Red Ribbons

- Я не шучу, Луханни. Миссис Лу уже несколько часов изводила Лухана. Сразу же после окончания поминок она просила его... Нет, настаивала на том, чтобы он езжал обратно в Сеул к Сехуну, обосновывая это тем, что сын постоянно витал в облаках, был весь угрюмый, тихий и за все время нахождения дома даже ни разу не улыбнулся. - Ма, прошёл всего один день! И это будет не только грубо по отношению к бабушке и родственникам, я не хочу оставлять тебя здесь... - Вздор, Лухан! - молодой человек вздрогнул и сделал шаг назад, когда мать зашипела на него с суровым взглядом - из милой женщины она мгновенно преобразилась в ту самую фурию, которая в прошлом гонялась за ним с тряпкой, лупила домашними тапочками за малейшую провинность и поливала ледяной водой из чайника, чтобы поднять нерадивое дитя в школу. - Ма, пожалуйста... - слова шатена застряли в горле, когда женщина внезапно взяла его за руки и притянула к себе, заключая в тёплые материнские объятия. Лухан прижал её к своей груди и уткнулся носом в душистые кудрявые волосы женщины, прикрыв глаза - рядом с мамой он чувствовал себя в полной безопасности. - Раньше я думала, что это страшно несправедливо - видеться со своим единственным сыном всего раз в месяц или даже реже, но... Всегда напоминала себе, что не должна быть собственницей. Мой сын влюблён, и жизнь была так жестока к нему, забрав его возлюбленного в столь юном возрасте. Я ведь пережила потерю твоего отца и знаю, что ты чувствуешь... - миссис Лу приподняла голову и положила маленькие ладони на влажные от слёз щёки шатена. - Сехун очнулся, и я понимаю - ничто в мире не сравнится с твоим счастьем и ничто не сможет теперь разлучить вас. Ты приехал сюда ради меня и почтил память отца, но уже всё закончилось, ты не обязан здесь оставаться. Поезжай к нему, сынок. Ты ждал долгих десять лет... Миссис Лу успокаивающе поглаживала своего сына по волосам и спине, вздрагивающей от рыданий, пока он крепче прижимался к матери и горько плакал, думая о том, что Сехун до сих пор не вспомнил его и даже не разговаривает. Лухан поклялся, что станет его спасением. Он прождал целое десятилетие, пока Сехун очнется, и готов прождать вдвое больше, пока Сехун не выздоровеет. ************* - Ханни-хён говолил, сто мы будем ооооотень много иглать вместе. И Хунни-хён мозет иглать вместе с нами и... - Тэо-я. - с улыбкой одёрнул сына Джонин. Малыш, не обращая ни на что внимания, крепко присел на уши внимательно слушавшему его Сехуну. Пятилетний мальчуган без остановки донимал своих родителей о том, что хочет к Хунни-хёну. И когда родители, наконец, выкроили время и поехали всей семьей в больницу, счастью малыша не было предела. Вбежав в палату вперёд родителей, он на секунду потерял дар речи от счастья, увидев улыбающегося и раскинувшего ему навстречу руки Хунни-хёна. Тэо взвизгнул и кинулся к хёну обниматься, заливисто смеясь, и вот уже добрых полчаса балаболил и балаболил обо всём на свете. Сехун никоим образом не выказал дискомфорта - напротив, он поудобнее усадил малыша к себе на колени и молча слушал всё, о чём хотел поведать ему Тэо. Джонин с гордостью познакомил лучшего друга со своим сыном и, когда Тэо утомился и задремал в объятиях хёна, принялся рассказывать о событиях, которые Сехун упустил, находясь в коме: как прошла их с Кёнсу свадьба, как Сухо и Исин обручились, едва закончив университет, как Чанёль стал известным композитором, а его Бэкхён вместе с Луханом основали небольшую компанию по графическому дизайну, как Чондэ с Минсоком не спешили со свадьбой, но давно были помолвлены и открыли своё кафе, и, наконец, как они недавно погуляли на свадьбе Криса и Тао. Хотя он уже тысячу раз рассказывал обо всём этом, Джонин продолжал говорить с Сехуном, надеясь, что память друга быстрее восстановится. Только Исин с Джунмёном были в курсе того, что Сехун давно уже всё вспомнил и даже может говорить. Поэтому брюнет изображал интерес, молча слушая истории друзей, которые уже запомнил наизусть. Как только посетители ушли, Исин заскочил в палату Сехуна, чтобы осмотреть пациента. Он делал вид, что внимательно сверяется с датчиками приборов, но от брюнета не укрылось несколько недовольных взглядов врача в его сторону. - Я хочу подышать свежим воздухом. - тихонько вымолвил Сехун, разгладив на груди больничную робу. Исин застыл в дверях и обернулся, столкнувшись с невозмутимым видом Сехуна. Не удержался и прыснул в кулак - Лухана всегда бесило это выражение лица одноклассника в прошлом. - Ладно, только не задерживайся. У тебя через час назначена