хуже вампиров, которых ты так презираешь. Ты миллион раз мне сказал, как ненавидишь Сантьяго и его клан, но сам в тысячу раз хуже него, потому что Рафаэль питается консервированной кровью, не убивая людей. А ты убиваешь, хотя можешь прожить без этого. Доля крови вампира в тебе настолько мала, что постоянная подпитка кровью тебе не нужна. Но тебе нравится это, нравится смотреть, как вытекает жизнь из обычных людей, нравится убивать их. Поэтому ты продолжаешь питаться ими, – поморщившись, с отвращением сказал Джейс. – Твои люди похищают оборотней, чтобы ты проводил над ними свои опыты, лишал их воли и испытывал на них свой дар подчинять своей воле любого. Ты издеваешься над ними, и это приносит тебе удовольствие, а меня воротит от того, насколько безумный в такие моменты твой взгляд. Ты чудовище, Дамиан, а не человек. А самое ужасное, что тебе нравится таким быть! – От чего же ты тогда все эти годы был рядом со мной, если я тебе так противен? – жёстко и зловеще спросил Дамиан. – Почему продолжал бегать за мной, продолжал участвовать в убийствах, если боялся стать таким, как я? Почему? – Да потому что я хотел отомстить за родителей! – эмоционально ответил Джейс. – Ты заставил меня поверить в то, что их убили незаслуженно! Ты вбил мне в голову мысль о том, что Лайтвуды, Моргенштерны и все те люди, которых мы убили, враги. Я поверил тебе, я хотел отомстить им, чтобы они расплатились жизнью за то, что, якобы, сделали с тобой, за смерть родителей. Из-за этого я продолжал приходить к тебе даже тогда, когда мне хотелось бежать от тебя так быстро, как только это возможно. Если бы я знал, что все твои слова – это наглое враньё, я бы никогда не сделал ничего из того, что совершил по твоему указанию! Я стал убийцей, но оправдывал себя тем, что поступаю правильно, что мщу за брата, отца и мать. А на самом деле я был лишь пешкой в искусно созданной тобой игре! – Вы посмотрите, какой бедный и несчастный мальчик, прям щас слезу пущу, – едко прокомментировал Дамиан. – Видите ли, я заставлял его все делать. Да кому ты врешь, Джейс? Ты сам делал все это, сам хотел этого. Да, ты своими руками не убил ни одного охотника, кроме тех двух, которых поймали Лайтвуды, но ты был рад тому, что они мертвы. Тебе нравилось то, что ты тоже причастен к их смерти, что сделал все возможное, чтобы мы нашли их и убили. Тебе нравилась мысль, что они мертвы, и даже не отрицай этого. – Мне нравилась мысль, что ещё один убийца родителей получил по заслугам! – возразил Джейс. – Да не смеши меня, Джейс! – раздражённо сказал Дамиан. – Хоть мне сейчас не ври, все равно не получится. Ты можешь успокаивать себя чем угодно, но в глубине души ты понимаешь, что я прав. Тебе нравилась мысль о том, что они мертвы, и твоя рука не дрогнула бы, если бы тебе самому пришлось их убить. Единственный раз, когда дрогнула не только твоя рука, но и ты сам, это Моргенштерны. Но там виноват я сам. – Что ты имеешь в виду? – внезапно севшим голосом спросил Джейс, даже сделав шаг назад. Дамиан же лишь жёстко усмехнулся, увидев такую реакцию. – А ты думал, что я не узнаю о том, что это ты спас Клариссу полтора месяца назад? – с ехидным оскалом спросил Лидер. – Я же сказал, что знаю о каждом твоём шаге. Я сам виноват, что приказал тебе следить за Моргенштернами, но я даже подумать не мог, что ты такой влюбчивый герой. Это ж надо было додуматься до того, чтобы броситься под стрелу, спасая ту, кого нужно было убить. Безрассудный и глупый поступок, который она даже не оценила. – Она не знает о том, что я был тогда в ее доме и закрыл ее от летящей в нее стрелы, – сквозь зубы сказал Джейс. – И не узнает никогда, потому что это мое личное дело. – Вот ответь на один вопрос, братец, – наклонив голову, сказал Дамиан. – Как можно было влюбиться в дочь людей, которые виноваты в смерти твоих родителей? Неужели ты настолько влюблен в нее, что решился тогда на такой поступок? Наврал мне, заключил тайный договор с магом, чтобы тот сделал тебя невидимым, пробрался в дом Моргенштернов и закрыл ее от стрелы, схлопотав её себе в спину. Неужели она того стоит? – Не твое дело, и сейчас речь идёт не о ней, а о том, что ты врал мне все эти годы, – со злостью ответил Джейс, который чувствовал себя ещё больше обманутым, чем до этого. – Но ты хороший актер, братец. Так разыгрывать ненависть к ней столько времени – это нужно постараться. Даже я на какой-то момент поверил в то, что ты возненавидел её, но, увы, я ошибся. Твои чувства, которые сидят сейчас в твоей душе, настолько сладкие и ванильные, что мне аж тошнит от них и от тебя, – поморщившись от отвращения, сказал Дамиан. – Тебе тошнит от всего, что не связано со злом и убийством, – выпалил в ответ Джейс. – Что дальше? Что ты собирался делать дальше? – спросил Дамиан, а его взгляд наполнился холодом, равно как и голос. – Ты выбрал Лайтвудов, но пришел ко мне. Почему? Ты надеялся на то, что я ничего не узнаю и продолжу рассказывать тебе обо всех наших делах, чтобы ты потом это передал Лайтвудам? – Неплохой план, правда? – усмехнувшись, спросил Джейс. – Может быть, только я не идиот, ты забыл об этом. – Но ты ведь рассказал мне о новом маге. – Рассказал. – Ты соврал? – Нет, это все правда. – Тогда почему? Ты не боишься, что я расскажу об этом Лайтвудам? – Нет. – Почему? – А потому что ты больше никогда не выйдешь отсюда, Джейс, – жёстко сказал Дамиан, а за спиной блондина внезапно появилось четыре стражника-оборотня, которые готовы были в любой момент схватить его. Парень посмотрел на них через плечо и снова повернулся к брату. – Что все это