Наследник Талоса

Скрип пера разрывал густую тишину, окутавшую комнату. В богатых, а порой и вовсе ненужных убранствах обстановки угадывались снобизм и тщеславие человека, жившего здесь. Даже письменный стол, что был сейчас занят хозяином, украшался сложной резьбой, а дерево, что послужило материалом, росло за много километров отсюда. Такова была комната ярла Фолкрита.       Письма, что пришли на закате, заставили его рвать на себе волосы от гнева и обиды. Поданное им прошение о принятии мер к «герою Скайрима» и кучки поселенцев Хелгена было отклонено, а самому ярлу приписывалось явиться в Вайтран на мирные переговоры Братьев Бури и Империи. Что за нонсенс? Какие могут быть переговоры с кучной неотесанных варваров, отвергающих легитимную власть? Мысли о праве властвовать пробудили в Сиддгейре воспоминания о том унижении, что он испытал под стенами Хелгена. Его, благородного лорда, избил безродный бунтарь! Да как он смел! Внезапно раздался хруст, и ярл увидел как пятно чернил из-под сломанного пера расползается по гневному ответу в Солитьюд, адресованному этой пустоголовой Элисиф Прекрасной.  — Проклятье! — выругался он и потянулся за новым свитком бумаги. За шелестом и вознёй, Сиддгейр совсем не заметил, как щёлкнул замок на его двери и та медленно отворилась, пуская внутрь жуткую тень. Проскользнув в сумрак комнаты, незваный гость подобрался вплотную к правителю Фолкрита. Когда тот почуял неладное, было уже слишком поздно.  — Довакин шлёт свои наилучшие пожелания — ярл было дёрнулся, услышав слова, но холодная сталь, пронзившая его сердце, сковала выкрики о помощи. Могильный холод охватил его тело, и последней мыслью, короткой вспышкой озарившей его разум было проклятье в адрес его заклятого врага, отнявшего самое ценное, что есть у любого человека — жизнь. А затем наступила тьма. Киран медленно отошёл от бездыханного тела своей жертвы. Он был одним из первых рекрутов нового Тёмного Братства, и не удивился, когда столь важное задание поручили ему, но отголоски волнения всё ещё тлели в нём. Сначала Император, теперь ярл… Похоже орден отныне играет исключительно по крупному. Но время поджимало, а следы нужно ещё замести. Спустя полчаса весь Фолкрит стоял на ушах, не смотря на поздний час. Причиной тому было марево пожара, охватившего дворец ярла, а именно крыло с покоями. Тут и там бегали люди с вёдрами, но огонь даже не думал утихать. На фоне этого никто не заметил тени, проскользнувшей среди домов. Оглянувшись в последний раз на пылающий чертог, убийца Тёмного Братства поспешил в сторону Маркарта. У него и братьев было много работы.

***

Ольрик бежал по мостовой Солитьюда, стараясь привлекать поменьше внимания. Ценные бумаги, доверенные ему легатом Рикке, должны были достичь глаз генерала Туллия как можно скорее. Он поменял три лошади на заставах, дабы пересечь две трети Скайрима с рекордной скоростью. За это его и сделали личным курьером верхушки легиона в этой стране. Скорость, незаметность, надёжность — этими тремя словами описывал себя посыльный. Но сейчас с самого начала творилась какая-то ерунда. Его выдернули из тёплой компании одной из многочисленных жриц любви, следующих за лагерем военных и вызвали к легату. Та особо не церемонясь, вручила ему бумаги и отправила в Солитьюд. Её волнение не могло остаться без внимания, и успев лишь распрощаться с куртизанкой, гонец помчался в столицу. Однако в дороге его конь захворал, и ему пришлось проделывать часть пути на своих двоих. Теперь только сумасшедшая скорость могла компенсировать этот провал. Задумавшись, Ольрик, пролетая очередной поворот, не заметил испуганного лица молодой девушки. В следующее мгновенье мир сделал несколько крутых кувырков, которым позавидовал бы любой ловкач, а посыльный почувствовал холодный камень мостовой у себя под спиной и мягкое тело девушки сверху. Опомнившись, он тут же поднялся, помогая встать и даме.  — Простите. Вы не ушиблись… — начал было курьер и потерял дар речи. Перед ним была красавица, каких надо было поискать. Девушка мило улыбнувшись, покачала головой.  — Нет, всё в порядке, благодарю вас. Простите, что сбила с ног — новый луч улыбки заставил Ольрика собрать всю свою силу воли, дабы оторвать от жадного разглядывания точечной фигуры незнакомки и продолжить путь в Мрачный замок. Если не сейчас, то…  — Милая госпожа, что вы делаете сегодня вечером? В ответ прилетела очередная улыбка.  — Гуляю с мужем. Всего хорошего. Грустно проводив её бёдра взглядом, Ольрик хлопнул себя по лбу и стремглав направился в крепость. Пройдя все охранные кордоны без заминок, спасибо его известности среди гарнизона, он предстал перед генералом Туллием.  — Ваше Превосходительство, послание от легата Рикке, срочное — выпалил гонец, едва войдя в комнату.  — Давай сюда, Ольрик. Сядь, отдышись — генерал как всегда был краток и строг. Рухнув в предложенное кресло, юный норд вновь замечтался о формах встреченной дамы из переулка, как возглас его командира вырвал парня из мира сладких грёз.  — Легат! Подготовьте эскорт и немедля седлайте моего коня! Вы остаётесь за старшего! Упомянутый полководец тут же вылетел из комнаты, выполняя приказ начальства. В ответ же на озадаченное лицо курьера, генерал одарил его хищным оскалом.  — Радуйся, солдат. Убийцу твоего Императора ждёт кара Легиона! Тем временем, подходящая к «Высокому Шпилю» Клавдия ехидно улыбнулась, проверив лишний раз донесения имперцев в сумке. А это проще, чем менять книги учёта торгашей! Пару улыбок, глубокий вырез, ловкость рук — вуаля, секретные бумаги получены. Теперь ей нужно доставить товар заказчику и вернуться в гильдию. У воров всегда много работы.

