Неуловимый учитель

      — И как мне теперь Вас называть? Неуловимый или учитель? — спросила я, намеренно выделив предложенные обращения недовольным тоном. — Ничего не хочешь рассказать? — задала я следующий вопрос и почувствовала себя то ли грозной мамой, толи героиней мыльной оперы.       — Ты сама всё видела. Если есть ещё вопросы, спрашивай — отвечу, — безразличным тоном ответил Женя, не смотря на меня, что меня немного раздражало.       Он скрыл от меня такой важный факт и думает, что всё нормально? Он должен был сразу извиняться и начать оправды… так, стоп. Если бы он действительно так себя повёл, я бы точно вышла из себя. Поняв это, я продолжила наш разговор весьма спокойно, не повышая голос и скрывая своё маленькое недовольство:       — Почему ты сам мне не рассказал?       — Собирался сделать это чуть позже, — ответил мне Женя и наконец посмотрел на меня, в этот момент я увидела в его глазах… беспокойство?       — Это ведь ты вытащил меня тогда из машины? — ответ был очевиден, но я всё же спросила, чтобы заставить Женю начать говорить.       — Ты вспомнила?! Поэтому всё это устроила? — с огромным удивлением спрашивал Женя.       — Значит, тогда я всё же видела твоё лицо… Моего пробуждения ты ждал, чтобы убедиться, что я не буду болтать, об этом ты и говорил тогда, — рассуждала я вслух. — Раньше я не спрашивала, но думаю, сейчас — самое время. В последний твой визит в больницу… что это было? Почему ты сначала дал мне надежду, а потом оттолкнул, и сейчас…       — Я понял, что ты не помнишь, — перебил меня Женя. — Если бы ты помнила ночь аварии, у нас бы не было шансов не сблизиться. Ты бы обязательно искала общения со мной, а я бы не смог сопротивляться желанию, которое сильнее меня. Однако ты забыла, а значит, появилась возможность отпустить тебя и избежать проблем для нас обоих. Всё же все мои усилия оказались напрасными, ведь я всё же не сдержался, и сейчас у нас могут быть большие проблемы.       — Мдааа… Ладно, допустим, я тебя поняла.       — Злишься?       — Есть немного. Если бы ты не решал всё за нас двоих, мы бы могли избежать всего этого бреда, — наигранно ворчала я, ведь в какой-то мере мне было приятно, что он думал обо мне.       — Прости, — таки извинился мой парень. Его вина всё же была очевидна, ведь в отношениях (даже ещё не начавшихся) никто не может в одиночку решать, что будет лучше для двоих.       — Я больше так не буду, — хихикнув, добавила я. — Поехали домой, — уже ласково улыбнувшись, сказала я и нежно поцеловала Женю в щёку.       Только мы сдвинулись с места — перед нами выскочила машина Вика. Женя по-прежнему был за рулём и вовремя затормозил. Из преградившей нам путь машины вышли Стас и Вик. Я тут же вынырнула из машины, заранее поднимая руки в позе сдающегося и повторяя, словно мантру, слова: «всё в порядке». Конечно, Стаса это ни в чём не убедило, поэтому, подойдя ко мне, он первым делом осмотрел меня с ног до головы на предмет травм. Убедившись в моей целостности и сохранности, он набросился на меня, крепко сдавив своими большими руками. Наконец выпустив меня из своих крепких объятий, Стас принялся меня отчитывать. В пылу эмоций он выдал с потрохами мою маленькую хитрость, на которую я пошла, чтобы вывести Женю на чистую воду. В эту же секунду я почувствовала на себе укоризненный, осуждающий взгляд Жени. Нет, ну, а что? Я не виновата, и вообще, у меня всё было под контролем. Когда Стас таки выговорился, он озадаченно посмотрел на Женю, стоящего у моей машины.       — У вас всё настолько серьёзно? — спросил он у моего ничего не понимающего парня.       — Да, Стас, мы её потеряли, — вмешался Вик.       — Ладно, вот теперь я точно тебя принял, — сказал Стас, подходя к Жене и кладя руку ему на плечо.       — Стас, отстань уже от него, — проворчала я, подходя к ним. — Я никогда никого не пускаю за руль своей машины, — объяснила я Жене, обходя его, направляясь к водительскому месту. — Прыгай — доедем с ветерком, — сказала я, подмигнув и лукаво улыбнувшись.       Стас с Виком отправились на трек для дрифтинга, обустроенный Стасом недалеко от старта уличных гонок. Мы же с Женей отказались от заманчивого предложения поехать с ними. Предложение было действительно заманчивым, ведь я и дрифтовать умею, но давно этого не делала, поэтому в какой-то момент я действительно хотела поехать. Ещё одной причиной поехать туда было моё желание посмотреть, как это делает Женя (а в том, что он и дрифтовать умеет, я нисколько не сомневалась), однако я знала, что моё желание не исполнится, поэтому мы поехали домой. Хм… «К Жене» — мысленно добавила я и довольно улыбнулась, поняв, что его квартира всего за пару дней стала для меня гораздо более желанным домом, нежели моя.       Приехав домой, мы заказали пиццу, которую мне вдруг дико захотелось. Вот так, с пиццей и телевизором, мы провели вечер, уютно устроившись вдвоём на диване. Бешеная страсть и животное желание владеть друг другом изрядно утихли, вместо них появились счастье и ощущение комфорта. Я заснула в заботливых объятиях Жени, получив свой нежный поцелуй на ночь. Завтра в школу, что же всё-таки будет с нами? Сможем ли мы сохранить наше счастье и сберечь его ото всех? Завтра. Всё завтра, а сегодня я просто люблю и любима, остальное не важно.