значит? – Это значит, что ты доигрался, Джейс. Ты был моим братом, человеком, которому не смел никто перечить, но ты выбрал себе другую роль. Ты никогда не присутствовал на процессе ломки, теперь у тебя есть отличная возможность наверстать упущенное, – сказал Дамиан с жёсткой усмешкой. – Только не в роли наблюдателя. Взять его! – скомандовал он, и через секунду Джейса схватили стражники и скрутили его, не давая возможности даже пошевелиться, не говоря о том, чтобы освободиться. – Что ты творишь? Ты вообще с ума сошел?? – взревел Джейс, пытаясь поднять голову, чтобы посмотреть Дамиану в глаза. – Ты думаешь, что ты непобедим, но это не так! Рано или поздно тебя поймают, и тогда ты поймёшь, что значит боль! Ты расплатишься за все то, что сделал! И пусть даже я этого не увижу, но такой день наступит! И очень скоро! Скоро тебе и твоим шестеркам придет конец! Вместо хозяина мира ты станешь кормом для червей, если от тебя вообще останется хоть что-то! Тебя... – Замолчи, тварь! – рявкнул Дамиан, в секунду оказавшись возле Джейса. Он одним движением сбросил с его головы капюшон и, больно схватив Джейса за волосы, заставил того поднять голову и посмотрел ему в глаза, на которых выступили слезы от резкой боли. – Ты уже достаточно наговорил для того, чтобы разозлить меня. Теперь лучше закрой свой рот и, возможно, я причиню тебе меньше боли. – Встретимся в Аду, Дамиан Вейланд, – с презрением сказал Джейс, не отводя взгляда от алых глаз брата. – Я рад, что ты реально понимаешь, что в Рай тебе не попасть, но быстрая смерть – это слишком большая награда, а ты ее не заслужил, – сказал Дамиан, ещё сильнее сжав волосы Джейса в руке и дёрнув их так, чтобы причинить парню ещё больше боли. – Тебя ждёт кое-что поинтереснее. В третью камеру его! – скомандовал он, резко отпустив волосы брата и отступив от него на шаг.       Стражники тут же вывели Джейса из помещения, а рядом с Дамианом появился высокий мужчина в балахоне. Он остановился за спиной Дамиана и сказал, смотря вперёд: – Ты слишком погорячился, Дамиан, – спокойно сказал мужчина. – Джейс – это не простой оборотень, которого ты можешь сломать в пыточной. Он очень сильный нефелим, в нем твоя кровь, так что тебе стоило поместить его в специальную камеру, на которой стоит моя защита. – Он ничего не сможет сделать, у него на это не будет ни сил, ни возможности, – не оборачиваясь, сказал Дамиан. – Не вмешивайся в это, Мастер. Я знаю, что делаю. – Как бы не прогадал, – задумчиво произнес Мастер, когда Дамиан уже вышел из комнаты.

***

      Сырая темница освещалась только светом двух факелов, висящих на стене. Их блики падали на стены, на приспособления для пыток, на палача, который вот уже четыре часа пытал парня, применяя все имеющиеся способы и инструменты, на парня, на котором уже живого места не было. – Повторяю в последний раз! – жёстко, теряя терпение, сказал Дамиан, стоя прямо перед прикованным к стене Джейсом. – Что задумали Лайтвуды? Каков их следующий шаг? – Я...не...знаю, – прерывисто дыша, ответил Джейс, потому что дышать нормально он не мог из-за сильной боли в груди.       Парень был прикован к стене, а на его теле уже было множество порезов, синяков, ушибов и ожогов. Несколько ребер точно были сломаны, как и нога. Лицо было настолько избито, что с трудом можно было различить черты симпатичного и обворожительного парня. Джейс был в ужасном состоянии, чувствовал дикую боль, которую испытывала и Клэри, чувствуя каждую его эмоцию, каждую нотку боли в его теле. Но он не ответил ни на один из заданных Дамианом вопросов, не сдал ни доли информации о планах Лайтвудов и том, что им уже известно. Он все для себя решил, осталось только дождаться момента, когда сознание покинет его, чтобы на мгновение перестать чувствовать эту боль. – Какой же ты дурак, Джейс, – выплюнул Дамиан и подал знак палачу, который нанес парню ещё один удар хлыстом с железными шипами. Джейс вскрикнул от дикой боли, дернулся, а затем опустил голову, закрыв глаза, стараясь отдышаться. – Отвечай! – Нет, – твердо ответил Джейс, не смотря на боль.       И снова последовал удар, а затем ещё и ещё, пока палач не сменил орудие пытки. Но ни хлыст, ни раскалённое железо, ни лезвие кинжала не смогли заставить парня говорить. Он терпел все пытки, которые длились больше шести часов, и молчал. Он все решил, и никто не заставит его заговорить. Спустя шесть часов пыток и адской боли, организм Джейса не выдержал, и он потерял сознание. – Приведите его в чувство, и продолжим допрос, – отдал приказ Дамиан, но Мастер был с ним не согласен. – Он измотан, ты просто убьешь его этими пытками, – сказал маг. – Дай ему время немного придти в себя, пусть отлежится пару часов. Потом продолжишь. – У меня нет этих пары часов. Приводите в чувство! – Ты хочешь, чтобы он сейчас умер и тем самым разрушил все то, к чему мы стремились столько лет? Не глупи, и послушай свой ум, а не свои эмоции. – Хорошо, – спустя несколько мгновений, сказал Дамиан. – Снимите его и оставьте в этой камере. Мастер, залечи сильно глубокие раны, а остальные не трогай. – Дамиан, повторюсь, что его лучше поместить в специальную камеру. – Посмотри на него, он уже почти труп, – сказал Дамиан, кивнув в сторону бессознательного тела парня, которого уже сняли со стены и бросили на пол. – Он точно никуда не денется, плюс его будут охранять четыре стражника. – Дамиан, я все же наст... – Хватит! Я решил, и мое решение не обсуждается, – рыкнул Дамиан и вышел из камеры, оставляя там Мастера, стражников и избитого парня, тело которого на 99% покрыто ранами...

