Холли

Красота любви в том, что ты можешь влюбиться в нее

с самым неожиданным человеком в самое неожиданное время. Риту Гатури

После той ночи Холли больше не видела Аманду. Блондинка уверенно шагает по мраморному кафелю молочного цвета, широко улыбаясь. Сегодня она здесь, на своей работе, после двух длительных выходных, которые были скорее мукой, нежели наградой. Их офис напоминал скорее уютное кафе в стиле «Лофт», чем угрюмый офис с панорамным видом, который не так сильно помогал справляться с рутиной. Он разделялся на несколько отделов. Менеджеры по продажам работали в правом крыле на третьем этаже, а диспетчеры — в левом, отдел доставки занимал весь второй этаж, аналитики роста потребителей, а также люди, занимающиеся раскруткой, руководили четвёртым этажом. Все стены были окрашены в белый цвет, а вместо гипсокартонных перегородок были стеклянные, отчего всё казалось воздушным и лёгким. Множество декора висело на стенах. Будь то полки с книгами, различные безделушки или картина с красным пятном — всё было к месту, и ничего не хотелось убрать или снять. В компании никогда не было тихо, эта работа являлась вечным обсуждением той или иной темы. Во главе всей ветки заседала Виктория Бекер — молодая и целеустремленная женщина, от которой захватывает дух с одного взгляда. Стройная брюнетка обладала огромными амбициями, которые пленили всех вокруг. Её интернет-магазин пользуется огромным спросом по всему миру, но девушка продолжает крутиться как белка в колесе, доводя всё до ещё более лучшего результата. «Нет предела совершенству,» — эта фраза каждый божий день отдаётся эхом в здании офиса, словно впитываясь в краску стен. — Боже, Холли, ты выглядишь просто потрясно! — подсвистывает парень, сидя на своём рабочем месте. Его зелёные глаза горят. Как и всегда, карамельного цвета волосы красиво уложены назад. — Боб, пора привыкнуть к моему внешнему виду, — она широко улыбается, протягивая его имя. — Где ты берёшь эти шмотки? — он отпивает пару глотков кофе, не отрывая своё внимание от напарницы. — Серьёзно, откуда столько денег? Или ты тайно работаешь на президента? Отвечай мне быстро, — он буквально тараторит. Холли смеётся, усаживаясь на своё рабочее место. Их столы находятся совсем рядом, как и все другие, так что болтовня ни о чём — это то, с чего начинается их рабочий день. — Дорогой друг, я обещаю магазинам возможное сотрудничество с нашим интернет-магазином, уверяю их в том, что мой начальник будет в восторге от их ассортимента, а взамен получаю огромные скидки, скупая кучу одежды, и больше не возвращаюсь туда впредь, — блондинка убирает свои длинные волосы назад, закалывая. — Всё просто, правда, скоро список магазинов опустеет, и халява закончится. — Ах, ты чертовка, — он вертится на своём стуле, укоризненно щуря глаза. — Ты пользуешься своим положением, как можешь. — Не завидуй, ты можешь проводить такие же махинации, — Холли включает ноутбук. — И уже будет моя очередь упрекать тебя в этом. Боб хихикает, часто щёлкая по колпачку ручки. Ему двадцать пять лет, а повадки и характер тянут лет на шестнадцать. Они уже два года работают вместе, чувствуя себя на одной волне. Маленькие шутки, понятные только им, постоянно проскальзывают в их разговорах. Это лёгкая, но крепкая дружба, за которую Холли даже почку готова продать. Около трёх часов работа за их столами буквально кипит. Пальцы то и дело стучат по клавиатуре: обновления на сайте интернет-магазина должны быть готовы уже в конце рабочего дня. Но когда стрелка часов доходит до двенадцати, все забывают обо всём, мчась на обед. Потому что еда — залог счастья, и это доказано всеми врачами планеты. Так и Боб с Холли не исключение. — Куда пойдём обедать на этот раз? — блондинка закрывает ноутбук, сохраняя документ. — Я бы не отказался от суши, — он потягивается, устремляя руки вверх. — Суши так суши, я не против. Они спускаются вниз на лифте, садятся в машину Боба и уже через десять минут открывают меню в ближайшем Суши Хаусе. — Что будешь? — интересуется парень, листая страницы. — Какой-нибудь салат из морепродуктов и свежевыжатый сок, а ты? — Снова на диете? — Боб всегда был против всяких ограничений в еде. — Куда ещё худеть, скажи мне? — Не беси, я просто поддерживаю форму, — она фыркает, откладывая меню на край стола. Парень цокает, закатывая глаза, но больше не затрагивает эту тему, потому что знает, спорить с ней бесполезно. Он обижается, как маленький мальчик, складывая руки на груди. Официантка принимает заказ и уходит, вежливо пожелав приятного обеда. — Ну, рассказывай, что