Огонь очага

      Теплые лучи солнца играли на оставленной туманом росе, покрывающей травы, сушили лужи, оставленные вчерашним дождем и надоедливо светили в глаза всаднице, чья макушка выделялась на фоне природы ярким рыжим пламенем. Уже целый час она слышала лишь один, сопровождающий ее на протяжении всей дороги, звук — цоканье копыт вороного коня по камням дороги.       Девчушка, а по другому ее назвать было сложно из-за характера, очень удивилась, услышав настойчивое бормотание высоким голосом, а стоило ей увидеть его обладателя, так брови и вовсе поползли на свидание с затылком. Казалось, еще больше удивить нельзя, потому что шут в Скайриме такая же редкость, как гуляющий без великана мамонт, но, как оказалось, льзя. Он решительно и очень быстро направился в сторону замеченной им, предположительно, наемницы, чем очень «обрадовал» пугливого коня.       — Тпру-у-у, стой! — уверенно скомандовала всадница и слегка натянула вожжи, заставляя скакуна остановиться.       — Цицерону нужна помощь, да-а-а! Цицерон заплатит!       Шут, мягко говоря, пугал, но, то ли из солидарности к рыжеголовому, то ли из жалости, девушка все же спешилась.       — В чем дело?

***

      Ситуация была предельно ясна. Сын везет тело матери на похороны, у повозки отвалилось колесо, а бедный фермер, ничего общего с рыжими не имеющий, напрочь отказывался помогать, но договариваться с людьми путница умела.       — Я поговорю с Лореем, а ты… Подожди тут, — осторожность в этом деле не помешает. Мало ли, вдруг этот чудной вытворит что-нибудь и тогда хозяин фермы окончательно убедится в правильности своего решения. А вот без участия скачуще-бормочуще-напевающей личности договориться удалось довольно быстро. И все же девушка обернулась, чтобы проверить, не солгал ли ей фермер.       — Нужно кое-что доделать и собрать инструменты. Не волнуйся, я помогу Цицерону.       Кажется, он даже проникся сочувствием к свихнувшемуся шуту.

***

      Не смотря на то, что нордка сама при уговаривании фермера заверила его в наличии денег у шута, избежать уже которого по счету удивления не получилось. Фигляр радостно бросил ей в руки увесистый бренчащий монетами мешочек и бросился скакать вприпрыжку вокруг все еще поломанной телеги.       «Совсем тронулся» — единственное, что могло прийти в голову на его счет.       Не собираясь долго задерживаться, девушка оседлала коня и погнала его галопом к Виндхельму. Она итак потеряла здесь немало времени, а заказ, увы, не ждет. И если раньше рыжеволосая могла рассчитывать на спокойную поездку, то сейчас — нет. К счастью, не смотря на свою пугливость, Ветер был быстрым и выносливым конем, одолженным у охотника. Хотя зачем конь мертвому охотнику? Вот и путница так подумала. Красть было бы плохо, поэтому она сначала убила бродившего неподалеку мужчину, а потом спокойно «одолжила» скакуна.

***

      Найти Нильсин проблемой не было. Проблемой было ее убить. На протяжении всего оставшегося дня Мирана следила за своей жертвой, ожидая подходящего момента, но так и не дождалась его даже после того, как последний луч солнца покинул землю, уступая место таинственному лунному свету. Она уже думала, что придется вскрывать замок на двери и заходить в дом, как вдруг услышала щелчок. На улицу вышла в легкой серой сорочке, чтобы полюбоваться небом. Неужели девушке посчастливилось за один день встретить двух сумасшедших?       — Тебе нравится холод? — убийца сидела на крыше с луком наготове, но Нильсин, как и другие, не заподозрила угрозы в дружелюбно звучащем голосе.       — В последнее время… Очень.       На спрятанных за маской губах скользнула усмешка. Девушка неслышно натянула тетиву и выпустила стрелу точно в голову своей жертве. Контракт уже давно был выполнен, но возвращаться в убежище не хочется до сих пор. Именно по этой причине, вернувшись к заказчице, она решила спросить «нужно ли что-то еще?».       Забавно, правда? Убийца предпочла пересечь Скайрим дважды возвращению в свое убежище.       Она чувствовала себя там слишком чужой, в большей мере из-за Астрид, с которой часто встречалась взглядами. С одной стороны девушка чтила главу Братства, но с другой… ненавидела. Какой-то механизм в голове настойчиво твердил не доверять светловолосой дамочке, чего бы это не стоило. Догматы она этим не нарушает, а потому продолжает позволять этому механизму работать.       Возвращаться в Маркарт было бессмысленно. Рано или поздно до Муири дойдет весть о гибели Нильсин, которой она так желала, а значит можно расслабиться и, уже не торопясь вернуться домой.

