Профессор Поттер

      Утром выходного дня Гарри спустился на завтрак раньше, чем он предполагал, ложась спать в три часа ночи (он не был виноват, что книга о мифологии монстров разных стран, которую он недавно взял в библиотеке для учебного материала вторых курсов, оказалась очень интересной). Было около восьми утра, когда Джек решил начать носиться по комнате Гарри и, в частности, по его кровати. Пару раз щенок, кажется, наступил ему на лицо. Через четверть часа утреннего забега Джека Поттер понял, что его попытки уснуть — совершенно бессмысленны, и принялся угрюмо натягивать на себя первую попавшуюся из сундука одежду.       Да, всё верно, из сундука. Никто не мог осудить Гарри за то, что за первые две недели он так и не потрудился сунуть одежду в гардероб. Впрочем, хранить вещи в сундуке было довольно удобно — всё было на виду и буквально под рукой. Поттер вот уже несколько дней обещал себе разобраться с пустующим красивым и вместительным гардеробом, но всё никак не находил для этого времени. То сломанные душевые в гостиной Слизерина, то увлекательное выведение слизняков в туалетах Слизерина на пару с Малфоем, то изнуряющая и нудная проверка домашних работ… В общем, у Поттера был не так много свободного времени.       Большой Зал с утра пораньше практически пустовал. Студенты мирно спали в своих гостиных, однако многие профессора уже сидели за столом и завтракали. Гарри отметил, что за столом не было директора МакГонагалл, Хагрида и Дина. Гарри усмехнулся про себя: Дин всегда на выходных любил спать чуть ли не до обеда.       — Доброе утро! — Громко поздоровался Поттер, садясь на своё место. Он даже постарался натянуть бодрую улыбку. Наверное, получилось плохо.       — Доброе утро, Поттер.       Гарри мысленно застонал. Тон у Малфоя был холодным и словно насмешливым. Почему вообще так вышло, что за обедом они сидели рядом? Что, если это отбивало весь аппетит у Поттера?       — Ага… — Кивнул Гарри, садясь за стол. Это всё, на что у него хватило сил с утра пораньше.       — Весьма красноречиво, — всё тем же тоном ответил Малфой, орудуя ножом и вилкой в своей тарелке. Мерлин, кто вообще так изящно есть яичницу? — Выглядишь так себе.       — Э-э… Спасибо?.. — Гарри растерянно посмотрел на свой немного растянутый свитер. Малфой на него едва ли взглянул, как он вообще мог заметить, во что Поттер был одет?       И вообще, что было плохого в чёрном совсем немного растянутом свитере? Ну да, в районе локтей он был чуть-чуть протёрт. А катышки! Их почти не было. Ну, разве что на груди. Но в целом это был хороший тёплый и удобный свитер! Какого вообще чёрта Малфой к нему прицепился? Может быть, он имел в виду маггловские кроссовки? Ну, так они были намного удобнее всей имеющейся в мире обуви. Малфой просто никогда их не носил.       — Это не был комплимент, — медленно объяснил Драко. — Я пытался сказать, что для профессора и декана Слизерина ты выглядишь… — он окинул Поттера взглядом, который сам Гарри описал бы как оценивающе-презрительным. — Так себе.       Гарри подавил вздох, уныло кладя себе в тарелку яйцо Бенедикт. Могло ли утро стать ещё хуже?       — И что это должно значить, а? Я вроде не спрашивал твоего модного совета, Малфой.       — Я просто посчитал важным сообщить тебе, что таким внешним видом ты не добьешься расположение Слизерина. Декан этого факультета должен выглядеть более презентабельно. Ты же в курсе, что студентами Слизерина в основном являются отпрыски чистокровных семей? Думаешь, они будут уважать декана, который мало того, что носит фамилию Поттер, так ещё и одевается, как маггл, испытывающий финансовые трудности?       Гарри вилкой размазывал желток яйца по тарелке. Слушать нравоучения Драко Малфоя в половине девятого утра совершенно не хотелось. Сам хорёк одет был безупречно. Чёрная мантия с серебряной вышивкой на воротнике, груди и рукавах, идеально выглаженные брюки и лаковые туфли. Чего уже говорить о длинных волосах, завязанных в аккуратную косу. Драко Малфой вообще человек? Или это у всех чистокровных так? Во сколько он просыпается, чтобы так выглядеть? В шесть утра?       — Тебе обязательно говорить об этом с утра? — устало спросил Гарри, делая глоток тёплого гречишного чая с лимоном. — Потому что я не выспался и не настроен на диалог о моём внешнем виде.       В голосе профессора Защиты сквозила ничем не прикрытое раздражение. Ладно. Возможно, Малфой был прав, но Гарри и сам имел некоторые маленькие проблемы с собственным восприятием. Он не мог найти свой стиль и чувствовал себя во всей своей ебучей одежде нелепо и некомфортно. Он понимал, что его внешний вид был далёк от идеала, но его бесило то, что Малфой вот так вот просто тыкает его в эту проблему носом. Гарри собирался разобраться в этом и без чёртового совета Драко Малфоя.       — Я просто хотел помочь. — Фыркнул профессор зелий.       — Я не нуждаюсь в твоих советах. — Огрызнулся Поттер.       Между ними возникла неловкая тишина. Впрочем, возможно, неловкой она была только для Гарри. Он пытался есть: наложил себе свежих овощей, фруктов и взял пару тостов, всё ещё косо смотря на мясные продукты на столе. Бекон, сосиски и мясные котлеты всё ещё вызывали у него рвотный рефлекс. Ладно, об этом стоило сказать мистеру Уокеру. Наверняка это как-то связано с ментальными проблемами Гарри.       Конечно, для чистокровных слизеринцев, привыкших к роскоши, внешний вид Поттера был неподобающим. Он сам это знал! Лишнее напоминание об одежде Гарри заставило его окунуться в неприятные воспоминания, когда он скупал различные шмотки огромными пакетами и позже отправлял их в камин, распсиховавшись. Настроение упало совсем, и Гарри с громким стуком положил вилку на тарелку. Может быть, дневной поход в Хогсмид на встречу с Роном и Гермионой пойдёт ему на пользу?       Было трудно это признавать вслух, но…       — Возможно, ты прав, — глухо сказал Поттер. — Я знаю, что выгляжу недостаточно круто для декана Слизерина.       Ну да, Гарри даже близко не был похож на бледную летучую мышь и вполовину не был таким пугающим и впечатляющим, как профессор Снейп когда-то.       — Спасибо, конечно, за совет, но тебе необязательно было сообщать мне об этом, — продолжил он угрюмо, прожигая почти пустую тарелку взглядом.       — Если ты и так всё прекрасно знаешь без меня, тогда почему до сих пор не обновил свой гардероб? Серьёзно, ты буквально ходишь практически в том же, в чём ходил, когда учился здесь.       Откуда вообще Малфой помнит, в чём он ходил во время учёбы в Хогвартсе?       — …мне казалось, что Поттеры — довольно богатый древний род, я уверен, что у тебя есть деньги, чтобы подобрать себе хорошую качественную одежду. В конце концов, ты опекаешь не неряшливых гриффиндорцев, которые учатся завязывать галстук только к седьмому курсу, а слизеринцев, которым едва ли не с пеленок прививают чувство стиля и учат быть опрятными.       Гарри заметил вот что, и это его ужаснуло: у Малфоя с Гермионой была эта общая одержимость поучать, даже если их об этом никто не просил. Утомлённый заумной речью чистокровного засранца, Гарри повернулся и устало посмотрел ему в глаза.       — К слову, поздравляю, — с ухмылкой сказал Малфой, вытирая салфеткой рот. Он был чистым, на кой чёрт ему эта грёбаная салфетка?! — Ты, наконец, разобрался с теми никчёмными очками. Без них ты выглядишь гораздо лучше.       — О, большое спасибо за комплимент, не думал, что доживу до того дня, когда сам Драко Малфой будет делать мне комплименты. Какая невероятная удача!       Малфой никак не отреагировал на его сарказм. Гарри вдруг спохватился, вспомнив их недавнее рукопожатие. Надо вести себя сдержаннее. Поттер ведь обещал себе, что, как и положено взрослому человеку, не будет обращать внимания на едкие комментарии Малфоя. Не то, что они были едкими, скорее утомительными и правдивыми (Гарри не просил об этом!).       — Поттер, — Драко тяжело вздохнул и покачал головой. — И всё же… Посети магазины одежды, когда пойдёшь в Хогсмид, посмотри себе парочку мантий. Хотя я бы посоветовал сделать индивидуальный заказ, это гораздо удобнее.       — Я пытался… — промямлил Гарри неохотно.       — Что?       — Я пытался покупать себе хорошую одежду, — чуть громче повторил он. — У меня нихрена не вышло. Одежда на заказ была очень красивой и дорогой, но я выглядел в ней как попугай или что-то вроде того.       — Тебе просто попался плохой портной. Я ещё не видел никого, кому бы не шла простая классическая мантия. Я с прискорбием признаю, что даже на Уизли она смотрелась… приемлемо.       А, ну да. С тех пор, как у Рона появились свои деньги, он старался выглядеть хорошо — тем более на людях, тем более сейчас, когда он работал в Отделе Тайн и занимался… чем-то секретным. Наверное, Малфой говорит о недавней статье в Пророке, где на первой полосе расположили колдографию с изображением Рона в парадной классической мантии. Он улыбался и поправлял значок работника Отдела Тайн. Статья вышла действительно хорошей — писали о том, что Рон — тот самый Рон Уизли из Золотого Трио, друг Гарри Поттера — переквалифицировался из аврора в министерского работника Отдела Тайн, коротко рассказали о его детстве и профессиональных заслугах, которые он уже успел получить за несколько лет работы аврором. Гарри был очень за него рад.       — Ладно, — Гарри не хотелось спорить, поэтому он просто согласился и нервно потянулся за кружкой недопитого гречишного чая. — Может быть.       Он сделал пару глотков и вернул кружку обратно на стол. Драко выглядел совершенно неудовлетворённым разговором, потому что было не похоже, что Поттер к нему прислушается. Поэтому Малфой достал палочку и трансфигурировал из чистой салфетки визитную карточку с красивым витиеватым текстом.       — Вот, — он протянул её Поттеру с улыбкой, однако глаза Драко оставались пугающе холодными. — Это адрес портного, у которого я всегда заказываю свои мантии. Он профессионал своего дела и, ко всему прочему, всегда подберёт индивидуальный превосходный стиль.       Гарри несколько секунд поколебался, а затем взял визитку и прочитал текст: «Волшебная швейная мастерская мистера Буша Брадшо, Лондон, 33 Уайтхолл».       — Эм… спасибо? — неуверенно пробормотал Гарри. — В общем, да, спасибо… э-э… за помощь, я попробую туда сходить.       Было так странно благодарить Малфоя… Однако Гарри постарался изобразить улыбку на своём лице, пряча визитку в карман брюк.       — Настоятельно рекомендую, — серьёзно кивнул Драко и вышел из-за стола. Кажется, для него этот диалог действительно был важен. Смотря в спину удаляющему Малфою, Гарри думал, как они вообще дошли до этого — чёртов хорёк (а его вообще теперь можно так называть? У них же вроде как перемирие, и они пожали друг другу руки… Ладно. Гарри обещал себе подумать об этом позже) советует ему портного. Рон и Гермиона ему ни за что не поверят.       Большой Зал начал пополняться выспавшимися и очень громкими студентами, поэтому Гарри поспешил поскорее уйти и добраться до своих покоев. Сегодня после часу дня ему предстояла встреча с Роном и Гермионой в Трёх Мётлах, и Гарри был этому безумно рад. Он не видел лучших друзей с конца августа и уже предвкушал долгую и очень интересную беседу за сливочным пивом.       — Ну и что же мне одеть в Хогсмид, а, дружок? — задумчиво произнёс Гарри, смотря на себя в зеркало. Джек лежал на аккуратно заправленной кровати и вилял хвостиком.       Выбор у него был не то, чтобы очень большой: либо не очень удобная чёрная мантия, либо маггловское тёплое пальто, предназначенное для осенней прохладной погоды. Утренний диалог с Малфоем заставил Гарри вновь очень сильно беспокоиться из-за своего внешнего вида — разумеется, он не мог вечно делать вид, что проблемы не существует, однако было крайне неприятно получить подобные замечания от… от него.       — Ну, что же… — Гарри вдохнул и достал из сундука молочного оттенка рубашку и чёрную вязаную жилетку. На всё это он накинет пальто и возьмёт свой обычный шарф. По его мнению, было весьма неплохо, нужно было только применить разглаживающие чары на рубашку и всё, наряд для похода в Хогсмид готов.       Гарри посмотрел на часы и тяжело вздохнул. До часу оставалось ещё очень много времени, и себя нужно было обязательно чем-то занять. Под руку ему попалась книга, из-за которой прошлой ночью ему не удалось выспаться — то, что надо, чтобы убить время.

