Механический рассвет

«Скажите, оно стоило того, смотреть, как ширится ваше королевство? Даже якоря не проваливаются в океанские пучины так низко, Так низко!» Architects — A Match Made In Heaven

Ветер. Говорят, он способен унести тот пепел из груди, в который обратились мечущиеся в пылающем огне чувства. Даже догорев однажды, они не отпускают свою жертву, и привкус их становится столь горьким, словно бы ты действительно зачем-то съел горстку пепла. Раздоры в семье — не редкость. Раздоры в семье Учиха — естественный порядок вещей. Ведь все те, в чьих жилах течёт эта грязная кровь, считались одним целым. И даже если члены этой семьи живут за сотни тысяч километров, то отпечатается оно на всех. Так было всегда. Взрослые считали, что так Учиха будут сплочённей, словно бы не хотели видеть, как эта чепуха приносит лишь внутреннюю разруху. Поэтому Итачи как можно быстрее сбежал от этих взрослых, буквально выцапав из кровати сонного, ничего не понимающего и брыкающегося младшего брата, собрал сумку и смылся за город. Забота ли это или ещё что… Подросток посмотрел на увлечённого чем-то явно очень интересным Саске и, отвернувшись, подставил лицо ветру. Прикрыл глаза, слабо улыбаясь чему-то своему. Потоки оного вяло ерошили до черноты тёмные отросшие пряди волос, спадающие по бокам от лица, как и у брата, решившего, что он должен быть похож на старшего. Даже внешне. Раннее утро мешало обгореть вечно бледному младшему на по-летнему беспощадном солнце. Отчего-то его кожа не любила загар, и вместо того, чтобы смуглеть, как у всех нормальных людей, лишь краснела. А потом тот становился ещё бледнее. Мистика, не иначе. Забота ли это всё? Да какая разница. Раз он может защитить ещё совсем невинного ребёнка от того, что и так ждёт его в будущем, значит защитит. Рано или поздно он всё равно столкнётся с этой пованивающей дрянью, так пусть хотя бы сейчас поживёт. Побудет…счастливым? Да, пожалуй. Саске всегда мечтал сходить куда-нибудь с Итачи. Ну, если быть точнее, применял всю свою детскую обаятельность, практически насильно выталкивая вечно забитого учёбой брата вон из дома. И вот, наконец, тот сам уехал с ним на природу. На пикник. Второй в жизни второго. Второй… — Саске, что ты там копаешься? — резко открыл глаза старший Учиха, отгоняя скатывающиеся всю в ту же тёмную безнадёгу мысли. Глянул на ковыряющего что-то в земле Саске. Тот сидел на краю подстилки, забыв про еду, которую Итачи купил по дороге. И даже не думал завтракать. — Итачи… — подал голос младший спустя какое-то время, не поднимая головы. — А что будет, если… Если мир когда-нибудь погрузится во тьму? Подросток конкретно завис на несколько мгновений от этих громом прозвучавших слов, моргнул и, отложив какой-то батончик в сторону, подсел к Саске, удивлённо выглядывая из-за его плеча. — Эй, с чего такие мысли? — как можно мягче спросил он, скрывая своё изумление лёгкой улыбкой. Фильмов, что ли, насмотрелся опять… Мальчик прервал своё рисование глубокого круга пальцем на сыроватой земле, немного повернувшись. — Ну… — смущённо задумался он. — Посмотри на муравья. И действительно. На своеобразном островке, который Саске старательно отделял от остальной земли глубокой закольцованной траншеей, бегал муравей, которого Итачи поначалу не заметил. Удивление сменилось на недоумение, а улыбка бессознательно сползла. — Видишь? Он не может легко выбраться, потому что я ему не даю, — детский голос задумчиво подвёл логическую черту. — А ещё, потому что он с семьёй живёт далеко от людей. Старший Учиха сдвинул брови над переносицей, обвёл теперь уже напрочь непонимающим взглядом серьёзное лицо мальчика, который продолжил выводить свой небольшой круг. Перебивать не решился. — Муравьи знают, что в высокой траве опасно, — погрустневший голос прервался вздохом. А углубление круга пальцем не прервалось. — Они видели больших букашек, и поэтому знают, как с ними бороться. Или убегают. Выпачканный в земле палец резко остановился, а потом Саске поднял руку над островком, глядя на опешившего, но покорно молчащего под этим взглядом брата. — Многие не видели нас, людей. Они знают, что когда дождик — нужно прятаться. Когда дует сильный ветер — нужно слазить с высокой травинки. Но разве они могут знать, что люди могут сделать, не видя нас ни разу? Абсолютно серьёзные и осознанные глаза выжидающе смотрели на Итачи, пока тот безуспешно пытался подобрать слова. Да хотя бы собственные разморенные лёгким утренним теплом мысли собрать во что-то адекватное. Откуда такие размышления у семилетнего ребёнка?.. Старший Учиха сглотнул собравшийся в горле тугой ком и, так и не подобрав правильные слова, уселся ближе, всем своим видом показывая, что готов слушать дальше. Как бы редко они ни проводили время вместе, он помнил — Саске важно дать понять, что его слушают. И слышат. Тогда тот доверчиво кивнул и продолжил: — Не могут. А вдруг мы такие же муравьи для чего-то…большого? Разве для нас нет того, чем мы являемся для маленьких букашек? Младший оторвал взгляд от окончательно шокированного брата и посмотрел на свою нависшую над кругом руку. Оттопырив указательный палец, он раздавил бегающее туда-сюда и незнающее выхода насекомое. — Разве нас невозможно так же раздавить?.. Глухой, рваный удар сердца. Темнота. Тишина. Два последующих удара. Отдались в висках. Тишина.

