psithirisma.

Юнги натягивает капюшон на голову и срывается с высокой башни вниз. За спиной остаются враги, кричащие не упустить убийцу, а у Юнги на губах играет самодовольная улыбка. Он приземляется прямиком в стог сена и успевает сбежать до того, как стража окружит место его падения. Сливается с толпой торговцев снующих по крохотным переулкам и исчезает, подобно призраку. Улицы шумного города играют Юнги на пользу, он ловко меняет место своего наблюдения, замечает каждую мелочь, прячется в тени и убивает быстро. У него четкое задание, у его ордена – одна единственная цель. Он дал клятву верности несколько лет назад и с тех пор не ведает спокойной жизни. Как только он заворачивает в темный туннель, его грубо хватают за ворот и прижимают к стене. Юнги не теряется, скрытый клинок на его руке уже вжимается в шею незнакомца, а губы растягиваются в нахальной улыбке. Но улыбка тут же исчезает, когда идентичное его клинку лезвие упирается в кожаный пояс на его животе. - Тамплиер? – шепотом интересуется Юнги, пытаясь разглядеть в непроглядной темноте лицо незнакомца. Парень выше на несколько сантиметров, и у него скрытый клинок, что намекает на его принадлежность братству ассассинов, но Юнги не упускает возможного варианта о том, что парень может оказаться и перебежчиком. Клинок у его живота тем временем вжимается в пояс сильнее, а сам незнакомец тихо выдыхает, приближаясь к лицу Юнги. - Чонгук, - с усмешкой произносит тот, признавая в парне своего бывшего ученика, и ловко прячет клинок в рукав. Чонгук дублирует его действие, но от учителя не отходит, только в очередной раз выдыхает и опускает голову на плечо Юнги. - Я поймал тебя, - шепчет он, обдавая шею старшего теплым дыханием. – Я должен привести тебя во дворец, - он скользит рукой вверх по темным одеждам и стягивает с Юнги черный капюшон. Его учитель – мастер, он ведет за собой молодое поколение, обучает важным доктринам и передает кредо ассассинов будущему. Поймать его крайне сложно, но Чонгуку, как его последователю это, наконец, удается. - Ничто не истинно, все дозволено, - вдруг шепчет Юнги, а пальцами касается темных волос на затылке младшего, следом заставляя того выпрямиться и посмотреть в лицо учителя. Чонгук в ответ печально улыбается и продолжает шептать слова кредо за него: - Мы действуем во тьме, чтобы служить свету. - Мы – Ассассины, - Юнги произносит это с долей усмешки, скользя внимательным взглядом по фигуре своего ученика, замечая, что из арсенала ассассинов у того остались лишь скрытые клинки, и задерживает дыхание, когда лицо Чонгука оказывается в непозволительной близости от его собственного. - Жаль только… Младший не успевает закончить начатую им фразу, шепчет несколько слов в губы своего учителя, почти целуя, и растворяется в блеклом тумане, уступая дорогу ослепительному свету. Юнги открывает глаза слишком резко, взгляд расфокусирован, пелена не дает внимательно разглядеть окружающие его предметы. После мрачного туннеля яркий для отвыкших глаз свет причиняет болезненный дискомфорт, поэтому Юнги жмурится и рвано выдыхает. Туман перед глазами отступает мучительно медленно, а в ушах стоит звонкий гул, сквозь который иногда проступают приглушенные голоса. Голова раскалывается, общее состояние оставляет желать лучшего, Юнги хочется кричать, но крепкая хватка за руку вдруг заставляет его прийти в себя и прогнать подступающую к нему истерику. Он вновь открывает глаза, с силой фокусирует взгляд и замечает перед собой парня, крепко держащего его за руку. Они в палате, далеко от грязных улиц пятнадцатого века. За спиной нет погони, и становится более-менее спокойно. - Я видел тебя, - хрипло шепчет Юнги, наконец, понимая, кто перед ним сидит. – Я видел тебя там, в анимусе. Парень напротив улыбается и лишь крепче сжимает его руку. Больничная роба на нем идентична одежде Юнги, он здесь такой же пленник. Но старший все же старается выпутать ладонь из твердой хватки. - Ты тамплиер? – уверенно задает вопрос Юнги. Чонгук на секунду опускает голову, из-за чего темная челка спадает на глаза, скрывая их от старшего, а после вновь поднимает, внимательно вглядываясь в глаза напротив. Чонгук не знает, что ответить, он лишь растягивает губы в извиняющейся улыбке и пожимает плечами. В конце концов, не ему отвечать за поступки его далекого предка здесь, в настоящем. «Жаль только я теперь тамплиер», - заканчивает в голове чонгукову фразу Юнги, вспоминая встречу в мрачном туннеле. Он не дожидается ответа от Чонгука настоящего, его вновь отправляют в далекий пятнадцатый век, выведывать тайны двух враждующих братств. Младший в больничной одежде растворяется, превращается в пелену, хватка на руке исчезает, а в Юнги вновь летят стрелы врагов. Он срывается на бег, натягивает на голову черный капюшон и исчезает подобно тени в очередной толпе снующих по городу людей.

Пока другие слепо следуют за истиной, помни: ничто не истинно. В то время, когда остальные ограничены моралью и законом, помни: всё дозволено. Мы действуем во тьме, чтобы служить свету. Мы – Ассассины.