***

– Я должен выбраться отсюда, – сквозь зубы тихо произнес Джейс, который пришел в себя только несколько минут назад. Каждая частичка его тела болела так, что проще было ее просто отрезать, чем терпеть эту боль. – Я должен их предупредить, я должен помочь им.       Эти слова он повторял, словно молитву, пытаясь придумать способ, как выбраться из этой темницы. План созрел только через пол часа, и он тут же стал превращать его в реальность.       Ему придется очень трудно, ведь даже малейшее движение приносило дикую боль, а сейчас ему будет не только выбраться из темницы, но ещё и каким-то образом добраться до Института. Но он сделает все возможное, будет идти до последней капли силы, чтобы успеть предупредить Лайтвудов об опасности, которая их ожидает. Поэтому он готов на все.

***

      По безлюдной и заброшенной улице Нью-Йорка шел парень, который еле держался на ногах, оставляя за собой кровавый след из-за того, что многие его раны снова начали кровоточить. Ему удалось вырваться из темницы, но для этого пришлось сначала обмануть, а потом оглушить стражников. Очень скоро Дамиан узнает о его побеге, и тогда будет очень сложно, ведь, как выяснилось, тот всегда знает, где находится Джейс. Поэтому нужно поскорее добраться до Института. Но у него уже не было сил.       Джейс упал, так и не дойдя до Института. У него уже не было сил. Он попытался сесть, прислонившись спиной к стене какого-то дома, и вздохнул, но тут же закашлялся, почувствовав боль в груди и привкус крови во рту. Внезапно взгляд его упал на собственное правое предплечье, и в глазах у него появился какой-то огонек, будто он разгадал загадку или придумал гениальную вещь. Он осмотрелся вокруг и, увидев лежавшую неподалеку стеклянную бутылку, взял ее и, собрав все силы, разбила ее об асфальт, оставив в руке острое горлышко. Его взгляд снова вернулся к предплечью и он, странно усмехнувшись, приставив стекло к вене у самого запястья. Спустя секунду, он надавил на горлышко, и острое стекло разрезало кожу, словно масло. Порез становился все больше, и остановился Джейс только тогда, когда горлышко не коснулось локтевого изгиба, оставив за собой кровяную дорожку. Кровь из вены в считанные секунды окрасила руку в яркий красный цвет, а Джейс поднял голову к небу и, всматриваясь в голубую гладь, сказал: – Помоги им, Разиэль! Я не успел добраться до них, не смогу рассказать им о том, какая опасность их ждет, у меня уже нет на это времени. Молю тебя, сделай за меня это ты. Защити их, исправь все то, что я натворил за столько лет. Они заслуживают на счастливую жизнь, помешай Дамиану отнять их у неё. Я уже не смогу этому помешать. Молю, пожалуйста, помоги им!       Он повторял эти слова раз за разом, пока на асфальт капала его алая кровь, а тело постепенно становилось расслабленным. – Вот и все, – выдохнул Джейс, и глаза его закрылись…

***

      Глаза Клэри вновь распахнулись, но теперь их взгляд был осмысленным, и в нем читался испуг. – Клэри! Слава Ангелу, ты очнулась! Как же ты нас напугала! – тут же воскликнул Алек, обнимая Клэри и прижимая к себе настолько сильно, насколько это вообще возможно. – Что с тобой случилось? Это было видение? – не менее обеспокоено спросил Кайден. – Да, – выдохнула Клэри, пытаясь восстановить дыхание и успокоить бешено бьющееся сердце. – Джейс, он умирает. – Что? В смысле? Где? – одновременно воскликнули Алек, Иззи и Сай. – На одной из улиц Нью-Йорка, нужно как можно быстрее до него добраться, иначе он умрет! Алек, помоги мне встать, – попросила Клэри, потому что чувствовала какую-то непонятную слабость во всем теле. Алек тут же выполнил просьбу и подхватил её под руку с одной стороны, а Кай – с другой, и вместе они подняли девушку, но не спешили отпускать, чтобы она не упала. – Что именно ты видела? Почему Джейс умирает? – спросил Алек. – И как давно у тебя вообще видения? – спросила Лия. – Я потом все расскажу, времени почти нет! – в свою очередь сказала Клэри. – Алек, Кай, Саймон, пойдете со мной, потому что его придется переносить в Институт. Лия, позови Маризу и Роберта, и все вместе идите в медпункт, мы придем туда. Иззи, приготовь там кушетку и все имеющиеся лекарства. И отведите Макса в комнату, ему не нужно видеть то, что сейчас будет происходить здесь. – Хорошо, – согласились охотники, и Клэри открыла портал на ту улицу, которую она видела в своем видении. Им понадобилось всего лишь несколько мгновений, чтобы осмотреться и увидеть лежащего возле стены Джейса. – Вот он! – воскликнул Сай, и все бросились к нему. – Господи, что с ним случилось? – шокировано выдохнул парень, ведь Джейс выглядел просто ужасно.       