Сказки Соловьёвки

За кирпично-брусничными стенами Соловьёвки густился иссиня-чёрный ночер ранней весны. Внутри стен скапливались, но не смешивались тёплое молоко матового света и чуть колючий запах хлорки. Коридоры постепенно обрастала хрупкая карамельная корочка тишины, и лишь в обиталище главврача приглушённо играло радио "Дача", включенное чисто ради кринжа. Доктор Март, собрав длинные белые волосы в луковицу на затылке, интеллектуально онанировал над кроссвордом. Доктор Шаттенштерн, вдыхая вечность и выдыхая барбарисовый дым, задумчиво наблюдал за ним и время от времени подсказывал принципиально неправильные ответы. Ничто не предвещало. И тут в кабинете появился Лись в полосатой шапке с помпоном, немедленно взявшийся наводить суету. - Март, все давно в курсе, что ты оборотень, каждое новолуние мутируешь в шиншиллу и начинаешь неистово точить всяческую древесину, но какой пример ты подаёшь старшему коллеге! Лись бесстрашно выхватил прямо из пасти клацнувшего клыками Марта изрядно изжёванный карандаш и укоризненно помахал им в воздухе. - Нет бы найти себе нормальный хлеб насущный, и его поглощать... а ты тут канцтовары казённые переводишь. - И где я его искать буду, этот твой хлеп повседневности, в пищеблоке, что ли? - оскорблённо вопросил Март, отрывая от страницы с кроссвордом кривой кусок и пихая его себе в рот. - Да там только суп с соплёцками и салат из половых крабочек! - Ещё пирожки с никто и вкусом полежалого анальгина, и заварной чай на хитине и хлорке, целая кастрюля, - расширил информацию о меню Соловьёвской столовой Шаттенштерн, изящно подперев висок запястьем. - Древесина в данном случае значительно полезнее. Так что верните Марту карандаш, пусть доедает. - Нетушки, - Лись стянул шапку и сунул покусанный кохинор себе за ухо. - А то ещё превратится утром в насекомое... в жучка-древоточца какого. Залезет за косяк и будет там тикать... неа. И вообще! Я колбасы привёз домашней, из деревни. К родне ездил на выхи. - Так что же ты молчал?! - трагически возопил Март и цапнул протянутый Лисем пергаментный свёрток, перетянутый бечёвкой. - Ща бутеров замутим, правда, масло у нас только дизельное и время трудное, хлебушка нет, так что намазывать придётся прямо на колбасу... но это всё детали... и не баг, а фича! Доктор, будете с нами мои фирменные метабутеры? - Нет, благодарю, я не слишком увлекаюсь овощами, за исключением аспарагуса и лаборанта Игоря, - вежливо откликнулся Шаттенштерн. - Но я могу сварить вам кофе с колотыми леденцами ландрин на десерт. - Всмысли? - синхронно вытаращились на это заявление Март и Лись. - Колбаса - это ведь мсяо! - А вот и нет, - с загадочным видом изрёк доктор и принялся колдовать над спиртовкой, видимо, сочтя выданную информацию вполне достаточной. Первым не вытерпел Лись: - Учтите, мне срочно требуется реанимационная пояснительная бригада, иначе я умру... - От чпочеченой недостаточности! - веско ввернул Март и сделал очень умное лицо. - Вот как будто вы оба никогда не читали исторических книг, - с некоторой укоризной сказал Шаттенштерн, поудобнее устраиваясь на стуле и обнимая одно колено руками. - Доподлинно известно, что изначально колбаса - это сельскохозяйственная культура из региона Полумёртвого моря. Про неё ведь даже старинная пословица есть, вот: волоса, волоса, а посредине колбаса. - А разве ж это не... - попытался было выдвинуть сугубо анатомическую версию Март, но вовремя споткнулся об умоляющий взгляд Лися, и на редкость послушно примолк. - Всё потому, что колбаса росла в плотных початках, оплетённых густыми волосками. Их собирали местные девы и плели из них сети для ловли минтая. Потому что исторически его привлекал густой и терпкий запах недозревшей колбасы, а не всякое там червие. - Простите, доктор, в детстве я