***

      Как я и думала, в школе Женя по-прежнему строг и безразличен ко мне, что наталкивает на мысль, что он либо отлично разграничивает работу и личную жизнь, либо в нём действительно пропадает великий актёр. Я тоже пыталась вести себя как можно менее подозрительно, однако продолжала невольно заглядываться на своего парня, когда он вёл урок. В один прекрасный момент милое создание, сидящее со мной за одной партой, по имени Света стало задаваться вопросами по поводу моей глупой улыбки при взгляде на нашего учителя.       — Кристина? Почему ты… так смотришь на Евгения Викторовича? — робким шёпотом спросила Света, чуть наклонившись ко мне, когда я в очередной раз за смотрелась на Женю.       — Светик?       — А?       — Я влюбилась, — сказала я и совершенно неадекватно захихикала. Надо было видеть лицо Светы. Обычно оно довольно кругленькое, но сейчас оно невероятно вытянулись.       — В него?! — вскрикнула она, обратив на себя внимание всего класса.       — Угу. Только тшш, — приставив указательный палец к губам, попросила я. Конечно, я понимала, что лучше не рисковать и не рассказывать никому об отношениях учителя с ученицей, но хотелось мне кому-то рассказать, с кем-то поделиться своей радостью. Светик для этого подходила идеально: она внушала доверие и вряд ли стала бы меня осуждать. — Закрой уже ротик, Светик, всё в порядке, — продолжала смеяться я.       — Как? — уже почти спокойно спросила Света.       — Он приходил ко мне в больницу. Каждый день. Вот так и получилось. Светик, пойдём сегодня гулять? — игриво спросила я.       — Не переводи тему! — осмелела моя соседка.       — Я не перевожу! Пойдём гулять, и я тебе всё-всё… почти расскажу, — улыбнулась я, поставив локти на парту и уперевшись руками в подбородок.       Светик фыркнула, но всё же кивнула в знак согласия. После уроков мы действительно пошли гулять. Всё равно Женю ждать ещё несколько часов, у Стаса немного поднадоело, а на дороге сейчас бесполезно появляться, так почему бы не пообщаться с приятной одноклассницей. Вообще-то, после знакомства со Светой я начала задумываться о том, что вокруг меня всегда были одни парни. С тех пор, как я приехала в Россию, у меня не было ни одной подруги, впрочем, и друзей-то у меня не было. К Свете меня как-то тянуло, она была ясным солнышком, с которым хотелось общаться.       Мы посидели в кафе, походили по магазинам, просто погуляли по аллее. Мне было легко и весело. Было бы здорово вот так проводить время, не всё же время мне с машинами и Женей тусоваться. Рассказывая Свете об отношениях с Женей, я видела, что она искренне рада за меня. Конечно, о таких вещах, как его маскировка и хобби, я Свете не рассказывала. Я решила, что не стоит попусту травмировать нежную психику Светы, это не столь важные, но слишком шокирующие для неё детали.       Расставшись со Светой, я отправилась в свою съёмную квартиру, где за последние несколько дней появлялась только для того, чтобы взять вещи. Прошлым вечером мы с Женей пришли к выводу о том, что я вполне могла бы переехать к нему. Конечно, мы оба понимали, что это весьма рискованно, но так же оба руководствовались принципами: «Живём один раз» и «Здесь и сейчас». Мы не особо боялись последствий, ведь тогда же и решили, что как только я закончу школу, мы уедем в Америку. Нет, мы не предаём свою страну, просто между тем, что держит нас здесь и тем, что ждёт нас там, мы выбрали второе. По сути, в этом захолустье нас (хотя скорее, только меня) держат только Стас и Вик. В Америке же нас ждёт абсолютная свобода от осуждения общества и неудержимая скорость. Как ни смотри, там уличные гонки гораздо более распространены, а потому навыки американских гонщиков намного превосходят навыки большинства российских стритрейсеров.       Когда мы с Женей прошлой ночью легли спать, я никак не могла уснуть. Через час размышлений я наконец сделала для себя вывод: в России — стритрейсеры, в Америке — гонщики. Конечно, стоит сделать поправку — преимущественно. Как бы странно это ни звучало, но это именно так. Уличные гонки родились в США, развивались там с огромным успехом и имеют значение в жизни города и общества, поэтому гонщики уважительно относятся к гонкам, соблюдая правила и действуя с умом. Стритрейсеры же — их полная противоположность. Их цель — азарт, для них нет понятий «слишком быстро» или «слишком опасно», поэтому они являются угрозой для города. Иными словами, гонщики — это образованные профессионалы, а стритрейсеры — безмозглые любители. Думая об этом, я также поняла, насколько важным было обучение Женей стритрейсеров, и как сильно мы с ним отличались. Конечно, это будет немного громко сказано, но Женя вёл просветительскую деятельность, как-то так. Как раз с сегодняшнего дня он займётся и моим обучением.       