Дом для изгоев

Я словно провалился в лавину неясных образов и только потом сообразил, что так отреагировал на мысли Крылатого мой ментальный дар. Я увидел небольшую деревушку на вершине горы, домики – яркие, красивые, словно игрушечные, стоящие на высоких каменных фундаментах. Видел Крылатых в белых вышитых одеждах. Они разговаривали, смеялись, играли с малышами. А потом картинка замигала и сменилась. На этот раз я увидел горящие домики, разлетающихся женщин, которых сбивали стрелами всадники в широких плащах… Нойоты? Они-то здесь каким боком? Мужчины-Крылатые отчаянно защищались, и некоторым из женщин, прижимавших к груди малышей, удалось улететь. Остальных пленили. Оказалось, что стрелы Нойотов были смазаны каким-то зельем, и малейшая царапина приводила к тому, что жертва засыпала… Не знаю, как я это понял, видимо, Крылатый как-то сумел передать… А потом картинка снова сменилась, я увидел клетку, в которой находились скованные Крылатые… Видимо, наш Крылатый был одним из пленников. Но для чего они нужны были Нойотам, и как он оказался у Тулегена? Однако ответа на этот вопрос я не получил. Меня словно мощным толчком выкинуло из воспоминаний Крылатого, и я понял, что стою в той же самой комнате, а Крылатый смотрит мне в глаза с каким-то странным ожиданием. А потом пришли слова: «Я последний… Спаси меня, Огненный…» Хорошо, что я более-менее привык общаться мысленно, иначе точно выдал бы себя. А показывать мне это своё умение работорговцу никак не хотелось. Теперь я не сомневался, что он связан с нашими врагами. С Нойотами. Поэтому я торопливо произнёс мысленно: «Идём с нами. Мы заберём тебя отсюда. Ты больше не будешь рабом». «Ты посланник, - оформилось в слова согласие. – Я чувствую это. Я пойду с тобой». Я отстранился от Крылатого и быстро сказал Тулегену: - Сними с него оковы. Они причиняют ему боль. Тулеген только плечами пожал – дескать, любой каприз за ваши деньги – но оковы снял. Я поднял с ложа тонкое узорчатое покрывало и накинул его на плечи Крылатому. Тот немедленно укутался в него и сверкнул глазами – мол, готов. - Идём, - мягко сказал я Крылатому. – Нам пора. Крылатый кивнул, и мы покинули это гнусное место. Тюрьма – она тюрьма и есть, хоть и слегка благоустроенная. А во дворе «Цветка Сагиделя» уже стояла наша повозка. Шер сидел впереди, держа в руках вожжи, Шоусси же проверял крепления тканевого полога – всё верно, светить нашу покупку не стоит. Так, а где же Кэп? Опять где-то летает? Увидев нас, Шер и Шоусси с восхищением воззрились на Крылатого. Тот же никак не отреагировал на восхищённые взгляды, разве, что чуть поёжился, словно они были ему неприятны. - Полезай в повозку, - сказал я. – Не стоит местным зевакам на тебя пялиться. Нам стоит побыстрее уехать. Крылатый ничего не сказал в ответ, но меня, похоже, понял. Он легко и грациозно забрался в повозку, укрывшись за пологом. Я перевёл дух с облегчением – полдела сделано. Но, как выяснилось позже, облегчение я почувствовал слишком рано. Шоусси, который собирался вслед за Крылатым вскарабкаться в повозку, неожиданно застыл, как статуя, глядя на Тулегена. А тот, стоял неподвижно, глядя на Шоусси с нечитаемым выражением лица. Ни одной эмоции. Словно маска. Да что происходит-то? Тулеген и Шоусси некоторое время смотрели друг на друга, а потом работорговец повёл себя совсем странно. Он бросился к Шоусси и заключил его в объятия. Шоусси попытался отшатнуться, похоже, прикосновения чужого человека не понравились ему… но Тулеген не отпустил. По лицу работорговца покатились слёзы, и он прошептал: - Сынок… как же так… А мне говорили – не выжил… Тут я совсем охренел. Наша стройная версия о том, что Шоусси – сын Бан-Риона, летела в тартарары. Или это работорговец внезапно чокнулся… ага, от счастья, что получил двадцать тысяч полновесных золотых тинт. А значит – Шоусси надо выручать. Я уже хотел было рвануть на выручку и оттолкнуть наглого работорговца, но тут Шоусси перестал вырываться, и лицо его приобрело по-детски удивлённое выражение: - Атта… - прошептал он. – Неужели это ты, Атта? И тут началось настоящее светопреставление. Во-первых, внешность Тулегена