***

Довакин тяжело вздохнул, поправив сумку с магическими свитками на поясе. Вот-вот его следующая цель должна была появиться из-за горизонта. К сожалению, он не мог поручить задание даже Клыкам, дабы не опорочить свою славу «Великого Героя». А задача была не из лёгких, взять живьём имперского генерала, не оставив свидетелей и при этом не раскрыть себя перед целью. Из тщательного повторения плана его вырвал стук копыт по мощенной дороге. Замысел по поимке Туллия был хорош, но являлся чистой воды авантюрой. Выждав момент, Асгейр сосредоточился и направил энергию мощного заклятья сна из свитка на предводителя построения всадников. Разработка его подруги, архимага Коллегии Винтерхолда, сработала моментально, и даже лучше, чем он планировал. Вместо того, чтобы усыпить исключительно генерала, компанию в сонное царство ему составили трое ближайших всадника, одним из которых являлся боевой маг группы. «Превосходно» — пронеслось в голове у Довакина, пока он вставал в полный рост из своей засады. Асгейр давно привык, что в этой стране мало кто мог ему противостоять, когда дело доходило до поединка на мечах. Его опыт, физическая сила и кровь Акатоша давали чудовищное преимущество на поле брани. Однако в этот раз он решил не рисковать, вспоминая бой с Галмаром, и задействовал ещё несколько мощнейших свитков, завершив огненную феерию, что разразилась меж скал самым сильным заклинанием школы Разрушения, что было ему подвластно. Благодаря столь нехитрой магической комбинации, а также спящему боевому магу, личный состав охраны Туллия очень быстро сократился в несколько раз. Данный факт облегчил ему работу, и уже не стесняясь, он ринулся на шокированных внезапностью и жестокостью атаки имперцев. Небольшой «Танец Смерти» и лишь один Довакин стоял среди груды тел. Впрочем, ненадолго. Столь активное использование заклинаний не проходит бесследно, а если вдобавок вместо отдыха адепт тайных искусств предпочтёт летальный спарринг с пятью тренированными солдатами, ничем хорошим это не закончится. Осознание этого настигло драконорожденного вместе с коварным ударом гравитации, а холодный камень Предела приветливо ринулся на встречу. «Проклятье» — только и пронеслось у норда в голове. Спустя десять минут и несколько зелий восстановления, Асгейр сумел подняться на ноги. — Что ж, самое время оставить зацепку моему дорогому легату — усмехнулся Довакин, доставая чьи-то обрубки пальцев.

