Дом для изгоев

Я стоял у окна Дома и смотрел на резвящихся во дворе малышей. Нашего Дома, что характерно. Когда мы так благополучно покинули дворец Ливви, наши уже ждали… с очень большим нетерпением. И только слова Кэпа о том, что с нами всё в порядке, сумели всех успокоить. Ну, как успокоить… Слова Кэпа о том, что Шоусси бегал по потолку… они были не совсем фигурой речи, мой любимый совсем извёлся, ожидая меня… Хорошо, что ничего особо ужасного со мной не случилось, всё-таки быть Человеком Случая не так уж плохо, похоже, именно он и отводил от меня все особо ужасные неприятности. Так вот, задание мы выполнили и благополучно покинули Киренаику, перед этим снова свернув и уменьшив Дом. Тарра, кстати, за это время успела благополучно разрешиться от бремени… то есть на свет божий появилось двадцать семь небольших кожистых яиц с вполне себе жизнеспособными малышами внутри. Как показало обследование, все они были Анай. Яйца были осторожно перенесены в инкубатор, чтобы детёныши появились на свет уже в нашем, только нам принадлежащем мире. Двуногая девушка разрешилась от бремени позже, уже тогда, когда мы успели прибыть сюда, выбрать место и развернуть Дом. Появились на свет будущие Анар, ибо гадский обряд Главного Жреца сработал на все сто. Они появились на свет не в яйцах, как Анай, но в чём-то, напоминающем плодные мешочки, и была этих мешочков целая гроздь… Девятнадцать штук, короче. И каждый малыш или малышка были размером не больше мизинца, но вполне себе сформированы. Хорошо, что в медотсеке Дома была соответствующая аппаратура, и всех малышей удалось выходить, они стали быстро набирать вес и уже через пару месяцев не отличались от обычных человеческих младенцев… за одним исключением. Их маленькие розовые ножки совершенно спонтанно обращались в смешные толстенькие хвостики, которыми малыши с большим энтузиазмом, но весьма хаотично вертели во все стороны. Зрелище было одновременно и умилительное, и жутковатое, но сама девушка (она представилась нам, как Рейя, хотя, возможно, раньше её и звали иначе) была искренне привязана к своим малышам. Кстати, и среди маленьких Анар, и среди Анай были и мальчики, и девочки. И да, возлюбленный Случая тоже благополучно появился на свет, как и все дети Рейи, и абсолютно ничем не отличался от остальных – такой же хорошенький, упитанный и горластый. Лично я смог его отличить от остальных только тогда, когда провёл над малышами рукой с кольцом. Над одним из них оно засветилось просто нестерпимо ярко… И малыш получил имя Эфиальт. И он пока кажется совершенно обычным, как и все его братцы и сестрицы. Ну, насколько обычным вообще может быть ребёнок, способный превращать собственные ножки в хвост… Да, малыши Анар оказались на диво смышлёными и подвижными и быстро наловчились менять форму своих нижних конечностей. Скажем, во время купания они весьма шустро плавают по бассейну, помогая себе хвостиками. А детки Тарры развиваются ещё быстрее – в неполный год они уже бойко болтают между собой и могут объяснить нам свои нужды и желания. Правда, мы их не всегда понимаем, но Тарра… Тарра понимает всех. Вообще, если учесть все печальные обстоятельства зачатия малышей, то Тарра и Рейя оказались на диво хорошими матерями. Конечно, ни та, ни другая не справились бы в одиночку с такой оравой, но у нас есть Акс-Ай-И, который на обеих женщин просто молиться готов – как же, у народа Анай появился шанс на возрождение. Акс-Ай-И «разбудил» ещё нескольких помощников-биороботов. Кроме Шами и Майти, они присматривают за малышами, помогая Тарре и Рейе, да и мы все тоже… Мы все любим этих малышей, словно собственных детей… и ждём, пока они подрастут, потому как собственных детей нам тоже хочется. Случай, кстати, тоже часто нас навещает. Долго ему придётся ждать, пока Эфиальт подрастёт и в нём начнёт пробуждаться память о прошлых жизнях, но он согласен ждать – у бессмертных много времени. Кстати, я восхищаюсь Рейей. Она ведь узнала о чудовищном предательстве своей сестры, но всё равно нашла в себе силы жить и полюбить