Неизлечимая болезнь

      - Итак, дорогие гости, пришло время последнего раунда! Всё это время мы внимательно следили за участниками, чтобы допустить к финалу только лучших из лучших - и вот этот момент настал. Кто станет победителем, а кого будет ждать позорное поражение? Вы всё ещё можете попытать удачу и сделать ставки до начала состязания, но поспешите: осталось всего десять минут!       В ушах звенело от звонкого голоса ведущего, которому аккомпанировали десятки зрителей, что заполонили все коридоры главного зала. В помещении, явно не рассчитанном на такую аудиторию, негде было яблоку упасть: разносить напитки клиентам, одновременно пытаясь их отыскать в огромной толпе и не пролить всё на себя или гостей было той ещё задачкой.       Добравшись до барной стойки, Асука устало привалилась плечом к косяку кухонной двери, обреченно обводя столпотворение уставшим взглядом: пожалуй, такие сборища, где даже дышать сложно, совершенно не для неё.       - Спокойствие, только спокойствие, - с неизменной улыбкой хмыкнула Хоши, с завидным энтузиазмом заканчивая отсчитывать деньги очередного азартного посетителя, пожелавшего сделать ставку. - Больше не принимаем - только пять минут до начала, - бросила она следующему в очереди, напрочь проигнорировав его негодующий возглас. Передав последнюю пачку денег Сапфире, дочери владельца магазина "Граней вкуса" и по совместительству ведущего сегодняшнего представления, рыжая снова обратила внимание на свою коллегу. - Не переживай, больше на поле брани, - выразительный кивок в сторону зала, - тебя никто не отправит. Устраивайся и готовься созерцать битву века!       - У господина Кравица гораздо лучше получается нагнать пафоса, - с усталой улыбкой произнесла Асука, пропуская Сапфиру на кухню, для проверки всех записей. Будто в подтверждение этого, ведущий снова завопил в микрофон, заставив девушку поморщиться. - Я лучше составлю компанию Сапфире: и тише, и пользы больше.       - Снова пытаешься пропустить всё веселье?! - с наигранным ужасом воскликнула Хоши, в мгновенье ока оказываясь рядом с подругой и подталкивая её в сторону барной стойки, которая отделяла их относительный островок спокойствия от толпы вокруг. У правого уха тут же послышался чужой игривый шепот, который, почему-то совсем не терялся в общем шуме: - Лучше признавайся: на кого ставишь?       - А я думала мы больше не принимаем ставки, - рассеяно протянула Асука, чувствуя себя абсолютно потерянной в творящемся вокруг хаосе.       - Ну так для своих сделаем исключение, - подмигнула ей Хоши, пододвигая ближе стул и забираясь на не него с ногами - единственный способ разглядеть "поле битвы" поверх голов посетителей. Асуке оставалось только последовать примеру напарницы, отодвинув подальше настойчивое желание убежать и спрятаться куда подальше.       Во всём помещении было лишь три места, где можно было спокойно находиться, не будучи сдавленным толпой зрителей: барная стойка, небольшой балкончик со второго этажа, где за происходящим наблюдали некоторые волшебники, которые успели выбить из состязания раньше, и непосредственно само поле брани.       Посреди зала сегодня стоял лишь один длинный обеденный стол, за которым расположились необычайно серьезные финалисты...       - Готовы? Три... два... один... Начали! - жарко воскликнул господин Кравиц, после чего все участники взяли в руки столовые приборы и завершительный этап традиционного фестиваля еды "Тигр, тигр, тигр" начался.       - Честно говоря, как бы я не хотела болеть за наших девочек, но вряд ли они смогут одолеть парней в поедании мяса, - задумчиво произнесла Хоши, прищурив глаза и оценивающе вглядываясь в стремительно увеличивающиеся количество пустых тарелок перед каждым участником. - Так что есть смысл ставить либо на Стинга, либо на Роуга: всем известно, что у убийц драконов завидный аппетит. А между этими двумя, наш мастер явно имеет больше пыла и мотивации... Хотя, если уж Огра не прошел в финал, в отличии от хрупкой Юкино, то... Ты опять лунатишь?       Асука вздрогнула, внезапно пойманная на своей невнимательности: размышления Хоши сливались с окружающим шумом, не давая сосредоточиться на словах напарницы или даже на собственных мыслях.       - Прости, что-то голова разболелась, - виновато улыбаясь, произнесла Асука, поднимая руки в защитном жесте и тут же едва не падая, лишившись опоры.       - Да-да, вечная меланхолия с аллергией на любое веселье твой диагноз, я знаю, - беззлобно проворчала рыжая, махнув рукой и уже без прежнего энтузиазма возвращаясь к созерцанию шоу. Чуть погодя, она добавила немного тише, заставляя собеседницу наклониться поближе, чтобы уловить её слова в окружающем их гуле голосов: - Я ведь не заставляю тебя здесь находиться. Если ты плохо себя чувствуешь, можешь пойти к себе и лечь пораньше: в комнате всё равно тихо как в склепе. Я тут потом одна закончу, не волнуйся.       - Я лучше выйду на улицу, - покачала головой Асука, ощущая себя виноватой в чужом испорченном настроении. - Здесь дышать нечем, и правда слишком громко. Когда все разойдутся я вернусь и помогу убраться.       - Лады, - пожала плечами Хоши, а затем хмыкнула, несколько хищно улыбнувшись: - О, первая выбыла! - повернув голову, Асука заметила как-то излишне бледную Юкино, отодвигающую от себя подальше тарелку. Хоши повернула голову к напарнице, и улыбка её стала пугающе доброй: - Удачи добраться до выхода, дорогая!