реабилитационная сессия. - подобрел врач, подкатывая к койке пациента инвалидное кресло и помогая ему медленно в него пересесть. - Боже, а без этого никак нельзя обойтись? - угрюмо пробурчал Сехун, цепляясь за доктора. - Нельзя, идиот. Если хочешь снова начать ходить - нельзя. - хохотнул Исин, взявшись за ручки кресла и покатив его к выходу. - Погоди, хён. - врач остановился и с озадаченным видом наклонился к плечу Сехуна, чтобы лучше расслышать тихий голос. - Да? - Там, в ящике. Сехун указал на тумбочку рядом с кроватью. Исин растерянно похлопал глазами, но всё же подошел и выдвинул верхний ящик. Он закусил губу и сделал глубокий вдох, увидев ту самую синюю тетрадь и коробочку с письмами, с которыми Лухан не расставался. Все эти вещи изначально принадлежали Сехуну. - Дай их сюда, хён. Я хочу перечитать их. Исин нервно сглотнул, облизывая пересохшие губы, когда увидел направленный на него хмурый взгляд. - Сехун, мы с Сухо... Мы... - Не надо оправдываться передо мной, хён. Я не знаю и знать не хочу, с какой стати Сухо взбрело в голову передать эти вещи Лухану. Теперь-то я точно знаю, что он остался со мной только из жалости. - Сехун-а, ты не... - Нет, хён. - Исин примолк, услышав резкий ответ младшего. Врач обессиленно вздохнул - у него совсем выскочило их головы то, что Сехун вполне способен порыться в содержимом тумбочки и найти там свои и Лухана вещи, которые старший хранил, будто сокровища. Исин был в курсе ошибочных суждений Сехуна по поводу жалости Лухана и прочей ерунды, и ему ужасно хотелось разубедить своего пациента, даже прокричать ему в лицо, что Лухан его действительно любит, но Сухо строго-настрого запретил мужу лезть не в своё дело. Исин разочарованно вздохнул и провёл рукой по волосам. Почему эти двое должны страдать даже после того, как Сехун очнулся? *********** - Извините! Ой, простите, извините... Лухан с нетерпением продирался сквозь толпу людей в холле больницы. Его самолёт приземлился вот уже два часа назад, и шатен, наплевав на усталость и голод, тут же взял такси и поехал в больницу. Ему было необходимо как можно быстрее оказаться рядом с Сехуном - хотя с их расставания прошло чуть больше дня, он уже успел до смерти соскучиться по младшему. - Исин!!! - крикнул Лухан, увидев друга, который стоял рядом с лифтами и беседовал с медсестрой. Девушка удалилась по своим делам, когда Лухан стремительно приблизился к ним и с разбегу наскочил на потрясенного доктора, крепко обнимая. - Лу-Лухан! Ты что здесь делаешь??? - пропыхтел Исин, выпутываясь из удушающих объятий друга. Китаец широко улыбнулся и снова набросился на врача с обнимашками, донельзя счастливый, будто только что выиграл миллион долларов. - Ма сказала мне лететь обратно, обратно к Сехунни! Ладно, я пошёл к нему, еще увидимся, Исин! - Воу, воу! Притормози, красавчик. Лухан вскрикнул, когда врач поймал его за воротник сзади и потянул обратно, рассмеявшись, когда шатен кинул на него полный презрения взгляд и недовольно фыркнул. - Он на заднем дворике. - Исин указал в конец коридора и с улыбкой уехал на лифте, оставив шокированного Лухана в одиночестве. Лухан немного поглядел на закрытые двери лифта и расплылся в счастливой улыбке. Он взял себя в руки и поспешил в тот самый дворик, где иногда прогуливались выздоравливающие пациенты. Китаец сразу заприметил недалеко от входа знакомую черную макушку. Он хотел было подбежать и радостно обнять возлюбленного со спины, но остановился в нескольких метрах от цели с расширенными от увиденного глазами. Синяя тетрадь и стопка потрепанных конвертов, перевязанных красными ленточками... Лежали на коленях у улыбающегося Сехуна. Лухан рвано выдохнул и неосознанно прижал ладонь к сердцу, которое заколотилось, как бешеное при виде губ Сехуна, которые изгибались в нежной улыбке каждые десять секунд. Шатен собрался с силами и медленно приблизился. С одной стороны ему безумно хотелось наброситься на младшего с объятиями, но с другой... Какой-то подтачивающий сознание червячок сомнений останавливал его. Он застыл в нескольких шагах от Сехуна и впитывал взглядом каждую его улыбку, каждое движение... И затаил дыхание, уловив, как младший тихонько прочитал вслух несколько слов из своего дневника. - Се-Сехун? Сердце Лухана чуть не разорвалось, когда брюнет вздрогнул и быстро повернул голову, обращая на него взгляд глубоких тёмно-карих глаз, в которых читались нерешительность и... Тоска. Шатен забыл, как дышать, когда побледневшие губы Сехуна медленно раскрылись и он услышал то, чего ждал так чертовски, так мучительно долго. - Лухан.