Все лицо парня было побито настолько, что в нем с трудом можно было узнать красивого светловолосого Вейланда. Брови, губы и правая скула были рассечены и, если судить по состоянию ран, произошло это не один час назад. Запекшаяся кровь не скрывала красноты этих ран, что говорило о возможном заражении. Клэри же, которая видела, в каких условиях находился Джейс, была просто уверена в том, что заражение уже началось. Вся одежда на парне пропитана его кровью, а в некоторых местах еще и порвана. Руки и правая нога Джейса лежали под неестественным углом, поэтому можно предположить еще и переломы. Но больше всего пугал огромный порез на левом предплечье, который тянулся от запястья до самого локтя. Он порезал себе вену, из которой теперь текла кровь, и это грозило обескровлением. – Господи, он хотел покончить с собой? – выдохнул Алек, отрывая от футболки Джейса широкую полоску и делая из неё жгут, чтобы остановить кровь. – Не знаю, но не это сейчас важно. Пропустите меня к нему! – сказала Клэри и, пробравшись к парню, опустилась рядом с ним на колени.       Она положила руки на длинную рану Джейса: одну руку в самом начале раны, а вторую – в конце. Сжав ладони и закрыв глаза, она стала шептать какое-то заклинание, и рана Джейса моментально стала затягиваться. Буквально через минуту на месте глубокого пореза остался только длинный белый шрам. – А теперь, парни, аккуратно поднимайте его, только постарайтесь не сильно трясти. У него много переломов, – скомандовала Клэри, поднимаясь на ноги и отходя на несколько шагов. Она открыла портал, а парни подняли Джейса и ужаснулись, ведь на земле осталось очень много его крови. – Клэри, – тревожно обратился к ней Кайден, но девушка перебила его. – Я вижу, поэтому советую поторопиться, – сказала она и указала на открытый портал. Парни без слов шагнули в портал, а Клэри щелкнула пальцами, убирая с земли кровь Джейса, и только после этого тоже шагнула в портал.       В медпункте царил хаос. Женская половина была шокирована увиденным, и теперь они бесцельно носились по комнате, пытаясь определить, какое лекарство ему нужно. Парни аккуратно положили Джейса на кровать и теперь пытались не поддаться всеобщей панике. Клэри же была относительно спокойна. – Успокойтесь и не носитесь по комнате! – рявкнула она, заставив всех замереть на месте. – Саймон, аккуратно разрежь на нем футболку и сними её, при этом старайся не сильно тормошить его. Алек, срежь с него штанины, оставив только длину шорт. Иззи, пошли со мной, я дам тебе раствор, которым промоешь ему раны на лице. Кай, выведи отсюда Лию, потому что она сейчас в обморок грохнется! – быстро отдала приказы Клэри, и все тут же стали выполнять то, что им сказали. В большинстве случаев, когда паника накрывает с головой, именно наличие вот таких точных приказов помогает собраться с мыслями. – А мы? – спросила Мариза, голос которой немного подрагивал. Не смотря на то, что в последнее время Джейс вел себя, как последняя тварь, она любила его, как родного сына, и сейчас очень боялась его потерять. – А вы постарайтесь успокоиться. С Джейсом ничего не случится, он будет жить, просто придется поваляться немного в отключке, – сказала Клэри, бросив взгляд на нефелима. В глубине её души даже мелькнула жалость к нему. Сейчас, когда она узнала все то, что узнала, её мнение о парне изменилось. Множество его поступков приобрели логическое объяснение, и она вынуждена была признать, что в некоторых ситуациях, возможно, поступила бы точно так же.       Пока все выполняли приказы, сама Клэри открыла портал в лофт Магнуса, взяла там множество необходимых зелий, трав и приспособлений, после чего вернулась в медпункт и стала готовить мазь. Смешивая ингредиенты, она шептала заклинания, стараясь абстрагироваться от посторонних мыслей, сосредоточившись чисто на приготовлении зелья. У неё это получилось, и через десять минут мазь была готова.       Парни уже срезали с Джейса одежду, и теперь Клэри убедилась в том, что руки и нога Джейса сломаны. Восемьдесят процентов тела парня покрыты синяками, кровоподтеками, открытыми ранами и порезами. Одни еще кровоточили, другие уже покрылись засохшей кровью, но все они выглядели одинаково ужасно. Клэри подошла к кровати и поставила чашу с мазью на тумбочку, ведь сначала нужно исправить многое с помощью магии. – Иззи, Мариза, вам тоже лучше сейчас выйти или отвернуться, – сказала Клэри, обращаясь к заметно побледневшим охотницам. – Мне придется сейчас с помощью магии вправлять ему кости, а тут очень мало приятного. – Я никуда не уйду, – уверено заявила Мариза, но бледность её лица и трясущиеся руки говорили о том, что обморок очень близко. Клэри умоляюще посмотрела на Роберта, и тот, поняв намек, заставил жену хотя бы отвернуться и отойти в сторону. Мариза повиновалась, поэтому Роберт повернул её лицом к себе и обнял, не отводя взгляда от названного сына. Вернувшийся в комнату Кайден точно так же обнял Изабель, которая прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди и закрыв глаза. Лучше было бы, чтобы они еще и уши закрыли... – Ну, приступим, – мрачно сказала Клэри и, глубоко вздохнув, положила обе руки на руку Джейса в том месте, где у него был перелом.       Магия безотказно повиновалась Клариссе, и уже в следующее мгновение в комнате послышался хруст костей, от которого холодела кровь в жилах, а по спине бежали мурашки. Это было ужасно, и сама Клэри тоже поморщилась, но продолжала делать свое дело. Она наложила на Джейса обезболивающее заклинание, так что он не почувствует ничего. Вслед за правой рукой, была левая, а потом и нога. К моменту, когда она закончила вправлять последний перелом, Мариза еле стояла на ногах. После переломов Клэри занялась открытыми ранами на теле парня. Их было много, поэтому пришлось повозиться. Все время, пока она занималась лечением внешних повреждений, действовало её заклинание, которое определяло, есть ли повреждения внутренних органов. Они были.       