Замыкая круг

      Анна пошевелилась и открыла глаза.       Рука Эрика лежала у нее на плече, и девушка чуть подвинулась к нему. Ей не хотелось еще вставать, но она знала, что ей нужно сходить в сад и прибраться перед отъездом.       Их связь как-то особенно укрепилась за остаток лета. Эрик стал особенно нежен с ней и предупредителен. Анна понимала, что совсем скоро это все окончится, что в Руане, куда они все-таки уедут, потому что она подошла той семье, о которой говорила Мари, у нее не будет возможности проводить с Эриком много времени. Она это знала. Знала, что ей придется скрывать их связь.       В те минуты, когда он обнимал ее, она не могла бояться одиночества.       Девушка осторожно вылезла из постели. Эрик что-то пробормотал, но не проснулся. Одевшись, Анна вышла в сад. Было уже нежарко, и на улице ей стало даже зябко. Тщательно прибравшись и проверив замки на сараях, она взяла альбом и присела, желая зарисовать яблони.       Оставалась последняя страница.       Набросав карандашом контуры яблонь, она невольно перелистнула альбом на самое начало.       Те же яблони, нарисованные более неумело, силуэт собора... и Кристина. Она смотрела на Анну с легким выражением торжества, но Анна спокойно перелистнула страницы и вернулась к последней.       Эрик. Она сама. Яблони. И странная, короткая, но красивая надпись — Руан.       Она тоже замыкала свой круг, но Анна не боялась. Она была уверена, что все сложится самым лучшим образом. Все будет хорошо. Да, сейчас она едет одна, а он приедет с вещами лишь послезавтра, но они уже знают, где он будет жить.       Эрик всегда будет ее другом, и Анна будет знать, что она принадлежит только ему. Лучше быть одинокой в глазах общества и счастливой внутри, чем, как прежде, умирать от одиночества внутреннего... Нет, он никогда не бросит ее одну... Он тоже привязан к ней.       — Я уже подумал, что вы сбежали от меня навсегда, — она не слышала, как он подошел, но с облегчением улыбнулась.       — От вас — никогда, а с вами — куда угодно.       Эрик фыркнул, когда она поцеловала его в щеку. Он, казалось, не был настроен на подобные шутки, но не смог удержаться от улыбки.       — Тогда нам стоит поторопиться, если мы оба хотим уехать сегодня.       Она встала и закрыла альбом, следуя за Эриком.       В Руан... да, в Руан! Навстречу новой, такой прекрасной и особенной жизни. Жизни, благодаря которой она вновь будет ощущать себя не призраком, но реальным человеком.       Навстречу новой жизни с ним, замыкая круг их парижских мучений.       И больше ничего не бояться...       Словно угадав ее мысли, Эрик приобнял девушку, и Анна чуть прижалась к нему, прогоняя все мысли о будущем.       Эти краткие часы они еще здесь.