читал только про гальванизацию яиц да про экстренную асистолию ради электрификации, - Март с умильной улыбочкой снизу вверх уставился на опять переключившегося на приготовление кофе Шаттенштерна. - Поэтому, будьте лаской, поведайте двум из дикого леса диким тварям - какими извилистыми путями эволюции колбаса как овощ доползла до текущего агрегатного состояния? - Это всё потому что минотвари, - несколько рассеянно отозвался доктор, одним точным молниеносным движением снимая джезву со спиртовки за секунду до того, как над ней поднялась густая пузырчатая пенка. - Очень охочие до этих овощей и совершенно не осквернённые социальной ответственностью сущности, которые только и умели, что строить лабиринты из своих экскрементов да таскать колбасу у знаемых земледельцев... - Ага, - с трудом переварив эти басенки наизнанку, кивнул Лись, с некоторой подозрительностью кося карим глазом на свой пакет. Его неуёмное воображение успело нарисовать ему стаю минотварей, взявших след его колбасного свёртка, и теперь жадно рыщущих в ночи по парку Соловьёвки и обнюхивающих углы корпусов. Ну а потому что вдруг его родственники - далёкие предки тех самых фермеров, они сохранили секрет выращивания волосатого овоща и вручили его голодному студенту под видом домашней ливерки? И от самой Выксы за ним по пятам следует десяток оголодавших минотварей... которые на самом деле вообще оборотни. И в дневное время являются его соседями по общаге - ибо умение делать лабиринты из собственных экскрементов Лись регулярно наблюдал у них с первого же дня заселения... И не было никого, кто бы это опроверг. - Та-ак, - между тем неожиданно протянул Март, задумчиво щурясь куда-то в мокрую тьму за окнами, - а ведь я начинаю припоминать эту историю... там ведь ещё лаванда была каким-то образом замешана, верно? - Ну вот, Вы не так безнадёжны, как кажетесь с первой тысячи пристальных взглядов, - похвалил его Шаттенштерн, разливая благоухающий на всю больницу кофе в три алых напёрсточных чашечки, и посыпая сверху колотым ландрином из пробирки. - Да, минотвари терпеть не могут лаванду, поэтому её всегда высаживали вокруг колбасы. И несколько столетий эта схема удерживала поля разумных земледельцев от разорения - пока учёные не изобрели лёгочный протектор, ныне известный как противогаз. С тех самых пор колбаса как овощ была исторически обречена на вымирание. И её стали изготавливать из самих минотварей, приманивая их на эрзац... вот такая вот гастрономическая вендетта, от которой в конечном итоге выиграл только минтай. - А если я Вам покажу свою колбасу... - заикающимся голосом начал Лись, мужественно игнорируя заливистый и искренний хохот Марта, по которому давно плакала тюрьма для шипперов. Шаттенштерн, отпив глоток кофе, благосклонно кивнул, даже не дослушав: - Конечно, я с уверенностью отличу истинную Covbatca sativa от современного продукта, который делают даже не из минотварятины, а из стен их лабиринтов... демонстрируйте. Лись распаковал свёрток. Руки у него заметно подрагивали. Сквозь радио "Дача" ему на редкость отчётливо слышалось голодное сопение и неприятные утробные звуки с улицы. Доктор поправил на переносице круглые очки с бронзовыми - по случаю смены сезона - стёклышками, склоняясь над развёрнутым пергаментом. Лись покрылся пупырышными мурашками по периметру, заметив, как выгнулись вниз уголки узких губ Шаттенштерна. - Итак, - вопросил он как-то в пространство, вдоволь налюбовавшись колбасой, - здесь у кого-нибудь можно раздобыть примерно галлон лавандового масла?.. - Да ну нах! - не выдержали натянутые до предела нервы Лися. Не успел никто и глазом моргнуть, как он схватил кольцо ливерки и вышвырнул его в открытую форточку, яростно-слёзно выпалив вослед: - Нате, кушойте, не обляпайтесь, приятного, туда вас