***

Легат Рикке не могла поверить своим глазам. Жуткое побоище, в которое попал эскорт её командира, генерала Туллия, явственно говорил о западне. Но как? И почему он поехал столь длинной и опасной дорогой? А главное, что делать теперь? Это была чрезвычайная ситуация, и она, как первый заместитель могла взять власть в свои руки. Но пришлёт ли Империя нового командира. Пошло полгода с убийства императора, а верхушка правительства погрязла в интригах и конфликтах. Тит Мид II не оставил наследника, что повлекло ужасающий кризис, повторяющий времена открытия врат Обливиона по всей империи, и теперь благородные дома схлестнулись на смерть в поединке за престол. Новая гражданская война больше не казалось чем-то сказочным, а Туллию уже приходило несколько писем. Собирая вместе всё то, что Рикке успевала прочесть из-за плеча командира, и гневные ругательства последнего, некоторые лорды уже пытались заручиться поддержкой генерала и его армии в предстоящем конфликте. Всё это вызвало озноб у нордки. Ведь теперь мирные переговоры с Братьями бури висели на волоске, поскольку она сомневалась, имеет ли достаточно полномочий для принятия таких решений. Из тяжёлых раздумий её высвободил окрик солдата.  — Легат! Я кое-что нашёл!  — Что там, рядовой?  — Кажется…пальцы — с долей отвращения произнёс имперец, поднимая свою находку на обозрение окружающим. Рикке выдохнула. Кто бы ни были нападающие, действовали они крайне слаженно и профессионально. За время поисков им не удалось обнаружить даже следов копыт, не говоря уже о телах и опознавательных знаках противника. Однако, стоило ей вглядеться в эту находку, как холод сковал сердце командующей легионом. На одном из пальцев, судя по тону кожи, альтмерского происхождения, красовался перстень со знаком самого агрессивного и опасного государства Тамриэля. Доминиона Талмора.   — Убери это, солдат. И молчи о том, что видел, это приказ! — легат была мрачнее тучи. Услышав по сути прямую угрозу, пехотинец выпрямился по струнке и поспешил ретироваться, оставив Рикке наедине с бездной, куда она проваливалась всё глубже и глубже с каждой минутой. Находка породила больше вопросов, нежели ответов. Зачем Талмору генерал, как они узнали о его передвижениях, откуда у них вообще силы на подобную операцию, после того как их базы в Скайриме были уничтожены? Но тут ей вспомнились слова Эйнстейна, норда, представлявшего Довакина при дворе Солитьюда. Когда речь зашла о мирных переговорах с Братством Бури, он старался предупредить Туллия о том, что Доминион не позволит ситуации в провинции стабилизироваться. Не это ли он имел ввиду? Теперь, без генерала, вопрос о мире был в подвешенном состоянии, что было на руку только им. И все эти следы магии… У Братьев Бури практически не было боевых магов, а те жалкие адепты, что служили Буревестнику не смогли бы положить эскорт солдат под прикрытием боевого мага империи первого ранга. «Ублюдки!» — легат сплюнула себе под ноги. Она не позволит проклятым эльфам издеваться над Империей!  — Отряд! В Солитьюд, срочно! — громогласно скомандовала Рикке. У неё было много работы.

***

Эхо закованных в сталь шагов гулко разносилось по залу храма Талоса. Одинокая фигура в чёрных как смоль доспехах шла вдоль обветшалых деревянных скамей и восковых свечей, направляясь к старому каменному алтарю, что видел зарождение этого города. Алый плащ легко шелестел по каменным плитам, создавая ощущения тихих голосов. Но лишь ощущение. Помещение полностью пустовало, за исключением высокого воина в полном облачении доспехов. Даже бессменный жрец, Лортхейм, и его жена Йора ныне отсутствовали в обители девятого Бога. Причиной всему была просьба этого воителя. Просьба человека, которому нельзя отказать. Асгейр тихо встал на одно колено перед статуей своего, как он считал с раннего детства, покровителя. Величественный Талос взирал на него из-под шлема неподвижным взглядом, словно в очередной раз ожидая, что скажет ему этот человек. Обычно он делился с ним из ряда вон выходящими приключениями, или просил помощи перед особо важным делом, как битва с Алдуином, расследование на Солсхтейме или убийство Императора. Но в этот раз, если бы бог-человек в действительности спустился в единственный храм Скайрима и выслушал речи Асгейра, даже он был бы удивлён.  — Великий Талос, в жизни своей Тайбер Септим, помоги мне. Помоги, как Ты делал это раньше. Усиль мой голос, мой Ту`ум, чтобы даже даэдрические принцы услышали его. Сегодня я собираюсь идти Твоими стопами. Мой клинок жаждет крови, моё сердце кричит от предвкушения, а мой Голос разрывает саму ткань времени. Помоги мне нести Твой свет сквозь тьму, что окутала наследие Твоё. И если я оступлюсь, будь моим проводником и теплом, в самом тёмном уголке Нирна. Во славу Твою. Довакин поднялся и кинул последний взгляд на Талоса. Сегодня, он запустит цепочку событий, остановить которую будет под силу только богам. Выиграет он, или проиграет, это навсегда войдёт в историю Тамриэля, как и многие поступки, что уже были совершены им. Но Асгейр не любил проигрывать. Поправив меч за спиной, он направился к выходу. Его ждали в Вайтране на мирных переговорах Легиона и Братьев Бури. Алый плащ развивался под холодным ветром Виндхельма. Его цвет предвещал будущие события, что пройдут сквозь Тамриэль. Реки крови, что прольёт его владелец.