Приготовленная мазь понадобилась только минут через тридцать, ведь все это время Клэри лечила Джейса своей магией. Она нанесла жидковатую мазь тонким слоем на открытые участки его тела, где были видны повреждения. Поскольку раны были по всему телу, то и мази понадобилось много. Когда мазь была нанесена, Клэри прочитала еще какое-то заклинание, и тело Джейса засветилось бледным, еле заметным фиолетовым цветом. В местах, где были очень серьезные травмы, цвет был более темный. – Все, – наконец, выдохнула Клэри, на мгновение прикрывая глаза. На все это лечение ушло очень много её сил, поэтому она чувствовала легкое головокружение, но не хотела показывать свою слабость, поэтому вновь открыла глаза и, выпрямившись, сказала ровным голосом. – Теперь все будет в порядке. У него очень много повреждений. Руки и нога сломаны, переломы я вправила с помощью магии, а срастит их заклинание, которое действует сейчас. Так же у него сломано четыре ребра, задеты легкие, повреждены внутренние органы, и было внутреннее кровотечение. Все это постепенно вылечит это же заклинание, но на это нужно время. Открытые раны на лице я заживила, чтобы не осталось шрамов, но синяки еще продержатся несколько дней. Сотрясение мозга, свидетельствующее о том, что он у него все-таки есть, тоже пройдет, когда закончится действие заклинания, – последнюю фразу она сказала с легкой усмешкой. – Что еще... Ссадины, более легкие и незначительные ушибы тоже исчезнут. Заклинание, которое я наложила, действует медленно, но очень основательно. Оно ищет в организме даже малейшие травмы и лечит их, не оставляя ни следа в организме. Пока оно действует, Джейс будет спать. Поскольку ран очень много, то проспит он до завтрашнего утра – это точно, может, даже больше. Жизни его ничего не угрожает, так что можете выдохнуть и успокоиться. В принципе, все, – сказала Клэри и благодарно улыбнулась Алеку, который приобнял её, почувствовав то, что ей не очень хорошо. – Кто с ним это сделал? Что было в твоем видении? – спросил Саймон. – Это сделал Дамиан, – честно ответила Клэри, а глаза всех удивленно расширились. – Значит, он и до Джейса добрался? – выдохнула Мариза, посмотрев на парня, но Клэри покачала головой. – Нет, не совсем так. – А как? Ты можешь все нормально рассказать? Почему мы должны вытаскивать из тебя каждое слово?! – эмоционально выпалила Иззи, и Клэри сдалась. – Хорошо, я все расскажу, только не здесь. Предлагаю всем переместиться в гостиную. – А Джейс? – С ним ничего не случится за то время, что мы с вами будем говорить. А потом распределимся, чтобы дежурить возле него, ведь иногда бывает такое, что человек просыпается раньше, чем закончилось действие заклинания. В таком случае нужно наложить его повторно, поэтому нужно будет позвать меня, – сказала Клэри. – Хорошо, – согласились все остальные и вышли из медпункта. Клэри оставила в комнате маячок на тот крайний случай, если Дамиан или его люди доберутся до Джейса и здесь, или он очнется, пока их не будет рядом. – Ну, рассказывай! – поторопила Иззи, когда они все оказались в гостиной, где все это время их ждала Лия.       Алек и Клэри сели на одном диване, Иззи и Кайден – на втором, Лия и Саймон – в одном из кресел, а Мариза и Роберт – во втором. Клэри тяжело вздохнула и, собравшись с мыслями, начала рассказ. Рассказывала она подробно, но утаивая некоторые детали видений. Например, она не сказала ни слова о чувствах Джейса к ней. Это было его личное дело, и к расследованию не имело никакого отношения. Даже она сама не должна была этого узнать, но раз так случилось, то другим она не имеет права рассказывать. А уж Алеку точно об этом точно лучше не знать, учитывая его ревнивый характер. Так же умолчала об Эвансах. Это она расскажет Каю, когда они будут вдвоем. – Вот так, – подытожила она, вновь глубоко вздыхая. – Раньше эти видения были только ночью, но сегодня случилось днем. Скорее всего, это произошло так, потому что Джейс умирал, и ему нужна была помощь, а до ночи он умер бы. – Почему ты не рассказала нам о своих видениях? – глухо спросила Мариза, потому что была шокирована услышанным. У неё в голове не укладывался тот факт, что все это время Джейс был частью большого заговора, и не просто частью, а одним из лидеров. Он убивал людей, готовил убийство людей, которые все эти годы считали его частью своей семьи. Было больно, очень больно. – Ты подозревала его, так ведь? – задал еще один вопрос Роберт, которому было не менее тяжело. – Да, – призналась Клэри. – У меня были подозрения, но до последнего я не хотела в это верить. Я не хотела этого, потому что знала, как много он значит для каждого из вас. Поэтому и о видениях своих не рассказывала. Я не была уверена в том, что это Джейс, но не рассказывала, чтобы не узнал он. Предупрежден, значит, вооружен, так часто говорят. Никогда не будет лишней перестраховка. – То есть, это Джейс убил наших родителей? Из-за него все эти семьи были разрушены? Из-за него мы, Лия и другие дети остались без своих родителей? – начиная закипать, спросил Кайден, который знал о видениях, но даже предположить не мог, что второй парень в балахоне – это Джейс. – Нет, точнее не совсем так, – ответила Клэри.       