растак, аппетита! - Ты шооо, - вспугнутой куропаткой подлетел на стуле Март, вытаращившись на очень бледного, но ещё более очень решительного Лися. - Да я про эту лаванду просто так ляпнул, ничего я в детстве не читал, мне вотпрямщас весенним ветром в голову надуло... доктор, скажите ему! А я пока пойду искать свой ужин во мрак наружный, где плач и скрежет зубов... - Пейте. Кофе. В голосе Шаттенштерна в этот момент было нечто настолько густое, веское и властное, что Март бессознательно шлёпнулся на стул и молча взял свою алую чашечку. Длинно поглядев на него и убедившись, что бунта не будет, доктор взял пропахший сложной смесью специй пергамент, расправляя на коленях. Ловко свернул из него журавлика-оригами, покачал его на ладони - и вручил хлопнувшему глазами Лисю. - Думаю, Ваши провинциальные родственники нашли иной способ обезопасить себя от набегов минотварей на их угодья, - задумчиво изрёк он. - У них по периметру участка что растёт? - Да ничего сейчас не растёт, март же, - растерянно откликнулся Лись, как-то непроизвольно нюхая пергаментного журавлика. Мясом от него действительно совершенно не пахло - только травянисто-пряной приправой и чем-то густо-маслянистым, с нотками смолы. - Одни садовые фонарики на солнечных батареях торчат, родня их везде понавтыкала. Они ещё так залипательно мерцают... ой, а Вы что же, думаете, что... - Садовые фонарики. Дивно, - удовлетворённо кивнул Шаттенштерн и, не вдаваясь в какие-то дополнительные подробности, задумчиво убрёл в перспективу коридора, на ходу закуривая. Март озадаченно поскрёб белобрысую макушку чёрными ногтями: - Ты хоть что-нибудь понял, Лисяндрий? Что это был за мифологический перфоманс?.. - Что я точно понял, так это то, что скоро у тебя за крематорием будут грядки колбасы и какой-нибудь дискошар с неоновой переливающейся подсветкой над ними... как только снег сойдёт. Доктор в своём репертуаре. А ещё говорил, что овощами не увлекается... - Ненуачо... нормальная такая альтернатива рассаде на подоконнике, - радостно хрюкнул Март. - Окаааай, у меня как раз есть время научить парней с дневной смены плести волосатые сети для ловли минтая... думаю, они оценят. Особенно если доктор им скажет, что это и есть настоящая, исторически достоверная рыба-март. - Я даже не удивлюсь, если так оно и есть, - мрачновато откликнулся Лись. - Ладно, я домой погнал. Мне надо иногда отдыхать от вашего реалити-шоу "В гостях у Кафки"... - Кек, - согласился с ним Март, вонзая сахарные клычки в очередной карандаш и раздумывая над тем, где бы оперативно надыбать кулинарную книгу "Сто вкусных и полезных блюд из колбасы". А Лись, раздумывая над тем, где бы надыбать садовый фонарик - так, на всякий случай - добрался до общаги. И прямо возле подъезда наткнулся на трёх быковатых парней в спортивках - обитателей соседнего блока. Сильно вздрогнув от неожиданности и уронив своего пергаментного журавлика в грязный подтаявший снег, Лись скомканно выговорил нечто типа "Дбрвчр" и попытался аккуратно просочиться мимо этих люберов 2.0. - О, интеллигенция, - изрёк один из них, и дружески вмазал Лисю кулаком по плечу. - Не шатался бы ты один так поздно, сам знаешь, какой у нас райончик... Ты если опять от родни из своего Мухосранска поздно приедешь, звякни нам, мы с пацанами встретим, без б. Да и вообще заходи почаще, с нас пивко, с тебя закусь... - Ла-адно, - протянул Лись, целлулоидно улыбаясь и полнясь странными подозрениями. Он начал подниматься по растрескавшимся бетонным ступенькам к входу в общагу. Но на середине лестницы не выдержал, обернулся - чтобы почти без удивления увидеть, как все трое парней, толкаясь плечами, жадно облизывают оброненного им журавлика, пытаясь оторвать себе кусок пергамента побольше. Q.E.D., как сказал бы доктор Шаттенштерн.