Дом для изгоев

Внимание, пока не бечено! И Птиц растаял в воздухе. А Скокарь посмотрел на меня внимательным острым взглядом ТОГО Скокаря. Из прошлой жизни. - Хотелось бы мне знать, что ты задумал, Мирон… - задумчиво протянул он. - Скокарь, ты мне веришь? – спросил я. - Горбунок, ты не еврей часом? – ехидно поинтересовался Скокарь. – По-моему, только они обожают отвечать вопросом на вопрос. - Ни разу, - не менее ехидно отозвался я. – Хотя… ты ж мою биографию знаешь, ручаться бы я не стал. - М-даа, - вспомнил старый анекдот Скокарь, - как глубоко закопан талант*… И мы, глядя друг на друга, дружно расхохотались. Нет, даже не засмеялись – заржали. Это был странный смех, немного смахивающий на истерику, но… когда мы наконец-то успокоились, я почувствовал непонятное облегчение. Словно все наши неприятности, недоговорённости и непонятки наконец-то превратились в дым. И новый Мирон, и новый Скокарь начнут свою дружбу с чистого листа. Отсмеявшись, Скокарь сказал: - Да верю я тебе, Мирон, верю. Просто хотелось быть как-то готовым к очередному выверту судьбы. - Да ничего особенного я не задумал, - усмехнулся я. – Общий план ты знаешь. Если Менеш - тот самый последний изгой, которого я разыскиваю, то мы забираем его и просто покидаем здешний серпентарий. - А если нет? – помрачнел Скокарь. - Тогда мне придётся вернуться, - вздохнул я. - А мы с Менешем? – удивился Скокарь. - Видишь ли, - пояснил я, - мне кажется, что вам лучше отправиться к моей Семье. Она, конечно, своеобразная немножко… Но вам понравится. И Менеш быстрее в себя придёт… Думаю, они уже здесь. Кэп их разыщет, он такой… - А ты останешься тут один с этими бешеными бабами? – зло сжал губы Скокарь. Аж желваки на скулах заиграли. - Скокарь, - мягко сказал я, - я с этими бешеными бабами вполне успешно общаюсь, тебя вот из гарема вытащил… А Менешу ты нужнее. И ваша безопасность. Так что не надо драм, я справлюсь. Как-то же справлялся до сих пор. - А по шее? – сердито спросил Скокарь. – Молод ещё… Я расхохотался и подвёл Скокаря к большому ростовому зеркалу в бежево-золотистой раме, украшавшему стену гостиной. В зеркале отразились высокий, широкоплечий и мускулистый я и худенький, даже изящный светловолосый Скокарь, выглядевший рядом со мной тощим подростком. - Так кто из нас молод-то? – ехидно спросил я. – Смирись, Скокарь, мы теперь ровесники… В лучшем случае. - Уел, - ухмыльнулся Скокарь. – Ладно, план твой мне понятен, а если союзнички твои решат тебя кинуть? Что делать будем? Про какой ты там козырь говорил? - Да самый простой, - хмыкнул я. – Два дракона – это сила… Нет мозгов, зато красиво. - Два? – удивился Скокарь и даже вокруг себя оглянулся, словно ожидал, что второй дракон вылезет, скажем, из-под кровати. - Я уже не дракон, а ты… ты что, себя имеешь в виду? - Как-то так… - скромно потупился я. – Я же тебе рассказывал… - Я помню, - кивнул Скокарь, - но ты сумеешь обернуться? - Сумею, - улыбнулся я. – Более того, и ты сумеешь, если захочешь. В мир Хаоса и Порядка может попасть только истинный дракон, и даже то, что к тебе вернулся человеческий облик, роли не играет. Истинный дракон может перекидываться по своему желанию, и то, что ты был драконом, никуда не делось от тебя. Другое дело, что в этом мире вообще проблемы с Даром. До недавнего времени я не чувствовал свой Дар, его словно заблокировало. Но сейчас… Сейчас я чувствую, что всё в порядке. И сам обернусь, если что, и тебе помогу. Так что отдадут нам Менеша, с дорогой душой отдадут, не сомневайся. Здешние женщины, конечно, безбашенные, но не настолько, чтобы попытаться кинуть дракона. - Ох, Мирон, - глаза Скокаря мечтательно загорелись, - что ж я раньше-то этого не знал? Я бы эту Харрате… И я с удивлением отметил, что радужка глаз Скокаря пожелтела, а зрачки стали вертикальными. Отлично, значит, я не ошибся… Скокарь готов. - Не получилось