Она все это время пыталась мыслить здраво, не поддаваясь злости и желанию поквитаться с тем, по вине, хоть и косвенной, которого ей пришлось так много страдать. Сейчас в этой комнате только она более-менее сохраняла спокойствие и здравый смысл в словах и мыслях. Лайтвуды шокированы таким предательством, поэтому либо попытаются полностью оправдать его, как Мариза, либо спустят на него всех собак без права помилования, как Алек. Кайден и Лия даже не подумают о помиловании, потому что, по их мнению, он его не заслуживает. Клэри решила бы точно так же, если бы не это видение. Она видела его глаза, слышала его слова и чувствовала то, что чувствовал он. Поэтому она должна донести до остальных мысль о том, что парень очень сожалеет, и что он не настолько плохой и жестокий, как все думают. Должна, но как же сложно это сделать. – Я не буду отвечать за него, завтра он очнется, и мы все у него спросим. Вряд ли он теперь станет отрицать все, – сказала Клэри. – Его избил и практически довел до смерти родной брат, который длительное время был для него единственным человеком, которому он верил. Поэтому, я думаю, что теперь у Джейса нет причины для того, чтобы защищать Дамиана. Он расскажет нам о том, о чем мы спросим. – Вряд ли, – возразил Кайден. – Сомневаюсь, что он расскажет нам все. Это могло быть ловушкой, чтобы мы поверили Джейсу и рассказали о всех своих планах. – Он и так обо всем знал, и это очень помогло Дамиану. – Но ему нужно было как-то же действовать после того, как ты узнала о том, что за всем стоит Дамиан, а Джейс его брат. – И ещё на него могло повлиять то, что ты ему сказала, когда пошла за ним, – поддержала Кая Лия. – Вот да, кстати, что ты ему тогда сказала? – Это не важно, – отмахнулась Клэри, изо всех сил стараясь не усомниться в своих выводах и суждениях, ведь слова ребят звучали очень правдоподобно. – Я видела то, что видела. Я чувствовала то, что чувствовал он. Это не было ловким трюком, я уверена, – но в словах её было мало уверенности. – Они могли узнать о твоих видениях и специально разыграть все именно так, чтобы ты ему поверила, – никак не мог успокоиться Кайден. Остальные молчали, слушая их. – Я сама не знаю, каким образом у меня появляются эти видения, откуда об этом знать им? – Дамиан владеет магией с самого рождения. Рядом с ним все время находится маг, которому не одна сотня лет, пусть и сил не так много. Как думаешь, он мог найти способ послать тебе это видение? Господи, как же много логики в его словах! Как же это сбивало Клэри с мысли! Это заставляло её усомниться в том, во что она уже поверила. – Почему ты так настойчиво пытаешься доказать мне, что все это ловушка? Почему не хочешь поверить в то, что Джейс выбрал Лайтвудов, не захотел убивать их, а решил отказаться от планов своего брата, который, как оказалось, всю жизнь ему врал? – эмоционально воскликнула Клэри. – А почему ты так настойчиво оправдываешь его? – так же эмоционально воскликнул Кайден. – Ты первая должна радоваться тому, что ему столько досталось! Он всё это время только то и делал, что жизнь тебе портил, а ты сейчас так его защищаешь! Почему? – Да потому что хоть кто-то должен мыслить здраво! Да, он портил мне жизнь все это время, но теперь я знаю его истинную мотивацию в этом, и я признаю, что могла бы поступить также. – Ты убивала бы людей из-за фанатических идей своего брата? Ты бы портила жизнь ни в чем не повинным людям? Ты бы вела себя, как последняя сволочь с людьми, которые вырастили тебя и не дали тебе умереть где-то никому не нужной? – эмоционально воскликнул Кайден, подавшись немного вперёд. Он был зол. Очень зол. – Ты судишь очень субъективно, Кай! – не менее эмоционально воскликнула Клэри. Она тоже начинала злиться. У них обоих было право на это. – Мы смотрим на ситуацию только со своей точки зрения, не учитывая то, как все видел и воспринимал Джейс. Поставь себя на его место и... – Не хочу я ставить себя на его место! Не нужно мне это! – Нет, Кай, ты выслушаешь то, что я тебе сейчас скажу! – уверенно и строго сказала Клэри. Таким голосом она говорила редко, и то лишь тогда, когда была необходимость кого-то отчитать за провинность. Сейчас цель была другая, но голос тот же. – Мы знаем одну правду, где Лайтвуды, Дэвисы, наши с тобой родители и все остальные – это хорошие, добрые люди, которые вынуждены были наказать преступников, сделав их ещё и героями. Мы видим Лайтвудов людьми, которые не бросили сына друзей, а взяли его под своё крыло и воспитали, как родного. Это мы знаем, что Вейланды проводили опыты над своим старшим сыном, родили младшего для прикрытия, даже не уделяя ему внимания и любви, потому что были заняты превращением старшего сына в монстра. Это все знаем мы с вами, но не Джейс. Для него все это время была другая