было, пока у меня были выходные? — Шелдон складывает руки на стеклянном столе, разрывая тишину. Боб ещё пару минут дуется, не поворачиваясь. Он разглядывает цветные диванчики и декорированную белым кирпичом стену, но быстро сдаётся, желая рассказать последние новости и сплетни. — Томаса уволили, — грустно выдохнул парень. — Что? Но, почему? — Он опаздывал на работу вот уже неделю, а вчера вообще напился и не пришёл. — Странно, раньше за ним такого не наблюдалось, — Холли совсем не ожидала услышать подобное. — Сам не знаю, — он замолкает, так как официантка приносит заказ. —Но кто-то сказал, что Том расстался со своей невестой. — Даже представить сложно, какого ему сейчас, — девушка отпивает глоток сока. — Расстаться с будущей женой, да еще и увольнение. Я думаю, нам нужно встретиться с ним, Боб. Шелдон не была из списка тех, кому всё равно на своих коллег, пусть они и не близкие. Они же команда, нужно помогать друг другу. — Думаешь стоит лезть в это? Навряд ли Виктория вернёт его. — Попытаться стоит, он профессионал своего дела. У всех бывают плохие времена, — блондинка и впрямь стала сильно переживать. На душе скреблись кошки, она как никто понимала, какого ему сейчас. Не так много времени прошло с того дня, когда Майк воспользовался ею и чуть было не изнасиловал вместе со своими друзьями. А теперь ей приходиться молчать, потому что это её проблемы, с ними она привыкла справляться сама, хотя прекрасно понимает, что это неправильно. — Ты права, он фотограф от Бога, его обложки были настоящим искусством, — невнятно говорит, жуя очередной ролл. Но Холли окончательно погрязла в своих мыслях. Они терзали её бедную душу. Аманда была в каждой из них. Её янтарные глаза, от которых каждая ночь превращалась в бессонную. Голос, который мерещится на каждом углу. Она везде, она повсюду, но в то же время её нигде нет. И непонятно, какого хрена её так много в блондинистой голове. Она же вроде по мальчикам, нет? — На выходных можем съездить к нему, слышишь? — Боб щёлкает пальцами прямо перед Холли. — Ты куда пропала? — А, что? Прости, я задумалась, — быстро выпалила девушка. — Говорю давай сходим к нему на выходных. — Отличная идея, надо будет с ним связаться и встретиться. — Угу, — его рот забит едой. Оставшаяся часть дня пролетела довольно быстро, оставляя лёгкую, но приятную усталость. Девушка проходит в дом, снимая лёгкий плащ. Босыми ногами она тихо передвигается по дому, словно кошка, включая гирлянды, которые висят по всему дому. Темнота никогда не была её лучшим другом, а с ними намного теплее. После выпитого стакана тёплой воды девушка с тяжестью садится на мягкий диван. Включив телевизор, она и не думает переодеваться. Закинув ноги на стеклянный столик, Шелдон достаёт сигарету из пачки и делает долгожданный вдох. Никотин снова успокаивает, отвлекает и вроде как становится легче. Все две недели от Майка никаких новостей и это радует, но что-то внутри подсказывает, что тот так просто не сдастся. Докурив сигарету, она все-таки встает с дивана и тушит её об раковину. В голове мимолётно пролетает образ Аманды, её взгляд, и это порядком поднадоедает. От безысходности ей хочется напиться, поэтому недолго думая она звонит Бобу. — Алло, есть предложение выпить сегодня в баре, ты как? — Эм, но завтра же на работу. — Не будь занудой, к тому же мне нужно тебе кое-что рассказать. — Это сильно секретно? — Очень, — Холли всячески пытается заманить друга в бар. — Уговорила, за тобой заехать? — Да. — Через полчаса буду, — Боб скинул трубку. Холли хочет поделиться с ним, рассказать хотя бы часть истории об Аманде, потому что это уже не может сидеть в ней, оно рвётся наружу и просит хоть каких-то действий. Шелдон снимает одежду, в быстром темпе принимает тёплый душ, стараясь не намочить волосы. После душа обтирается полотенцем, расчесывает волосы, а в голове настойчиво засели янтарные глаза. От них вообще не спрятаться, она в такой ситуации впервые и хрен знает, что с этим делать. Ну, не может же она ходить по улицам города с табличкой «Ищу Аманду». Хотя, если это бы помогло, возможно, она бы и прогулялась, и стерпела этот стыд перед прохожими, а после и перед самой девушкой, но тут главное цель, а не путь. Холли тяжело вздыхает, заходя в гардеробную. Сейчас настроение спрятаться и не выделяться. Обычные черные джинсы, такая же тёмная футболка с незамысловатым рисунком, кожаная черная куртка с ярким рисунком на спине. Сама того не понимая, она оделась под стать Аманде в ту ночь. Даже её внутреннее нутро пытается скопировать эту девушку. Боб