Собрав все свои вещи и встретившись с хозяйкой квартиры, я отправилась в свой новый дом, где меня уже должен был ждать Женя. Однако, вместо Жени меня встретили bluetooth-наушники с микрофоном и записка на журнальном столике. «С сегодняшнего дня ты — моя ученица. Учись прилежно, и возможно, ты сможешь превзойти своего учителя. Первый урок состоится на главной развязке города в 20.00. Используй их и внимательно слушай своего Неуловимого Учителя.» — прочитала я записку и не сдержала смешок. Такие записки получали все его ученики? Теперь ясно, почему не все, кому предлагалось это обучение, принимали его.       Я быстро кинула чемодан в спальне и отправилась на место встречи, ведь до начала урока оставалось всего 20 минут. Приехав на место за две минуты до назначенного времени, я петляла по развязке на своей машине, не заметив совершенно ничего необычного. Однако ровно в 20.00 раздался звонок, и в наушниках я услышала голос Жени, говоривший: «Следуй за мной, делая всё, что я говорю». Я оглянулась и увидела, как в доли секунд Женя проносится передо мной на своей Lamborghini, которую я поцарапала в первую нашу встречу. Кстати, царапин как не бывало. Спохватившись, я резко нажала на газ, последовав за своим учителем и тут же услышала: «Никогда не срывайся с места, заранее не подготовившись. Резкий старт — это дикая езда, мы же будем гонять благородно». Да, привычки — вторая натура.       Весь урок продлился чуть меньше часа, за это время мы ни разу не выехали с развязки. Женя использовал различные комбинации поворотов на ней, в каждой из которых ставил разные задачи. Не могу не похвалиться — все задания я выполняла на ура, что, в принципе, мой учитель тоже заметил. Как он сказал, или навыки уже достаточно хороши и мозги почти стоят на месте для того, чтобы пропустить обучение азам, поэтому мы начали с разворотов, поворотов и прочего. Перед тем, как поехать домой, Женя попросил меня съездить с ним в ещё одно место. Каждый поехал на своей машине, по пути Женя подкинул мне ещё парочку заданий, с которыми я снова великолепно справилась, всё-таки не первый год за рулём. Однако меня немного беспокоил голос Жени: была в нём какая-то печальная нотка, которая не давала мне покоя и заставляла волноваться, но я старалась не накручивать себя, решив дождаться, когда он сам всё скажет.       Мы всё стремительнее приближались к черте города и наконец съехали на загородную трассу. Женя резко затормозил и остановился на обочине, что сделала и я. Он вышел из машины и присел на капот, тоскливо оглядываясь по сторонам.       — Что случилось? — тихо спросила я, подойдя к нему и легко касаясь рукой его скулы.       — Здесь… погибли мои родители, — сказал он, смотря на меня опустошённым взглядом.       — Мне жаль. Как это случилось?       — Авария. Мы ехали в наш загородный коттедж, когда на нас вылетел другой автомобиль, ехавший на скорости около 150 км/ч. Трасса была пустой и лишь две машины столкнулись лоб в лоб, — на этих словах из глаз Жени всё же выкатились скупые слёзы, но мимические мышцы на его лице не дрогнули. — Тогда я поссорился с родителями и так и не успел извиниться. Если бы я только знал! — не сдержался Женя и заплакал. — Я был 14-тилетним идиотом и своим подростковом максимализмом постоянно пытался вынести родителям мозги, — после этих его слов по телу вдруг будто прошёлся небольшой электрический разряд. Пустующая загородная трасса, мужчина и женщина погибли, выжил 14-тилетний мальчик… Я хотела отогнать от себя эти глупые мысли, но ничего не получалось.       — Виновник аварии… наказан? — боясь услышать ответ, робко спросила я.       — Он остался безнаказанным, благодаря связям своего отца, — нет, это ещё ничего не значит. — Я вернулся сюда, чтобы наконец вывести их на чистую воду. Даже если виновника не накажут из-за истечения срока давности, его отец… такой человек, как он, не может быть главой города, — сказал Женя, и я тут же обмякла в его руках. Этого не может быть. Почему всё так получилось? Неужели тем, из-за кого погибли родители Жени, действительно является Стас? Что это? Судьба? Нет… рок — более точное определение.