бы, - вздохнул я. – Я так понял, Дар должен адаптироваться к этому миру. Ты долго был не готов, а сейчас… Сейчас готов, я чувствую. Не спрашивай, как – не объясню. Просто чувствую. - Ладно, - вздохнул Скокарь. – Верю. И в этот момент в дверь тихонько постучали, точнее поскреблись. - Войдите! – отозвался я, сделав рукой знак Скокарю. Скокарь, умница, наш уговор помнил, поэтому он быстро соскользнул на пол, прислонившись спиной к моей ноге. Лицо его приобрело отстранённое выражение. - Не переигрывай, - прошипел я и ещё раз повторил: - Войдите! В дверь бесшумно проскользнули несколько служанок, последней вошла Гелин. - Вижу, ты уже устроился, - сказала она. – Суонна Ливви попросила меня подготовить тебя к празднеству. Ты должен выглядеть соответственно… раз уж ты разумный. Я с тоской покосился на кипящих энтузиазмом служанок. М-да, любят девчонки свою работу… Одна тащила ворох какой-то разноцветной одежды, вторая несколько пар сандалий, третья – довольно объёмистый чемоданчик непонятно с чем, четвёртая – ларец, пятая… В общем, я оценил масштаб катастрофы и попытался откреститься. Какое там… Под строгим взглядом Гелин нас подвергли разнообразным издевательствам, причём большая часть из них досталась мне, как личному гостю суонны. Меня намазали какой-то дрянью, отчего на теле не осталось ни одного волоска, за исключением волос на голове, бровей и ресниц, протёрли ароматической губкой, потом ещё раз втёрли в тело крем, от которого кожа приобрела приятный кремово-золотистый оттенок, потом причесали, перемерили штук восемь йуп, выбрали к ним подходящие сандалии, напялили на плечи и предплечья браслеты… Отвязаться от цепких девиц не было никакой возможности – не бить же их… А Гелин, на которую я смотрел умоляющим взглядом, любовалась этим издевательством с совершенно спокойным выражением лица. И только когда девушки взялись за косметику, я взвыл, и Гелин смилостивилась, позволив не разрисовывать мне лицо. Служанки подчинились, опрыскали меня напоследок какими-то духами с пряным корично-медовым ароматом и, поклонившись, исчезли. - Ну вот, - ехидно заметила Гелин, - минимум средств – и уже похож на цивилизованное существо. Оба похожи. Я взглянул в большое зеркало. Сходство с древнеегипетским фараоном только усилилось – темно-бордовая, прошитая золотыми нитями йупа, сандалии с золочёными ремешками, браслеты с красными камнями и розовым жемчугом, тщательно расчёсанные и скреплённые чем-то вроде заколок волосы, ухоженное красивое тело… Не хватало только двойной короны, сине-золотого платка и накладной бороды, а так – вылитый Тутмос III… или там Тутанхамон. Скокарь выглядел поскромнее – у него в основном преобладало серебро и нежно-голубой цвет, камушки на браслетах были тёмно-синими, но в целом стиль был сохранён. Не спорю, блондину, каким стал Скокарь, голубое очень шло, только вот вид у него стал… как бы это поточнее выразиться… валить и трахать. Как бы здешние дамочки на него охоту не открыли. - А нам обязательно так выглядеть? – вздохнул я. - Может быть, что попроще? Штаны там с рубашкой? - Штаны? – взвилась Гелин. – Штаны – это рабочая одежда! На празднество в ней нельзя! Ты – личный гость суонны, хочешь её опозорить? Сейчас ваш вид максимально приближен к виду образованных женщин из самых верхов нашего общества! Вас и принять должны соответственно! - М-да… - проворчал я. – Встречают по одёжке… Ладно уж, потерпим, раз для дела нужно… Только можно всё-таки два комплекта рабочей одежды? И обувь попрочнее. Гелин пожала плечами: - Да без проблем. Сейчас, я скажу служанкам – принесут. А я пока поясню, как вы должны себя вести на приёме, чтобы не уронить авторитет суонны. Если этот – тут она показала на Скокаря, - не поймёт, постарайся ему объяснить. Ты был инициатором того, чтобы взять его на приём – ты за его поведение и отвечаешь. - Справедливо, - кивнул я. – Я присмотрю. Уверяю, он