приехал ровно через полчаса. Всю дорогу Холли была молчаливой. — О чём ты хотела рассказать? — парень был в нетерпении. — Сначала дай мне выпить, — засмеялась блондинка. — Это не так-то просто. — Ты маленькая пьяница, — бубнит он. — Замолчи, засранец. Оставшуюся часть дороги они ехали молча, слушая музыку по радио. Бар был небольшим, но шумным. Барная стойка тянулась почти во всю длину стены, а маленькие столики с диванчиками заполняли оставшуюся часть помещения. — Куда сядем? — За тот угловой столик, — показывает девушка на самый дальний. — Хорошо, — он послушно соглашается. — Я закажу напитки, а ты пока садись. — Держи карточку, пароль 0335. — Я оплачу, не дури, — он хмурится, отправляясь к бармену. Через десять минут Боб приносит несколько напитков, ставя их на стол. — Я взял твой любимый «Мятный Бриз». — Спасибо, — коротко отвечает Холли. Она почти сразу выпивает первый коктейль, не обращая никакого внимания на глаза парня, которые стали как два блюдца. В зале играет музыка, а запах алкоголя немного дурманит. — Ну, так что? Ты уже достаточно выпила? — Боб не умеет ждать, он просто не способен на это. — Кажется, чтобы признаться себе и тебе в этом мне нужно ведро водки, — её насмешка была больше печальной, нежели ехидной. — Ну, нет, говори сейчас, иначе я просто уеду, — надулся парень. — Ладно-ладно, только дай закурить. — Ты же бросила, — в недоумении говорит Боб. — Упс, уже нет, — она зажигает сигарету, с удовольствием затягиваясь. — Холли, ты же обещала мне бросить, — он расстроен и слишком трезв. — Выпей, пожалуйста, и заткнись, если хочешь услышать мою историю, — она настроена решительно. Друг без лишних слов выпивает половину стакана пива залпом, чувствуя лёгкое опьянение. Целый стакан он бы в жизни не осилил. — В общем, — она выдыхает дым сигарет в потолок, чтобы не попасть ему в лицо. — Две недели назад я попала в конкретную жопу, в какую именно не имеет значение. Единственное, что имеет смысл, так это она. — Она? — удивился Боб. — Именно, не спрашивай, как так вышло. Но, судя по всему, мне нравятся не только мальчики с писюном между ног, — захихикала она уже достаточно опьянённая, иногда ей достаточно понюхать пробку, сегодня один из таких дней. «Может, тебе и не нравились никогда эти мальчики» — подкидывает сознание, но мысль гонят сразу на корню в самую большую дыру, там её и место. Парень напротив внимательно слушал, пытаясь вникнуть в суть. — Так вот, её зовут Аманда, — медленно затягивается между слов. — Она помогла мне, и я перед ней в долгу, но проблема не в этом. — Снова затяжка. — Она у меня из головы вылезать не хочет, меня к ней тянет, как кота к рождественской ёлке, а я не знаю ничего, кроме её имени. Шелдон сдувается, как шар, туша сигарету в стеклянной пепельнице. После снова опустошает уже второй стакан коктейля, чувствуя, как прохладный напиток спускается вниз по желудку. — Так что, кажись твоя подружка далеко не гетеросексуальна, — она устало тыкается лбом в ладони, чувствуя безысходность. Боб молчал примерно минуту, видимо ища хоть какие-то пути действий, но в бар ворвалась огромная толпа парней, выдёргивая из мыслей. Смех и грязные высказывания вроде: «мы выпьем весь алкоголь с ваших полок» звучат вперемешку с музыкой. Холли и Боб осматривают ребят, которые рассаживаются по столам. Блондинка уже готова была отвести свой взгляд, если бы не она… Девушка, которая прямо сейчас стоит около входа бросает оценивающий взгляд вдоль помещения. Шатенка глазами скользят по каждому посетителю, пока не натыкается на Шелдон, которая, кажется, забыла, как дышать. И снова янтарь против льда. — Она здесь, — шепчет, не веря собственным ушам. Темноволосая сразу же узнала ту самую девицу с трассы, но виду не подала. А лишь уверенной походкой прошла к бару, попутно здороваясь со всеми. Она знает, что Холли смотрит на неё и ей не обязательно смотреть в её сторону, чтобы понять это. — Кто здесь? — голос Боба был встревоженным. Блондинка пытается не смотреть на Аманду, но это слабо получается. Немного растрёпанное каре шоколадного цвета и белые концы, которых однозначно не было в тот раз. — Эй, — Боб щёлкает прямо перед глазами девушки. — Холли, скажи же что-нибудь. — Аманда, — её глаза были стеклянными. — Перед которой ты в долгу? — Ага, — она хватает уже третий стакан с алкоголем, жадно осушая его, но уже наполовину, в животе осталось не так много места для жидкости. Бедная Холли и двух слов связать не может, что на неё совсем не похоже. Некоторые пряди спадают на лицо, отчего кажется, что она спряталась. — Почему ты