***

      — Точно говорю — он что-то задумал! — Рон с громким стуком поставил кружку со сливочным пивом на деревянную лакированную столешницу «Трех Мётел».       Гарри закатил глаза.       — Рон… — устало выдохнула Гермиона, осуждающе глядя на мужа. — Когда ты уже прекратишь? Разве мы с тобой не говорили об этом?       — Вы говорите о Малфое? — Гарри, хитро ухмыляясь, поочерёдно посмотрел на друзей.       — Гарри! — возмущённо воскликнул Рон, и они все втроем дружно засмеялись.       — К тому же, не могли бы вы быть немного потише? — Гермиона понизила голос и едва заметным кивком указала куда-то в сторону двери.       Гарри метнул туда быстрый взгляд и увидел его — Драко — в ахринительно дорогой (у него других, видимо, не бывало, это, наверное, было ниже его достоинства) синей мантии снова с серебряной вышивкой. Он успел заметить, что на столе у Малфоя рядом с кружкой лежали белые перчатки и такой же белые шарф.       Рон неуклюже повернулся назад, чтобы посмотреть туда, куда кивала Гермиона.       — О, Мордред, а что он тут забыл?.. — слишком громко прошипел Уизли, привлекая к себе внимание, и Гермиона поспешила одёрнуть его и повернуть обратно.       Малфой сделал вид, что ничего не услышал. Гарри заметил, что тот читал газету и, видимо, пил сливочное пиво с черничным взрывным кексом. Весьма смелый выбор для такого, как Малфой, потому что если есть эти кексы неосторожно, то можно оказаться испачканным ярким джемом, однако у профессора зелий всё шло прекрасно, он также, как и за завтраком, изящно и аккуратно ел этот чёртов кекс. Поттер внезапно поймал себя на мысли, что хотел бы подробнее рассмотреть одежду Малфоя из чистого «научного» интереса.       — Не знаю, Рон, может быть, пришёл расслабиться в свой выходной день? — с добрым сарказмом спросил Гарри, с трудом отводя взгляд от «коллеги». — Так же, как и я. Недалеко Хогвартс, а он учитель, сегодня суббота, нерабочий день, помнишь?       Гарри говорил без всякого негатива, исподтишка поглядывая на Малфоя и надеясь, что тот ничего не замечает. Кажется, на воротнике мантии он разглядел две серебряные броши в виде маленьких змеек — окей, дань Слизерину, весьма неплохо.       — Слушай, Рон, не смешно, — строго сказала Гермиона. — Тебе же больше не двенадцать, может, уже хватит вести себя как ребёнок?       — Да ладно тебе, Герми, разве я не прав? — возмущённо зашептал Рон в ответ.       Гарри слышал их как сквозь вату. Это что, серьги в ушах Малфоя? Нет, серьёзно? С этого угла так плохо было видно, но Поттер готов был поклясться, что увидел блеск серёжек.       — Сколько раз повторять — не называй меня так, Рональд!       Послышалось недовольное пыхтение Уизли. Малфой перевернул страницу газеты. Косы у него уже не было, он забрал волосы в хвост. Мерлин, этот засранец знал толк в стиле. Наверное, мир сойдёт с ума, если Гарри Поттер попросит у Драко Малфоя модного совета?       — Он ещё волосы отрастил. Выглядит, как девчонка.       — Об этом мы тоже говорили, Рональд Уизли. Длинные волосы не обязательно должна носить девочка, это не обязательный атрибут её внешности, как и короткие волосы — не обязательный атрибут внешности мальчика. Вспомни своего брата, Билла. Разве ты бы сказал бы ему, что он похож на девчонку? А как же твоя коллега из Отдела Тайн, с которой ты недавно меня познакомил? Гвендолин Дилис, верно? Если память мне не изменяет, у неё бритая голова. Скажешь, что она выглядит как мальчик?       Гермиона звучала очень серьёзно: Гарри даже показалось, что он услышал в её голосе толику разочарования. Возможно, Рон тоже её услышал.       — Ладно, — после короткого молчания, вздохнув, сдался Уизли. Его голос уже был тише и смиреннее. — Ты действительно права. Но это же Малфой! Правда, Гарри?       До Гарри не сразу дошло, что Рон у него что-то спрашивает. Он с трудом смог оторвать взгляд от внешнего вида Малфоя — Мордред, хотелось бы ему выглядеть также роскошно и также уверенно…       — А?.. — растерянно спросил Поттер, пытаясь прийти в себя. — Чёрт, Рон, Гермиона права, тебе же уже не двенадцать, верно? Посмотри на себя — ты крутой работник Отдела Тайн, никто не в курсе, чем вы там занимаетесь. Ты уверенный в себе ахриненный маг с крутой и наверняка интересной работой, так почему ты до сих пор фиксируешься на Малфое?       — Я просто волнуюсь за тебя! — Уизли развёл руками, однако вид у него был довольный — Рон любил комплименты, и Гарри знал это, чем без зазрения совести и воспользовался, чтобы перевести диалог немного в другое русло.       — Со мной всё нормально, — честно признался Гарри. Он и сам в это старался верить. — Не надо за меня переживать, Малфой мне ничего не сделает, тем более за ним приглядывает МакГонагалл и пресса. Ему просто невыгодно делать что-то плохое, он ведь пытается восстановить былую репутацию фамилии.       — Ха, не думаю, что у него получится после всего того дерьма, что натворила его семейка. — Мрачно выплюнул Рон.       Гарри пожал плечами. Может быть, у него действительно не получится, а, может, лет через двадцать фамилия Малфой уже не будет вселять отвращение и ненависть всякому волшебнику, который хоть како-то пострадал в ходе последней войны.       — Люди меняются Рон, — меланхолично произнёс Гарри, делая короткий глоток сливочного приторно-сладкого пива. — Я пока не до конца уверен, но мне кажется, что Малфой сильно изменился за эти годы.       — Он, кажется, провёл их в Америке, да? — Гермиона задумчиво накрутила локон вьющихся шоколадных волос на палец. — По-моему, в недавней статье Пророка об этом писали. В любом случае, если ты прав, Гарри, и Малфой действительно изменился в лучшую сторону, то я только рада за него.       Рон взвыл и уронил голову на руки, сложенные на столе.       — Гермиона, ты серьёзно? После всего того, что он тебе сделал? — глухо, с кипящей ненавистью в голосе, спросил Рон.       — Это уже давно в прошлом, и если Малфой в этом раскаивается, если он изменился и поменял свои взгляды, то я могу сказать лишь то, что рада за него, Рон. Я не могу вечно ненавидеть его. Люди заслуживают прощения.       «Интересно, — подумал Гарри, вновь бросая взгляд на Малфоя, который всё ещё читал газету и изредка брался за кружку со сливочным пивом. Лицо его ничего не выражало. — Сожалеет ли он за то, что делал в прошлом? Стыдно ли ему за все те случаи, когда он называл Гермиону грязнокровкой? Мучают ли его сны о том, как Беллатриса мучала Гермиону в подвале его фамильного поместья? Вспоминает ли он, как смеялся над смертью Седрика? Сожалеет ли о всём, что сделал, будучи Пожирателем Смерти?»       — Поразительно. Ты слишком хорошая, Гермиона, — горько усмехнулся Рон, качая головой. — Этот мир тебя не заслуживает.       Гермиона Грейнджер-Уизли пихнула мужа локтём в бок и смущённо улыбнулась. Он что-то зашептал ей на ухо, и она засмеялась, шикнув на него короткое «прекрати». Они оба взялись за свои кружки и подняли их вверх.       Малфой снова перелистнул страницу. Он сидел у двери, в тёмном углу, сложив нога на ногу. Только психи приходят в паб в таком виде и так элегантно читают газеты. Правда ведь?       — Гарри?       — Да? — Он резко вздрогнул и перевёл взгляд на повеселевших друзей. — Э-эм… За что пьём? — Профессор ЗОТИ быстро схватил свою кружку и стукнул ею с кружками Рона и Гермионы.       — За то, чтобы этот белобрысый засранец не причинял тебе неудобств во время твоей работы! — озорно произнёс Рон и посмотрел на Гермиону, готовый получить от неё пинок, но она только с улыбкой покачала головой.       — Он хотел сказать, что мы пьём за то, что люди меняются.       Гарри кивнул и пригубил остатки сливочного пива, вкус которого напомнил ему о детстве. Оставалось надеяться, что Малфой действительно изменился и раскаялся, и что все те долгие судебные тяжбы против этой семьи, в которых Гарри выступал главным свидетелем, были не зря.

***

      Вечер тёк плавно и уютно, Гарри чувствовал себя очень комфортно в компании старых друзей. Наверное, сегодня он расслабился по-настоящему. Малфой ушёл из Трёх Мётел, и всё внимание Гарри сфокусировалось на диалоге с Роном и Гермионой. Последняя подробно просила рассказать о том, чему он учит детей. Поттер ожидал, что рассказ выйдет скучным, но даже Рон, которого подобные диалоги не интересовали, слушал внимательно и то и дело одобрительно кивал.       — Эх, — он вдохнул и картинно возвёл глаза к потолку. — Такого бы учителя во время нашей учёбы.       — Хорошо, что сейчас у первокурсников и остальных ребят будет хороший учитель по ЗОТИ. Я уверена, Гарри, ты обучишь их всему, что нужно. — Гермиона улыбнулась и ласково накрыла его ладонь своей.       — Спасибо вам, ребята, правда, я так рад, что согласился на эту должность, — искренне поблагодарил он, с теплотой смотря на друзей.       Они заказали тыквенный пирог, и Гермиона продолжила расспрашивать Гарри о его методах преподавания и темах, которые он уже успел объяснить студентам. Всё шло хорошо, пока Рон не уточнил, как идут дела с деканством.       — Наверняка они все противные и до ужаса чистокровные. — Добавил он.       — Они просто дети, Рон, — шикнула Гермиона.       — Ага, и многие из них — дети или родственники Пожирателей, — мрачно ответил Уизли и вновь посмотрел на Гарри с явным ожиданием.       — Э-э… Они… — а что ему сказать? Напуганные и держащиеся особняком дети? Рон с его убеждением о том, что все слизеринцы плохие явно его не поймёт, хотя, может быть, стоило попробовать. — В общем, с ними всё сложно.       И Гарри рассказал им всё с самого начала: о диалоге с МакГонагалл накануне начала учебного года, о встрече с Хагридом у Хогвартс-Экспресса первого сентября, который только подтвердил слова директорки о дискриминации Слизерина. Гарри не стал утаивать тот случай, когда вечером к нему прибежал его студент Брайан и рассказал, что на его сестру напали девочки из Гриффиндора. Сначала Поттер не хотел говорить о том, как к нему отнеслись слизеринцы, когда он пришёл в их гостиную после распределения (и потом, когда он заходит к ним в другие разы…), но подумал, что будет нехорошо, если он скроет что-то от своих друзей. Было очень неловко и страшно рассказывать о своей инициативе с анонимными анкетами, но он справился. Ещё хуже было, когда речь дошла до совместной работы с Малфоем. Это была победа, потому что Рон поморщился только один раз, и Гарри не знал, из-за слизняков или из-за упоминаний о Драко.       — Вау, друг, это… очень круто с твоей стороны, так помогать этим… детям, — запинаясь, сказала Рон и неловко ему улыбнулся. Гарри был благодарен хотя бы за такую реакцию от Уизли. Он знал, как непросто бывает избавиться от предрассудков. — В любом случае, я рад, что у тебя получается. Надеюсь, ты сможешь добиться их расположения.       — Рон прав, ты делаешь благородную работу!       Гермиона выглядела воодушевлённой и очарованной.       — Я стараюсь, — Гарри пожал плечами и откинулся на спинку стула. — Мне всё ещё кажется, что назначение меня деканом Слизерина — это безумная идея. Я правда хочу помочь слизеринцам почувствовать себя в Хогвартсе как дома, а не как на войне, но пока не знаю, как снизить градус напряжённости между ними и другими факультетами.       — Борьба с предрассудками — это очень сложно, Гарри, — Гермиона покачала головой и коротко взглянула на Рона. — Иногда нам нужно много времени, чтобы справиться с ними.       — Я знаю, — удручённо произнёс он.       — Не переживай, — Рон одобряюще улыбнулся и хлопнул друга по плечу. Гарри поднял уголки губ в слабой улыбке. — У тебя получится. Мы с Гермионой поможем тебе всем, чем сможем, да? — он нежностью посмотрел на жену и приобнял её за плечи, притянув к себе чуть ближе.       — Да, — с готовностью ответила Грейнджер-Уизли. — Я обещаю подумать над тем, как снизить напряжённость между Слизерином и другими факультетами. Гарри почувствовал, как ему стало чуть легче. Поддержка, понимание и одобрение со стороны друзей оказались ему нужны как никогда сильно.       — Ты можешь организовать дуэльный клуб! — пошутил Рон. — «Ничто так сильно не помогает снять напряжение, как хорошая дуэль»! — Он состроил суровой лицо и пронёс это грубым, низким голосом. — Так любил повторять наш учитель по дуэлингу в Аврорской академии, помнишь, Гарри?       — О, да, — мрачно кивнул Гарри, вспоминая, как этот самый учитель орал на него больше всех и постоянно повторял, что его слава здесь, в стенах академии — ничто, что важен, в первую очередь, опыт, важна сила и ум. «Посмотрим, что вы из себя представляете на деле, Поттер». Гарри потряс головой, прогоняя наваждение. — Знаешь, Рон, ты, возможно, подал мне хорошую идею. Дуэльный клуб звучит неплохо.       Рон довольно улыбнулся и поднял руку. Гарри с улыбкой хлопнул его по раскрытой пятерне.       Вечер в компании друзей подходил к концу. Они распрощались в половине пятого, устроив перед этим набег на Сладкое Королевство. Гарри прикупил себе всяких разных сладостей и снеков, которые можно будет съесть в процессе скучных проверок домашних заданий.       Поплотнее завязав на шее шарф, он медленно брёл к выходу из Хогсмида, наслаждаясь вечерней прохладой.       — Весело провёл время с друзьями, Поттер? — у ворот, ведущих к выходу из деревни, его настиг голос Малфоя. От неожиданности Гарри вздрогнул и изумлённо посмотрел на профессора Зелий, который стоял, прислонившись спиной к железным к воротам. На нам идеально сидели чёрная тёплая мантия, напоминающая чем-то маггловское длинное пальто, и небольшая остроконечная чёрная шляпа на голове.       У Гарри тоже была подобная шляпа — на них всех были наложены согревающие чары. Шапок, подобных маггловским, у магов почти не было, исключая только какие-то вязаные модные модели с завязочками или с помпонами. Поттер не мог представить Малфоя в шапке с помпоном — вот шляпа ему была к лицу и идеально дополняла образ богатого напыщенного засранца.       — Эм… да, весело, спасибо, — немного сконфуженно ответил Гарри.       Малфой ушёл из Трёх Мётел ещё в три часа… Он что, всё это время ходил по Хогсмиду? «Или педантично выбирал себе сладости в Сладком Королевстве», — подсказало воображение, и Поттер усмехнулся про себя, отчётливо представляя эту картину. Малфой, который критично разглядывает разноцветные взрывающиеся леденцы; Малфой, который с пренебрежением кривит губы, набирая в пакетик различные магические конфетки и, наконец, Малфой, придирчиво вглядывающийся в черноту кислой лакрицы. Очень уморительно.       «Ну, или он просто всё это время стоял здесь», — вновь влезло воображение. Это Гарри тоже мог с лёгкостью себе представить.       — Земля вызывает Поттера, — перед его лицом промелькнула ладонь в белой перчатке.       — Извини, — Гарри моргнул и посмотрел на лицо Малфоя. Оно выражало крайнюю степень раздражённости. — Задумался, — Драко в ответ фыркнул и зашагал вперёд. Поттер пошёл следом (а что ему оставалось делать — к замку вела единственная дорога). — Ты что-то у меня спрашивал?       — Да, спрашивал, — вновь усмехнулся профессор зельеварения, даже не смотря на Гарри. — Мне просто стало интересно, что заставило тебя пялится на меня всё то время, что я провёл в Трёх Мётлах?       Гарри этого совершенно не ожидал. Он остановился и тупо посмотрел Малфою в спину. Тот тоже встал и обернулся.       — Тебя обязательно быть таким противным? — выпалил Гарри первое, что пришло в голову. Хорошо, что на улице было прохладно, и его покрасневшие щёки можно было легко списать на румянец. И как Малфой вообще заметил?       — Знаешь, трудно было не заметить, как ты буквально прожигал меня взглядом, — словно читая его мысли, ровно сказал Драко, решив, видимо, проигнорировать выпад Поттера. — Или ты пытался прочесть занимательную статью о ремонтных работах в Министерстве? Не стесняйся, если что, я могу отдать тебе этот выпуск, чтобы ты насладился фотографиями отремонтированных министерских каминов и туалетов.       В ответ Гарри закатил глаза и просто пошёл вперёд. Он выбрал тактику игнорирования проблемы, а проблемой в данный момент был вопрос Малфоя. Он определённо точно не собирался признаваться в том, что всё то время в Трёх Мётлах пялился на внешний вид Драко. Весьма восхищённо.       — Да ладно тебе, — Малфой нагнал его в пару шагов и повернул к нему голову. — Уизли, кстати, наверняка говорил обо мне много гадостей, да?       Гарри мельком посмотрел на Малфоя и успел отметить, что теперь тот выглядел даже весело. Видимо, вся эта ситуация его забавляла.       — Спроси у него следующий раз сам.       — Боюсь, я не выдержу диалога с ним. Или с Грейнджер.       — Вообще-то, Грейджер-Уизли, — поправил Гарри недовольно.       Драко в ответ на это скривился.       — Кстати о Роне, — сказал Гарри с внезапно появившемся энтузиазмом. Он заметил, как Драко закатил глаза, и это заставило Поттера весело усмехнуться. О, Малфою точно не понравится то, что он сейчас услышит. — Он предложил мне отличную идею — возобновить работу Дуэльного клуба, и я хочу попробовать, но мне нужна чья-то помощь.       — И ты хочешь предложить её мне, я правильно понимаю, к чему ты клонишь?       — Да! Всё верно! — сияя, ответил Гарри. Ему так нравилось смятение и недовольство на лице Малфоя. Он рассматривал это как свою маленькую победу, потому что несколькими минутами ранее Драко заставил его чувствовать неловкость и стыд, загнал в угол и мягко насмехался, не переходя границы их объявленного… перемирия? В общем, чего бы там ни было.       — Я вынужден отказаться, — категорически заявил Драко, фыркнув. — Проси Лонгботтома и Томаса, я на это подписываться не буду.       — О, я обязательно их попрошу, — заверил Гарри. — Но мне нужно больше добровольцев, которых я буду время от времени меня в зависимости от их графика и ежедневной загруженности.       Они практически дошли до замка, который теперь возвышался над ними величественной фигурой. В его окнах уже много где горел свет — Башня Гриффиндора выглядела отсюда такой приветливой и такой родной… У Гарри на секунду защемило сердце. Драко молчал, видимо, тоже о чём-то думая и не спеша с ответом касательно этой авантюры. Под их ногами шуршали сухие осенние листья, прохладный ветер качал деревья Запретного Леса, ветки Гремучая Ивы тряслись и скрипели, сбрасывая с себя пожелтевшую листву. Было уютно и легко, в свежем осеннем воздухе витали нотки выпечки, и Гарри хотелось верить, что запах шёл их кухни Хогвартса, где эльфы заботливо готовили для обителей школы вкусный ужин.       