Боги Эквестрии

Глава 14 Теория магии

      Сон Каденс, как обычно, был… Миленьким и, что уж там говорить, приятным. В нём она снова нянчила своего первенца, напевая ему простую песенку про пегасов. Даже жаль, что придётся разрушить такую идиллию. Но у нас и так нет времени на этот бесконечный сон ни о чём. По-хорошему, её уже лет десять надо было учить, а не ждать, пока её истинная сила пробудится, но сестре виднее. Так что имеем то, что имеем, и теперь она будет расплачиваться за это ожидание. Хотя, может так даже лучше? Всё-таки учить с нуля легче, чем переучивать. Сейчас же, пора приступать к первому уроку.       — Не знал, что у тебя уже есть ребёнок, сестрёнка!       — А? — сон изменился, и её разум сбросил оковы сонной прострации. — Где я…       — Во сне, естественно. Так, ребёночка мы уберём и доработаем окружающий мир. Например, так. — мгновение, и мы уже в абсолютно типичном классе для студентов, с тем отличием, что класс маленький, всего на десяток мест, и только с одной партой и стулом, а за моей спиной не доска, а экран, который отображает то, что я захочу. — Итак. Приступим к нашему первому вводному уроку. Готова?       — Наверное. — ответила принцесса, совершенно сбитая с толку столь резкой переменой сна.       Так. Понятно, ещё не готова. А если так? Маленькая молния из стула жалит Каденс снизу, заставив ойкнуть и чуть подпрыгнуть вверх. Заодно, я незаметно накладываю на неё сложнейшую вязь учебных чар. Ещё не хватало, чтобы она забыла что-то из урока.       — Ай. Больно! — юная принцесса, насупившись, посмотрела на меня, потирая пострадавший круп.       Я только хмыкнул на это заявление. Бедняжка даже не знает, что значит по-настоящему больно и жестоко. Вот Шайнингу больно, а это... Даже не щекотка, но она должна стать не воином, а творцом, и потому только мягкий подход, без всякого там кнута, вроде принудительных смертей для нерадивых учеников.       — Это не больно, это чуть щекотно. Итак, приступим. — подхожу к ней и сажусь напротив. — Для начала скажу, что сейчас ты обладаешь абсолютной памятью и запомнишь всю информацию, которой я с тобой поделюсь, поэтому, советую сосредоточить внимание на уроке, иначе, запомнишь много постороннего мусора. Дальше наши занятия будут длиться под двадцать-сорок часов субъективного времени. — от такого заявления, ей даже поплохело. — Успокойся. Это не сплошные часы занятий. — поспешил я её успокоить. — Ты их пока не выдержишь, поэтому, с перерывами на отдых. Заниматься ты будешь часов тридцать каждую ночь. Всё ясно?       — Тридцать… — пролепетала розовая кобылка рассеянно, вновь опускаясь за парту.       — Да. Сначала короткие уроки, потом нарастим учебное время. Итак. Приступим к нашему первому уроку. Для начала разберём, что есть магия вообще.       — Ну, магия… — она сейчас выглядела словно обычная ученица, которая попытается пересказать мне весь тот бред, что записан в учебниках.       — Даже не пытайся отвечать, — я протестующие махнул передней ногой, — А лучше, слушай. На самом деле, посредственные маги мало что знают об истинном положении вещей, и то, что я тебе буду рассказывать, тайна, которую тебе нельзя разглашать. Это ясно?       — Почему?       Я задумался, стараясь подобрать объяснение попроще.       — Понимаешь, пони эти знания ни к чему. Как ты знаешь, чем больше могущество, тем опасней маг для окружающих. Вот представь, что в каждом городе будет сидеть свой потрясатель мира, способный этот самый город на ноль и помножить, тупо по ошибке, а магия, в итоге, станет уделом лишь проклятых единорогов, алкающих только силы ради ещё большей силы. Тем более, официального уровня познаний в магии пони и так с головой хватает для жизни, а более, для свободного пользования, и не нужно. Ты же получишь куда как более совершенное понимание магии и мира, как и некоторые другие пони, которые своими делами доказали, что достойны этих знаний и силы.       — Есть и другие?! — не на шутку заинтересовалась Каденс.       — Конечно. Все, кто достоин и желает получить эти знания, получают их. Разумеется, с условием молчания, но при этом, они становятся не просто стяжателями знаний, а незримыми защитниками мира и покоя. Победив Кризалис и Сомбру ты доказала, что достойна встать в их ряды, и потому я здесь.       — Только поэтому? — внешне невинный вопрос, тем не менее, порождал в ней уйму сомнений.       — И потому, что ты аликорн, конечно. — согласился я. — Потенциально, ты способна на поистине великие деяния. Остальные учатся в специальных скрытых заведениях, которых официально не существует, или индивидуально у мастеров, но ты другой случай. Всё понятно?       — Наверное… — рассеянный ответ полностью соответствовал хаосу и сумятице в её мыслях.       Не. так дело не пойдёт. Небольшой импульс ментальной магии очистил её головку от всего этого непотребства, сделав мысли кристально ясными и чистыми. Жаль только, эффект быстро проходит, но для начала хватит.       — Итак. Есть Хаос, есть Порядок и они абсолютны. — начал я излагать основы нашего мира. — Всё наше сущее, и не только наш частный случай, есть, по сути, смешение энергии Хаоса и Порядка. В чём-то больше хаоса, и это сырая или дикая магия. В чём-то больше Порядка, и это инертная материя. Но, по сути, магия и материя суть одно и тоже, только в разной форме. Как лёд, вода и пар. То есть, всё вокруг: я, ты, мир, сон - это просто упорядоченный хаос или хаотичный порядок. Просто... в чём-то порядка больше, в чём-то меньше. Про разные оттенки магии вообще говорить нечего. С высших измерений они почти не различаются, по сути, являясь одним и тем же. Это понятно?       — Да. — утвердительно кивнула головой розовая аликорн.       Хотя, я то вижу, что она с трудом принимает материал. Слишком он чужд её представлениям о мире. Ну, да ладно. Продолжим.       — Есть приблизительная градация хаоса и порядка. На одной стороне абсолютный хаос, на другой абсолютный порядок. Кстати, время - это тоже упорядоченный хаос. Фактически, время - это хаос порядка.       Так. У неё сейчас мозги заклинит. Значит, пока не стоит в эти дебри углубляться.        — Ладно. Про время потом поговорим. В общем, хаотическая магия - это вся та пакость, которой можно творить на собственной «хотелке». По сути, её можно описать так: «я хочу». То есть, адепт магии хаоса просто желает чего-либо, вкладывает волю своей души и получает нечто вроде того, что хотел. В представлении магической науки это называется замещением силой.       — Так её все используют! — встрепенулась Каденс от такой новости.       — Да, магия вообще основана на хаосе, поэтому каждый маг, в какой-то степени, творец хаоса. Как ты знаешь, у такой магии есть свои особенности и опасности, и чем больше маг полагается на силу изначального Хаоса, тем менее предсказуемый у него выйдет результат.       — Хотел торты, а вышли порты. — улыбнувшись, выдала Каденс детскую страшилку.       — Нуууу… Вроде того. Но истинный маг хаоса способен совладать с этой силой. По крайней мере, отчасти. Для неё нужна чудовищная мощь и дисциплина разума, потому что иначе, выйдет что угодно, но не то, что нужно. При этом, законы мироздания локально меняются, на что попало, тем самым, разрушая сам мир. А ещё, у таких хаотиков с головой проблемы. В общем, энергия Хаоса на разуме сказывается не лучшим образом. Могущественные маги хаоса поголовно психи, по крайней мере, с нашей точки зрения. Но на самом деле, они просто ОЧЕНЬ хаотичные. В общем, сильный маг хаоса - это ходячая катастрофа. Ну, ты и сама одного такого видела.       — Но я не знаю ни одного мага хаоса. — удивилась кобылка, даже не осознавая своего знания.       — Я про Пинки Пай говорю.       — Она — маг хаоса?! — не на шутку удивилась Каденс, пытаясь осознать факт того, что земная пони может быть магом, да ещё и хаотиком!       — Да. Только довольно слабый и безобидный. Счастье, что она помешана на вечеринках. А вот, будь она злой, все бы вокруг кровавыми слезами умылись. Пинки достаточно только сильно пожелать обычному пони смерти, и он умрёт от несчастного случая. К счастью, она не такая. Суть магии хаоса в том, что ты должен знать, чего желаешь, но совершенно не обязательно знать, как этого добиться. Это просто произойдет. Магия хаоса самая простая и древняя магия в нашем мире, её ещё можно назвать протомагией, отчего, ею владеют все живые существа. И да, для неё рог совершенно не нужен, достаточно обладать разумом и волей.       