раньше мне не сказала? — его голос пронизан нотками обиды. — Потому что это не имеет смысла, — она снова ищет сигареты, нащупывая карманы куртки. — Я просто себе это выдумала, не может меня тянуть к ней хотя бы потому, что её ко мне не тянет. — Тебе то откуда знать? — Она видела меня, Боб, но сделала вид, что не знает, — маленький огонёк зажигалки снова обжигает сигарету. — А что прикажешь ей кричать на весь бар, мол «Холли, привет, я так скучала»? — он демонстративно машет рукой, притворяясь сумасшедшей фанаткой. — О, Боже, нет конечно, — она смеётся. — И всё-таки мне не нравится, что ты куришь, — хмурится Боб. — Я честно пыталась, но в ту ночь сорвалась. — И когда ты мне расскажешь? Я же твой друг, а у тебя вон, сколько тайн накопилось, — парень отпивает пару глотков пива. — Не сегодня. Осторожно выглядывая из-за спины друга, Шелдон пытается краем глаза взглянуть на Аманду. Шатенка сидит одна и просто пьёт пиво. Сейчас она выглядит одинокой. — Просто подойди к ней. — Тебе легко сказать, я, наверное, и слова вымолвить не смогу, — отчаянный выдох вырывается из груди. — Она там совсем одна. Неужели так и будешь сохнуть по ней неделями, месяцами, а может, и годами и корить себя за то, что не подошла к ней сейчас? — Хорошо, и что я ей скажу? — Холли сложила руки на стол в ожидании инструкции. — Для начала простое «привет», нет? А там уже разговор сам собой завяжется. Блондинка думает над его словами пару минут, обдумывая немой разговор в голове. В конце концов, она может просто ещё раз сказать спасибо. — Наверное, ты прав. — Ты сразу поймешь есть между вами химия или нет. Попробовать стоит всегда, ты ничего не теряешь, — его голос весьма убедителен. — Да-да, как же бесит, когда ты прав, — девушка допивает коктейль, набираясь храбрости. — Я подожду тебя здесь минут десять. И если у вас там всё сложится, то поеду. Уверен, ты и без меня доберёшься домой, да и мой телефон ты знаешь, можешь позвонить в любой момент, — Боб подмигивает, улыбаясь. — Хорошо, спасибо. — Давай иди, пока не передумала. — С тобой передумаешь, — лёгкая ухмылка скользнула на губах. Она встаёт из-за стола, поправляя волнистые волосы. Внутри что-то щёлкнуло, переключая её на новый режим альфа-самки. Ей порядком поднадоело быть бесхребетной нюней. Грациозно, насколько это вообще возможно, садится за барный стул, совершенно не смотря в сторону Уокер. — Мне текилы, пожалуйста, — бармен кивает, принимая заказ. Аманда справа по курсу, сидит с бутылкой пива. — А я думала ты не подойдёшь, — усмехнулась шатенка, даже не смотря в её сторону. — Что? — она пыталась притвориться дурочкой, которая совсем ничего не понимает. — Я знаю, что ты видела меня, Холли, — она сделала глоток прямо из бутылки. — Так же, как и я тебя. Наконец-то янтарные глаза находят голубые. — Ты помнишь моё имя? — А почему я должна забыть? — Аманда искренне удивилась, всё так же допивая пиво маленькими глотками. — Я вроде не так стара, чтобы страдать приступами деменции. Её короткие волосы с одной стороны собраны за ухо, отчего Шелдон замечает металлическую сережку, которая словно змейка бежит вверх по уху. Она представляет, как шепчет ей всякие пошлости, кусает мочку уха и внутри становится жарко. Почему вообще такие фантазии стали посещать светлую голову? Совсем крыша поехала. Хотя вроде не весна и она не кошка, у которой течка в самом разгаре. — Просто подумала, что ты забыла, — бармен ставит рюмку текилы рядом с Холли. — Такое разве забудешь, — голос такой же тягучий и жутко сексуальный. — Ты здесь с парнем? Аманда кивнула в сторону их столика. — Эм, нет, это мой друг, — на мгновение морщится, выпивая стопку алкоголя, гортань жжёт, как от укуса пчелы. — А что? — Просто интересно, что ты больше любишь, — усмехнулась шатенка. — Если ты понимаешь, о чём я. Янтарные глаза смотрят прямо в голубые. — Если честно нет. — Тогда забудь, — Уокер издевается над ней, пуская ехидные смешки в её сторону. Холли снова хочет курить, ругаться матом и ещё, кажется, поцеловать её. У неё пухлые губы в форме бантика и это уже совсем ни в какие ворота не лезет. Неужели можно быть настолько красивой? — Не против, если я закурю? — Мы можем закурить вместе, но на улице. — Хорошо, так даже лучше, — Холли встаёт со стула, и не дожидаясь Аманды стремительно идёт к выходу. Свежий воздух тут же отрезвляет, а прохладный ветер развивает волосы по ветру. Она достаёт очередную сигарету, поджигая. — Не поделишься огоньком? — зажала сигарету в губах, наклоняясь ближе к ней. — Эм, да, конечно. Шатенка ещё никогда не была так близко, её