Когда у тебя День рождения?

Дирк лежал на диване, и ему было немного жаль себя. Или даже посильнее, чем просто немного. Он чувствовал пульсацию в голове, а его кожа горела, как от огня. Конечно, не прямо вся кожа: только неудачно подставленные под солнце участки его шеи сзади и по бокам, уши сверху, и его нос, и еще v-образный след спереди ниже шеи — там он сгорел, потому что где-то посеял свой галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Вот, держи, — Тодд присел на край дивана возле ног Дирка, подавая ему стакан с прохладной водой и несколько обезболивающих таблеток. — Это должно помочь против головной боли. И я тебе говорил пить больше воды. — Да, я помню, — покорно ответил Дирк. Он наконец решил снять ободок с мультяшными ушками, который сжимал его и без того болевшую голову. Аккуратно отложив ушки на столик у дивана, он закинул в рот таблетки и запил их водой. Потом расстегнул до конца рубашку и снял её, оставаясь в майке и брюках. — Надеюсь, оно того стоило, — Тодд положил ноги Дирка себе на колени, стараясь как-то смягчить для Дирка итог этого дня. Дирк широко улыбнулся, хотя голова у него раскалывалась. — Конечно, стоило! — он прильнул к Тодду, обняв его своими длинными руками и уткнувшись слегка загоревшим за этот день лицом в то самое замечательное место между плечом и шеей Тодда. — Это был чудесный-расчудесный день. — У тебя нос прямо красный. — Чудесный, — настаивал Дирк со счастливым вздохом. — Видел, как я катался на американских горках? — он взглянул на Тодда, улыбаясь. — А как мы с Амандой кружились в чайных чашках? Тодд рассмеялся: — Ты чуть оттуда не вылетел. — Ну да, — Дирк пожал плечами, — Аманда такая энергичная! — Всё из-за тройки Роуди. Дирк поёжился: — Я рад, что их туда не пустили. — Да уж, когда они приехали за ней, было так себе, — закрыв глаза, Тодд припомнил, как Роуди-вэн с визгом остановился на парковке, испугав всех вокруг. Аманда забралась в него с ворохом еды и игрушек в руках, и даже не оглянулась. Мартин же лишь покосился с водительского места и швырнул в них окурком. — Тодд? — Да? — Ну почему мне так больно? — Тодд обнял Дирка за плечи, старательно избегая прикосновений к солнечным ожогам на его шее. — Ты обгорел. У тебя слишком бледная кожа, тебе нельзя целый день быть на солнце без специальной защиты. — Когда уже перестанет болеть? — Обезболивающее должно подействовать. Погоди-ка, я сейчас посмотрю, может, у меня ещё что-то есть в ванной, — Тодд высвободился из объятий Дирка и, порывшись в ящиках в ванной, вскоре принёс тюбик геля с алоэ. — Вот это попробуй, — Тодд уселся на диван, и Дирк тут же снова перекинул ноги через его колени. — Ну Тодд, — с сомнением сказал Дирк, — если ты намажешь на меня эту штуку, ты тогда не сможешь целовать меня в шею. Тодд поднял брови: — Так я и в любом случае не смогу. У тебя кожа сгорела. Любое прикосновение будет делать больнее. — Ладно, — Дирк со страдальческим лицом позволил Тодду нанести гель на обгоревшие места, временами слегка шипя от боли. Очень осторожно Тодд намазал гелем нос Дирка и уши, и впадинку между ключицами. — Это должно помочь. — Спасибо, — сказал Дирк недовольным тоном. Он снова прижался к Тодду и вздохнул. Некоторое время они помолчали, прежде чем Тодд снова заговорил: — А когда у тебя День рождения? Дирк замер: — Что? — День рождения когда у тебя? Мы же ходили в парк на День рождения Аманды, — напомнил Тодд. — Ну, а что мы будем делать в твой День рождения? Ты же, наверное, захочешь провести его как-то необычно, так что понадобится время, чтобы хорошо всё спланировать. И мне нужно знать, сколько времени у меня на это есть. Дирк резко поднялся с дивана и ушёл в ванную, закрыв за собой дверь. Тодд услышал, как там зашумела вода, льющаяся из душа. Нахмурившись, Тодд подошёл к двери ванной и негромко постучался: — Дирк? Можно мне зайти? Ответа не было. — Ну Дирк, пожалуйста! Замок щелкнул, Тодд открыл дверь и вошёл внутрь. Ванная уже была заполнена паром, и Дирк стоял под душем, скрытый занавеской. Тодд знал, что Дирк так и будет стоять под струями воды, отстраненный и неподвижный, как статуя. Тодд со счёта сбился, сколько раз уже он обнаруживал Дирка таким. Иногда все тело Дирка было покрасневшим из-за того, что он чересчур долго был под слишком горячей водой. Иногда он наоборот был замёрзший и дрожащий. В большинстве случаев Тодд не мог попасть к Дирку в ванную, пока не становилось поздно. — Прости, — тихо сказал Тодд, продолжая стоять у двери. Вода перестала литься. Тодд ухватил полотенце и стал промокать им Дирка