Омут рассудка

       Земфира — Блюз

***

      Кровь… Жуткий, металлический запах наполнял комнату. Но, этого было мало. Ей хотелось большего. Острое лезвие, впивалось в уже бездыханное тело.        Ещё, ещё, — шептало сознание.       Один удар за другим, она полностью теряет контроль. Улыбается, ей чёрт возьми, нравится это! Нравится, когда нож впивается в человеческую плоть. Где-то в районе груди хрустят кости. Отличные ощущения, она сегодня палач и Бог. Сама нашла жертву и, сама вынесла приговор.        Я знаю, что тебе нравятся эти ощущения! Видишь, ты можешь делать всё, что захочешь. Попробуй кровь, попробуй кровь этого маггла.       Кончиком языка слизывает остатки крови с ножа.        Сладкая… Правда она сладкая, хотя и грязная. Теперь, открой глаза, посмотри, что ты наделала ГРЯЗНОКРОВКА!       Сумасшедший крик оглушает. Девушка будто-то бы просыпается и отбрасывает нож, куда-то в глубь комнаты. У её ногах лежал обескровленный мужчина. Тело в жутких, кровавых порезах.       Неужели это сделала она? На глазах появляются слёзы. Всхлипы вырывались из её груди.       Судорожно вытирает руки от алой, липкой крови. Она не могла этого сделать! Это всего лишь сон!       Больно щипает себя за руку. Не сон.       — Очнись! — хватает незнакомого мужчину за воротник рубашки.       Со всей силы трясет им. Это глупая шутка.       — Я не могла… Не могла!       Мужчина мёртв. Её руки в крови.       — Убирайся из моей головы! — хриплый, отчаянный стон, она больше не может так.       Прячет нож в свою сумочку. Нужно убираться от сюда, ещё немного и здесь объявится авроры.       — Прости, — шепчет в сторону тела.       Не помнит, как оказывается в доме. Всё словно в бреду. Стаскивает с себя одежду и забрасывает её в камин. Шторы заслоняет так, чтобы не было видно проклятой луны. Полнолуние. Будь оно не ладно.       Холодная вода не помогает собраться. Да и разве можно, собрать куски своей гнилой души? Хотелось убить себя. Растерзать тело, тем самым ножом.       С ненавистью смотрит на проклятую метку. Два дня в месяц, она не принадлежит себе. Сколько бы не боролась. Умная волшебница — проиграла, хотя, война выиграна.       Засыпает прямо на холодном полу.

***

      — Гермиона, отнеси эти документы мистеру Франклину, хорошо? — женщина средних лет, всунула ей бумаги.       — Сделаю, миссис Томис, — недовольно буркнула Грейнджер.       Прошёл год после войны. Волан-де-Морт повержен, и все его прихвостни в Азкабане.       Гермиону взяли на практику в Министерство. Её работа — эта бумажная волокита, которая, даже для умной волшебницы, казалась слишком скучной. Гарри и Рону, повезло куда больше. Они практиковались в Авроате. Казалось, всё шло своим чередом. Трагическая страница в их жизни перевернута, и дальше только светлое будущие.       Но кто знал, что уже через полгода, начнётся настоящий ад.       На её рабочем столике оказывается газета Пророк.        Очередное зверское убийство маггла! Симон Пилз — был отцом юного волшебника, когтевранца Зака Пилза. Авроры до сих пор, не могут поймать жесткого потрошителя. Поговаривают, что это почерк Пожирателей, но их всех истребили? Возможно, кто-то вербует новых ПСов? Напоминаем, это уже двенадцатое убийство. Если у кого-то есть информация, обращайтесь к нам. Министерство пытается защитить каждого работника, берегите себя.       К горлу подступает ком. Запах крови до сих пор стоит в носу. Нет, нельзя плакать.       Это может выдать её. Хотя, ей не раз хотелось сдаться. Сесть в Азкабан и поплатится за все грехи.       Метка с жуткой надписью Грязнокровка, ужасно жжет. Хочется расцарапать её до крови. Но это не возможно. Это — наследие Беллатрикс Лестрейндж. Которая на всю жизнь, чудным образом поселилась в её голове, которая заставляет убивать, которая заставляет предавать свои принципы.       Два дня в месяц она исполняет её прихоти. Убивает её разумом, но своими руками.       Женщина пленила рассудок, и потом, когда тело жертвы бездыханное, пропадает, заставляя мучатся от боли. Видеть результат своей работы.       — Гермиона, ты плачешь? — почти бесшумно в кабинет пробирается её друг, Рон.       — Все нормально, просто…        Ну же, грязнокровка, расскажи рыжему отродью, кто убийца, — приглушенный голос, опять возник в голове.       — Не переживай, с этими смертями разберёмся, — друг как-то по детски, похлопал её по плечу.       — Да, конечно.       — Пойдём на обед, тебе нужно развеяться.        Беги не беги, грязнокровка, скоро все узнают, что ты предательница.