дыхание опаляет кожу. Пальцы предательски дрожат, когда пытается справиться с зажигалкой. Янтарные глаза с интересом наблюдают за тщетными попытками Холли пустить огонь из чертова пластика. Но, кажется, механизм заел. — Постой, — улыбается, накрывая ледяные руки блондинки. — Я сама. Она спокойно берёт зажигалку в свои и буквально в ту же секунду поджигает сигарету без какой-либо сложности. — Ты точно уверена, что умеешь пользоваться зажигалками? Аманда усмехается, а щёки Шелдон вмиг становятся красными. Она молчит, глубоко затягиваясь. Нужно успокоиться, ведь ничего такого не произошло. «Это просто её губы, такие же, как у всех. Самые простые. Ничего примечательного. Чего так переживать, успокойся», — как мантра крутится в блондинистой голове. — Всё нормально? — спрашивает коротковолосая, всё так же, не отрывая взгляда от глаз. В ночи, под светом луны, они блестят особенно красиво, в них отражается одинокий фонарный столб, почти невозможно оторвать взгляд. — Да, — кивает. — Ты часто бываешь в этом баре? Она пытается перевести тему, чтобы убрать эту неловкость. — Достаточно для того, чтобы сказать, что ты здесь впервые, — улыбка снова проскальзывает на губах. — Или я не права? — Просто я не любитель таких заведений, — спокойно пожимает плечами. Ночное небо усыпано звёздами, ветер пробирается прямо под одежду, но алкоголь и сигареты не дают замёрзнуть. Девушки стоят, облокотившись спиной о стену бара. Машины проезжают мимо, птицы летают стаями в небе, а тишина между ними не кажется дискомфортной. — Я хочу подвезти тебя до дома, — хриплый голос Аманды разрывает тишину. — Зачем? — Чтобы ты снова не вляпалась в какое-нибудь дерьмо, — шатенка не решается посмотреть на Холли, желание поцеловать её становится всё сильнее. Ощущение, будто ей куда-то подложили магнит, и он заставляет всё нутро буквально липнуть к ней. Это ужасно, ты себе не принадлежишь, а Уокер привыкла контролировать всё, что происходит в жизни, даже чувства. Блондинка тушит сигарету, раздавливая её ботинком. В голове у неё закрадывается мысль, что Аманда просто хочет поскорее избавиться от неё. — Но сначала мы можем прокатиться по городу, если хочешь, — девушка идёт к дороге, у которой припаркованы байки. — Ты же не хочешь сказать, что предлагаешь мне прокатиться на одном из этих огромных монстров? — голос Холли напуганный. — Именно это я и хочу сказать, — смеётся Аманда, докуривает сигарету и кидает куда-то в сторону. — Но ведь ты выпила, а еще он больше тебя раза в три, не думаю, что ты в силах им управлять, — тараторит так быстро, аж дыхание сперло. — Не будь занудой, я выпила половину бутылки, для меня это считай, что квас попила. Она минуты две выжидающе смотрит на длинноволосую, мягко улыбается, заметив страх в глазах. — Иди сюда, — просит мягко, словно мурлычет. Холли послушно шагает в её сторону. Голубые глаза с опаской смотрят в янтарные, во рту пересохло. Аманда так уверенно берёт её за руку, словно всегда это делала. — Познакомься с ним. — С байком? — брови девушки потянулись вверх от удивления. — Именно, — она улыбается, сильнее сжимая холодную руку. — Хотя бы дотронься до него, он не такой страшный, как ты думаешь. Это выглядит очень странно, ей Богу. Уокер стоит и на полном серьёзе знакомит Холли с байком. С обычным, не безопасным транспортом, который, вроде как, не имеет души. — Ты точно чокнутая, Аманда, — вдруг смеётся девушка. Шатенка тут же подхватывает её смех, поправляя вечно лезущие в лицо волосы. Щемящее тепло, появившееся из ниоткуда, приятно разливается внутри груди, хочется не то выть, не то урчать, как покладистая кошка. — У тебя только один шлем. — Это не проблема, ты постой тут, а я одолжу у кого-нибудь в баре. Шелдон послушно кивает, до конца не веря в происходящее. Внутри от предвкушения всё зябнет, дрожит и колышется. Нащупав телефон в кармане куртки, быстро печатает Бобу, что всё хорошо, а улыбка сама собой расползается на губах. — Эй, ты когда успела отрастить волосы, да ещё и в блондинку перекраситься? — мужской голос раздаётся за спиной, от неожиданности сердце проворачивает кульбит. Холли поворачивается, натыкаясь на высокого лопоухого парня с татуировками на шее. Она уверена, что это не единственное место, разрисованное иголкой с чернилами, просто за курткой и джинсами хрен что увидишь, да и не сильно то и хочется. От него разит алкоголем, зеленые глаза какие-то подозрительно красные, а короткие чуть кучерявые волосы неопрятной копной торчат в разные стороны. — Вы меня, наверное, с кем-то спутали, — она инстинктивно пятится