Coffee without milk

New politics- Lovers in a Song       Просыпаюсь от странного шума за моей дверью. Хотя это не моя дверь. Твою мать, я влипла.       «Кто, скажи мне, надоумил тебя вчера просить разговора с Шистадом в пьяном виде?! Покажи мне этого идиота!»       Голова раскалывается от боли. Черт, я не помню, где моя сумка, — там было несколько таблеток. Слышу, как что-то жужжит подо мной.       «Ты проспала почти всю ночь на своем телефоне, Гранд! Молись, чтобы он был целым!»       Сажусь и смотрю на пришедшее сообщение. Несколько сообщений.        От Нуры: «Где ты?»       От Евы: «Амелия, скажи, где ты, мы волнуемся!»       От Нуры: «Крис сказала, что видела, как ты уезжала с Крисом, это правда?»       От Нуры: «Ответь, черт возьми!»       От Саны: «Я приеду к тебе домой и расскажу твоему отцу, если ты сейчас же не отзовешься!»       Закатываю глаза и отвечаю на все сообщения одним:       «Все в порядке. Позже объясню».       Встаю с кровати и иду на шум. Выйдя в коридор, понимаю, что это крики. Мужские и женские. В голосе парня узнаю Шистада, но второго или даже вторую я не знаю.       Звуки доносятся с первого этажа, поэтому я осторожно и тихо спускаюсь и застываю на ступеньках, прислушиваясь.       — Ты соврал! Ты снова соврал, Кристофер! Знаешь, кто ты?! Да ты просто урод! Я думала, что ты сможешь дождаться меня, но… О, что это?! Я узнала, что ты спал параллельно еще с тремя в это время! И все бы ничего, я бы не поверила, пока не увидела в своей комнате еще одно подтверждение тем словам!       — Во-первых, это не твоя комната, Белла! А во-вторых, ты ничего не знаешь! Я не собираюсь оправдываться перед тобой!       — Все кончено! — В глазах у брюнетки блестят слезы, но она быстро вытирает их запястьем.       — Ничего и не начиналось, ты просто отказывалась это видеть!       Затем до меня доносится звонкий шлепок по щеке, и, не сдержавшись, она всхлипывает, выбегает из дома, громко хлопнув входной дверью.       Крис стоит неподвижно и смотрит в стену; я вижу, как он тяжело дышит. Скорее всего, он зол.       — Крис, — тихо говорю, стараясь сделать свое присутствие как можно незаметнее.       — Что?! — Он резко поворачивается, а я не сдвигаюсь ни на дюйм. В его глазах столько злости, сколько, как мне кажется, я не видела никогда. — Что тебе нужно, Амелия?! Что тебе от меня нужно? — выделяет слово «тебе», смотря в мои глаза.       — Я… Ничего… — мямлю, опустив взгляд в пол.       — Ну так значит убирайся! — он кричит, и сейчас я чувствую, как злость тихой волной накатывает вновь. А еще и страх.       Резко разворачиваюсь и иду к двери. Пока я завязываю шнурки на кедах, слышу, как он подходит ко мне.       — Прости, — голос Шистада хриплый и грустный.       — Нет, это ты прости, что оказалась не в том месте и не в то время. Мне не стоило вчера пить. — Когда выпрямляюсь, отыскиваю, наконец, глазами свою сумку, хватаю её, делая шаг к выходу.       — Останься.       Вот она — преграда, которая рушится одним его словом. Вся злость исчезает, и лишь непонятное чувство ликует внутри. Отпускаю сумку и поворачиваюсь обратно к нему. Не могу прочитать эмоции на его лице, потому что этот парень умело их скрывает.       — Расскажешь мне? — тихо спрашиваю я, не прерывая зрительного контакта.       — Нечего рассказывать. Будешь чай? — Такую простую фразу почему-то странно слышать от него.       — Да, пожалуйста, — выдавливаю улыбку и плетусь за Шистадом на кухню.       — Черный? — Он поворачивается, показывая в своих руках заварку.       — Да. — Сажусь за барную стойку и слежу за его действиями. Он выглядит спокойным, хотя всего несколько минут назад выгонял меня из дома.       — Ты хотела поговорить, верно? — Кристофер ставит передо мной кружку и садится напротив.       — Да… — собираюсь с мыслями. Хотя что я могу ему сказать? — Прости меня. Я не должна была говорить тогда то, что сказала. Я не знаю, что на меня нашло. Просто думала, что только у меня серьезные проблемы.       — Я должен был извиниться первым. Я идиот, что сказал тогда про тебя. Забудем? — Его глаза горят теплом.       — Забудем, — говорю, делая глоток чая. — Так что это была за девушка? Белла, кажется…       — Гранд, ты знаешь, что подслушивать нехорошо? — Он улыбается, а я краснею, не понимая, почему.       — Вы слишком громко разговаривали. Это нельзя было не услышать. Так что, расскажешь? — настаиваю я, улыбаясь в ответ, и снова поднимаю на Криса взгляд.       — Белла… Она странная. Думала, что у нас что-то есть, хотя больше двух раз в постели нас ничего не связывало. Переехала учиться в другой город и теперь вернулась, заявляя, что я ей изменяю. Я же говорю: странная.       — Но ты изменял. Она права, — хмурюсь.       — Нет, дорогая. Я бы изменял ей, если бы мы были в отношениях, но между нами ничего нет и не было.       — Но она же не знала, что «между вами ничего». Бедная девочка. Наверное, это больно.       — Как можно не знать? Обычно, если вы вместе с девушкой, то должны сказать что-то типа «я тебя люблю», либо прямо: «будь моей девушкой» или «давай встречаться»! Это проще простого. — Он вскидывает руки, немного задевая кружку.       — Осторожнее! Это вам все так просто, а нам не нужны эти слова, чтобы понять, что мы вам небезразличны. Нет, ну в какой-то степени, конечно, нужны, но мы все знаем и так, — пожимаю плечами, замечая, как теперь щурится Шистад.       — Вы, похоже, все странные.       — Эй! Не правда! Это вы какие-то тупые. — Отодвигаю пустую кружку в сторону.       — А вот сейчас обидно. — Он делает вид, что обиделся, скрещивая руки на груди, и из меня вырывается смешок. Я встаю и, взяв посуду, иду к раковине.       — Ничего, переживешь, — хмыкнув, начинаю мыть кружки.       — А если нет? — слышу его шепот над своим ухом. Почему он так близко? Набираю в руки воды и, когда поворачиваюсь, брызгаю в него.       Кристофер на мгновение застывает, а я срываюсь с места с криком, понимая, что так просто он этого не оставит.       — Стой, Гранд! Стой! Ты у меня еще искупаешься!       Бегу на второй этаж, но, споткнувшись на лестнице, падаю. Шистад хватает меня за ногу и тянет на себя. Кричу и стараюсь выдрать попавшую в плен часть тела. Ударяю его в плечо ногой и, пользуясь моментом, бегу дальше, оставляя его в секундном помутнении. Тянусь за ручку одной из комнат, но не успеваю схватить её, потому что не чувствую под собой пол. Крис перекидывает меня через свое плечо.       Цепляюсь за все, что можно, руками, стараясь задержать момент мести. Мой крик и визг слышен на весь дом.       Кристофер заходит в ванную и ставит меня под холодные струи воды.       — Ай! Холодно, придурок! Шистад! Ай! Я больше так не буду! Хватит! — Безуспешно закрываю струи воды руками.