«Критическая перезагрузка системы успешно завершена. Текущая система: VGy ysa4.3.7. ЧД. Показатели двигательной системы: в норме. Показатели жизнедеятельности органических веществ: в норме. Показатели электропитания: удовлетворительно. Удачной работы!»

***

«Внимание. В городе идёт установка нового положения. Во избежание неприятностей убедительно просим жителей оставаться дома до изменения положения на прежний или более низкий уровень. Помните, Вието-Ютани заботится о вас»

***

— Я непременно рассчитываю на ваш выбор. Мужчина, закончив свою долгую и многообещающую в плане сотрудничества речь, выдохнул, со сдержанной улыбкой откидываясь на мягкую спинку небольшого диванчика. Он смотрел в поблёскивающие хитростью большие глаза девушки напротив за столиком, которая только что опустила взгляд на чашечку исходящего паром латте, убирая выбившуюся из пучка прядку за ухо. Она была красива, явно не из робкого десятка, её стиль выдержан подобно вину. Иметь общее дело с такими представительницами прекрасного пола — одно удовольствие. Он, вполне понимая, что для принятия такой сделки нужно время, мечтательно посмотрел в большое окно. Это кафе находилось за пару-тройку сотен метров от взлётной полосы, по которой сейчас мчался готовый вот-вот подняться в воздух самолёт, вместе с которым, казалось, поднималась и вера в себя. Да, его малый бизнес должен пойти вверх. — Мы готовы сотрудничать с вами. Приятный голос заставил моментально оторвать взгляд от стекла. От долгожданных слов мужчина едва не подскочил с тихим «ЕС», однако удержался, отвечая такой же сдержанной улыбкой. Он, было, открыл рот, но в кармане завибрировал телефон, несколько омрачая устремившееся ввысь настроение. — Извините, я сейчас, — неловкое. Проведя пальцем по экрану и приняв вызов, он спешно приложил мобильник к уху, поднимаясь с места. Взор моментально приковал идущий на посадку пассажирский самолёт, который то зависал в воздухе, то резко «подныривал», кажется, собираясь приземлиться где угодно, только не на полосу. Мужчина так и не промолвил и слова, застывая на месте. Девушка, с интересом наблюдающая за ним, тоже взволнованно глянула в окно. Огромную железную птицу будто заносило сильным порывом ветра, с которым хрупкие крылья пернатых не всегда способны справиться, но ведь это же только сравнение… Кто-то там, на другом конце провода, безуспешно пытался дозваться, а расширяющиеся глаза смотрели, как самолёт сбивает невесть откуда взявшаяся ракета. Обтекаемое железное тело, топором рухнув наземь, на огромной скорости скользило прямо в сторону кафе, пока его ласково обнимали сгустки чёрного дыма от посекундно усиливающегося почти кровавого пламени. Окно словно стало большим экраном телевизора, на котором показывали будоражащий, пробирающий страхом до кончиков пальцев кадр какого-то зрелищного фильма. Телефон выскальзывает из руки. Падает. Разбивается. Как и стекло, не имеющее аргументов против тарана крылом воспламенившегося самолёта. Где-то закричали, возможно, даже сам мужчина. Тысячи оглушительно звенящих осколков вмиг прошили десятки тел подобно пулям, но охваченные ужасом вопли растворились во взрыве. «Объявлено положение уровня «А». Убедительно просим вас оставаться дома или в здании, в котором вы находитесь в данный момент.»