Каденс потребовалось пару секунд, дабы осознать мои слова, после чего на её милом личике застыл немой вопрос. Настолько очевидный, что не требовал даже чтения мыслей.       — На самом деле, всё ещё сложнее и, одновременно, проще, с какой стороны посмотреть, но да, магия хаоса так же известна тебе под названием случайность или удача. Видишь ли, Каденс, разумные всегда чего-то желают, такова наша природа, от которой нам не уйти, и если у них достаточно для этого силы и воли, это происходит, а если недостаточно, то вероятность события возрастает на некую величину. Например, если я сильно захочу, я всегда буду выкидывать на любом кубике то число, которое пожелаю, и все маги мира не смогут разглядеть подвоха, сколько бы не пытались.       — Это как? — ещё более запуталась молодая принцесса.       — Механизм будет зависеть от вложенной силы желания. На минимуме, я просто случайно кину кубик именно так, что он упадёт правильно, так как в момент броска уже можно смоделировать дальнейшее движение кубика и знать, что выпадет. По сути, я неосознанно кину его правильно, так, что по законам мира он ляжет нужной стороной вверх. В более жёстком варианте, может быть что угодно. Например, все грани станут нужными или кубик просто прилипнет противоположной гранью при падении. Вариаций не счесть, но факт в том, что результат будет один и тот же, и он будет аномален для мира. То есть, произойдёт нечто невозможное, а это и есть истинное проявление магии хаоса.       — А в чём тогда смысл более сложных вариантов?       Странно. Почему именно эта деталь её заинтересовала? С другой стороны, интерес ученика надо поощрять.       — В том, что не я один желаю чего-то. В той же игре в кости, при своём броске ты желаешь, чтобы выпала нужная грань, но твой соперник желает, чтобы выпала другая. Происходит конфликт воли и тогда, два не осознающих этого мага хаоса начинают подавлять друг друга. С другой стороны, когда двое пони желают одного и того же, их магия взаимно усиливается.       У Каденс словно молнией промелькнула безумная мысль из событий недавнего прошлого.       — Так кристальные пони… Они… — я только кивнул, подтверждая её догадку.       — Молодец. Сразу поняла. Их общее желание отдать магию и спастись от Сомбры было так велико, что породило довольно могущественную силу, но ты сказала А, а теперь скажи Б.       — Желания Эквестрийцев. — ахнула Каденс, осознав толику истинного положения дел в нашем мире.       — Именно. — я с улыбкой кивнул догадливой ученице. — Желания не отдельных разумных, а целых народов или миров имеют колоссальную силу. Они могут противоречить друг другу, и тогда выйдет просто бурлящая, как попало, сила случайностей, словно суп в кастрюле. Именно это и можно наблюдать, оказавшись в пространствах между упорядоченными вселенными. Но если народ един в своих желаниях и мечтах, то они будут сбываться, даже если всё будет против них. Просто случайности сойдутся так, как надо, вероятности станут законами, а законы мира могут быть сломаны их совокупной мощью.       Замолкаю, давая ей осмыслить относительно простые вещи, которые должен знать каждый уважающий себя правитель. Выждав, пока она примет эту информацию, я продолжаю.       — Это, в свою очередь, порождает особенность слов принцессы, влияющих на настроения масс. То есть, если ты заставишь кристальных пони во что-то поверить, то их вера может сделать правдой даже ложь. Пример этому тоже есть в твоём недавнем прошлом. Ты не была настоящей правительницей Кристальной Империи до того, как кристальные пони не поверили в то, что ты их правительница, но как только они в это поверили, ты ею стала.       — Мне кажется, это немного другое. — отрицательно мотнула гривой принцесса. — Признание власти подданными не относится к магии.       — Ох, Каденс. В нашем мире всё относится к магии. Куда не плюнь, везде магия. Большинство пони просто не умеют её видеть, считая, что всё случается по воле случая, но правда в том, что у всего есть причины и следствия, без исключений. Ничто не происходит просто так и всё имеет свои последствия. Просто разница в том, что я вижу причины и следствия, а ты пока нет. Возвращаясь к твоему признанию принцессой.       С этими словами я наколдовал небольшой графин с соком и пару стаканов. Выпив свою порцию, я поставил второй наполненный стакан на парту перед Каденс и продолжил.        — Когда магия кристальных пони признала тебя своей правительницей, она по особому изменила твоё духовное тело, наделив тебя тем, что называют аурой власти. Она сделала тебя более авторитетной в глазах других разумных и, особенно, в глазах самих кристальных пони. Ты уже должна была заметить, насколько по-другому к тебе стали относиться за последние месяцы.       — Ну, я не думаю, что это так важно. — смутилась кобылка, отпивая сока из своего стакана и вспоминая все странности, что случились с ней в последнее время, а их, в её довольно умной головке, собралось немало.       — Потому что понятия не имеешь, насколько велика может быть твоя власть над умами пони. Поэтому, мы и будем учиться подавлять эту силу на наших занятиях.       — Подавлять? — вновь удивилась новоиспеченная принцесса. — Но я думала, что… Я наоборот, буду учиться использовать мои силы?       — Именно свои, а не заёмные. — поправил я её.       Молодец она. Поняла всё правильно, хотя пока и не осознала.       — Слышала такую фразу: «Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно»?       — Но это же глупость! Принцесса Селестия не такая! — в ужасе вскрикнула моя новоиспечённая ученица.       — Именно потому, что постоянно подавляет эти заёмные от других силы, не позволяя им отпечататься в своём духовном теле и вскружить голову. — успокоил я не на шутку взволновавшуюся кобылку. — Но механизм этого безумия до смешного прост. Пони просто соглашаются с любым бредом, который ты излагаешь. Никто не говорит тебе, что ты глупая и недальновидная, даже если это и так. В результате, разумный утрачивает критичность мышления и адекватность виденья мира. Каденс, ты даже не представляешь, какое чудо совершила сестра, выкорчевав эту дрянь из Эквестрии.       — Конечно! Принцесса точно не такая! — вновь оседлала любимую волну принцесса кристальных пони.       А я только хмыкнул.       — Подумаешь, «Селестия не такая». Это ей не так сложно скинуть с себя эту дрянь, но вот сделать так, чтобы чиновники не были подвержены этой болезни, совсем другое дело. Но это не тема наших занятий. Если захочешь, сестра потом тебя сама просветит в деле бюрократии, я же — не совсем по этой части.       Каденс мысленно сделала огромную зарубку у себя в памяти, попросить Селестию рассказать о столь животрепещущей теме, с которой она столкнулась совсем недавно, когда с ужасом осознала, насколько в самых неожиданных аспектах жизни кристальные пони не похожи на эквестрийцев.       — Как у довольно могущественного существа, — продолжил я, — Твои желания имеют необычайную силу, поэтому тебе надо быть очень аккуратной в своих мечтах, дабы они не воплотились как попало. Например, ты хочешь ребёнка. Причём, довольно абстрактного.       — Разве это плохо? — удивилась ученица, пытаясь осознать мои слова.       — Конечно, да! Ты хочешь обычного жеребёнка, единорожку или пегасика, а в результате, у тебя родятся самые обычные дети-пони, в то время как ты, потенциально, можешь родить аликорна. — видя недоумение на её лице, я продолжил. — Поверь, у Вас он потенциально может родиться.       — Подожди. — взяв паузу, Каденс замахала копытом у меня перед носом, собираясь с мыслями и кристаллизуя невнятные образы. — Это что выходит? Если я поверю, что мой ребёнок будет аликорном, то он будет аликорном? А если буду верить, что он пегас, он родится пегасиком?       — Нет. — остудил я чересчур возбуждённую кобылку. — Ты просто никакущий маг хаоса, для такого чёткого контроля случайности. В твоём случае, вероятность этого события просто станет выше. Вера во что-то делает это что-то более вероятным, но не более того. Та же Радуга Деш верит, что она самая крутая пегаска в мире, и её вера в это помогла ей объективно стать такой. Но, конечно, верь она только в это, ничего не получилось бы. Нужно трудиться над собой. Но вера в свои силы — это очень большое подспорье в любом деле.       — А если не верить? Или наоборот, верить, что не выйдет?       