***

      Солнце уже начало клониться к закату, делая тени длиннее, а голоса людей на улице громче: люди возвращались домой с работы, встречались с друзьями и родными. У кого-то накопленная за день усталость проявлялась в медленных шагах и в неистовом желании поскорее оказаться дома, а у кого-то бесчисленные впечатления выплескивались в громкие возгласы и искренний смех. Впрочем, были и такие, кто домой возвращаться не хотел, а накопленную за день злобу в который раз "переваривал" внутри себя.       Устало вздохнув, Асука спрятала садовые ножницы в карман фартука. Аккуратно спустившись со стремянки, девушка отошла на несколько шагов назад, оценивая проделанную за последние несколько дней работу. Эту часть "живой изгороди" уже не было видно со стороны улицы, но даже так подровненные, аккуратные деревья радовали глаз и давали ощущения приятной усталости от проделанной работы.       Асука правда не ожидала, что ей так понравится работать в одиночестве саду. Здесь было относительно тихо: голоса людей за территорией гильдии доносились в отдалении, но воспринимались исключительно как фоновый шум. Это было гораздо лучше, чем концентрированный гомон, который время от времени стоял в общем зале гильдии. Такое случалось редко, но из-за частой головной боли воспринималось как-то через чур болезненно.       В саду мигрень становилась тем же фоновым шумом: ты вспоминаешь о нём только когда отвлекаешься от своего рутинного занятия или делаешь слишком резкое движение. В отличие от заверений доктора Тамуры в том, что с ней всё в порядке, пребывание здесь её действительно успокаивало.       Голова начала болеть ещё после первого сеанса гипноза. Сначала приходила растерянность и дезориентация, потом лёгкое головокружение, которое неизменно превращалось в пульсирующую боль где-то в черепной коробке под конец дня...       Всё что угодно, кроме воспоминаний.       Асука хотела бы чувствовать раздражение или злость, правда. Ей казалось, что она должна была. Но кроме какой-то бесконечной внутренней усталости и ноющей боли не было ничего.       Доктора Тамуру беспокоить в очередной раз совершенно не хотелось: девушка купила в аптеке обезболивающие таблетки, на случай если будет совсем плохо. Ведь, как и раньше, физически она была абсолютно здоровой. В самом деле, в пору было поверить в диагноз Хоши: страдания от тоски.       Но Асука не страдала, правда.       В эти моменты наедине с собой в саду она была... Счастлива? Не то чтобы люди вокруг доставляли ей беспокойство, совсем нет. Ей нравилось щебетание вечно энергичной Хоши, было весело слушать подначки Стинга и Роя... Просто иногда она чувствовала себя лишь посторонним наблюдателем, украдкой подглядывающим за жизнью других.       Оставаясь в одиночестве в саду, аккуратно подравнивая кусты и деревья, обрабатывая растения от вредителей, пересаживая отдельные цветы на более удобный участок... Она чувствовала себя в безопасности. Можно сказать... дома.       Отдаваясь, кажется, привычному делу, Асука могла позволить себе думать ни о чем и обо всём одновременно, позволяя рукам выполнять рутинные задачи. Ни беспокойств о прошлом, ни переживаний о будущем, ни сожалений об очередном проваленном сеансе... Ни размышлений о, по-видимому, единственной ниточке, которая связывала её с прошлым, и приносила в душу покой.       - У тебя всё в порядке?       Асука вздрогнула, резко возвращаясь в реальность. Роуг стоял немного поодаль: её вытянутая тень как раз дотягивалась до его ног. Кажется, она слишком долго пялилась на ровные верхушки деревьев.       На губы наползает искренняя, пусть и немного натянутая улыбка: наверное, это уже можно считать традицией - каждый раз попадать впросак именно при этом человеке.       - Да, просто немного задумалась. Соревнование уже закончилось? Кого нужно поздравить с победой?       - Увы, не меня. Сегодня Госпожа решила сорвать куш за счёт все тех, кто неудачно сделал ставки.       Асука поймала себя на том, что совершенно по-глупому открыла рот от удивления. Ей не часто доводилось видеть Минерву: та почти всегда пропадала то на задании, то в городе, то в горах, на тренировочной базе. Но по её фигуре сложно было предположить, что у волшебницы такой аппетит.       - Неожиданно, - всё, что смогла выдавить из себя Асука. - Ладно, я, наверное, пойду к Хоши, помогу прибраться. Гости уже разошлись?       - Не все, но большинство да, - заметил Роуг, подходя ближе и убирая стремянку. Девушка благодарно кивнула, одновременно подбирая другие садовые принадлежности, что оставались на земле. - Теперь можно дойти из одного конца зала в другой, не рискуя остаться с оттоптанными ногами. Кое-кто едва не затоптал Фроша, когда тот устал летать, - с отчётливым раздражением бросил парень, заканчивая с инвентарём.       Последнее замечания отчего-то заставило Асуку улыбнуться: поначалу было очень необычно наблюдать, как на первый взгляд всегда спокойный и даже в чём-то мрачный убийца драконов преображается, когда дело касается его маленького товарища. Пожалуй, как и всё, что касается Фроша, это было очень мило.       - Всё в порядке, надеюсь? Фрош сейчас с Лектором? - поинтересовалась девушка, снимая и аккуратно складывая фартук до завтрашнего дня. Вопрос, на самом деле, был бессмысленным: если бы что-то случилось с его иксидом, Роуг не был бы здесь и совершенно точно не был бы так спокоен.       - Да, они ужинают. Господин Кравиц оставил нам неиспользованный реквизит, и, в отличие от меня, их ещё не тошнит от одного взгляда на еду, - фыркнул парень, чуть хмурясь и закрывая двери в подсобку. Асука тихонько хихикнула, получив в ответ возмущенный(!?) взгляд этого скромного мученика.       - Я только никак не пойму, к чему всё это было, - стараясь сдержать ещё один смешок, заметила Асука. - Фестиваль еды, куча гостей... Я не эксперт, но это не выглядит как обычная рутина для гильдии волшебников.       Ей хотелось бы думать, что она в очередной раз просто сморозила какую-то глупость. Асука не была уверена, но ей показалось, что настроение собеседника как-то неуловимо изменилось.       С того дня как Хоши поставила себе цель разбавить её вечное уныние поисками парня, их непродолжительные беседы с Роугом по вечерам стали маленькой традицией. Пускай в последнее время маг не брал продолжительных заданий, но днём вместе со своими товарищами обычно пропадал на тренировочном полигоне. Зато вечером они с Фрошем всегда заходили поужинать. Сначала ей было немного неловко, что парень тратит своё свободное время на разговоры с ней, но Асуке правда было интересно слушать его рассказы о прожитых приключениях. Кажется, что и сам Роуг к этому привык: сперва было заметно, что роль повествователя была ему чужда, но благодарная публика в её лице помогла сгладить углы.       Пожалуй, Асука за это короткое время слишком привыкла слушать его объяснения и задавать интересующие её вопросы, и в очередной раз влезла куда не следует.       - Хоши тебе не рассказывала? - неспешно двинувшись к выходу из сада, спросил Роуг.       - Со всеми приготовлениями было некогда, - пожала плечами девушка, желая поскорее замять эту тему. Кажется, это было заметно.       - Всё в порядке, - снова будто расслабляясь, произнёс парень, останавливаясь уже возле самого выхода из сада, где можно было наблюдать входные двери гильдии. - Просто это... Не слишком приятная тема. Не вдаваясь в детали, бывший член нашей гильдии однажды здорово побуянил в заведении Кравица. Со временем заведение восстановили, но финансовые потери были довольно существенными. Так что этот фестиваль своего рода рекламная компания его кафе, которой наша гильдия частично компенсирует потери Кравицу и его семье. Нам это почти ничего не стоит, а ему помогает привлекать новых клиентов.       Новая информация кое-как проясняет ситуацию, но отчего-то вопросов становится больше. Подняв взгляд на собеседника, Асука замечает, что он больше не наблюдает за входом в гильдию. Он смотрит на неё, ожидая новых вопросов, готовый на них ответить, и в то же время явно не желая углубляться в эту тему.       Что бы не случилось с их бывшим согильдийцем, эта тема явно неприятна всем им. В противном случае, Хоши нашла бы время рассказать об этом. Вероятно... То, что он этого не скрывает, можно... Можно ли считать это проявлением доверия? Признанием того, что она одна из них, а значит с ней можно поделиться хотя бы частью неприятной истории?       На самом деле, Асука не уверена, что это значит. Но, возможно, самую чуточку... Она рада почувствовать себя своей. А товарищи ведь не будут вскрывать старые раны, верно?       Она благодарно улыбается и, не успев как следует подумать, берет несколько озадаченного парня под руку, делая шаг в сторону входа.       - Спасибо, что рассказал. Пойдём, а то Хоши там уже наверняка без меня зашивается.       Ох... Да, неловкость уже тоже часть традиции. А традиции надо уважать.