***

Playing the Villain - Son Of Kick

По одному из самых широких проспектов этого молодого города под эгидой Вието-Ютани шаркал марш из тысяч механических роботов, от которых редкие прохожие, ослушавшиеся срочное сообщение, начинали шугаться по ближайшим бутикам и универмагам. Все как один: пустые металлические лица, повёрнутые лишь вперёд и даже на них не похожие. Просто… прямоугольные коробки, усеянные кучей толстых проводов вокруг короткой «шеи» и камерообразными сканерами посередине. На плече каждого — горящий белым значок корпорации. В рубленных железных руках каждого — крупные винтовки. В программе — цель. Над двусторонней проезжей частью меж высоток вороньём кружило несколько разведывательных дронов, передавая регулируемую ситуацию на дороге. Вся она была забита беспилотными автобусами с автомобилями, словно в пробке, и движение не улучшалось ни на йоту. Лишь затор увеличивался с каждым новым транспортом, как по команде удерживающим ровно такую же небольшую дистанцию, как и тот, что перед ним. Мужчина средних лет, держась за поручень, напряжённо провёл пальцами по вороту рубашки, тем самым расслабляя галстук. В салоне людей было немного, зато было невыносимо жарко. Или это волнение за своё уже часовое опоздание на работу. Он задрал рукав другой рукой, подмечая всё тикающее время. Уже полуторачасовое. Громко цокнув языком, офисный клерк разражено повернулся в сторону панорамного лобового окна, глядя в уже осточертевший вид всё той же кормы предыдущего автобуса. Оглянулся на боковое окно. Всё тот же вставший намертво транспорт, только в другую сторону движущийся. Ну, должен был. Знал бы он о новом положении — не вышел бы из дома. А что? Само правительство разрешает. Но нет же, теперь он стоит здесь, смотрит в одни и те же сонные, взволнованные и недовольные лица да по сторонам. Вдруг что изменится. Изменилось. Сбоку замелькало, и мужчина, обрадовавшись обновлению пейзажа, перевёл взгляд на оранжевые световые знаки по бокам задней части виднеющегося автобуса. Дроны, отсканировав размеры пробки сверху, были отозваны и разлетелись. Он недоуменно смотрел то на заднее табло с горящим номером, сменившимся на обратный отсчёт с десяти, то на подыгрывающие его такту мелькания значки по верхним углам. Пять. Сменились на восклицательные знаки. Четыре. Те погасли, но ниже загорелись знаки с изображением огня. Три. Мигание стало быстрее. Два. И прекратилось. Несколько кварталов оглохло в цепочке одновременных взрывов, мгновенно выбивших все стёкла близстоящих зданий и снёсших остановки. Весь выстроившийся в ровный ряд беспилотный транспорт от главенствующей корпорации вспыхнул спичками, словно был начинён взрывчаткой, и уцелевшие зеркальные окна небоскрёбов окрасились в ярко-оранжевый цвет взмывших клубов пламени.