начала стремительно меняться, облик словно оплывал с него, и вместо безжалостного работорговца мы увидели воина. Воина с двумя шрамами на щеке, сильного, высокого… Чёрные полуседые волосы спускались на спину… И тут до меня дошло. Это был тот самый мужчина из моего сна. Тот самый, с луга с цветами и бабочками, с которым гулял маленький Шоусси. Кстати, кое-какое сходство с прежним Тулегеном в его чертах сохранялось, и я наконец-то понял, кого мне так мучительно напоминал работорговец. Мужчину из воспоминания Шоусси – раз… и самого Шоусси – это два. Ну, я и тормоз. Дядюшка Матэ это на раз вычислил. Однако предаться созерцанию этой трогательной сцены мне не дали. Во-вторых, шедший следом дядюшка Матэ сдавленно ахнул и пробормотал себе под нос (слава Богу, что не вскрикнул!): - Бан-Рион! Лопни мои глаза – это Бан-Рион! И, в-третьих, местные, узрев дивное превращение работорговца, хором завопили: - Колдовство! Колдовство! Местных, кстати, на дворе было немного – как я уже отметил, было ещё достаточно рано – но вопили они с похвальным усердием, не жалея глоток, и я не сомневался, что ещё минута-другая, и сюда примчатся все Нойоты Шар-ан-Талира, а может, и Вершители заглянут на огонёк. В общем, диспозиция получалась насквозь не выгодная, но судьба явно решила, что мы ещё недостаточно мотивированы для активных действий, и прямо мне на плечо спланировал с хриплым карканьем Кэп. «Валим, Мирон, валим! – мысленно завопил он. – Уж не знаю как, но Нойоты сумели засечь мощное заклятие! Они скоро будут здесь! Вот на фига ты колдовал?» «Это не я! – открестился я. – Это на Тулегена, похоже, какая-то гадость была наложена. А теперь чары спали… Вот Нойоты это и почуяли…» «Как бы то ни было – ходу, ходу! – скомандовал Птиц Равновесия. – Если Нойоты прикажут закрыть городские ворота – всё, мы в ловушке!» Я был полностью согласен с Кэпом, поэтому схватил Шоусси за руку и рявкнул: - В повозку, быстрее! Скоро здесь будут Нойоты! - Я с вами, - коротко сказал Тулеген… то есть Бан-Рион. – Я уже терял сына! Хватит! - Тогда оба в повозку! – быстро сказал я. – Некогда здесь рассусоливать! Тулеген… блин, Бан-Рион лишних вопросов задавать не стал, вместе с сыном забрался в повозку, дядюшка Матэ тоже, а я прыгнул к Шеру, выхватил у него вожжи и залихватски свистнул. Застоявшийся тогрух привстал на дыбы и рванул с места под аккомпанемент воплей местного населения, которые явно не были пожеланиями доброго пути. Расстояние до ворот мы пролетели в считанные секунды, к счастью, они были распахнуты настежь, и мимо изумлённых стражников повозка пролетела на всей возможной скорости. И тут сзади раздался вопль: - Задержать! Немедленно! Это опасные колдуны! Это из переулка показались мчащиеся верхом Нойоты. Выглядело это весьма эффектно. Строй клином, развевающиеся плащи… Ну чисто назгулы. Стражники бестолково заметались, но момент был упущен. Мы уже проскочили через ворота и на хорошей скорости удалялись от города. Но Нойоты не собирались упускать нас так легко. Да и двигались всадники быстрее, чем гружёная повозка. Так что довольно быстро расстояние между нами и преследующими нас Нойотами стало сокращаться. Чёрт, они так нас скоро нагонят… И что делать? Огнём палить? Ну, тогда точно наши физиономии разыскиваемых преступников и злобных колдунов будут на каждом столбе – всех-то я спалить не за раз точно не смогу, их слишком много… Да и место здесь не такое необитаемое, как горы, в которых нас преследовали Вершители. «Кэп, что делать?» - поинтересовался я у вцепившегося в бортик когтями Птица Равновесия. «А хрен его знает…» - философски отозвался этот мыслящий комок перьев. А Нойоты приближались. Они не кричали, не уговаривали нас сдаться, они молча, сосредоточенно преследовали нас, словно волки добычу. В руках у передних появились арбалеты… но пока они не стреляли. Ну да, арбалет – не лук, им поближе нужно подобраться. И тогда… Ой-ой-ой… Я слышал, как ругающийся Бан-Рион интересуется у дядюшки Матэ, есть ли у нас оружие, и, получив отрицательный ответ, ругается ещё цветистее… - Замолчи-ка… - неожиданно заявил дядюшка Матэ. – У меня кое-что получше