не подведёт Ливви. Гелин выглянула за дверь, отдала короткий приказ и, вернувшись к нам, провела инструктаж на тему: «Как должны вести себя приличные самцы на приёме у суонны, дабы не подвести ни её, ни себя». В принципе всё сводилось к четырём правилам: вежливо приветствовать всех гостий, отвечать на вопросы, если их зададут, не отходить от Ливви и Гелин слишком далеко, и следить за примерным поведением неразумного Скокаря. - Я всё запомнил, спасибо, Гелин, - сказал я. – А все дамы точно будут со своими питомцами? - Да, - ответила Гелин. - А ты не могла бы сказать, кто обычно присутствует на таких празднествах? – поинтересовался я. – Не хотелось бы ошибиться… - Всё члены Совета, - стала объяснять Гелин, - высшие офицеры Стражи, руководительницы научных подразделений, три Главные Целительницы, Верховная Судья с двумя сопровождающими её сотрудницами, Казначей, Архивариус… в общем, как я уже сказала вся верхушка. - И все придут? – удивился я. – Это же уйма народу. - Пропускать такие приёмы считается дурным тоном, - снисходительно усмехнулась Гелин. – Придут все, кто не лежит на смертном одре, а, насколько мне известно, все приглашённые здоровы. Я поблагодарил Гелин за информацию и перевёл дух. Хозяйка Менеша непременно будет на приёме. А значит – и он будет. Осталось найти их, не привлекая внимания Ливви и Гелин. Всё-таки им я не доверял. Паранойя, такая паранойя… *** Примерно час спустя мы со Скокарем входили следом за Гелин в огромный, сверкающий огнями зал. За нами следовали Ен и её подружка в парадных доспехах серебристого цвета, на которых проступал еле заметный, но красивый узор, напоминающий изморозь. Их уже успели подлечить местные целительницы, и обе стражницы выглядели счастливыми – им, с их происхождением, посещение приёма такого уровня не светило вообще, даже в качестве охраны, а вот, поди ж ты… Доспехи, кстати, были тоже наградные и стоили просто фантастическую сумму, но могли выдержать даже прямой удар из лучемёта. И это говорило о неслыханно повысившемся статусе двух рядовых стражниц, чем они были безмерно горды. Ну и ладно. Хоть кто-то счастлив… Ливви уже находилась в зале, она сидела в роскошном кресле с высокой спинкой и подлокотниками, подозрительно смахивающем на трон. Одета девушка была просто немыслимо роскошно, голову её увенчивала сказочной красоты диадема с зелёными и голубыми камнями такой величины и чистоты, что за любой из них в моём мире можно было купить особняк на Рублёвке, «ламборгини» и ни в чём себе не отказывать до конца жизни. Слева от трона стояла Таринети, тоже роскошно одетая, хотя и поскромнее, чем Ливви, а справа… справа я увидел одетого в белые, вышитые золотом и мелким жемчугом одежды Ливена. Парень явно волновался, хоть и пытался это скрыть. - Встаньте рядом с ним, - прошипела мне Гелин, а сама заняла место за спинкой «трона» Ливви рядом с Таринети. Наши стражницы устроились за нами и прикинулись деталями окружающей обстановки. Ливви вздёрнула подбородок, обвела свою немногочисленную свиту взглядом королевы и сделала знак двум стражницам и распорядительнице, которые заняли место у противоположных, парадных дверей. Стражницы тут же распахнули створки, распорядительница громко выкрикнула: - Войдите же, достойные! Суонна Ливви ждёт вас! И в зал хлынула пёстрая толпа разодетых женщин с обнажёнными самцами на поводках… *Старый советский анекдот. Прослушивание в консерватории. Молодой человек показывает виртуозное владение скрипкой и один из профессоров интересуется: - Молодой человек, как вас зовут? - Иван, - отвечает тот. Профессора переглядываются, затем другой спрашивает: - А фамилия ваша как? - Иванов, - отзывается юноша. Профессора вновь переглядываются, наконец, третий спрашивает: - А… отчество? - Абрамович, - отвечает удивлённый парень. - Как глубоко закопан талант! – с облегчением произносит профессор.