***

В небольшой коморке для охраны на посту КПП было достаточно темно. Узумаки, заслышав очередное новое сообщение в прерванном эфире, перевёл сонные глаза на скудненький плоский телевизор, который кто-то решил повесить прямо под потолком. И теперь из-за этого кого-то каждый раз приходилось задирать голову. После ночной смены её бы не уронить, хотя бы… Он посмотрел на друга, что решил прикорнуть на столе до выпуска отработавших и контроля пропуска следующей смены. — Что там за положение?.. — промычали в сложенные руки, предварительно уложив в них лицо. Не спит, оказывается. — Положение «А», — безразлично повторил за девушкой диктором Наруто тем же монотонным голосом, вещающим одну и ту же информацию с небольшими изменениями периодичностью в пятнадцать минут. — Высоковатое, — конец слова был проглочен то ли выдохом, то ли зевком, после которого Киба поднял лицо с красными разводами от складок на рукавах и развернулся на стуле к другу. — Последний раз года три назад такое было. — Опять террористы, может… — Какие нахрен террористы? — неожиданно бодрым голосом возразил он. — Их сейчас скручивают ещё до того, как они подумать о взрыве успеют. Где-то вдалеке, ближе к центру города, иронией к высказанному раздался продолжительный глухой раскат. Сонные молодые охранники уже совсем не сонно переглянулись. И через полминуты по земле прокатилась внушительная дрожь, от которой ножки столов громко затарабанили по полу. Стоящая на компьютерном столе чашка с так и не выпитым кофе задрожала в унисон с землёй, расплёскивая остывший напиток, из-за чего Наруто как-то машинально схватился за столешницу, фиксируя ту. Земля прекратила мандражировать. Затихло. Настолько, что в совсем глухой тишине было слышно, как со стола с ребристым пластмассовым шелестом скатывается ручка и падает на пол. Следивший за ней до самого конца передвижения Наруто готов был поклясться, что вместе с этим всем дрожали даже кишки. И сейчас, кажется, дрожат. Но уже от испуга. Замерший в той же полуразвёрнутой позе Киба передёрнул плечами, напряжённо глядя на друга, так и удерживающего уже крепко стоящий стол. — Ладно, может ты и прав… — Знаешь, рановато для террористов, — с хрипотцой сделал вывод Узумаки, наконец-то отпуская несчастную столешницу с разлитым кофе. — Кого взрывать-то?.. Теперь сна не было ни в одном опухшем глазу. — Самое время, — Инузука кивнул на телевизор, думая, что он продолжает работать и заодно показывать который час, но тот оказался выключен. Поэтому-то и так затихло. — Люди на работу как раз идут. Телевизор внезапно включился обратно, но без звука, и оба парня синхронно уставились в него. На экране двигалась устрашающая картинка: в прямой эфир единственного независимого от государства канала, который чудом пустили, вышел, по-видимому, репортаж прямо с борта вертолёта, с которого показывали место сбитого авиалайнера, что протаранил какое-то здание, исходя чёрным дымом. А потом репортаж резко прервался картинкой профилактики. — Нехило… Узумаки, мысленно согласившись, но не озвучив это, зашарил рукой позади себя в поисках пульта, не отворачиваясь от экрана. Нащупав, быстро переключил канал. Оказалось, что звук пропал только на предыдущем, а на этом шёл какой-то утренний мультфильм для детей. Оба молча и обескуражено глядели в телевизор. «В городе объявлено положение уровня А. Убедительно просим вас оставаться дома или в здании, в котором вы находитесь в данный момент, и не паниковать. Помните, Вието-Ютани заботится о вас» — Знаешь, — задумчиво начал Наруто, испытывая чувство дежавю, — игры и фильмы научили меня одной хорошей мудрости. Молчащий впервые так долго Киба отвёл глаза от детского мультика и взглянул на говорящего. — Если правительство говорит не паниковать, — тихо продолжил тот, глядя перед собой, и резко повысил голос: — Значит нужно бежать!

