1
9 января 2013 г., 08:39
В первый и последний раз я увидела эту улицу несколько недель назад. Таких улиц нет в моем городе… или я думала, что нет. Может, по ночам все они выглядят иначе, не знаю – я так давно не была нигде ночью.
Серые бетонные стены становятся шероховатыми в потемках, они теплее на звук. Эхо моего дыхания возвращается ко мне измененным, мягким и податливым. Оно заползает в уши и щекочет нервы, заставляя ежиться от мурашек.
Асфальт холодный. Я стою босая, мои пальцы поджимаются, когда наступаю на асфальт. Он мокрый, но я не чувствую этого – кажется, как будто к ногам прилипли ледяные подошвы. Прыгаю поочередно на одной ноге, пытаясь расшевелить замерзшие пальцы, одновременно растирая руками плечи.
Нет, мне не холодно. Мне неуютно, но жутко интересно. Эта улица этой ночью словно пытается рассказать что-то.
Окна этого здания как будто обманывают меня. Их холодное сухое стекло показывает лишь смутные тени, которые дрожат от звука моего дыхания и слепят блеском моих же глаз. Грязные следы капель дождя окаймлены светло-серым кантом и похожи на застывшие обезумевшие глазницы. На их фоне мои мерцающие стеклянные призраки кажутся чем-то лишним. Я отворачиваюсь и собираюсь не бояться этих темных окон.
Железная дверь с облупившейся черной краской. Холодная. Тяжелая. Закрытая. Касаюсь ее пальцами и вздрагиваю – металлический привкус во рту появляется сам собой, сводя челюсти. Отхожу.
Мусорные баки. Рваные газеты. Эта улица днем вряд ли будет отличаться от тысяч других в этом городе. Но ночью она словно просыпается и, тихо шурша сырой бумагой, наблюдает за жизнью людей за обманчивыми окнами.
Вот только людей здесь нет. Ни единого лучика света, лишь фонарь с соседней улицы дотягивается своим ярким желтым кругом до полоски холодного асфальта под моими ногами.
Я стою, поджав пальцы, и пытаюсь услышать, увидеть, почувствовать людей.
Нет, не страшно. Просто интересно и жутко холодно.
Я не знаю, сколько стою без движения, я словно замерла в предвкушении. Предвкушение… Мурашки бегут быстрее, ноет внизу живота и под языком, и отчаянно хочется, чтобы то, чего я жду, уже произошло. Руки сжимают плечи до такой степени, что пальцев не чувствую. Пальцы на ногах тоже уже давно не мои.
Для чего я здесь? Не вижу смысла об этом думать. Здесь и сейчас.
Глухие звуки, приглушенный смех. Дверь открывается - квадратик теплого света вздрагивает и извивается, выпуская из своих объятий фигуры, которые постепенно превращаются в людей. Они смеются и довольно хлопают друг друга по плечам, но получается это довольно вяло. Каждый несет по объемной сумке и постоянно поправляет широкий ремень на плече. У некоторых за спинами – гитарные чехлы. Они очень устали, но все же они довольны и расслабленны. Квадратик выпускает последнего человека и, опустошенно скрипнув, исчезает. Люди спешат к фонарю, а я иду за ними, даже не пытаясь шевелить пальцами ног, чувствуя, как мои пятки глухими толчками врезаются в асфальт. На плечах – красные следы. Завтра они будут сверкать совсем другими красками, но меня это не волнует. Кто знает, когда это завтра вообще наступит.
Теплеет. И все еще интересно.
Я бегу за людьми, пошатываясь на полусогнутых ногах и совершенно не попадая в их ритм. Они постоянно удаляются, перебрасываясь довольными улыбками и окрашивая пустую дорогу мягким смехом. Быстро оглядываюсь назад - на улицу, которая меня впустила, и не успеваю даже подумать, почему мне теперь совершенно безразличны ее серые бетонные стены. Не успеваю, не успеваю!..
