Беспристрастен

Когда срочный вызов в штаб поднял Эрика среди ночи, он и подумать не мог, что рыжая девка, оставленная им в лазарете, и есть причина столь неистовой паники. — Где она? — Джанин Метьюс, безупречная в любое время суток, царственно восседала на стуле Макса. За напускным высокомерием угадывалась подступающая истерика — Метьюс теребила краешек юбки на плотно сомкнутых коленях. — Что за переполох?! — когда в переговорную ввалился сонный Макс, эрудитка развернула к нему планшет с фотографией, даже не подумав уступить ему законное место во главе стола. Чокнутая «везде хозяйка». Эрик на дух не переносил её как личность, но уважал, как хитрожопую интриганку, сумевшую внести сумятицу на самой верхушке. Объединенные Эрудиция и Бесстрашие во главе Совета фракций сулило ему почти неограниченную власть — от такого соблазна трудно устоять. — Вам очень повезло, что я случайно обнаружила ваш запрос в базе данных. Вы должны выдать её мне немедленно. И под усиленной охраной. В девке на фото Эрик с удивлением узнал упавшую ему на голову предположительно изгойку, которой он чуть было не назначил «свидание» прямо в собственной спальне без права отказа. — Джанин, а с каких это пор Эрудиция выполняет чужой функционал? Без суда и следствия выдать вам человека, минуя внутренне расследование Бесстрашия и окончательный вердикт Искренности… — Эрик пожал плечами, вальяжно раскинув ноги, словно ему тут вообще всё до омерзения приелось. Особенно бабские истерики на фоне ПМС. — Это как минимум странно. Джанин психовала. Ей безумно хотелось, чтобы оба Лидера немедленно навели суету и с готовностью исполнили её приказ без лишних вопросов, особенно учитывая их тайное решение спихнуть Маркуса Итона с должности. Её надежды не оправдались — Эрик еще не настолько забился под каблук, чтобы передать ей свою головоломку, так ничего о ней и не узнав. Не оставить девушку в беде. Благородный ублюдок. — Эта информация строго конфиденциальна. — Метьюс на удивление быстро сдулась. — Её разглашение может повлечь за собой крах всей системы фракций. Я надеюсь, ты понимаешь все риски. Нервозность эрудитки можно было щупать руками. Она бросила ему планшет с открытым файлом, как собаке кость, и угрохала каблуками в данный угол комнаты, не желая в сотый-тысячный раз просматривать эту запись. «Проект «Чёрная Вдова». Протокол выведения из криостазиса» — красным по белому, лезвием по глазам. Эрик нажал на кнопку воспроизведения. Жестяной гроб источал пары азота, а на рыжих волосах оседал белесый налёт инея. Белое, голое тело фарфоровой куклы, синюшные губы и тонкая корка льда на нежных щеках. Женщина, замёрзшая насмерть, подавала признаки жизни, приводя лаборантов в священный ужас. — Где я? — колени, окаменевшие без движения, подкосились. Она сползла по стенке на дно кабины, утаскивая с собой вниз капли конденсата, осевшие внутри. «Введение мышечного стимулятора», — сухим лаборантским голосом где-то на периферии, вне фокуса камеры. Эрудит, упакованный в костюм биозащиты, прицельно выстрелил ампулу ей в плечо. — Вы находитесь в лаборатории фракции Эрудиция. За кадром звучал стальной голос Джанин — она пожелала лично курировать процедуру. Девушка осторожно двинула рукой, сжала кулак, пошевелила пальцами, подняла тяжелый взгляд на смотровое стекло. — Где Фьюри? Мне нужно поговорить с Фьюри! — она дёрнулась. Несколько автоматов вскинулись в её сторону. Девка вжалась в кабину, словно ощерилась. Совсем не та милая кошечка, попавшая волею своей злодейки-судьбы в долговое постельное рабство к Лидеру Бесстрашия, как многие и многие до неё. Его одурачили — эта мысль забилась где-то в глубине сознания, отдаваясь ноющей болью в висках. — Какой сейчас год? — Две