назад, но идти некуда, остаётся вжиматься в байк. — Ага, — невнятно мычит, попутно почесывая затылок. — Ты стоишь около мотоцикла Аманды, да и прикид похож, так что обознался, прости. Интересно, как это он так мастерски перешёл на «Ты» с незнакомым человеком. — Она сейчас подойдет. Парень молча кивает, не двигаясь с места. — Можно вопрос? Шелдон хмурится, но кивком даёт добро. — Что в Аманде такого особенного, что вы все готовы ложиться под неё без разбора? — роется в карманах куртки, достаёт вейп и делает глубокую затяжку. — И что самое интересное, — продолжает он. — Секс то одноразовый, больше она к тебе не притронется, такие у неё принципы. Он снова делает затяг, пристально всматриваясь в глаза. — Она даже натуралок умудряется соблазнять, — Холли молчит слишком долго. — Чёртова сердцеедка, скоро блять ни одной нормально девчонки не останется, все по ней сохнут, — пыхтит, как паровоз, отчего вокруг образовалось небольшое облако пара. — Эд, — знакомый голос слышится позади. — Чего пристал? — Да я пытаюсь выудить хоть какой-то секрет обольщения у твоих жертв, но всё тщетно — молчит, как рыба, — устало пожимает плечами, оборачиваясь назад. — Так ты не по адресу, — подходит ближе, протягивая Шелдон чёрный шлем. — Холли вроде как не планировала спать со мной, да? Уокер бесстыдно улыбается, заглядывая в голубые глаза. Она бы конечно с радостью довела блондинку до самого сильного в её жизни оргазма, но, увы, признаков обольщения та не подаёт или уж очень хорошо скрывает. — Что здесь происходит? — спрашивает виновница сие разговора, наконец-то проявляя признаки жизни. — Просто кто-то не может смириться с тем, что девушкам не всегда нравится хуй, да, Эд? — Ой, всё, ебись конём, — машет и уходит, ужасно громко шаркая ногами. — Ты лесбиянка? — Угу, — мычит, усаживаясь на байк. — Это проблема? — Просто уточнила, — тут же отнекивается. — Поможешь со шлемом? Я никогда не надевала его. Шелдон пытается сменить тему, сделать вид, что ничего не слышала, но давящее куда-то в грудь чувство этому противится. Снова она встречает кого-то, кому не нужны отношения, а только секс, словно других удовольствий в жизни мало. Не то, чтобы Холли отвергала секс совсем, но она совершенно точно не считала его основой всего. Она привыкла, как в старые добрые: знакомство, ухаживания, поцелуи и уже потом, там, где-то все эти похотливые утехи. Но нужно признаться, что рядом с Уокер правда сносит крышу. Видимо, она какой-то инкуб среди людей и рядом с ней все мысли пропитаны желанием не то коснуться, не то укусить, поцеловать, а то и сожрать, вылизывая каждый сантиметр её тела, а оно у неё пиздец какое красивое. — Для начала нужно убрать волосы с лица, — Аманда поправляет пряди волос сперва с правой стороны, затем с левой. И делает это мучительно медленно, словно смакуя момент. — Потом одеваем шлем. — Аккуратно натягивает его на голову, прикусив нижнюю губу. Они сидят на мотоцикле лицом к друг другу, а места не так много, поэтому расстояние между ними кажется ничтожно мало. Холли так и замирает, позволяя той сделать всё самой. Шатенка на ощупь находит ремешок под подбородком и затягивает его. — Не давит? — Нет, — почти кряхтит, во рту пересохло. — Тогда всё, — победная улыбка касается губ. — Готова? — Не уверена, что вообще когда-то буду к такому готова, — руки от нервов становятся мокрыми. — Держись за меня, но сильно не дави, — ловко разворачивается к ней спиной, надевая шлем уже на себя. — А то дышать не смогу, и мы врежемся в какой-нибудь столб и умрём в один день. — Звучит воодушевляюще, я оценила, — бурчит в ответ, неуверенно обнимая шатенку за талию. Аманда убирает мотоцикл с подставки, заводит мотор и плавно трогается с места в сторону набережной. Вечером там особенно красиво. Всю поездку Шелдон едет с закрытыми глазами, крепко сцепив ладони на животе шатенки. С одной стороны, её распирает от страха, чувство незащищённости накрывает с головой. С другой стороны, от тепла, которое исходит от девушки внутри так спокойно, словно она в домике, а за окном гроза, молнии херачат и вообще шторм надвигается. Уокер старается ехать аккуратно, не так лихо, как обычно. Перспектива разбиться из-за обморока пассажирки не кажется ей такой заманчивой, приходится вспоминать, какого это ехать 60 км/ч, не подрезая машины рядом. Добравшись до назначенного места, плавно паркуется, удивляясь своей выдержке. Обычно она ездит, как невротик, которого пчела в жопу укусила. Снимает шлем, всё ещё чувствуя ладони на животе. — Можешь от стыковываться. Холли послушно отстраняется, обтирает