своих детей, зачатых столь чудовищным способом. И сейчас… сейчас у неё всё хорошо. Кстати, на неё с интересом начинает поглядывать подросший Ветерок, но пока всё на уровне переглядок. С другой стороны, Рейя женщина красивая, и уже сейчас есть желающие позаботиться о ней. Откуда они взялись? Об этом позже. Что же касается Тарры, то она пока упорно не говорит о том, что хотела бы с кем-то связать свою судьбу, и, напротив, всячески подчёркивает свою независимость. Но это её дело, хотя мы не перестаём надеяться, что рано или поздно грозная Анай растает. Что же касается типха Троши, то он по-прежнему предан своей хозяйке и способен отпугнуть от неё любого, самого настойчивого ухажёра. А ещё он очень нежно относится к своей подружке-типхе Ладе, которая уже успела отложить первую кладку. Не пятьдесят яиц, конечно, но двадцать четыре – тоже много. И сейчас Лада охраняет яйца в любовно устроенном из песка, мелких веток и сухой травы гнезде, которое она соорудила за Домом, поблизости от тропинки, ведущей к пещерам, а Троши таскает ей туда вкусные кусочки и урчит периодически что-то ласковое. Да, Лада и будущие малыши – это единственное, что может заставить Троши оторваться от обожаемой хозяйки. Что же касается Лады, то она подпускает к гнезду только будущего счастливого папашу, Тарру, как его хозяйку, и меня. Меня, потому что по какой-то прихоти Случая стала меня считать своим хозяином, а типхи – существа ужасно преданные. Что же касается остальных… Шер и Аниль вместе, у них всё хорошо. Точнее, как хорошо… Шеру, как натуре творческой, необходимо периодическое выяснение отношений, а Крылатый – та ещё ехидна. Так что наша спокойная жизнь примерно раз в месяц слегка нарушается бурной итальянской ссорой и последующим бурным примирением. Ссорятся Шер с Анилем настолько высокохудожественно, что я подумываю о том, чтобы создать стратегические запасы поп-корна, дабы получить двойное удовольствие. Обычно очередная ссора заканчивается тем, что Крылатый хватает Шера в охапку и утаскивает его подальше в горы – мириться. В противном случае ночь, после которой тянет выйти покурить, обеспечена нам всем. А Шер наутро после каждого примирения хватает краски и кисти и рисует, как одержимый. Пейзажи его кисти – это нечто… Он потрясающе передаёт красоты нашего нового мира, да так, что ими хочется любоваться снова и снова. Золотко, которого мы стали называть Злат, за эти месяцы подрос, загорел и здорово похорошел, из глаз его исчезли испуг и зашуганность. Возможно, скоро мы начнём разгонять женихов метлой, похоже, Злату тоже больше нравятся мужчины, чем женщины. Но пока это подросток, явно не добравший детства, поэтому он охотно резвится с малышами Анар и Анай, и обожает, когда кто-то из нас – я или Скокарь – берёт его полетать. Злат настолько ребёнок душой, несмотря на его ужасное прошлое, что к нему не ревнуют ни Шоусси, ни Менеш. Кстати, о Менеше и Скокаре… Вот уж кто просто надышаться друг на друга не может, так это они. Просто классическая любовная пара, нашедшая друг друга несмотря ни на что. Я рад за Скокаря, точнее, сейчас мы называем его так же, как и Менеш – Тареш. С моей точки зрения, именовать огромного бронированного дракона Скокарем действительно как-то легкомысленно… Да и сам Скокарь-Тареш с этим согласен. Новая жизнь – новое имя. Я, может быть, и позавидовал бы его счастью, но у меня есть своё собственное – не менее потрясающее. Мой Шоусси. Мой воин. Мой ревнивый собственник. Мой нежный любовник. Мой… Я прикрываю глаза, по лицу невольно начинает разливаться тёплая улыбка, но тут за спиной раздаётся знакомый чарующий голос: - Мирон, не расслабляйся… Для вас есть работа. Я, не оборачиваясь, сердито говорю: - Вот вечно ты, Тьма, весь кайф обломаешь… И, обернувшись, насмешливо улыбаюсь высокой белокожей брюнетке в красном открытом платье. Да, Тьме так понравился облик знаменитой певицы с Киренаики, Лиланте, что, появляясь у меня, она только его и принимает. И да, тогда, на празднике Лиланте не зря привлекла моё внимание. Ни Тьма, ни