***

      — Придурок.       Сижу, укрытая одеялом, свернувшись в комочек. Вся моя одежда насквозь промокла, поэтому мне пришлось снять ее и отдать Шистаду, чтобы он отнес её в сушилку.       — Не я это начал, Гранд, — произносит он, смотря на мое оголенное бедро, которое случайно показалось из-под одеяла. Одергиваю край плотной ткани.       — Я же не думала, что ты такой псих. Нет, я, конечно, знала, но… — не успеваю договорить, потому что звонит телефон. Тянусь за устройством.       — Алло, Нура? Что-то случилось? — спрашиваю, как только нажимаю на кнопку «принять».       — Ам… Я… Тут Вильям… и он… Якудзы, они избили его… Помоги! — её голос дрожит, и я испуганно смотрю на Кристофера.       — Скажи, где ты?! Я сейчас приеду! — Не знаю, почему, но руки начинают трястись.       — Я возле старой больницы! — Сбрасываю и вскакиваю с дивана.       — Мне нужна одежда! Нура! У нее что-то случилось, точнее… у Вильяма. Она сказала что-то про Якудз. Нам срочно нужно к ней приехать. Мне нужно! — Бегаю по комнате, удерживая вокруг себя одеяло.       — Я дам тебе майку, но твои джинсы еще не совсем высохли, поэтому… Черт, у меня же где-то был длинный теплый свитер, тебе он будет как раз почти до колена. — Крис срывается с места, направляясь в свою комнату.       Я обкусываю себе все губы, пока мы едем к Нуре. Кристофер молчит всю дорогу, но я вижу, как белеют костяшки его пальцев, когда он сжимает руль. Он злится.       Я вылетаю из машины, как только она останавливается.       Подбегаю к подруге, которая сидит рядом с Вильямом, и вскрикиваю. Боже, он весь избит и еле шевелится.       — Крис, нам нужно отвезти его домой. Или мы должны позвонить в скорую? — Оборачиваюсь и вижу, как его лицо в миг становится серьезным.       — Нет, в скорую нельзя. Давай, дружище, вставай. — Шистад поднимает Вильяма и помогает дойти ему до машины.       — Как такое могло произойти? — рычит Крис. От неожиданности я вздрагиваю и смотрю на Сатре. Она перебирает волосы на затылке у своего бывшего парня. По ней можно сразу сказать, что чувства к нему еще не остыли, что бы и кому бы они это не доказывали.       — Я не знаю… Я была дома, когда он позвонил. Сказал, чтобы я приехала, что его избили и что у него сильно болят ребра и голова. Я приехала и, честно, я не знала, что делать, и позвонила тебе. Я бы позвонила Крису, но у меня нет его номера. И, кстати, почему вы вдруг оказались вместе? — Она хмурится.       — Я… Хм… Позже расскажу тебе, — заправив за ухо прядь волос, я тихо бормочу. Шистад усмехается, но ничего не говорит.       — Так значит они напали на него просто так… — задумчиво протягивает Кристофер.       — Да ты что?! А я думала, что на людей средь белого дня нападают просто так, — не сдержавшись от язвительного замечания, я прислоняю голову к окну.       — Крис, долг… — хрипит Вильям, и становится понятно, что ему больно говорить.       — Что?! Какой долг? — Повернув голову к Кристоферу, я смотрю на него. Он крепче обхватывает пальцами руль и ещё сильнее сжимает челюсти. Секунда и:       — Черт! — Он бьет рукой по баранке, а затем проводит ею по лицу, зажмуриваясь. — Чертовы уроды! Я же сказал, что отдам! Блять!       — Успокойся и объясни нам, что происходит. — Я снова злюсь, крепко держа ремень безопасности в ладонях, и если я отпущу его, то на коже останутся красные следы.       — Не лезь не в свое гребаное дело, Гранд! — рычит он и смотрит на друга через зеркало заднего вида.       Голова Вильяма покоится на коленях Нуры, которая легонько гладит его по спутанным волосам, но внимательно смотрит на Криса впереди себя.       — Ты, черт возьми, вляпался в долги, а за это должен расплачиваться твой лучший друг? Твою мать, ты придурок, Шистад! — восклицаю я, закрыв лицо ладонями и откидываясь на спинку.       — Я тебя сейчас высажу! Пешком пойдешь! — парирует он.       — Давай!       — Заткнитесь оба! Потом разберётесь! Что вы как два барана? — Нура вскипает на заднем сидении; услышав её рык, я спокойно отворачиваюсь к окну и скрещиваю руки на груди.       Всю оставшуюся дорогу никто не решается вымолвить и слова.

***

      После того как Нура и Вильям остаются в квартире у второго, Кристофер отвозит меня домой. Я не знаю, что сказать ему, поэтому выпрыгиваю из салона, кинув краткое «пока». Я не понимаю его. Сначала он добрый и хороший, с ним весело, но потом вдруг резко надевает на себя маску безразличия и морального урода.       «Может, все наоборот? Может, он добрый, и ему не наплевать на всё?»       Кто его знает? Кто знает, какой он? Должен же быть такой человек…