Встреча с друзьями явно пошла ему на пользу — настроение у Гарри было приподнятое, к тому же, он загорелся идеей открыть Дуэльный клуб, и это полностью захватило его воображение. Он уже представлял, как позовёт однажды Рона и Гермиону, они прогуляются по школе, вспомнят былое, может быть, даже зайдут в гостиную Гриффиндора, а потом сразятся в постановочной дуэли. Рон и Гермиона показали бы детям что-нибудь интересное, он уверен…       — Я всё равно откажусь, — Малфой решил нарушить молчание, чем вывел Гарри из глубокой задумчивости обратно в реальность. — У меня нет на это времени, Поттер. Томаса и Лонгботтома, если они согласятся, будет более, чем предостаточно.       — Я всё же настаиваю, — Гарри несильно пихнул его плечом и ухмыльнулся. — Неужели ты боишься, что я уделаю тебя на дуэли также, как это случилось на втором курсе, а?       — Скорее, ты будешь Локхартом, а я буду Снейпом в нашей дуэли, — холодно ответил Малфой, не оценив шуточное подначивание Гарри.       — Мы можем это узнать. Если ты согласишься.       — Я не вижу в этом никакого практического смысла. Зачем тебе это вообще нужно?       Гарри глубокого вздохнул и принялся выкладывать все свои мысли по поводу Дуэльного клуба.       — Это будет полезно для студентов. Ты же знаешь, как часто происходят стычки между учениками разных факультетов. Что, если мы снимем с них эту спесь и напряжение посредством контролируемых дуэлей? Они в добавок научаться уйме полезных вещей. К тому же, если я и ты будем вместе вести Дуэльный клуб, это может положительно сказаться на моём авторитете декана Слизерина. — И, подумав ещё пару секунд, Гарри поспешно добавил. — У меня есть предчувствие, что это может сработать. Им будет полезно направить своё желание подраться и выяснить отношения в более позитивное русло.       — Ну, или ты просто научишь остальные факультеты тому, как более изощрённо и жёстко доставать Слизерин, — тихо, но очень недовольно ответил Малфой.       — А может, и нет! — горячо возразил Гарри, когда они уже почти подошли к дверям замка. — Ты не можешь это знать наверняка, если мы ничего не будем делать, то всё останется на своих местах. Нужно хотя бы попробовать!       Малфой остановился в паре футов от дверей и, повернувшись к Гарри, очень пристально посмотрел ему в глаза.       — Ты вечно что-то выдумаешь своей идиотской гриффиндорской благородной головой, — он сказал это таким тоном, от которого у Гарри по спине пробежали мурашки.       — Я хочу попробовать, — твёрдо завил Поттер, сжав кулаки. — И, если честно, буду очень благодарен твоей помощи. Пожалуйста, Драко.       Стоило ли это ему титанических усилий? О, Мерлин, ещё каких! Так сильно рассержен с начала учебного года Гарри был только тогда, когда пришёл к Малфою в его кабинет со своей идеей их фейковой дружбы. Говорить Малфою «пожалуйста», называть Малфоя по имени было также непривычно и безумно, как носить деканский зелёный значок с маленькой серебряной змейкой и буквами «HotH» .       Малфой, которому только что Гарри Поттер сказал «пожалуйста, Драко» поперхнулся воздухом и диким взглядом с расширенными от удивления зрачками посмотрел на идиотского профессора ЗОТИ.       — О, Мордред и Моргана, я согласен, только замолчи и не произноси больше эти мерзкие слова, Поттер! — Малфой картинно скривил лицо и схватился рукой за огромную ручку ворот замка.       — Отлично, — Гарри выдохнул с облечением, и его глаза засияли как две большие ярки звезды. — Мы обговорим с тобой детали позже. После ужина я поговорю с Дином и Невиллом. Это будет весело.       — Что ж, для кого-то это будет мучительно скучно, — буркнул Драко и дёрнул ручку двери — та с небольшим скрипом отъехала вправо, пропуская наружу, где успело прилично стемнеть, полоску тёплого света.       — Тебе понравится, не будь таким мрачным. — Всё ещё довольно улыбаясь, Гарри прошёл в открывшийся проём двери и, что-то весело напевая себе под нос, пошёл в сторону подземелий.       Драко смотрел ему вслед усталым и недоверчивым взглядом. Оставалось надеяться, что идея Поттера не прогорит и принесёт хоть какой-то положительный результат вместо сокрушительного разочарования и вреда, от которого могут пострадать как Слизерин, так и остальные факультеты Хогвартса.       После такого диалога зельевару точно требовалась чашка теплого зелёного чая и хорошая книга о последних исследованиях в сфере магической медицины, которую он не мог дочитать с начала учебного года.