***

      Поместье «Озерное» как всегда было наполнено лишь беспросветным мраком, тишиной и запахом можжевельника. Но что-то в этот раз насторожило. Тщательно изучив все предметы в вестибюле, нордка наконец заметила висящую на оленьих рогах кожаную сумку своей знакомой. Пожалуй, только обществу этой каджитки в своем доме девушка была рада. Она поднялась на второй этаж и обнаружила на кровати свернувшееся в клубочек существо, что-то мурлычущее себе под нос, и улыбнулась, накрывая подругу одеялом.       — Так ведь теплее, Саф, — тихо прошептала она, прекрасно зная, что чуткий слух уловит даже шорох из другой комнаты, не говоря уже об этом.       — Намного. Спасибо, — кошачьи голубые глаза приоткрылись, позволяя каджитке разглядеть хозяйку поместья и закрылись вновь через мгновение.       — Я пойду на кухню, ты что-нибудь ела?       — Я скушала четыре жареные кроличьи ножки. Не беспокойся, сама наловила, — Сафира замурлыкала, судя по всему вспоминая азарт охоты и сладость победы.       — Что в сумке? Скума?       — Лунный сахар, — профырчали в ответ.       — Ну-ну…       Они общались легко и непринужденно, прекрасно зная всю подноготную друг друга. Возможно дело в давнем знакомстве, возможно просто в том, что больше доверять некому. В далеком прошлом, когда эти двое только встретились на улице города, будучи детьми, они пообещали, что все секреты умрут вместе с ними и как ни странно, обещание было в силе до сих пор.       — Тебя давно не было, Мирана… — Саф неслышно спустилась вниз.       — Откуда знаешь?       — Так я тут уже неделю.       У рыжеволосой из рук выпала тарелка, она перевела взгляд на кошку, но та лишь улыбалась, обнажая острые клычки и беззвучно смеялась. Она все привыкла делать тихо, чтобы не быть пойманной стражниками при воровстве или другом далеко не законопослушном деле. В этом они совершенно отличались.       Если Мира дома была тихой, отдыхая от всех пережитых эмоций, то Сафира наоборот, только в этом месте позволяла себе бурные эмоции.       Вредная девушка с огненно-рыжими волосами и покладистая белая кошка. Они словно дополняли друг друга, завершали. Как две шестеренки в большом механизме. Даже если встанет только одна, перестанет работать все.       — Мне так не хочется возвращаться в Убежище, — нордка тяжело вздохнула и возвела взгляд к потолку.       — А в чем проблема? Убивать тебе не противно, игнорировать надоедающие личности тоже умеешь… Что случилось?       — Я не могу рассказать, ты же знаешь.       — Знаю, — и все же в голосе хвостатой ясно выразилась обида.       — Скоро вернусь! — Мира потрепала подругу по голове и быстро пошла к выходу.       — Ты всегда так говоришь, — Саф села за стол и зевнула, прикрывая рукой рот.

***

       Убежище встретило какой-то странной оживленностью, причину которой, убийца поняла лишь войдя в главную, как она считала, залу. Тот самый шут с дороги с тем самым заколоченным в деревянный ящик гробом отнюдь не мирно беседовал с Арнбьорном.       — Да заткнись ты, прихлебатель неуклюжий. Человек прошел долгий путь. Будь с ним хотя бы вежлив, — Фестус быстро приструнил оборотня, вызывая у Миры улыбку. Правильно, нечего ему лаять.       -… долгожданный возврат к традициям.       Эту фразу Мирана выловила неожиданно для самой себя и почувствовала как загорается огонь надежды, что они больше не будут напоминать шайку наемников, называющих себя Темным Братством, а станут им.       — О-о-о, какой ты мудрый мудрец и добрый добряк! Не сомневаюсь, ты заслужишь расположение Госпожи.       «О, да. Ошибки быть не может. Это не двойник, это тот самый поехавший шут! Кажется, будет весело.» — пронеслось в буйной головушке.       Сначала Астрид приятно удивила девушку своим словом о том, что Цицерона будут уважать как хранителя, но потом она снова показала свою жадность ко власти. Неужели маленький подозревательный механизм все же прав и ей не стоит доверять? Время покажет.       Сразу после разговора с Хранителем глава метнулась к относительно новому члену семьи и начала заваливать ее информацией, так что девушка тут же задалась вопросом: «Зачем называть кого-то болтливым кретином, если сама не лучше?».       Нового контракта пока для Миры не было и та смогла спокойно вдохнуть, а затем подошла к шуту.       — Стой! Постоой! Я тебя знаю! Да, да. На дороге, помнишь? Цицерон никогда не забывает лиц!       — Да, помню. Та повозка… Выходит, ты вез сюда Мать Ночи? Тогда я совсем не жалею, что помогла.       — А твоя помощь так кстати! Бедному Цицерону она была нужна! Уговорить Лорея починить мне колесо! Я тобой доволен. Но Мать Ночи довольна больше. А наша мать, она ничегошеньки не забывает.       Девушка решила не упускать возможности и побеседовать с хранителем, разузнать о нем и о Матери побольше, но она постоянно ловила на себе ошеломленный взгляд то Астрид, то Арнбьорна.       «И эта свихнулась? Сумасшествие что, по цвету волос теперь передается?» — наверняка думали они.