влажные от нервов ладони о свои джинсы. Слезает с мотоцикла, всё тело ноет, только сейчас осознает, как сильно были напряжены все мышцы. — Поможешь снять? Уокер молча вешает свой шлем, слезает с байка, отстёгивает ремешок под её шлемом и тянет его наверх, высвобождая. Блондинистые волосы тут же подхватывает стремящийся вбок ветер, запах персиков ударяет в нос. — Это духи? — О чём ты? — Пахнешь персиками, — неотрывно смотрит в глаза, убирая второй шлем. — Я не любитель парфюма, — принюхивается к своим волосам. — Может, шампунь или гель для душа, — пожимает плечами, так и не унюхав ничего похожего. — Ладно, похер, — но озадаченный вид лица говорит об обратном. — Пошли к реке. Аманда вжимается в воротник куртки, руки засовывает поглубже в карманы. На набережной всегда прохладнее, нежели в городе, и ветер дует порывами. Холли послушно следует за ней, обнимая себя за плечи, тёплый плед и чашка чая была бы очень даже кстати. — Может, сначала к автомату с горячим чаем? Или ты больше кофе любишь? — По настроению, — кивает, сворачивая в другую сторону. Фонари горят тусклым тёплым светом, от столба к столбу протянуты гирлянды, народу мало, а воздух более влажный, словно свежий бриз. — А можно вопрос личного характера? — Шелдон разрывает, тишину, когда они оказываются около автомата. — Ну, попробуй, — хмыкает, выбирая из списков напитков эспрессо. Вспомнив один единственный раз, когда она попробовала этот горький напиток, голубоглазую передёргивает. Ещё тогда ей было интересно взглянуть на людей, которые пьют эту горечь. И вот, наконец-то, нашёлся такой человек — Аманда. Пожалуй, никакой другой напиток ей бы и не подошёл. — Как ты поняла, что ты лесбиянка? — Не говори так, — Уокер прочищает горло, доставая напиток. — Эти ярлыки бесят, словно это болезнь какая-то, — её передёргивает каждый раз, когда слышит что-то подобное. — Мне просто нравятся девушки, не обязательно давать этому какое-то название, да ещё и такое некрасивое. Лесбиянка, — нарочито кривляется, выделяя каждую букву. — Словно лишай какой-то. — Прости, — лёгкая улыбка касается губ. — Ну, так, ответишь на вопрос? — Не знаю, я всегда зажимала девчонок. Особенно мне нравились игры в дочки-матери, когда можно пообниматься, поцеловаться под предлогом: «ну, я же папу играю», — смеётся, облокачиваясь об автомат, пока Шелдон оплачивает чай. — С мальчиками я всегда дружила или дралась, а с девочками целовалась, никогда не было желания поменять это всё местами. — Я наоборот парней избегаю, — неожиданно даже для себя откровенничает, грея руки о горячий одноразовый плотный стакан. — Почему? — Потому что все, кто мне попадался хотели интима на первом же свидании, а лучше вообще без него, просто секс, сразу и без всяких прелюдий. Были, конечно, те, кто ухаживал, но, как правило, такие были занудами, с ними было так скучно, ты бы знала, — закатывает глаза, вспоминая те дни. — Иногда я даже засыпала на свиданках с такими «весельчаками», — демонстративно подчёркивает кавычки в воздухе. — В общем, треш. Аманда смеётся, а Шелдон до сих пор немного передёргивает от воспоминаний. — А с девочками не пробовала? — Неа, — громко хлюпает горячий чай, чтобы не обжечься, выглядит весьма умилительно. Шатенка отстраняется от автомата и жестом зовёт в сторону пляжа. Холли послушно шагает за ней, отбиваясь от вездесущих длинных волос, которые так и наровились принять чайную ванную. — Аманда, — стонет раздражённо. — Подержи, пожалуйста, чай, я соберу волосы, а то они из-за ветра буквально везде. — Суёт бумажный стакан в руки, не дожидаясь ответа. Уокер послушно выполняет просьбу, снова ощущая запах персиков. Он такой яркий, словно кто-то тычет ей в нос этот самый спелый фрукт. Холли, нащупав в заднем кармане джинс резинку, быстро собирает их в небрежный хвост. Шея оголяется, открывая взор на кожу, которая местами усыпана мелкими родинками. Все вместе они напоминают созвездие малой медведицы. У Аманды во рту пересыхает от желания прикоснуться губами к каждому сантиметру кожи. Дабы сдержать свой порыв сильно прикусывает нижнюю губу, пытаясь перевести взгляд вниз, на неровно уложенную брусчатку, которая местами уже сыпется. — Спасибо, — возвращает чай обратно в свои руки. Шатенка только кивает снова, ступая в нужную сторону. До пляжа идут в тишине, допивая уже тёплые напитки. На небе россыпью раскиданы яркие звёзды, в городе из-за уличного освещения они кажутся блеклыми, а сейчас так близко, словно до них рукой подать. Они стоят около небольшого парапета, который отделяет их от глубокой, но довольно узкой