правда. Он всю свою жизнь считал Вейландов своими родителями, которые героически погибли. Потом Дамиан заставил его поверить в то, что их родители были жертвами своих друзей, что все эти опыты над ним проводили именно наши родители и все те охотники. Джейс был уверен, что он мстит за своего брата, которого превратили в монстра, и за родителей, которых убили. Он был уверен, что мстит за свою разрушенную семью. Разве мы сейчас поступаем иначе? – Не сравнивай нас с этими уродами! – к удивлению многих воскликнула Лия. – Наших родителей зверски убили за то, что они просто выполняли свою работу десять лет назад и не позволили преступникам убить ещё несколько сотен жителей Сумеречного и Нижнего миров. Поэтому мы мстим за своих родителей, убивая тех, кого и людьми назвать язык не поворачивается. Поэтому у нас совершенно разные ситуации. – Нет, именно поэтому у нас одинаковые ситуации, – возразила Клэри. – Мы мстим за смерть родителей, которых убили, – Джейс тоже. Мы убиваем людей, которых считаем жестокими убийцами, так ведь и он точно так же. Ему вбили в голову, что Вейланды были невинными, а наши родители – жестокими палачами, которые издевались над его братом, а потом убили их родителей. Примерно так же можем заблуждаться на счёт соратников Дамиана и мы. Например, Джейс действовал ради мести за родителей. Тина и Джелан вынуждены были согласиться на сотрудничество из-за того, что дорогим для них людям угрожает смертельная опасность. Ты, Кай, отказался бы выполнить чье-то условие, если бы тебе сказали, что убьют меня, если ты этого не сделаешь? А ты, Лия, продолжала бы сопротивляться, если бы тебе пригрозили смертью родителей, моей смертью или кого-то другого, кто дорог твоему сердцу? – тут взгляд Клэри метнулся к Саймону и тут же вернулся к Лие. – Из видения я поняла, что у них появился новый маг, но и он далеко не по собственной воле будет выполнять их приказы. Одному Разиэлю известно, сколько ещё людей в армии Дамиана участвует из-за принуждения, страха за родных или за свою жизнь. Оборотней из стаи Герроуэя похитили люди Дамиана, и вполне вероятно, что однажды они тоже выйдут на миссию вместе с его армией. Но разве они этого хотели? Нет, но их заставили. К тому же, не стоит забывать о влиянии Дамиана на всех людей. Даже Рафаэль почувствовал желание склонить перед ним голову, а его силы очень велики, плюс то, что он глава сильного клана. Дамиан, при желании, может любого заставить плясать под свою дудку. Поэтому не стоит так категорично относиться ко всем, кто состоит в армии Дамиана. – То есть, ты хочешь сказать, что мы должны пожалеть всех этих уродов, потому что они бедные и несчастные? – все так же возмущённо спросил Кайден. – Я не говорю о всех, не говорю о жалости, но утверждаю, что над ними должен быть совершен справедливый суд, – ответила Клэри. – Не стоит ко всем применять одинаково жесткое наказание, ведь мотивы и степень вины у всех разная. То, что Дамиан заслуживает только смерти и долгих, мучительных пыток, я даже не спорю. Я лично хочу вырвать ему сердце, смотря на то, как угасает жизнь в его глазах, – жёстко сказала она, а Лия поежилась от описанной картины. – Но есть среди них и те люди, которые сами нуждаются в помощи, поэтому суд должен быть справедливым. – Да как ты можешь говорить о справедливости по отношению к людям, которые зверски убивают ни в чем не повинных охотников? – воскликнул Кайден, не справившись с эмоциями. – Как ты можешь говорить о помощи людям, которые убили наших родителей, Джона? Ты должна больше всех желать их смерти, потому что они разрушили твою жизнь! Все они лишили тебя той счастливой жизни, которая у тебя была! Они отняли у тебя родителей и брата, которыми ты жила, которых любила больше жизни. Из-за них ты потеряла смысл в этой жизни, по их вине ты выпала из реальности больше, чем на месяц. Или ты забыла, как бродила по улицам города и искала возможность умереть? Как хотела наказать тех, кто причастен к смерти наших родителей и Джона? Почему ты все это забыла? Как можешь сейчас говорить о справедливости, прощении и жалости ко всем этим уродам? Я не узнаю тебя, Клэри! – А я не узнаю тебя, Кайден! – так же эмоционально воскликнула Клэри, подавшись вперёд. – Я помню все, чего лишили меня Дамиан и его приспешники. Но это не обязывает меня становиться такой же тварью, как и они. Ты хочешь одинаково строгого наказания для всех помощников Дамиана? Тогда ты готов убить Тину? После того, как узнал, что она наш хранитель, после того, сколько она всего нам рассказала? После того, как она спасла жизнь Алеку, ты готов ее убить? Жестоко, с пытками, которых заслуживает Дамиан, а, значит, и все остальные. – Нет, я не... – Или давай с особой жестокостью убьем Джейса, – продолжила говорить Клэри, не дав Каю возможности ответить. – Давай наплюем на то, что для Маризы и Роберта он такой же родной и любимый, как и Алек, Иззи, Сай или Макс. Давай наплюем на Алека, Иззи, Сая и Макса, для которых Джейс стал, как родной брат. Давай вообще позволим Маризе и Роберту убить их, забыв о том, что он выбрал Лайтвудов, пошел против Дамиана, прекрасно понимая, чего это ему будет