Очень правильный вопрос, Каденс. Плюсик за внимание.       — Если не верить, то ничего и не будет, а ты останешься при своих. Только магическую силу не будешь тратить в огромных объёмах. Если же верить в свою неудачливость, то ты будешь неудачником. В Эквестрии живёт один земнопони по имени Несчастливая Подкова, который, будучи могучим магом хаоса, верит в то, что он неудачник, и в итоге, ему каждый день на голову что-то падает, а сам он не может ничего нормально сделать. Потому что, если есть хоть малейший шанс на неудачу, она случится. Просто потому, что он верит в это. Поэтому, никогда и ни при каких обстоятельствах не теряй веру в себя, иначе, ты сама себе создашь целое море проблем. Как тогда, в пещерах под Кантерлотом. Ладно. Потом углубимся в этот аспект магии хаоса. Ещё вопросы есть?       — Ну. Э… — Промямлила Каденс. На самом деле, вопросов у неё было с пару грузовых составов и ещё небольшая тележка сзади.       — Потом задашь, пока у нас вводная лекция, дабы ты понимала общую картину. Дальше идёт магия мира снов. В ней чуть больше порядка и уже надо знать, как это делается. Хотя, всё равно, творить магию хаоса здесь на порядок проще, чем в материальном мире, но при этом, нужна кристальная дисциплина, чтобы получить именно то, что нужно, а не нечто похожее. На практике это значит, что в мире снов работает почти только магия хаоса, но никак не обычные арканы.       — Но ведь, у меня вышло использовать телекинез на том кошмаре! — возмутилась кобылка и в облачке магии подняла со стола тетрадь с пером.       — Ага. Вышло, потому что ты верила в его работу. — я не удержался от улыбки, видя, что она использует для подъема предметов вместо телекинеза. — То есть, твоё неведенье было благом. На самом деле, ты не телекинез использовала, но это уже частности. Вообще, магия мира снов — это наиболее близкая к настоящей магии хаоса субстанция. Например, пожелай, чтобы на твоем столе вновь появился стакан с соком. Если тебе будет легче, представь, что он просто стоит перед тобой.       — Хорошо.       На пару минут наступила тишина, пока Каденс тужилась и надувала щёки, пыталась создать искомый предмет, но у неё ничего толком не получалось. Только лёгкая рябь реальности на поверхности парты и всё из-за её неверия в свои силы, так что, я просто создал стакан за неё.       — Молодец, Каденс. А теперь, создай ещё один стакан. Такой же, из какого ты пила. — ложь, конечно, но ложь ради веры в мире снов, это не то же самое, что просто ложь.       — Сейчас. — приободрённая «успехом», она снова попыталась создать новый стакан.       Я видел, что она на правильном пути и у неё выходит лучше, так что и этот стакан я создал сам, как и третий, и только на четвёртом она настолько поверила в свои силы, что, наконец, сумела создать пустой стакан. Он должен был получиться ещё довольно кривой, но я подправил его до аналогичного состояния. Раз за разом, она создавала стаканы с моей помощью, пока у неё не начало стабильно получаться, а в итоге, двести семьдесят девятая попытка вообще вышла на отлично. Закрепив успех ещё полусотней стаканов, я остановил вошедшую во вкус ученицу.       — Поздравляю, Каденс. Ты научилась, пусть и не с первой сотни попыток. — ха, она забавная, но соображает довольно быстро. — Да, я обманывал тебя в начале, когда у тебя ничего не выходило, заставляя тебя поверить в себя и, тем самым, научиться творить магию хаоса. Потому что иначе, тебе понадобились бы недели, а то и годы, для обретения веры в себя.       — Но всё равно, это неправильно как-то, лгать ученику. — насупилась в ответ принцесса, хмуро уставившись на целую груду стаканов, что заполонили всю парту и пол класса между нами.       — Считай себя маленьким жеребёнком, который просто не может принять всей правды и которому няня должна объяснить сложные вещи простыми словами. Так сказать, помогать малышу создавать фигурки из песка, дабы у него хоть что-то выходило.       — Я не маленькая. — возмутилась это розовое чудо, «грозно» махнув копытцем, отчего, пара стаканов со звоном укатилась к стене класса.       — Каденс, тебе тридцати нет, мне же более тысячи. По моим меркам, ты вообще ещё младенец и только учишься на ногах стоять, а моя задача научить тебя бегать на них. При этом, как можно быстрее и качественней.       В ответ, снова тишина и попытка осмыслить новую информацию, с чем она довольно быстро справилась.       — Ладно. Не дуйся. Возьми конфетку. — я примирительно улыбнулся, протягивая волшебный леденец. — Можешь попрактиковаться в магии хаоса после урока, но будь аккуратна со своими мыслями и учись в сторонке от живых существ. Ну, и, хаос тебя упаси, использовать созданные предметы, как обычные. Тем более, пить или есть из их.       — Почему? — оживилась, наконец, принявшая мои объяснения кобылка и не понимая очевидных вещей.       — Потому что вода, которую ты создашь, может содержать в себе что угодно. Почти всегда нечто безобидное, но есть шанс, что она будет отравлена, или с ней будет… что-то ещё похуже. Например, вода, которая при попадании в пищевод вскипит или ещё нечто подобное. С магией хаоса никогда не угадаешь, что выйдет на самом деле. Те же чашки могут быть ядовиты или взрываться при касании, так что, без меня можешь попробовать, но я не гарантирую твою безопасность, пока ты не освоишься как следует.       — Спасибо. Я как-нибудь без неё обойдусь. — поморщилась в ответ принцесса, представив с собой нечто подобное и инстинктивно поёжилась.       — Мудрое решение. А теперь, продолжим урок. Следующая по упорядоченности — это магия материального мира. А точнее, его хаотическая составляющая. Сюда можно отнести заклинания единорогов, полёт пегасов и копытокинез всех пони, а так же, магию других народов мира, хотя и не всю. Всё это именно то, что и подразумевается всеми под словом магия, но дело в том, что магия куда шире этих понятий.       — А что не относится к магии?       — У нас статичная материя, но с оговорками. Вообще, магия - магии рознь. Вот, например, как создают свои заклинания единороги?       — Ну... — неуверенно начала Каденс, а я кивнул, подбадривая её. — Направляют магию из себя в рог и мыслеобразами придают ей нужную форму. Создают аркан определённой структуры, который и выполняет работу.       — Приблизительно, так и есть. — согласился я. — Это магия на стыке хаоса и порядка. Что такое магия хаоса, ты уже представляешь, а вот магия порядка — это её антипод, называемый наукой. Для хаоса необходимо желание и сила, для порядка же надо знать законы мира и использовать их себе во благо. И чем больше ты познаёшь мир, тем более могущественным магом порядка ты становишься. Сила же магов хаоса проистекает из их воображения и внутренней мощи. Например, возьмём простое заклинание светлячка.       С этими словами я создаю между нами два внешне одинаковых шарика света. Пара секунд, и одно из заклинаний самокопируется. Проходит ещё немного времени, и из двух шариков появляется четыре, а из четырёх — восемь.       Я же пояснил свои действия.       — Сила магии порядка в том, что я использую мир и его законы для облегчения создания заклинаний. Например, я потратил на два порядка меньше силы на создание самокопирующегося светлячка, но при этом, мои знания и опыт таковы, что с меньшими силами, я создал куда больше света.       — А сколько раз они будут удваиваться? — Каденс с опаской покосилась на рой источников света у меня над головой, который всё разрастался с каждой секундой.       — В теории, безконечно. Я не добавлял туда ограничители, но они скоро сломаются из-за особенностей мира снов, и это подводит нас к новому вопросу: что лучше или могущественней, магия хаоса или магия порядка? Но, на самом деле, это в корне неверная постановка вопроса. Дело в том, что магия порядка завязана на использование законов мира, а хаосу плевать на законы, он сам себе абсолют. Если законы известны магу и он может их использовать, то маг порядка гораздо сильнее мага хаоса. Там, где маг хаоса поднимет камень, маг порядка вполне может повернуть реку вспять, но если законы мира изменятся, то маг порядка не сможет ничего, пока не познает новые законы мироздания, а маг хаоса даже не заметит этих изменений.       — Как изменятся?! — Бедняжка. Мне почти жаль её буксующий разум, пытающийся осознать такую простую вещь.       — Просто. Например, при переходе в другой мир. Например, в мир снов. Тут другие законы, и творить классическую магию арканов невозможно в принципе. Более того, могущественный маг хаоса может просто изменить законы мироздания по своему усмотрению. Скажем, создать возможность нарисовать квадратный круг.       Под обалдевшим взглядом Каденс, я искажаю законы метрики и восприятия этого мини мирка и рисую самый настоящий квадратный круг.       Каденс изумлённо смотрит на эту сюрреалистическую картину многомерной, постоянно изменяющейся, конфигурации, просто не постижимую для восприятия в обычной трёхмерной системе координат, но для многомерной структуры сна, в этом нет ничего необычного, хватило бы фантазии. Я даю ей какое-то время созерцать эту многомерную структуру, после чего испаряю в короткой вспышке пламени и тихонько стучу накопытником по парте, возвращая внимание ученицы к себе, пока она себе мозги в конец не вывихнула.       — Для магии хаоса, в принципе, нет ничего невозможного. Весь вопрос только в силе и фантазии мага, но подобные чудеса требуют поистине колоссальных затрат маны и силы воображения, поэтому, истинный потенциал магии хаоса раскрывается только в копытах очень могущественных существ, у которых хватает силы своей Сущности на творение чего-то по-настоящему масштабного. Обычным же пони лучше с ней не связываться вообще, оттачивая мастерство на арканах магии порядка. Им просто сил не хватит на искажение реальности по-настоящему.       — Значит, у меня есть потенциал? — снова ухватила самую суть розовая аликорн.       — Скажем так, ты входишь в десятку самых могущественных существ нашего мира. По крайней мере, потенциально. Но без опыта использования своей силы, ты очень слаба и безпомощна. Словно огромный жеребёнок, который лежит на боку и дрыгает ногами, не в силах даже встать на копыта.       На этот раз, она уже более спокойно восприняла мои метафоры, и это радует.       — Живые существа - это следующий уровень упорядочивания магии хаоса. — продолжил я свою лекцию. — То есть, все предметы, и тебя, в том числе, можно назвать очень упорядоченным хаосом или квинтэссенцией магии порядка. Так, например, с моей точки зрения, разницы между магией и телом просто нет. По своей сути, нет никакой разницы, поднимешь ли ты предмет магией или копытом. Поэтому, каждый живущий в мире творит свою магию, даже не замечая этого. Например, идя, мы расталкиваем воздух, в котором есть своя магия. Разговаривая, заставляем колебаться тот же воздух и интерпретируем колебания как информацию, и, тем самым, мы каждый раз изменяем мир. Пусть в самой малости, но всегда.       — Тень, но если наши тела это ещё более упорядоченная магия, то и затраты сил должны быть меньше? — задала резонный вопрос принцесса.       — Конечно! Собственно, даже творить магию порядка непросто и требует определённых магических сил. Большинство единорогов просто не могут сотворить нечто существенное без сложных арканов, поэтому магия такая сложная. Она позволяет с минимальными затратами своих сил делать великие вещи. Другими словами, позволяет с минимальным напряжением направлять на порядки больше силы для совершения работы. И это при том, что среднестатистический пони очень силён, по меркам магов. На самом деле, любая магия очень манозатратное дело, которое мало кому по крылу. Тот факт, что все пони могут хоть немного колдовать, скорее, исключение, чем правило.       — Я как-то не думала об этом.       — И именно для этого я здесь. — я не смог сдержать улыбки. — Последняя ступень порядка - это, по существу, сам порядок, без хаоса. Самый известный пример - это Дискорд, которого мы с сестрой победили с помощью Элементов Гармонии. Вот только, ты знаешь, что мы с ним сделали?       — Обратили в камень. — наивно озвучила Каденс известный всем жеребятам факт.       — Нет. — коротко обрубил я её заблуждение. — Это только доступная для понимания обществом ложь. На самом деле, мы лишили его энергии хаоса. По сути, его как бы не существует в нашей реальности, а каменная корка всего лишь видимая бутафория. То есть, сейчас он совершенно упорядочен и абсолютно лишен хаоса, а это довольно специфическое состояние, когда внутри прекращаются любые виды взаимодействий, а скорость света равна нулю. Его ещё называют состояние стазиса или выпадение из потока времени. Если тебе это слово знакомо.       — Нет. — мотнула головой кобылка, хотя, продвинутые маги были знакомы с такой гипотетической возможностью, додумавшись до неё эмпирически.       — По существу, вся наша жизнь это хаос-взаимодействие. Дыхание, движение, даже мысли и чувства. Более того, свет, отражённый от нашего тела, или время — тоже хаос. То есть, любое изменение - это проявление хаоса. Если лишить кого бы то ни было хаоса, все процессы остановятся. И когда я говорю все, это значит ВСЕ, так что объект выпадет из привычного нам пространства. Перестанет взаимодействовать с самой реальностью, ведь время - это один из элементов хаоса. Если Дискорд освободится, то ему будет казаться, что его заточили всего мгновение назад. Субъективно, с момента заточения, для него не прошло ни одного мгновения. Время, магия, материя и пространство перестало воздействовать на него и его жизнь просто остановилась в абсолютном порядке.       — Какой кошмар! — ужаснулась кобылка новым для себя знаниям, не понимая, насколько это на самом деле гуманно.       Я не обратил на её реакцию никакого внимания и продолжил.       — Самое любопытное, что в таком состоянии он даже не способен понять, что заточён. Он просто не может думать, а значит и понять, что попался, а раз не может понять, что попался, значит, не может и освободиться от заклинания. По существу, это абсолютная тюрьма, но с одним изъяном. Стоит только хаосу вернуться в него извне, как он очнётся таким же, каким и был в момент заточения, так как для него заточения как бы и нет. В целом, ты поняла, что есть хаос и что порядок?       Принцесса утвердительно мотнула головой.       — Наверное. А переходы всегда такие резкие?       Ты смотри, а малышка не перестаёт меня радовать. Всё-таки, потенциал у неё есть, и немаленький, а в головке присутствуют, какие-никакие, но мозги.       — Нет. Это условности нашего мироздания. Или по простому, нашей реальности, которая к слову, выглядит так. — за спиной у меня разворачивается модель нашей микровселенной, с Хаосом и защитными оболочками, миром снов и материальной реальностью, но всё это без многих деталей, дабы Каденс смогла хоть что-то понять с первого взгляда. — Как видишь, для существования нашего мира надо прилагать постоянные усилия, и если защитные поля схлопнутся, то Хаос растворит в себе мир, словно море кубик сахара. Живые существа даже испугаться толком не успеют, как их материальные тела будут растворены в мешанине разнонаправленных реальностей, энергий и мерностей.       — Значит, Хаос враждебен? — какой забавный вопрос она задаёт.       — Нет. Он просто такой, какой есть… Хаотичный. — на мгновение я задумался, подбирая наиболее точную аналогию. — Ты же не будешь обижаться на воду, если упадешь в море и намокнешь?       — Нет. — кивнула ученица, понимая, куда я клоню.       — Вот и не стоит обижаться на Хаос, если он растворит упорядоченный мир. Он этого не желает. Да и вообще, истинный Хаос ничего не желает, он просто есть, и всё. Желания, мысли и цели - это смесь хаоса и порядка. Чистый порядок, как и хаос, на них просто не способен, в принципе. Истинный хаос - это непрогнозируемые изменения, поэтому, там не может быть упорядоченных структур, даже отдалённо похожих на мысли, а истинный порядок не способен меняться в принципе, а значит, думать. Такова их природа. От их соприкосновения были порождены все реальности, в том числе и наша, но об этом потом. Главное, что ты должна понять: всё в мире суть едино и неразрывно связано между собой, поэтому, использование мыслей, магии, материи, как и их взаимодействие, по сути, есть взаимодействие хаоса и порядка. Это ясно?       — Не очень. — смутилась Каденс, мучительно пытаясь принять новую для себя правду, но не в силах заставить себя поверить в неё до конца.       — Из этого вытекает довольно важная вещь. — Я проигнорировал эту проблему, продолжая рассказ. Со временем она поймёт и примет, а пока, пусть просто знает. — Так как всё вокруг нас можно считать магией, то и мы сами, по своей сути, являемся воплощением этой самой магии, называй, как хочешь, и именно поэтому, мы способны с её помощью воздействовать на мир. Как я говорил, если я с помощью магии подниму предмет, то, по сути, это ничем не отличается от поднятия его копытокинезом. Отсюда следует следующий вывод. Кем бы ты ни был: земнопони, пегасом, единорогом или аликорном, твои магические возможности от этого не сильно зависят. Разница есть, но не принципиальная.       — Но разве мы и единороги не природные маги?       — У нас есть рог, и это плюс, но с другой стороны, у нас есть рог, и это минус. — выдал я забавный каламбур, после чего пояснил. — Ведь по существу, рог - это отличный инструмент для манипуляции энергиями тонких полей. Как ноги - это заклинания для движения, руки - это заклинания для манипулирования материальными объектами, так рог - это заклинание для управления магией. Настолько хороший, что он затмевает разум и не даёт увидеть настоящее положение дел. Да, с ним овладеть магией может любой единорог, почти не прикладывая усилий, этакий, врождённый талант, но он не сможет легко научиться ничему большему, кроме как телекинезу или другой мелочевке. Без долгой тренировки и учёбы, рог превращается в костыль для здорового пони. Если пегасы или земнопони прикладывают столько сил для овладения магией, как выдающиеся единороги, то они творили бы её не многим хуже. Рог, конечно, остаётся огромным преимуществом, но не меняет картину принципиально. Многие и так постоянно используют магию, даже толком не осознавая, что делают это. Большинство не шибко умных пегасов свято уверено, что летают на крыльях, но на самом деле, крылья только придают форму их природным заклинаниям, за счёт которых они и летают. По сути, крылья пегасов - это тот же рог, только заточенный под другие задачи, как и легендарная выносливость и сила земнопони ни что иное, как магия, дублирующая работу их мышц, и она присутствует в них с рождения. По сути, все три племени очень одарены магией, пусть каждое и по-своему.       — Но если это так, то можно ведь совместить разные таланты. — высказала идею Каденс. — Например, сила земнопони в теле пегаса.       Всё-таки, смышлёная мне попалась ученица. Не гений, конечно, но работать можно.       — В теории, да, но на практике, у пони банально не хватает времени даже раскрыть до конца свой собственный талант, так что нет смысла лезть туда, где ты бездарен, когда можно развивать то, в чём ты талантлив. Результаты будут просто несопоставимы.       — Но аликорны ведь владеют всеми этими талантами. — смутилась ученица, расправляя свои крылья.       — В теории, да, — я утвердительно кивнул, — Но на практике, ты сама живое доказательство невозможности овладеть всеми этими талантами за короткое время. Кое-как только летать и умеешь, а физических силёнок у тебя почти нет, да и магией владеешь, абы как. При этом, ты уже прожила не так мало, по меркам смертных, но толком ещё ничему не успела научиться. Так зачем много талантов, если их просто не успеешь развить и использовать?       — Наверное. — смущённо улыбнувшись, Каденс попыталась перевести разговор на не столь щекотливую тему. — А как ещё пони неосознанно используют магию?       — Ну… — я задумался, подбирая варианты. — Например, Эпплджек умеет стряхивает яблоки ударом задних ног, да так, что все яблоки падают точно в корзины. При этом, кора дерева не получает повреждений. Вот. Сама попробуй повторить этот трюк и поймёшь, что без магии ничего не выйдет и ты, скорее, сломаешь дерево.       — А как же она это делает?       — Просто неосознанно создаёт нужное заклинание на поверхности задних копыт в момент удара. Оно срывает все яблоки и кидает их в разложенные под деревом бадьи. Причём, не давая им разбиться при падении. Это часть её таланта фермера. Более чем уверен, ты такое даже с помощью рога не повторишь. По крайней мере, без специальной и непростой тренировки.       — Наверное. — вынуждена была согласиться принцесса, с грустью думая обо всём том, что она ещё не умеет.       — Выше нос, милая. Ты — аликорн, причём, невероятно сильный, — я легонько взлохматил ярко-розовую чёлку своей ученицы, — А Эпплджек — земнопони, пусть и сильно одарённая. Она не видит в этой магии ничего особенного. У них в роду все так могут. Её бабушка ещё и не такие вещи откалывает. Видела бы ты, как она магией владеет, обзавидовалась бы. А всё потому, что магию порядка можно творить всем объёмом тела, хотя, проще всего поверхностью и, особенно, конечностями. В этом и суть рога. Он специально для этого предназначен, просто потому, что рог имеет специальные магические структуры, облегчающие формирование заклинаний с рождения. И каждый раз, творя заклинание, единороги адаптируют магию рога к ним. В копытах, подходящих структур по началу почти нет, и приходится их создавать и развивать с помощью магии хаоса и собственной веры. Есть ещё другие, не столь явные различия, но они не принципиальны. Ещё есть отдельный вариант создания заклинаний во рту. Этим драконы славятся. Их пламя, по сути, то же самое заклинание, что и полёт у пегасов. Оно не требует знания для использования. При желании, любой пони может выдохнуть струю пламени, была бы поставлена цель и тренировки налажены.       — А Вы можете? — Фи. Какая наивная проверка.       — Легко. — Выдох, и изо рта вырывается лёгкое облачко серебристо-тёмного огня. И всё это, прямо над головой Каденс. — Ничего сложного. Примитивнейшая магия. Ты тоже скоро научишься подобной ерунде.       — Но тогда, почему все пони не владеют этим, а только единороги и мы?       — Так исторически сложилось. Во-первых, вся практическая магия заточена на использование рога, которого у других нет, так что пегасам и земнопони пришлось разрабатывать свою собственную систему природных заклятий и наговоров. Это всё у них есть, просто не называется магией и используется куда как менее явно. Да и не требует это особого образования для овладения основами. Та же воздушная академия или институты обучают пегасов и земнопони владеть своей природной магией. Причём, на довольно высоком уровне. Вторая причина — это сам рог. С его помощью легко овладеть азами магии за месяцы, да и вообще, творить заклинания. В то же время, лишённым рога потребуются годы, если не десятки лет для подобного реального результата, потому, большинство других пони просто не заморачиваются этим и не вдалбливают эти идеи своим жеребятам. По сути, рог даёт хороший старт и делает единорогов эффективными магами, а их количество почти сводит на нет весь смысл массовой подготовки у других рас. Только относительно небольшой процент пегасов и земнопони овладевают магией по-настоящему. Например, у тех же зебр своя особенная школа магии, хотя рога, как ты знаешь, они не имеют. А существует их школа только потому, что там не живут единороги со своей более удобной магией. И потому зебрам пришлось идти по более сложному пути, и именно правильному использованию магии мы с тобой и будем учиться с самого начала. Так что забудь пока про свой рог на наших уроках. Пока он тебе больше помеха.       — Но это ведь займёт много времени.       — А вот тут ты ошибаешься. Ведь, я могу на порядки ускорить процесс обучения, позволив тебе сломать самые тяжёлые преграды за месяцы, ну, возможно за пару лет, но после всё будет куда проще.       — Так есть какой-то секрет? — подалась вперёд ученица, мило хлопая своими длинными ресницами.       — Всё просто, моя милая. — я выдержал театральную паузу, а потом, со зловещей ухмылкой закончил. — Я просто подчиню себе твоё тело и магию и начну творить волшбу вместо тебя.       Полыхнувший от неё ужас был забавен, но дела превыше наших желаний.       — И нечего так бояться, моя маленькая. — я, неожиданно для ученицы, увеличился в размерах, тёмным гигантом нависнув на сжавшейся в комок принцессой. — Это почти не больно, но зато, ты быстро поймёшь, как надо правильно работать с магией. Это как ходить научиться. Раз пошла, а дальше уже просто.       — Не надо! — разнёсся по классу мелодичный голосок богини любви и Каденс попыталась отшатнуться, но куда там.       Пытаться сопротивляться мне в моём же мире. Ха! Бессмысленно. Особенно, так неуклюже.       — Надо, Каденс. Надо. В этом и суть наших уроков. Я дам тебе невероятную практику, которую больше никто не сможет дать, а не унылую теорию, которую можно достать из тривиальной книги. Потом ещё поблагодаришь меня за эти уроки. И не беспокойся, в твои мысли я лезть не буду. Я и так их знаю.       