неторопливыми осторожными движениями: — Мы можем больше никогда не говорить на эту тему. — Я не помню, — тихо ответил Дирк. Он смотрел вниз на свои ноги, порозовевшие от горячей воды. Тодд обернул полотенце вокруг тощей талии Дирка: — Что ты имеешь в виду? — Не помню, когда мой День рождения. Из всех фактов, которые Дирк позволил Тодду узнать, выяснить или догадаться о тех временах, когда Дирк был в Чёрном Крыле, почему-то именно этот оказался самым болезненным. Отобрать у маленького мальчика его День рождения — это было самое отвратительное из всего, что можно было сделать в той тюремной лаборатории. Ярость просто переполняла Тодда, пока Дирк не положил руку на его плечо: — Но меня это вроде и не волновало до сегодняшнего дня, — продолжил Дирк. — А Аманда так веселилась, и мы так здорово провели с ней этот день, лучше не придумаешь. Она была такой счастливой! — Мы можем выбрать день для твоего Дня рождения, — нашел выход Тодд. Дирк наконец посмотрел на него, возвращаясь в реальность: — Как? — Так, мы можем просто выбрать любой день, — Тодд улыбнулся, обнимая Дирка за талию и немного прикасаясь ладонями к его обнаженной спине. — Любой день, какой захочешь, и он будет твоим Днем рождения. Хоть завтра, если хочешь. — Но это же будет не по-настоящему, — в голосе Дирка сквозила пустота. — Нет, по-настоящему! — возразил Тодд. — Это будет твой настоящий День рождения для нас и наших друзей. А самое важное именно это. Так что выбирай. Дирк едва заметно улыбнулся: — Ладно, я подумаю, — он медленно притянул к себе друга, обнимая его, и Тодд как-то автоматически прижался головой к шее Дирка, задев коротко стрижеными жесткими волосами его обгоревшую кожу. Дирк зашипел от боли. — Прости! — Тодд отодвинулся, неловко улыбаясь. — Ну вот, ты взял и смыл весь алоэ-гель. Давай намажем ещё. — Сейчас, — Дирк удержал Тодда, и в этот раз Тодд был намного осторожнее, чтобы снова не задеть шею Дирка. — Спасибо тебе, — он нежно поцеловал Тодда, прикоснувшись ладонями к его груди. Тодд слегка отстранился, приподнял лицо Дирка за подбородок, чтобы поцеловать его в шею под челюстью — в одно из немногих мест, которое не пострадало от солнца. — Я как-то не спрашивал, — вдруг сказал Дирк, — а ты сам любишь, когда тебя целуют в шею? — Ну я думаю, это все любят, — улыбнулся Тодд в ответ. Дирк тоже немного смущённо улыбнулся и медленно склонился к шее Тодда, чтобы, поцелуй за поцелуем, спуститься от его уха до плеча. Тодд закрыл глаза от удовольствия, продолжая обнимать Дирка и чувствуя, что с каждым поцелуем Дирк слегка присасывается ртом к его коже. То, как моментально Дирк переключался между совершенно противоположными эмоциями, иногда просто поражало. Дирк объяснял Тодду, что это единственный для него способ справляться со всеми теми плохими или хорошими мыслями и чувствами, которые постоянно проносятся через его разум, пока он продолжает следовать пожеланиям Вселенной. И прямо сейчас Вселенная явно подсказывала Дирку слегка прихватить зубами мышцу сбоку на шее Тодда. Конечно, Дирк так и сделал, за что и был вознаграждён коротким и полным блаженства вздохом друга. Дирк задумчиво отодвинулся от шеи Тодда. — Наверное, я хочу, чтобы мой День рождения был летом. Тодду понадобилась пара мгновений, чтобы прийти в себя и вернуть свой разум к реальности с того теплого и определенно эротического направления, в котором уже направлялись его мысли. — Да, День рождения летом — это классно, — согласился он. — Как думаешь, мы могли бы съездить в Калифорнию? — спросил Дирк, размышляя и лениво поглаживая грудь Тодда. — На твой День рождения? — Дирк кивнул. — Конечно, почему же нет, — при этих словах Дирк просиял. — Как думаешь, а мы могли бы сходить в Диснейлэнд? — Тодд с пониманием улыбнулся: — Мы совершенно точно можем пойти в Диснейлэнд в твой День рождения. — Тогда, наверное, я бы хотел, чтобы мой День рождения был десятого июля, и чтобы мы пошли в Диснейлэнд. Нам надо сделать приглашения? — Конечно. Давай начнем завтра? — предложил Тодд. — Почему не прямо сейчас? Мне бы не хотелось, чтобы кто-то успел запланировать на этот день что-то другое и пропустил бы мой первый настоящий День рождения. — Ну… — Тодд медленно прижался всем телом к Дирку, ощущая через полотенце его нарастающее возбуждение, — я подумал, что тебе в голову могло прийти ещё что-то, чем мы бы занялись прямо сейчас? Дирк игриво улыбнулся. Он снова прикоснулся губами к шее Тодда, и был определенно рад тому, что окончательно разобрался с поцелуями в шею, уж не говоря о его первом настоящем Дне рождения.