реки. Вдали, на другой стороне, видно маленький кусок земли и голые опавшие деревья. В воде отражается серебристая луна, звезды, фонари с гирляндами, выглядит завораживающе. — Красиво, — шепчет Холли, и Аманда соглашается, кивая. В разговорах действительно, как молчаливый удав. — Можно ещё один вопрос? — Тоже личного характера? — улыбается, опираясь руками о парапет. — Почему не заводишь серьёзные отношения? — спрашивает в лоб, игнорируя вопрос. — Боишься разбитого сердца? Уокер хмыкает, переводя взгляд обратно на воду, она красиво переливается. — Не пытайся залезть мне в душу, — тяжело выдыхает, в голосе слышны нотки разочарования, то ли в самой девушке, то ли в мире, в целом. — Наоборот, я боюсь разочаровать чужие ожидания. Я вспыльчивая, могу нагрубить, не умею заботиться, проявлять свои чувства и ещё дохера чего, поэтому не вижу смысла начинать то, что вскоре всё равно закончится, — устало пожимает плечами, всё так же наблюдая за бликами воды. — Но как же эти толпы, о которых говорил, как его там, — щёлкает пальцами, пытаясь вспомнить. — Эд, кажется? — Хороший секс не является залогом серьёзных отношений, — смешок вырывается сам собой. — Разве не так? Янтарные глаза наконец-то находят голубые, в ночи они блестят по-особенному красиво. Шелдон вмиг чувствует себя суперглупой, ведь это очевидно, как дважды два. Иногда действительно лучше помолчать. — Прости, я затупила, — разворачивается и опирается спиной о парапет. — Но у меня есть ещё одна просьба, после которой можешь скинуть меня в речку, я всё пойму, — ловит взгляд янтарных глаз. Аманда смеётся, принимая ту же позу. — Слишком много свидетелей, но спасибо за идею, — веселится она, осматривая блондинку. — Поцелуешь меня? — выпаливает так быстро, словно боится, что потом не решится на это. — Что? — правая бровь летит вверх от шока. — Не пойми меня неправильно, — глаза растеряно бегают по лицу напротив. — Просто хочу понять, нравится мне целоваться с девушками или нет. Уокер, устало вздыхает, поправляя волосы. — Хочешь использовать меня, как куклу для проверки своей ориентации? — Нет, — тут же отрицает, подступая ближе. — Прости, это тупая идея, я не подумала, что тебя это заденет, могу кинуться в реку сама, если хочешь. Холли глупо улыбается, пытается исправить ситуацию. Наклоняется в сторону реки, как бы намекая, что может вот-вот нырнуть. — Только скажи, и я уже там, — рукой изображает бульк. Аманда сдаётся, тянет блондинку за руку на себя, чувствуя мягкую кожу пальцев. От прикосновения прошибает током. Янтарные глаза бегают по лицу девушки, пытаясь убедить себя, что от простого поцелуя мир не рухнет, а чувства не вспыхнут, поэтому ради забавы можно. — Холли, — шепчет, наклоняясь к уху. — Только не смей влюбляться, ладно? — Как самонадеянно, — звучит в голове девушки, но вместо ответа лишь кивает, крепче цепляясь за руку. Уокер мысленно считает до пяти. Один. Правой рукой притягивает Шелдон за талию ещё ближе к себе, словно хочет склеиться с ней в единое целое. Два. Тонет в голубых глазах, чувствуя её волнение, которое волнами передаётся по всему телу. Три. Свободной ладонью накрывает холодную щёку, отчего кожу слегка жжёт. Четыре. Вдыхает аромат персиков, обещая себе купить такой же ароматизатор в машину, чтобы не штырило так сильно. Пять. Едва прикасается к губам, нежно и невесомо, но почти сразу углубляет поцелуй. Слегка кусает нижнюю губу, ногтями впиваясь в куртку. Шелдон отвечает на поцелуй, вжимаясь в неё всем телом. Тихий стон вырывается из груди, когда Аманда проводит языком по губе, тут же прикусывая её. По всему телу проходит жар, который контрастирует с неожиданно разбушевавшимся ветром. Холли млеет от поцелуя, чувствуя, как её ведет и размазывает от новых ощущений. Уокер отстраняется первая, неохотно делая шаг назад. Сердце внутри колыхается, как ненормальное, дыхание сбилось, а руки вспотели, не смотря на холод. Это определённо не похоже ни на один из тех поцелуев, что были до этого. И это пугает, потому что влюбляться сама она никак не планировала, если это вообще можно планировать. Шелдон дышит часто, губами хватая воздух. Губы горят, как и щёки. Голубые глаза растеряно смотрят в янтарные. После поцелуя слова Аманды не кажутся такими уж и самонадеянными. Всё её нутро буквально кричит, желая снова прильнуть к ней, каждая клеточка хочет её тепла, её прикосновений. Холли даже близко не чувствовала чего-то подобного ни с одним из парней. Вердикт очевиден: ей нравятся девушки. Точнее не так: ей нравится одна девушка. А если ещё точнее: ей нравится Аманда.