Доверие

- Ну что, коллеги, докладывайте результаты, - спустя несколько часов начал вечернее совещание Варфоломеев. - Какая-то связь убийства с князьями Петровскими представляется маловероятной, - начал доклад следователь Кравец. - Князь уже больше двух лет тяжело болеет и живет в загородном поместье. Причиной хватившего его удара стало сразу два обстоятельства. Его сын-наследник пустил себе пулю в рот. А сделал он это из-за разорения, поскольку именно он последние годы занимался финансовыми делами семьи, ну, и умудрился неудачными вложениями спустить фамильный капитал. Это, кстати, причина заброшенного состояния дома. - И кто теперь наследник князя? – поинтересовалась Анна. На Штольмана, сидевшего в углу, она подчеркнуто не смотрела. Сам Яков официально в расследовании по понятным причинам участия не принимал, но на совещании присутствовал. - У покончившего собой сына были только дочери, которые уже все давно замужем. В общем, князь доживает свой век в деревне, после чего титул уйдет другой ветви семьи. Там, кстати, финансовое положение очень прочное. А устраивать все это, чтобы каким-то образом ускорить получение титула, видится маловероятным. - А что с версиями связи убийства со Штольманом или с нашей службой? – поинтересовался Варфоломеев. Его вопрос прервал стук в дверь. - Прошу прощения за опоздание, - вошел в кабинет Ерофеев. - Ну, раз провинились опозданием, то тогда сразу и докладывайте, что выяснили. - Самая важная новость. Егоров действительно был убит револьвером, что был найден подле тела, но главное – это тоже оказалось его собственное оружие! Управляющий Егоровых его уверенно опознал. И показал, где хозяин хранил все свое оружие. Там не хватает две единицы: пистолета, что был найден в кармане, и револьвера, что был брошен возле трупа. - Это что же получается, - медленно произнес полковник, - что Егоров принес с собой два ствола? - Нет, это означает кое-что совсем другое, - раздался голос Штольмана из угла. – Это означает, что это дело связано исключительно с семьей Егоровых, а все остальное – князя, наше ведомство и мое вовлечение – можно отбросить. Более того, мое участие стало так и вовсе крайне неудачным для убийцы стечением обстоятельств. - Поясните, Яков Платонович, - потребовал Варфоломеев. - Вы абсолютно верно удивились идее, что Егоров принес с собой две единицы оружия. Это полный абсурд. А значит, револьвер принес с собой убийца. А теперь представим утреннюю сцену без моего участия. Ерофеев с госпожой Мироновой входят в залу и обнаруживают Лисовскую над трупом мужа, а рядом лежит револьвер из его коллекции, из которого Егоров и был застрелен. - Ей бы ни за что не оправдаться. - Именно. Ее бы, безусловно, осудили за убийство мужа. Но мое присутствие обеспечило ей алиби, и вся задуманная схема разрушилась. - Яков Платонович, а почему вы отбрасываете версию, прошу не принять за оскорбление, что вы с Егоровой были в сговоре? – спросил Ерофеев. - Да потому, что револьвер из дома Егоровых, а я следователь с десятками расследованных убийств за спиной. Если бы у нас случилась ссора, и я бы его убил спонтанно под влиянием эмоций, то использовал бы для этого собственное оружие. А если бы это был наш с Татьяной заговор с целью убийства, то я бы нашел другое оружие. Тем более, что у меня есть для этого необходимые знания и навыки. Но я бы ни за что не взял ствол Егорова. А пистолет в его кармане доказывает, что револьвер точно принес не он. - Так что же у нас получается в итоге, Яков Платонович? - Получается, что убийство Егорова организовано так, чтобы в нем обвинили его жену. То, что Татьяна обратится за помощью к полицейскому, убийца не просчитал, и это разрушило весь его план. Завтра с утра надо вплотную заняться Егоровыми и их окружением. Ну, и, в первую очередь, выяснить ситуацию с наследниками.