***

Саске спрыгнул с балкона и спокойно приземлился на одно колено, отряхивая казённые шмотки, которые так и не снял с момента критического отключения. Просто не успел, рукава только закатал. Медленно разогнулся, оценивая обстановку. Прямая связь с корпорацией давно разорвана, и оттого даже какая-то пустота чувствовалась, однако это не помешало не обновляющейся с тех пор операционной системе распознать уровень положения и перейти в «атакующий режим». Взрыв он слышал ещё в полудрёме. Терроризирующая мозг программа ЧД мешала спокойно мыслить, призывая к бою, которого не наблюдалось. — Ага, в норме, — недовольно посетовал Саске на всплывающее в голове после каждого «пробуждения» сообщение. И тут его будто прошибло. Сначала воспоминание подбросило последнюю картинку — человека с полностью чёрными глазами. А потом вдалеке, между низких жилых и не очень зданий, промелькнули непропорционально большие фигуры, напоминающие своей угловатостью дроидов. Давно он их не видел… Но пришлось увидеть вблизи. Заметив краем глаза движение сбоку, он рывком обернулся. — Стойте! — Объект опознан: человек, — без эмоций сообщил грубый и ломкий механический голос, и один из дроидов навёл плазменную винтовку на какого-то неопрятного парнишку, держащего в руках две увесистые бутылки с прозрачной жидкостью. — Да стойте же! — быстро выпалил тот, опуская обе бутылки на землю и поднимая руки в сдающемся жесте, — я направляюсь домой по совету и не собираюсь больше вылезать, у нас просто отключили воду, и я… Раздался пищащий электрический звук полной зарядки, предшествующий выстрелу, звонкий хлопок, и парня швырнуло назад светло-голубым зарядом плазмы. — Объект опознан: человек. Саске, не имеющий сил сдвинуться с места от развернувшегося представления, с ещё большим шоком понял, что это относилось уже к нему. Он, потрясённо сдвинув брови, взглянул в единственную линзу посреди прямоугольной железной башки и помаргивающий красный огонёк рядом. — Вы что, охерели, вёдра мутировавшие?! Я свой! Заряжающийся писк, оповещающий о том, что аргумент не стрелять не приняли на рассмотрение. Стремительное охлаждение рассудка. И глаза из обычных засветились в чудовищные: красный и фиолетовый. Мощный заряд вдарился в невинную землю, поднимая в воздух кучу пыли, из которой, один за другим, загорались бледно-голубые люминесцентные полосы, местами просвечивающиеся сквозь одежду. Не его. Человеческую. Всё тот же писк. Дроиды, удерживающие винтовки обеими руками, прицелились в разгибающийся силуэт, и тот выскочил из пыльного облака раньше, чем два заряда успели достичь его. Андроид за три длинных вихляющих из стороны в сторону прыжка настиг обоих, подпрыгивая вновь и с размаху разнося прямоугольную железную коробку не менее железным кулаком. Ноль тринадцатый, с шелестом проехавшись по земле на полусогнутой ноге, затормозил второй отставленной вбок и резко развернулся на другого, оборачивающегося. Молниеносным рывком поднырнул, ударяя по затылочной части мыслительно-зрительной коробки снизу-вверх. Дроид, исходя искрами и подёргиваясь как в конвульсии, так и застыл в том же положении. Как и первый. Саске знал, что эти «солдаты» ломаются как пластик — Вието позаботилась не об их удароустойчивости, а о численности. Они должны давить количеством. — Объект опознан: ведро, — с отвращением сплюнул он и выпрямился, толкая ногой застывшую груду первобытного сплава железа, проводов и какого-никакого интеллекта под управлением, и та с грохотом рухнула. — Ну, не свой, так не свой. Он безразлично пожал плечами, наклоняясь за винтовкой и поглядывая на потухающий значок корпорации, как вдруг сзади снова раздался писк. В этот раз гораздо громче, прерывистый и ускоряющийся. Андроид снова отпрыгнул в сторону, быстро оборачиваясь и замечая четырёх сопровождающих дроидов и одного посередине: огромная металлическая коробка убойной мощности на четырёх фиксирующих на земле ногах — иначе отбросит отдачей. Вызвали подкрепление…

«Сканирование местности успешно завершено»

Несколько десятков единиц вооружённой техники подсвечивались на всплывшей в голове трёхмерной карте ближайшей местности. Даже холодный, разум прошило понимаем. С двумя справится, с сорока шестью — нет. Ускоряющийся писк. Залп.

«Вы сожрали мир, выплюнув войну, Вы накормили волка, что стоял у порога! Вы прогнили насквозь. И на всех спусковых крючках ваши отпечатки пальцев. Коли ищете тиранов, посмотрите в зеркало! Вы прекрасно знали, что зараза распространится, Так что не удивляйтесь, что за ваши головы будет объявлена награда! Прости, сынок, мы разрушили твой дом, Убили твою семью, теперь ты сам по себе! Сопутствующий ущерб уткнул лицом в песок. Смотри, как падают кости домино, это всего лишь часть плана!»