Усыпанное звёздами облако моей гривы резко притянулась к ошарашенной Каденс и её потоки живыми струями тумана вошли в её тело, тысячами нервных каналов соединяя наши разумы напрямую.       — Аааааааа….       Я блокирую ей возможность кричать. Лишний шум нам ни к чему.       Не слишком приятное чувство конечно, но боль — лучший индикатор правильности соединения. Ну, вот и всё. Несколько секунд родовых мук, и теперь у меня два тела, над которыми я имею полный контроль. Отпускаю её рот, давая ей возможность говорить.       — Отпусти меня! — возмущение принцессы любви потонуло в тишине учебного класса, наткнувшись на мой безразличный взгляд.       — О нет, моя маленькая. Мы ведь только начали. Смотри и учись. Для начала, ты должна понять, что твоё тело способно на очень многое, но твой разум не может использовать этот великолепный инструмент даже на десятую часть его потенциала. Вот, например, сотня светлячков. — усилие с моей стороны, и с её рога за раз срывается целый каскад заклинаний света.       Хотя, это потребовало усилий даже от меня, так как её тело было ещё совсем не разработано и не тренировано. Словно старый ржавый инструмент, который надо чуть-ли не ломать, для хоть какого-то результата, но ничего, я тебя ещё разработаю. Будешь просто летать под моими чуткими мыслями.       — Ох. — от первого импульса боли, у неё глаза становятся совершенно круглыми.       Перехватываю основную боль на полпути к её разуму и принимаю на себя. Неприятно, конечно, но ничего, потерплю. И не такое постоянно испытываю. А то, это будет перебором для малышки. Ещё вырубится от болевого шока. Одновременно, я насыщаю поражённый орган Каденс восстанавливающими заклинаниями. Не стоит ей знать, что я так же буду ломать её тело, перестраивая его под способность пропускать через себя просто титанические объёмы энергии. Ведь, без нужной конфигурации всё того же рога, творить с его помощью высшую магию крайне неудобно и болезненно. Поэтому, придётся всё довольно сильно менять, на порядок быстрее, чем её тело изменилось бы под воздействием обычных тренировок. И хотя внешне всё останется почти по-прежнему, но внутри она изменится до неузнаваемости. Станет настоящим аликорном, а не жалкой пародией на рогатого пегаса.       — Видишь, как всё хорошо выходит? А ты боялась. — попытался я пошутить, когда её боль поутихла.       — Что-то мне нехорошо. — промямлила в ответ Каденс, поймав маленький отголосок боли и уже находясь на грани обморока.       — Ничего. Привыкнешь. Это только поначалу вызывает дискомфорт. Как ты теперь видишь, ты можешь творить любую магию. Просто твой разум был не готов использовать возможности тела на полную, но мы исправим это в кратчайшие сроки и ты станешь великой волшебницей. А теперь, запоминай, как создавать защитный покров всем телом.       Выпуская поток магической энергии через поры её кожи, я формирую из неё защитную плёнку с опорой на шерстинки в качестве волноводов. Простая и очень эффективная тактика, позволяющая всегда быть готовым отразить атаку в пассивном режиме. Со временем, поддерживать такую защитную плёнку для неё станет так же естественно, как и дышать, и тогда она сможет носить её без всяких усилий постоянно.       Ощущения поначалу, конечно, те ещё. Словно её и моё тело чешется везде, где только можно и нельзя. Зуд просто дикий, но она его не чувствует из-за моих фильтров. В то же время, она ощущает весь процесс создания и поддержания самого заклинания от начала и до конца, и при этом, неосознанно запоминает всё в мельчайших подробностях. Как, под воздействием моих мыслей, плёнка защиты деформируется и играет солнечными бликами на её шерстке, постепенно уплотняясь в одних местах и проседая в других и, со временем становится невидимой.       — Ощущаешь, как всё просто?       — Это разве просто? — возмутилась в ответ Каденс, ощущая, как её сознание плывет от сенсорного шока слитых разумов, который я удерживал в приемлемых размерах, не давая ей возможности отключиться.       — Ну да. Можно сказать, элементарно. — ухмыляясь, я завершаю конфигурацию магии пассивного щита и формирую её равномерный покров.       А то, действительно ещё в обморок упадёт от сенсорной перегрузки.       — У меня голова сейчас лопнет от всего этого. — жалобно простонала будущая богиня любви.       — Не преувеличивай. Всё будет нормально. Я контролирую процессы в твоём теле и не допущу, чтобы у тебя лопнул внутри хоть один сосудик.       — У меня никогда это не получится. — вновь захныкала ученица, всхлипывая и пуская слёзы.       — Ещё как получится. Нужно только время, и всё выйдет. Это как у детей с разговором. Долго слушают, а потом раз, и заговорили. Может, ты этого и не замечала, но ты запоминаешь всё что надо подсознательно, и когда придёт время, автоматически сможешь воспользоваться этими навыками так же легко, как и всеми остальными. Сейчас тебе не надо понимать всё, что происходит, тебе надо просто запоминать всё, что ты чувствуешь, не более. До осознанного контроля магии тела тебе ещё долго.       — Просто… Это неприятно, быть марионеткой. Я не хочу! — полыхнувшая магия Каденс попыталась сбросить мой контроль и довольно грамотно, но, увы и ах, силы совершенно неравны. Хотя, попытка зачётная.       — Пойми, это необходимо для обучения. И если ты думаешь, что я восторге от всего этого, то ты глубоко заблуждаешься. Вместо возни с тобой, я мог бы заниматься сотней нужных мне вещей, но вынужден натаскивать тебя, раз ты у нас такая неопытная.       — Так не возись! — снова дёрнулась Каденс, всё ещё пытаясь вырваться из захвата.       — Мой долг — защищать этот мир, а ты очень важная его часть, — сухим тоном ответил я, продолжая перекачивать через неё потоки силы и терпя всю эту боль вместо неё, — Поэтому, я обязан обеспечить твою безопасность либо лично, либо научив тебя защищаться. Думаешь, сестра просто так изображает из себя слабую пони, показывая всему миру, насколько ты сильна?       — Всё равно, это неправильно. — выбившаяся из сил, Каденс хотела заплакать, но я не позволил этому случиться.       — Зато, это эффективно сделает из тебя сильного мага. Многие пони о таком даже не смеют мечтать, а тебе это достаётся просто по праву рождения, а ты ещё нос воротишь. Так. А теперь, усложним задачу.       Заставляю тело Каденс идти вперёд, до стены класса, а потом и по ней до потолка. При этом её копыта намертво прилипают к поверхности, не позволяя ей падать. Ух ты. В её глазах просыпается первый настоящий интерес. Не ожидал, что это произойдет так быстро.       — Как ты это делаешь? — проглотив возмущение, малышка не сумела совладать с любопытством.       — Так же, как ты берёшь предметы. Копыта позволяют манипулировать предметами вокруг себя, притягивая их к поверхности я не позволяю тебе падать. Принцип тот же самый, только силы надо прикладывать гораздо больше.       — Но это же совсем другое! — Так. Кажется, перехвалил я её мозги. Или она от шока туго соображает?       — То же самое. Я притягиваю к копыту потолок, а так, как он больше тебя, то ты его не поднимаешь, а липнешь к нему. Подобным образом можно ходить по чему угодно, игнорируя скользкие поверхности или непроходимые места. Например, идти по снегу и не проваливаться в него. Не тонуть в болоте или ходить по воде. Пегасы, между прочим, именно так по облакам и ходят, а я с помощью копытокинеза даже могу летать, отталкиваясь от воздуха. — в подтверждение, я взлетаю на пару метров и зависаю в воздухе перед изумлённой Каденс, по прежнему стоявшей на потолке вверх ногами. — По сути, пегасы делают то же самое, только площадь их крыльев куда больше, поэтому, на крыльях летать проще, чем на копытах. Хотя, при желании, любой земнопони так может научиться. В том числе, и ходить по облакам, как и пегасы. У всех пони суть довольно похожа и отличия незначительны. Конечно, если смотреть в глубину тела, а не замыкаться на рогах и крыльях.       В наступившей тишине, Каденс просто пыталась переварить всё услышанное и постепенно свыкаясь с текущим положением дел. Я не мешал, просто наблюдая за ходом её мыслей, который полностью меня устраивал.       Наконец, после двух часов хождения по стенам и потолку класса в тишине, она не выдержала и заговорила.       — Это так странно… Ощущать всё и одновременно быть марионеткой. — Ну вот, терпение дало плоды, и она уже не так брыкается. Даже пытается принять происходящие. Ничего, за месяц-другой я её перевоспитаю, и она перестанет строить из себя недотрогу. А уж когда пойдёт результат, оценит мою заботу по достоинству.       — Поначалу, да, странное ощущение, но не волнуйся, ты быстро привыкнешь.       — Можно вопрос? — О, она хочет наладить диалог. Похвально.       — Конечно. Времени у нас полно.       — Чем опасна тьма? — Я усмехнулся про себя. Ну, и вопросики у деток. Хоть стой, хоть падай.       — Почему ты спрашиваешь у меня?       — Вы — Принц Ночи, и лучше всех знаете её суть.       — Хм. Не поспоришь. В общем, если сильно вкратце, то тьма берёт, а свет даёт. Переводя на язык эмоций: тьме ближе эгоизм, свету альтруизм, поэтому, использование тьмы требует железной самодисциплины для подавления подобных порывов. Мне, лично, потребовались сотни лет на укрощение своей двойственной природы, и до сих пор она прорывается, но я был с этим рождён, а с Вами всё куда сложнее.       — Сложнее? — заинтересовавшаяся ученица полностью забыла о своей неволе, увлечённая запретными знаниями.       — Вы светлые существа. Помнишь, я говорил, что жизнь, по сути, та же магия?       — Да. — кивнула Каденс, даже не заметив сего факта.       — Так вот, Ваша энергетика светлая и она имеет… Определённые свойства. В целом, они не так важны, но в частности, важно всё. Из неё состоят Ваши тела, Ваши мысли, чувства, поступки. Если впустить в себя тьму, то магия Ваших тел будет замещаться со света на тьму. Все процессы в организме изменятся, в том числе, и личность. Это можно назвать изменением, перерождением, обновлением, искажением, но, по сути, это смерть прежней личности, как таковой, которую заменит кто-то другой. Да, он будет считать себя собой, но не будет им являться. Окружающие начнут отворачиваться от него, а он не будут понимать почему, думая, что все вокруг предатели, в то время как на самом деле, это именно он предал их и предал самого себя. В общем, связываться с тьмой — это последнее дело для светлых существ. Это точно не твой путь.       — А если немного использовать? На одно два заклинания, и всё. — Всё не унималась Каденс. И чего ей так интересна именно тьма?       Ах, вот оно что! Твайлайт рассказывала ей о своих похождениях в подвалах кристального шпиля и использовании магии тьмы, и этот рассказ сильно зацепил Каденс. Ну, что же, объяснить не сложно, раз всё так далеко зашло.       — Скорее всего, ничего не будет. Это надо по-настоящему много тьмы через себя пропустить, для заметных изменений. — сделав вид, что не заметил облегчённого выдоха Каденс, я продолжил. — Но есть один нюанс. После первого удачного и относительно безопасного раза, потянет повторить удачный опыт. Ведь всех так пугают тьмой, а она оказывается безопасна, так им покажется на первый взгляд, и это всё одна большая ловушка. Использовать второй, третий, четвёртый раз тьму действительно ничем особо не опасно. Особенно, если делать это редко, а потом использовать много светлых эмоций для очистки. Маги уверяются в том, что это безопасно и окунаются во тьму всё глубже, постепенно изменяясь внутринне. Внешние изменения наступают позже, когда тьмы в теле становится больше, чем света и тогда дорога назад почти закрывается, и пони, которого все раньше знали, становится совершенно другой личностью. Запомни, нельзя поменять свою врождённую энергетику на другую и остаться собой прежней. Главное же, падать во тьму легко, а вот потом выбраться из неё невероятно сложно.       — Но, Вы же меняетесь постоянно!       Я только хмыкнул на столь святую невинность нашей розовой принцессы. Бедняжка даже не догадывается, насколько это мучительно, тяжело и сложно, постоянно жить между тьмой и светом. Разрываться противоречиями и постоянно терять и находить себя при малейших колебаниях магии. Ощущать, как постоянно умирает и возрождается твоё Я. И ты, словно глина под своими собственными копытами, принимаешь разные формы. Давно утратив себя прежнего, я продолжал постоянно меняться, не зная, кто я есть на самом деле и кем стану в будущем, с трудом удерживая разум на грани безумия и гибели.       — Вот познаешь таинства света и тьмы, попрактикуешь их тысячи лет, тогда тоже сможешь так делать. Если случится чудо и ты с ума не сойдёшь в процессе. Поверь, я не от хорошей жизни такому научился. Эх… Не повезло мне, в общем.       — Не повезло? — продолжала допытываться Каденс, почуяв мою слабину.       Можно, конечно, рассказать. Всё-таки, она аликорн и безсмертная, овладевающая опасными знаниями. Раз об этом болтать не будет, то и об остальном можно открыться, в общих чертах. Ей будет полезно знать кое-что о нашем прошлом.       Взвесив все за и против, я продолжил объяснять.       — Очень крупно не повезло. Моя сила с рождения была тьмой. Даже в форме принцессы Луны, мой круп всегда чёрный не с проста. Даже часть моей метки закрывает тьма. Смотри. — поворачиваюсь боком и стягиваю тьму с краёв кьютимарки, обнажая круглый лунный диск и ощущая, как шерсть в этом месте светлеет и становится светло-голубой с серебряным отливом.       В ответ, только поражённое молчание и лихорадочные скачки мыслей принцессы. Выжидаю десять минут, пока она немного приходит в себя, и продолжаю рассказ.       — Метка и луна дали мне свет. Пусть тусклый и слабый, но, всё-таки, свет. Во мне сошлись два противоположных начала. Изначальная тьма и внедрённый извне свет. Они разрывали меня, калечили изнутри, что, в конечном счёте, привело к известным тебе событиям, известным, как восстание Найтмер Мун. Я была наивна и глупа. Не понимала, насколько большая опасность заключена во мне по милости наших создателей, пока не стало слишком поздно и я не очутилась на луне, отрезанная от всего остального мира. Сестре повезло куда больше…       — А что у неё за магия? — живо перевела неудобную тему Каденс, пропуская большую часть моих мыслей мимо своих ушек. Может, это и к лучшему? Пока о подобном ей рано размышлять.       — У Селестии врождённый свет и приобретённый огонь. Не идеальное сочетание, но крайне близкое, поэтому, у неё нет и не будет таких проблем с психикой, как у меня в прошлом. А у тебя изначальный свет, как и у большинства пони, к которому была добавлена любовь. Гармоничное сочетание, где оба элемента дополняют и усиливают друг друга. Причём, любовь в тебе сейчас доминирует, а вот в будущем, по мере твоего развития, свет окрепнет и немного потеснит любовь. Тогда ты изменишься. Но до этого ещё десятилетия, а то и столетия твоей жизни.       — Изменюсь? — дёрнула Каденс своей милой головкой, с опаской смотря под ноги, которые всё так же медленно переступали по потолку учебного класса.       — Ты этого не заметишь, на фоне остальных возрастных изменений. Кстати, именно подавление нашей изначальной силы объединяет нас. У остальных пони их метка не подавляет носителя, а дополняет его. У нас же не так.       — А как?       — У сестры изначальный свет был на корню задавлен огнем солнца, причем, в таких количествах, что самого света было почти не видно, и её магией стала огненная стихия, которая составляла большую часть её личности до моего изгнания. Сейчас она наоборот, в основном, свет с примесью огня. У меня изначальную тьму почти уничтожил лунный свет. Вот только, тьма поглощает и выживает и не в таких ситуациях. Как итог, раздвоение личности, психоз и изгнание.       — Так это магия виновата в том, что ты… — она характерно поводила копытом у виска. — Ну, иногда немного того…       — Скорее, моя природа или то, чем меня сделали. Там был огромный комплекс проблем, который вот так, с наскоку, было не решить. Это намного позже я разобрался во всём и понял причины произошедшего. Вот только, на это мне потребовалась тысяча лет. Даже сейчас не всё полностью понятно и некоторые детали ускользают от меня.       — Я не думала, что это так важно, какая магия тебе подвластна.       — Это всё равно, что сказать. Не важно, из чего состоит твоё тело, или не важно, каким образом ты думаешь. Это очень важно для понимания общих закономерностей психики разных существ. Конечно, свет свету рознь, но любой свет по своей природе будет куда ближе другому свету, чем тьме, не говоря уже о хаотиках.       — А какие ещё бывают виды магии?       — Самые разные. Хотя, для пони не характерны другие основы, кроме магии света, но метка не подавляет, а немного меняет изначальный свет. Наносная магия из метки может быть вообще любой. Твайлайт получила много порядка от своей метки, поэтому она такая правильная и ответственная. Рерити магию кристаллов, родственную земле, но ещё более стабильную производную от порядка, поэтому она такая перфекционистка и, одновременно, альтруистка. Эппл Джек — природная магия растений, простая и незамысловатая, отсюда происходит её честность, так как растения не умеют лгать, и, как следствие, их энергетика дополнила эту черту в её личности. Радуга Дэш — элемент воздуха и шторма, состоящий из воды и молнии и который наложился на её духовный свет. Отсюда и появилась радуга, как преломления света в шторме. Особняком стоит Флаттершай. У неё уникальная магия, не похожая ни на что в мире. Это просто надо уметь чувствовать, а не объяснять на словах.       — А мой Шайни?       — Порядок, как и у его сестры. Но если она просто сильный маг, который притягивает других, то он защитник, с основной прерогативой защитить тех, кто ему дорог любой ценой. Так что не советую давать ему шанс помереть ради спасении важных для себя пони. Умрёт без всяких колебаний.       — Так Кризалис выбрала его не случайно? — спросила Каденс, стыдливо отводя взгляд и не желая показывать свои смущённые глаза.       — Нет, конечно. — остудил я её пыл. — Просто, твоя личина подходила ей идеально, а такой возлюбленный ещё больше. Как только он посчитал её своей пони, то полностью открылся и его было легко подчинить. В каком-то смысле, они любили друг друга по-настоящему, отчего, смерть за неё для Шайнинга была само собой разумеющейся, и это не позволило Селестии победить Кризалис лично. Хотя, по секрету, она особенно и не пыталась.       — Но почему, если она могла всё исправить!?       — А разве произошло нечто непоправимое или по-настоящему плохое? Кто-то сильно пострадал или погиб?       — Н… Нет, но могло. — упрямо проговорила по-прежнему шагающая туда сюда по потолку принцесса, больше для себя, чем для меня, и пытаясь убедить себя в ложности моих слов.       — Селестия предпочитает позицию ментора, который приглядывает, но не вмешивается, пока ситуация решаема другими. А так как ситуация не дошла до критической и вы справились сами, то в её вмешательстве не было смысла. Только одна польза в итоге, ведь ты раскрыла свой потенциал.       — Как-то неправильно это… — ещё одна попытка, но я не дал ей договорить такую глупость.       — Ты не ребёнок, чтобы за тобой яблоки убирать, ты аликорн. Как наша сестра, ты имеешь полное право на свой собственный путь. Или ты действительно хотела быть марионеткой в её копытах?       — А кто я сейчас? — тяжело вздохнула розовая кобылка, сдувая с глаз непослушную челку.       — Моя ученица, которая постигает азы магии. На твою личность, свободу воли или возможность самой решать свою судьбу я не покушаюсь, как и Селестия. Я только учу тебя использованию магии и делюсь безценным знаниями. Вне урока, ты можешь поступать как захочешь. Кстати, как самочувствие?       — Плохо. Всё тело словно чешется и я чувствую, как кровь течёт в сосудах и сокращается каждая мышца. Это мерзко. — сморщившись, она попыталась отогнать свои ощущения, но я их чуть усилил.       — Это необходимо. Ты должна овладеть своим телом, перед тем как приступать к манипулированию магией вне его. Поверь, это куда как более простая задача. Ничего больше необычного не замечаешь?       — Это сон. Здесь всё необычно.       — Лучше показать, чем объяснять. Сейчас я отпущу контроль над твоими мышцами и ты должна идти дальше. Копыта также сами будут липнуть к поверхности. Готова?       — Да.       — Приступаем.       Секунда, и движения принцессы сломались. Вместо обычной ходьбы у неё вышло целое представление, в котором она пыталась двигаться по кругу. Жалкое зрелище. Словно за инвалидом наблюдаешь. И вот как её надо натаскивать?       — М-да... Всё хуже, чем я думал. Но ничего, справлюсь за десяток лет как-нибудь.       — Это всё ощущения. Они мешают двигаться! — возмутилась принцесса, так и не сумев пройти полный круг по потолку за целых пять минут. Тогда как раньше, три штуки наматывала за минуту.       — Тогда давай пройдёмся по обычной поверхности. — прохожу её телом по стене на пол.       Наблюдая, как она идёт, мне хотелось побиться головой о стену. Она даже ходить нормально не умеет! О какой магии вообще может идти речь! Никаких десяти лет! Если повезёт, минимум двадцать на вдалбливание основ!       — Мне кажется, или я сама себе мешаю? — наконец, до неё начала доходить вся кошмарность ситуации.       — Не кажется, а так и есть. Синхронность движений ужасная. Ты до половины усилий тратишь на противодействие себе, не считая отсутствия колебательных движений тела. С ними усилия упадут ещё в два раза. В общем, ужас да и только. Тебя не магии учить надо, а показывать как ходить. О беге или полёте мне вообще страшно думать.       — А как надо?       — Ощущай и учись. — Вновь перехватываю контроль и перестраиваю алгоритмы работы мышц, синхронизируя их работу в идеальную симфонию движения, дабы все они работали с идеальной последовательностью и ни одна не мешала другой. Внешне, это малозаметно, если не знать на что смотреть, но внутри, синхронность мышц постепенно становится идеальной и я создаю настоящую гармонию движения. Всего десять минут трудов, и я добился почти идеальной походки принцессы пони. Надо только чуть подправить пару микромоментов и будет как надо.       — Как у тебя это вышло? Я словно плыву! — воскликнула кобылка, ощущая, какое её тело получает удовольствие от банальной ходьбы!       Всё-таки, смертные не умеют правильно двигаться, отчего и получают немало проблем, но если уметь, то сила, выносливость и удовольствие от движения поднимаются в разы. Тело почти поёт при каждом шаге, а усталость забывается, как страшный сон. Мышцы массируют внутренние органы и помогают им работать, а кровь быстро несётся по сосудам, не создавая заторов и отложений. И если некоторые говорят, что движение — это жизнь, то правильное движение — это один из путей к бессмертию. Или, по крайней мере, к очень долгой и здоровой жизни. И если уметь правильно ходить, то другие нагрузки для поддержания идеальной фигуры не особо и нужны.       — По сравнению даже с не очень сложной магией, это сущая ерунда. — подвёл я итог своих усилий.       — Можно посмотреть на себя со стороны?       — Запросто. — создаю на стенах класса систему зеркал, показывающую Принцессу со всех шести ракурсов и сводя картинку перед её лицом. — Вот так должны ходить настоящие принцессы. А то, ты больше на крестьянку походила, чем на аликорна.       — Невероятно! — мои слова не были услышаны, так как Каденс буквально заворожили отражения в зеркалах. — Это действительно я?! Не может быть!       — И что тут такого?       — Это же почти походка Селестии, только крылья по другому сложены и шея не совсем так изогнута! — буквально загорелась от счастья юная принцесса. — Я всю жизнь о такой мечтала и никак не выходило её повторить!       — У неё тело другое. Хотя, если хочешь. — расправляю её крылья в церемониальную позу, поворачиваю голову, придаю шее другой изгиб и, как последний штрих, пропитываю её гриву эфирной магией, запуская волнообразные движения. Конечно, не наши волшебные гривы, но тоже довольно похоже. — Так лучше?       — Ещё спрашиваешь! Научишь?! — голос принцессы буквально дрожал от желания.       Сколько восторга в её юном голоске. Аж заслушаться можно. Да она готова учиться подобному сутками напролёт. Я ей, понимаешь ли, тайны мироздания рассказываю и они ей по барабану, а как показал жалкую королевскую походку, так сразу такой прогресс! Не с той стороны я зашёл в её обучении. Ох, не с той. Вот что значит, отсутствие преподавательского опыта!       — Научу, конечно. — кивнул я с усмешкой в знак согласия. — И этому, в том числе. Для этого я здесь и нахожусь. Просто запоминай, как ты двигаешься, а в реальности потом попробуешь повторить. Вообще, что ты знаешь о своём собственном теле?       — Я прослушала курс лекций в Кантерлотском Медицинском Университете. — бодро отчеканила принцесса, но под моим взглядом вновь сникла и пошла на попятную, — Ну… Я кое-что об этом знаю.       — Отлично. Значит, сейчас быстро пробежимся по основам и займемся пробелами в твоём образовании. Магией тебе пока рано заниматься. Значит, начнём с царственной харизмы, ходьбы и анатомии. Итак. — создаю иллюзорную мышцу и разворачиваю её структуру вплоть до клеточного уровня. — Твои мышцы представляют собой…