Случай не могли проникнуть в мир Киренаики в своём телесном воплощении, но вот смотреть глазами кого-либо из его жительниц они вполне могли. Так что свидетелем покушения Раффин была именно Тьма. Красавица в красном платье приближается ко мне и насмешливо говорит: - Вот только ты, Мирон, называешь меня Тьмой… Остальные обращаются ко мне, как к Равновесию. - Ну, извини, - усмехаюсь я в ответ. – Первое впечатление – самое сильное. К тому же ты ведь меня едва не угробила. Так что мне можно. - Да я не в обиде, - вздыхает Тьма. С тех пор, как она помирилась с Хаосом, она стала куда более спокойной и адекватной. Так говорит Случай, а у меня нет оснований ему не верить. Я всё ещё его любимчик, хотя больше не его человек. Выполнив условия Тьмы и Случая, я стал свободен и независим, как и моя Семья. Только вот в просьбе отказать не смог. Наш новый мир напоминает сказку – в нём есть и густые прекрасные леса, и чистые озёра, и полноводные реки, и степи, в которых колышется высокая трава, и скалы под хрустальной чистоты небом, в котором светят два солнышка – белое и жёлтое… Нам хорошо здесь, мы действительно обрели Дом, и другого нам не надо. Но… когда Тьма посетила нас и попросила принимать тех, кто является изгоями в своих мирах, дать им шанс на новую жизнь, на счастье… я не смог отказаться. И никто из моей Семьи не смог. Мы все слишком хорошо помнили, каково - быть изгоем. Каково это, когда тебя считают чужой, ненужной и опасной тварью… И Тьма наделила нас возможностью путешествовать между мирами без всяких амулетов и помогать тем, для кого нет места в родном мире. Да, мы согласились. И первыми, кого мы приняли в своём мире, были остатки народа Крылатых. Сейчас они строят свои жилища в горах, сложенных из белого камня, горах, при взгляде на которых сердце заходится от их красоты и величия. Вторыми появились в степях люди-кошки, оборотни, которых в их мире безжалостно истребляли веками, пока от могучего некогда народа не осталась жалкая кучка изгоев, влачащих жалкое существование. Степи стали их новым домом. А в пещерах за водопадом поселилось несколько Борто – странных существ, похожих на маленьких человечков, но туловище их ниже пояса переходит в восемь паучьих ножек. По мне – так даже забавно, но вот в их родном мире Борто считали воплощением злых сил и тоже почти истребили. Нет, конечно, я далеко не так наивен и понимаю, что далеко не все изгои – несчастные страдальцы, но… Второй шанс – он и есть второй шанс. К тому же все переселяющиеся в наш мир дают нерушимую клятву жить в мире со всеми и не вредить никому ни словом, ни мыслью, ни действием. А нарушивший эту клятву просто умрёт. С Тьмой ведь шутки плохи… *** - Так что ты хотела? – спрашиваю я Тьму. – Что-то срочное? - Время есть, но его немного. Может быть, месяц… Нужно забрать Огненных из их мира, - ответила Тьма. – Он гибнет, вулканы остывают, а на твоих дальних островах в океане есть целая цепь вулканов. Вряд ли там кто-то захочет жить, кроме Огненных. Эти вулканы погаснут нескоро… - Хорошо, - отвечаю я. – А сами-то они в курсе? - Им неоткуда больше ждать спасения, - тихо отвечает Тьма. – А я… я не хочу, чтобы с лица миров исчезали разумные создания, ты же знаешь… - Знаю, - отвечаю я. – Но я займусь этим через сутки. Хорошо? - Хорошо, - кивает Тьма. – А что так? - А сегодня я хочу преподнести подарок тому, кого люблю, - отвечаю я. – И не собираюсь отказываться от своих намерений. Тьма улыбается: - И не надо. Сутки – так сутки. У вас в запасе месяц. Кстати, а где Кэп? - Семью создаёт, - ворчу я. – Оказывается, в лесу живут какие-то говорящие птицы, которые ему родственны, и он возжелал сразиться за первую красавицу на выданье, чтобы создать с ней гнездо. Просто безумие какое-то… Все взялись размножаться… Тьма негромко смеётся и насмешливо говорит: - Не переживай так, Мирон. Будут и у вас с Шоусси детки. Как и у Менеша с Тарешем. Вы же теперь, как-никак, Истинные драконы… И она снова смеётся. Смех ещё звучит, а самой Тьмы уже нет в комнате - дурная у неё привычка внезапно