есть…. Вырглова дудка… Всё думал, зачем мне её внучка в дорогу зачаровала… Ан нет, пригодилась… Мирон, гони, не сбавляй! Нам бы лишь до Тропы лесных дотянуть, тут им ходу нет! Шоусси, подай-ка мне вон тот мешок… Сейчас мы их повеселим, чтоб не скучали… С моей точки зрения скучно и так не было, только кто ж меня спрашивал… Поэтому я хлестнул тогруха, животинка явно начала уставать, но ещё держалась. Как бы не загнать бедолагу… Между тем дядюшка Матэ явно разыскал в своём мешке то, что хотел. Я оглянулся и увидел, как он прижимает к губам самую обыкновенную деревянную дудочку. Не понял… «Ай, молодец, старик! – заявил Кэп. – Лесные-то такие вещи никому не доверяют… А ему доверили…» - Что это? – спросил я вслух, и Шер, пристроившийся рядом со мной, радостно заявил: - Вырглова дудка. Ох, и попляшут они сейчас. Дядюшка Матэ поднёс дудку к губам… и из неё вырвался неприятный, сверлящий уши вой. Наш тогрух всхрапнул и рванулся вперёд из последних сил. Деваться ему из упряжки было некуда. А вот тогрухи Нойотов… Они явно перестали слушаться своих всадников. Прижав уши в диком ужасе, они вставали на дыбы, вертелись волчком, брыкались, пытаясь сбросить ездоков. Нойоты, кстати, оказались неплохими наездниками – наземь не грохнулся ни один, но и заставить тогрухов подчиняться они не могли. Бедные животные не обращали внимания ни на шпоры, ни на сыплющие удары плёток, ни на резкие рывки поводьев. Погоня захлебнулась. Дядюшка Матэ выдул ещё одну трель, по убойной силе и мерзопакостности превосходящую предыдущую. Это оказалось последней каплей, и тогрухи, задрав хвосты, бросились от нас врассыпную, под непрерывную ругань своих всадников. Наш же тогрух нёсся вперёд каким-то козлиными прыжками, отчего повозку мотало по дороге из стороны в сторону. - Скоро Тропа Лесных! – радостно выкрикнул Шер, который до этого явно веселился, наблюдая за приключениями Нойотов. – Я помню это место! Мы ушли! У нас получилось! - Да, - согласился дядюшка Матэ, и дудочка рассыпалась прахом у него в руках. - Ого… - удивился я. – Она что, одноразовая? - Внучка мала ещё, - ответил дядюшка Матэ. – Уж как получилось… - Замечательно получилось, - с энтузиазмом заявил я. – Очень даже вовремя получилось. А то Огнём их палить… Это однозначно был не выход. Дядюшка Матэ кивнул, а Шер отобрал у меня вожжи и заставил тогруха замедлить шаг. И то правда. Бедная животинка совсем выдохлась… Только вот успеем ли мы до Тропы Лесных добраться? Сейчас Нойоты своих тогрухов успокоят. Кто им мешает снова пуститься в погоню? - К морю поворачивай, - скомандовал дядюшка Матэ. – Вон, видишь, справа дорога? Там есть выход на Тропу Лесных, только придётся через пещеру проезжать. Шер свернул, и уже минут через пять перед нами вырос очередной скальный массив. И, что характерно, никаких пещер. Сплошная гранитная стена. Дядюшка Матэ только усмехнулся, видя моё удивление: - Приглядись-ка, Мирон. Думаю, ты уже сможешь увидеть… Приглядись… Интересно, как? «Посмотри сначала внутрь себя, - посоветовал Кэп. – А потом на стену». «Спасибо, Кэп, - привычно отреагировал я. – Понятно всё, просто зашибись». «Балда», - отозвался Кэп, прихватил меня клювом за ухо и замолк. А я вздохнул, прикрыл глаза и попытался сосредоточиться. Но никаких образов передо мной не возникло – полная темнота. Рассерженный, я резко открыл глаза… и увидел в ровном скальном массиве большой проём. - Вижу! – воскликнул я. – Вот он! - А видишь, так тихо, - сказал дядюшка Матэ. – Сейчас молчите все. Молчите, пока пещеру не проедем, иначе плохо будет. - А… - сказал Бан-Рион. - Потом, - строго произнёс дядюшка Матэ. – И у тебя к нам есть вопросы. И у сына к тебе. Да и у нас их преизрядно. Но пока – молчите все. Доберёмся до Леса – поговорим. Эх, моя бы воля – не ступил бы я на эту Тропу. Опасная она. Но до безопасной тогрух может и не дотянуть… А догонят нас Нойоты – мёртвым позавидуем. Так что едем, молчим и не боимся ничего. Всё получится. Надеюсь. Хорошо, что Крылатый пока нам проблем не доставляет – сидит тихо, завернулся в свои крылья, как в кокон, только глазищи сверкают на бывшего хозяина. Огромные такие, глаз не оторвать…