тысячи сто пятьдесят пятый, — отчеканила Метьюс. «Проект» отозвался коротким вдохом и длинным выдохом — ответ девку явно озадачил. — Что последнее вы помните? — Джанин не унималась, несмотря на явное замешательство по ту сторону лабораторного стекла. — Кто ещё выжил? Кто ещё выжил, кроме меня, отвечай! Роджерс, Барнс? Где они?! Она поднялась, едва качнувшись. Устойчиво расставила ноги, словно вгрызлась голыми ступнями в пол. Белесый дым больше не скрывал её ослепительную наготу — Эрик мог бы отметить, что она чертовски хорошо сложена, но распирающая рёбра тревога явно портила впечатление. — Агрессия вам не поможет. Если вы будете чётко и честно отвечать на мои вопросы, мы обеспечим вам защиту и… — Мне не нужна защита. Она не дала Джанин Метьюс договорить. Последние сорок секунд записи, словно бред сумасшедшего, чья-то безумная фантазия, нарезка из старого довоенного кино — Эрик не верил своим глазам. — Она убила двенадцать человек и скрылась в неизвестном направлении, — донеслось из тёмного угла переговорной.— Я потеряла своих лучших биогенетиков. — Когда это случилось? — Вчера утром. — И вы ничего не сообщили?! — Макс потерял терпение первым, стукнул по столу раскрытой ладонью так, что в ушах ещё долго стоял звон. — Что это, мать вашу, такое было?! — Я повторяю. Это строго конфиденциально. Мы хотели обойтись своими силами. — А в итоге обосрались, — ввернул Эрик, хищно осклабился, весьма довольный произведённым впечатлением — железобетонная Метьюс брезгливо сморщила нос. Застрять в дерьме по самое горло и продолжать делать вид, что ей все кругом обязаны — одно из её главных качеств, бесячих до одурения. — Мы обнаружили её в одном из секретных архивов Отцов-основателей. Спецификация к проекту была на бумажном носителе и почти не сохранилась. Мы знаем лишь то, что её называют Чёрной Вдовой. Она родилась в 1928 году в довоенном государстве Россия. В её крови обнаружен некий состав, позволяющий использовать человеческие ресурсы на предельном максимуме — сила, скорость, долгая жизнь. Изменённый генетический код позволил ей почти безболезненно погрузиться в стазис и выйти из него. Создание этого проекта было результатом гонки вооружений, которая привела нас к Великой Войне. — Так, постойте. Ей что больше двухсот лет?! Она была рядом, только руку протяни. Дитя старого мира, реликт человеческой расы, рожденный задолго до Второй мировой, когда планету населяли миллиарды человек, и континенты были разделены на десятки стран. Живой информационный носитель, ставший свидетелем начала Великой, последней для человечества войны. Дело принимало куда более занятный оборот. — Технически да. Но она больше сотни лет провела в криосне. — Джанин сделала шаг к свету, нехотя раскрывая свои мотивы. — Мы пытались синтезировать аналог сыворотки, обнаруженной в её крови. Это помогло бы сделать солдат Бесстрашия непобедимыми. — А нас вы забыли спросить? Вопрос завис в воздухе; взглядом, которым его одарила эрудитка, казалось, можно отравиться. Эрик устало потёр ладонями лицо. Желания имеют свойство исполняться — в ближайшие двадцать четыре часа ему однозначно не придётся скучать. Метьюс — паучиха, которая запуталась в своих собственных сетях. Её исследовательский интерес был более чем понятен, но цели её были примитивны до зевоты. Любой, самый рискованный метод, способный привести её к неограниченной власти — оправдан априори, кому бы в итоге не пришлось разгребать последствия. — Ей не место на свободе. Мы понятия не имеем, какие цели она преследует. Она опасна. Гробовая тишина сменилась настойчивым, почти хамским грохотом каблуков — последнее слово снова осталось за ней. Ровно через двадцать секунд всё Бесстрашие было поднято по тревоге.