исчезать, озадачив по полной программе. Но я подумаю об этом позже. И я покидаю комнату и отправляюсь на поиски Шоусси. Пропажа обнаруживается в мастерской, Шоусси что-то втолковывает парочке Крылатых. Нет уж, хватит с него дел на сегодня… Шоусси поднимает голову, видит меня и улыбается. Одними глазами, но улыбка у него такая, что лицо начинает просто светиться счастьем и любовью… Крылатые понятливо прощаются и исчезают, а я говорю: - Не устал ещё? Полетать не хочешь? Шоусси радостно кивает, и я, схватив его за руку, вытаскиваю во двор и тут же обращаюсь. Шоусси карабкается мне на спину, обхватывает руками шею, я расправляю крылья и взлетаю. И слышу, как кричит от восторга Шоусси. Мой путь лежит на восток, к морю… Я очень постарался, чтобы подготовить этот сюрприз, и сегодня мы будем любить друг друга всю ночь под ласковый шёпот волн, и ничто не помешает нам… Шоусси и впрямь приводит в восторг и морской пейзаж, и небольшой грот, в котором я приготовил ложе и угощение для нас двоих, и потрясающий закат двух солнышек… Никогда не замечал за собой страсти к романтике, а вот сейчас… А потом наступает ночь. Наша ночь, в которой есть всё – и нежность рук, и нежная ласка губ, и острое удовольствие, затопляющее всё, когда мой любимый принадлежит мне… Но мне этого мало, мне хочется не только брать, но и отдавать, ведь это тоже приносит не меньшее удовольствие… А потом мы смываем с себя следы страсти в ласковых водах тёплого пресного моря и говорим… Говорим о том, что нужно навестить Ливви, Ен и её подружку на Киренаике – скоро у них уже будут малыши, что стоит узнать, как там дела у Бан-Риона и дядюшки Матэ, ну, и об Огненных позаботиться, конечно. А потом я неожиданно говорю: - Знаешь, Тьма сказала, что у нас, возможно, будут дети. Это так странно. Разве что приёмные… Шоусси улыбается в ответ и произносит: - А я думал, что ты всё понял, вот и решил… поменяться местами. - Не понял… - удивляюсь я. - Ну, - невозмутимо говорит Шоусси, - ты же Истинный Дракон. А они могут понести малыша от своего избранника… Тареша, вон, уже неделю тошнит, не заметил, что ли? - Ээээ… - информативно выдаю я. – Я думал, что он просто отравился… Мало ли, что съел… Шоусси запрокидывает голову и хохочет: - Мирон! Ну чем может отравиться Дракон? Да у вас желудок гвозди может переварить! Тарра мне объяснила, что Истинные Драконы они… эээ… ну, то есть они могут выносить яйцо от своего избранника. Правда, только одно за раз, не больше. Уфф… Уже легче… - То есть ты хочешь сказать, что Скокарь… то есть Тареш… - Ну да, - хмыкает Шоусси, - будет у них с Менешем маленький дракончик… И у нас с тобой будет… - Что, уже? – поражаюсь я. - Ага, - усмехается Шоусси. – Я это чувствую. Не рад? Я смотрю, как грустнеет лицо моего любимого, и мысленно называю себя непроходимым идиотом. Как, не рад? Ещё как рад! И я обнимаю Шоусси и смеюсь: - Как ты мог подумать такое? Дракончик, так дракончик, воспитаем! Шоусси обнимает меня в ответ, лицо его светлеет, а в глазах я вижу такую любовь, которую не сравнить ни с чем на свете, и ничего прекраснее в этом мире нет и не будет. - Я люблю тебя, - шепчет он. А я киваю. Я сейчас так переполнен чувствами, что меня хватает только на этот кивок. Мы просто молчим, обнявшись, у наших ног лениво бьётся о берег море, светятся в небе крупные яркие звёзды, а за горами, на западе ждёт нас наш Дом. Дом для изгоев. КОНЕЦ Мои дорогие читатели! Вот и закончена очередная история, которую я писала целых девять месяцев, так что появление потомства у ГГ в финале вполне себе закономерно. Я благодарю вас всех, всех, кто меня читал и поддерживал. Особую благодарность я выражаю моей дорогой бете, Ехидной Заразе, у которой практически всегда есть время на мои тексты. Благодарю так же читателя Ко-дама за ловлю оставшихся блох и читателя Окаа-сан за тёплые отзывы. Спасибо всем, ваша поддержка и интерес меня вдохновляли на протяжении всего ориджа и не давали бросить начатое на полдороге. А за оконченной историей непременно будет следующая. Ваш(а) РавиШанкаР.