стоить. Ты этого хочешь? – голос Клэри звенел от огромного количества эмоций. Теперь и она тоже разозлилась. – Я говорю не об этом, а о том, что не нужно проявлять неуместную жалость к тем, кто её не заслуживает! Тина, Джелан – да, их заставили, и к ним действительно нельзя применить те же меры, что и к Дамиану. Но Джейс должен получить по полной, потому что он во всем помогал Дамиану! Он столько лет жил с Лайтвудами и докладывал брату о каждом их шаге! А в последнее время он рассказывал обо всем том, что удавалось нам узнать. Мы все время были не на шаг впереди, как думали, а на десяток шагов позади, потому что Дамиан знал обо все, что знали мы. А все из-за Джейса! И не поверю я в то, что ему ничего не известно о мотивах брата! – Знаешь, что я сказала вчера Джейсу? – неожиданно спокойно спросила Клэри, и такая перемена в голосе пустила мурашки по коже Кая, потому что он знал, что означает такое показное спокойствие его сестры. – Я сказала ему, что он должен сделать свой выбор: Дамиан или Лайтвуды. Он понял, что я все знаю, и он сделал свой выбор. Он выбрал Лайтвудов, из-за чего чуть не умер. Дамиан избивал его, пытал, но Джейс не сказал ничего о том, что мы собираемся собрать всех охотников в одном месте, не рассказал, где это место находится. Он терпел адскую боль, но не сказал ничего, даже не смотря на то, что Дамиан пытался повлиять на него еще и психологически. А знаешь, чем закончилось мое видение? Оно закончилось тем, что Джейс разрезал себе вену, а потом смотрел на то, как его кровь течет на землю. Я не знаю, зачем он это сделал, хотел ли покончить с собой или по иной причине, но он сделал это. А знаешь, какими были его последние слова, прежде чем он потерял сознание от кровопотери? – Нет, – выдохнул Кайден, прочистив горло, когда понял, что Клэри ждет его ответа. – Он поднял голову к небу и попросил Разиэля, чтобы тот защитил их, – она указала пальцем на всех Лайтвудов. – Он просил прощения у Ангела за все то, что сделал, просил его помочь Лайтвудам. « Я не успел добраться до них, не смогу рассказать им о том, какая опасность их ждет, у меня уже нет на это времени. Молю тебя, сделай за меня это ты. Защити их, исправь все то, что я натворил за столько лет. Они заслуживают на счастливую жизнь, помешай Дамиану отнять их у неё. Я уже не смогу этому помешать», – процитировала Клэри и на мгновение замолчала, пытаясь проглотить ком в горле.       Она слишком ярко помнила эмоции Джейса в этот момент, его глаза, наполненные болью, печалью и безысходностью. Этот его взгляд снова всплыл в её памяти, а его наполненный тысячью эмоций голос и обращенные к Ангелу слова все еще пульсировали в голове, не давая возможности думать о чем-то другом. У девушек на глазах появились слезы, и даже Лия немного притихла и опустила взгляд. Уверенность и злость на лице Кайдена тоже немного уменьшилась, а взгляд он свой перевел с Клэри на стену. – Он умирал, Кай, и просил Разиэля, чтобы тот защитил Лайтвудов, – вновь заговорила Клэри. – Он натворил много всего и заслуживает наказания, но его последний выбор заслуживает того, чтобы его хотя бы выслушали. У нас слишком мало информации о Дамиане, чтобы пренебрегать такой возможностью получить в союзники человека, который знает абсолютно все о его планах. Тебе так не кажется? – Да, но он… – снова завел свою пластинку Кай, и Клэри поняла, что ей надоел этот спор. – Так, все! Хватит! – снова жёстко сказала Клэри, подняв руку в останавливающем жесте. – Закрыли эту тему. Я свое мнение высказала, а то, что ты с ним не согласен, не заставит меня его изменить. У меня нет сил на то, чтобы сейчас три часа спорить по такому поводу. У нас есть более важный вопрос. Нам нужно распределить, кто когда и сколько будут дежурить возле Джейса. – Я дежурить возле него не собираюсь, потому что могу не сдержаться и придушить его. И вообще... – Я поняла тебя, Кай, – перебила его Клэри, строго на него посмотрев, а потом бросив взгляд в сторону бледной Маризы, которая уже еле держалась, чтобы не расплакаться. – Лия, я так понимаю, такого же мнения, как и Кайден, верно? – Да. – Хорошо. Есть ещё кто-то, кто отказывается от дежурства? – когда все отрицательно замотали головой, Клэри продолжила. – Отлично. Сейчас нужно выяснить, по сколько и когда мы будем дежурить. Я готова подежурить два срока подряд, потому что ночью мне нужно поспать хотя бы пару часов. Я уже несколько дней не высыпаюсь, а завтра мне на работу, и мне нужно хотя бы немного там соображать, – немного устало сказала Клэри.       Обсуждение и составление неписаного графика дежурства заняло около двадцати минут, и в итоге решили, что дежурить будут по 2-3 часа. Первой будет Клэри, которая согласилась посидеть возле Джейса 6 часов. Кайден и Лия все это время неодобрительно косились на них и поджимали губы, всем своим видом показывая свое отношение к этой затее.       Кроме графика, Клэри рассказала всем, как проявляется угасание заклинания, и в каких случаях нужно немедленно звать ее. И только после этого инструктажа она вышла из комнаты, направляясь в лечебницу, где лежал Джейс. Впереди шесть часов размышлений и самокопаний…