***

      Диалог с Арнбьорном и Визарой о прибывшем полезным не оказался, в основном из-за постоянных угроз от оборотня нордке и обратно. Эти двое слишком невзлюбили друг друга. Она называет его вонючим псом на поводке, он ее — окорочком. Ни о каком мирном разговоре и речи быть не может.       Девушка вспомнила, что дома на кухне найти еды не удалось и решила пообедать в убежище. Мирана даже не удивилась, когда редгард подошел к ней, отвлекая от трапезы и дал контракт, обсуждать который пришлось на ходу, как и доедать кроличью ножку. По окончанию разговора девушка поднесла было ко рту сладкий рулет, но, наткнувшись на внимательный взгляд Назира, остановилась. — Что еще? — Ты есть собралась? Отправляйся! Дело не ждет! Нордка посмотрела на лакомство полным сожаления взглядом. — Бегом! — рявкнул мужчина, не оставляя убийце выбора. Она сорвалась с места, не думая о том, что это была шутка, и сунула рулет первому попавшемуся на пути. — О-о-о! Цицерон…благодарен! — раздался звонкий голос шута, который, не дожидаясь обеда, принялся за десерт. **** На этот раз заказчик оказался совсем недалеко, в Фолкрите и именно поэтому Мира еще больше удивлялась спешке, но стоило лишь найти нужного человека, как вопрос о важности задания отпал. — Мать Ночи услышала твой зов. Изуродованный свежими ожогами и ранами человек поднял взгляд на убийцу и начал тихо, прерывисто говорить. — Шахта… Желчная шахта… Ее совсем недавно отчислили от разбойников, но… Сейчас там кое-кто похуже… Оценив состояние заказчика, девушка потребовала деньги вперед и тот не стал противиться; видимо и сам понимал, что даже до рассвета не дотянет. *** Тишина. Слышен лишь шорох приминаемой шагами травы и шелест листвы. Посреди леса такое «обилие» звуков совсем не радует, скорее даже пугает. Дверь в шахту противно скрипнула и пропустила внутрь облаченную в облегающую броню фигуру. Девушка слишком была уверена в себе и своих способностях, чтобы сразу доставать оружие. Она рассчитывала спрятаться в тени и разузнать побольше о своей жертве. «Возможно это ворожея. Огонь и когти — их оружие.» Вскоре от тишины не осталось и следа. Кто-то громко кричал от боли и молил о пощаде. Убийцу, которая сама не раз такое слышала от заказанных ей же людей, не должно это волновать, но по спине Миры все равно пробежались мурашки. « О, боги, что там творится?» ***       Удар по затылку мгновенно выбил вроде как профессиональную убийцу из сознания. Тело с глухим шмяком упало на холодную сырую землю и зазвучал истеричный смех. Женщина смеялась над тем, в какой позе оказался «профессионал»       Очнулась девушка в подвешенной к потолку клетке и сразу почувствовала железные оковы на руках и ногах, ошейник с цепью… Как член Темного Братства может допустить такую ошибку? Как он может не заметить врага? Мирана не могла ответить на эти вопросы. Спустя некоторое время к клетке подошла женщина с абсолютно пустым взглядом и безумной улыбкой, а так же ржавым кинжалом в руке.       В следующий миг пещеру огласил крик. Забавно, что Мирана испугалась открывшейся дверцы и попыталась забиться в угол, но ей действительно было страшно. Вдруг она разделит судьбу заказчика?.. Ей не хотелось об этом думать. Пытка продолжалась целый час. Маньячка оказалась магом и она не упускала возможности то молнией «подзарядить», то заморозить до бессознательного состояния. А потом, чтобы почувствовался контраст, обжигала побелевшую от холода кожу пламенем.       Совсем скоро несчастную мученицу начало лихорадить. Соленый пот стекал в открытые раны и непонятно, что было хуже. Попросить о смерти или мучиться дальше.