Забвение

Утро воскресенья началось рано и до отвратительного обыденно. Разбудил Гилберта ворчливый голос Ивана. - Просыпайся! Скоро уже полдень, а кто-то мне обещал, что сегодня мы точно будем прибираться. - Брагинский, отвали, – Гил сонно взглянул на любовника и натянул одеяло с головой. - Если надеешься отвертеться, «Великий», спешу тебя разочаровать: именно сегодня я настроен решительно и на уговоры и подкупы не поведусь. Россия стянул одеяло одним мощным рывком, и Байльшмидту ничего не оставалось, кроме как сесть и недовольно уставиться на любовника. Взгляд невольно прошёлся по последствиям бурной ночи, во всю набиравшим цвет на светлой коже. Вмиг вспомнилось всё, что произошло за последние две недели. Вспомнилось и обещание измениться, если всё получится. - Вань... Я так тебя люблю! Ладонь России тут же легла ему на лоб. - Странно – температуры, вроде, нет, – хмуро констатировал Иван, а затем обеспокоено предложил: – Ладно, если неважно себя чувствуешь, отлежись, я сам приберу. Надеюсь, ты не устроил никаких сюрпризов на верхних полках шкафов? - Хорош уже суетиться, – Гил перехватил его руку и потянул на себя, – никуда наш бардак не убежит. Лучше иди ко мне. Брагинский сел рядом с ним, всё ещё недоверчиво вглядываясь в лицо Гилберта, ожидая подвоха. Но Пруссия просто обнял его и закрыл глаза. Ничего не оставалось, кроме как обнять в ответ. - Да что с тобой сегодня? С чего вдруг тебя на нежности потянуло? - Нужен повод? - Тебе – да. - Просто осознал, насколько сильно я скучал по тебе. - Скучал? Так зачем было уезжать? С братом ты мог бы и через месяц встретиться, когда в Москве саммит будет. Гилберт тут же отстранился, ошарашено глядя на сожителя. Заклинание было снято, у Ваньки даже своя версия его «отсутствия» была. - Так я уезжал? К Людвигу? Это было превосходным объяснением. Главное, нужно было не забыть предупредить Людвига, что его Великий брат гостил у него, иначе могла бы произойти довольно неловкая ситуёвина. Вот позвонит Ванька ему по какому-нибудь архиважному вопросу, зайдёт разговор об этом, а Запад такой: «Ничего не знаю, давно его не видел». И всё. Ваньке ж не объяснишь, он сразу за дверь выставит, без разбирательств. - Гилберт, ты точно в порядке? – уточнил Россия, встревоженный отрешённостью Байльшмидта и его странными вопросами. - В полнейшем, ке-се-се! – только вот смех вышел сильно наигранным и оттого неубедительным. – Вань, прости меня, что порой веду себя как полный придурок. - Порой? Мне казалось, ты всегда себя так ведёшь. - Ах ты!.. – с притворной обидой Гил уронил его на кровать и покарал щекоткой. Россия, смеясь, пытался скинуть его с себя, но получалось плохо. Пруссия был счастлив по-настоящему, впервые за долгое время. Всё плохое осталось позади. Они снова вместе. Теперь уже навсегда. Нужно будет придумать, как отблагодарить Ольгу за помощь. Без неё они с Брагинским бы так и не воссоединились. А Наташа пусть катится к чёрту. Хрен ей, а не Ванька.

***

Украина задумчиво разглядывала текст ритуала, едва не разлучившего навсегда её младшего брата и его возлюбленного. Страница была вырвана из книги две недели назад и всё это время находилась у неё под рукой, чтобы в случае возникновения смертельной опасности отменить влияние магии на Ваню. К счастью, этого не потребовалось. - Ну что, теперь ты веришь, что Гилберт его любит по-настоящему? Младшая сестра, к которой и обращалась Оля, выглядела крайне угрюмой. Ей с самого начала не нравился этот план по выявлению доказательств. - Себя он любит. - Если бы он любил только себя, тонуть он бы не стал. Своя жизнь была бы ему дороже. - Возможно, он любит братика, – нехотя согласилась Беларусь. – Но это всё равно ничего не меняет. Ване с ним плохо. - Если бы ты была права, заклятье не было бы снято, – возразила Ольга. – Ванюшу сразу к нему потянуло, душа его помнила Гилберта и стремилась к нему. Они могут быть счастливы только вместе. - Они ссорятся. - Все ссорятся, – парировала Украина. - У крысёныша были другие. - Ты думаешь, у Ванечки никого не было? Наташ, это их дело. Мы больше вмешиваться не станем. Наташа смолкла и мрачно наблюдала за тем, как её сестра сжигает страницу с уже не нужным ритуалом. Это было необходимо, чтобы ни у одной из них не возникло соблазна провести ритуал полностью и стереть память им обоим. Такое было бы уже практически не обратимо. - Братик мог пострадать из-за тебя. - Да, признаю, сглупила. Прежде чем произносить заклинание, нужно было узнать, как они встретились. Но всё же обошлось. - Это был плохой способ, – упрямо повторила Арловская. - Как ещё я смогла бы убедиться в его искренности?.. А ты? Разве ты поверила бы Гилу на слово? - Нет. Я и сейчас не верю ему. - Наташ... - Братик должен быть счастлив. Счастливы они будут лишь вместе, – повторила Наталья слова старшей сестры. В глазах её светились серьёзность и... понимание?.. – Но если этот выродок его ещё хоть раз обидит... - Превратим его в крысу, – шутливо продолжила Ольга, но Ната восприняла её предложение за чистую монету. - Крысы не настолько противны. Клопа или паука убить проще. Тело меньше. Следов меньше. - Это была шутка, горе ты моё луковое. Ну так что: даём им ещё один шанс? - Даём, – буркнула Беларусь. Гилберт ей не нравился и никогда не понравился бы. Она ни за что не одобрила бы выбор любимого старшего брата, но если без него он будет страдать... придётся терпеть. Всё равно когда-нибудь Ванечка поймёт, что по-настоящему его любит лишь она одна. А когда поймёт, то ответит ей взаимностью, захочет провести вечность рядом с ней. И тогда они наконец поженятся! Поженятся. Поженятся...