История нашей жизни

— Вакатоши-кун, а когда мы вернёмся в общежитие? — Тендо внимательно посмотрел на капитана, который почему-то всегда был в курсе любых событий. Ушиджима не терял концентрации и хладнокровности при разговоре с Сатори, хоть и ощущал сквозь ваниль другой более кислый, но приятный аромат, который весьма притягивал к себе. — Через неделю. — Правда? Вашиджи не говорил об этом, — обогнав аса, Тендо свернул в парк, так хоть и было ближе, но всё же и опасно, поэтому Вакатоши сразу же двинулся за ним, пока он не влип в неприятности. — Говорил, просто ты витал в облаках, — догнав блокирующего, Вакатоши всё же смог ответить ему. Тендо покрутился на месте на пятках, что-то обдумывая, и возобновил путь к своему дому, глядя на темнеющее небо. К чему были эти движения Ушиджима так и не понял. — Вот как? Ну хорошо. Воцарилось молчание, но оно не было неловким, скорее даже уютным. Тендо ощущал себя в тишине уютно только с Ушиджимой. Это и пугало волейболиста, потому что ему с альфой уютно не было никогда. — Кстати, Тендо, — Вакатоши нарушил это молчание, обратив на себя внимание Сатори. — Какой запах у твоих гигиенических средств? — А-а-а?! — Сатори бы смутился такого вопроса, если бы разговаривал с незнакомым альфой, но с Вакатоши он чувствовал скорее возмущение. — От тебя пахнет ванилью, но ощущается ещё какой-то. — У меня шампунь и гель с таким запахом. Ты же знаешь, мне нравится запах ванили, — омега надулся, всем своим видом показывая как он возмущен и обижен. — А твой запах? — Вакатоши резанул по живому, даже не замечая этого. Сатори остановился, заставив остановиться и Ушиджиму. Вспоминая свой запах, Тендо вспоминал как соседские дети убегали от него со словами о не вкусном и противном запахе, о странном внешнем виде и ещё много чего. Сам же он когда в жизни встретил этот запах, как и его… понял причину такой реакции и возненавидел его, но вообще ненависть к собственному запаху появилась уже давно. И в то же время он стал приятен для повзрослевших ребят. Это было в 14 лет, когда его собственный запах стал привлекать более взрослых альф. Молчание затянулось, а ответить нужно было. Тендо думал о своих последующих словах, но на ум не пришло ничего умнее, чем сказать правду, хоть и не хотелось. — Мой… я не люблю свой запах. Он кислый и противный. "Это сочетание запахов ужасно… никак не привыкнуть и не полюбить такой. Я неправильный." — такие мысли посетили в данный момент голову Сатори, но он не озвучивал их, чтобы не казаться ещё более странным. — Тебе он настолько не нравится? — А мы пошли на откровения? — Ну…, — в такие моменты и понятно, что Вакатоши мало говорит с людьми, ведь связать и двух слов сейчас не смог, потому Тендо его пожалел немного. — Ладно-ладно, не заикайся. Я принимаю душ утром, поэтому от меня и не пахнет мной. — Почему ты не стесняешься говорить о таком со мной? Ты же омега, — голос сквозил не поддельным удивлением. Ушиджима внимательно следил за меняющимся выражением лица блокирующего. Со спокойного оно поменялось на раздражённое и слова тоже вышли чересчур раздражёнными. — Это было жестоко. Ты же знаешь как я не люблю это! — Прости. — А рассказываю я тебе всё, потому что это ты. Поблагодарив всё на свете, Тендо убежал к себе домой, ведь они уже пришли. Хоть он даже не понял, когда они продолжили путь, ведь в какой-то момент остановились. *** — Ты точно в порядке? После похода к врачу ты совсем уж плох, — посадив Ойкаву на его же кровать, Ханамаки принялся рыться в пакете с лекарственными препаратами. В нем были два вида мази и бинты. Менять повязки нужно два раза в день и мазать мазь, причём одну с утра, а другую перед сном. — Да, я в порядке. Помоги снять олимпийку? — расстегивая левой рукой, Тоору не мог без помощи обездвиженной кисти снять с себя её. Жалобного взгляда было достаточно, чтобы Ханамаки помог ему в этом деле. — Давай, горе луковое, — осторожно высвободив поврежденную руку, Такахиро снял верхнюю одежду и повесил на вешалку. — Между прочим, я не горький, а очень даже сладкий, — Тоору откинулся на кровать, прикрывая глаза. — Будешь так говорить Иваизуми, а не мне. Мне как-то без разницы какой Ты на вкус. Ханамаки сел рядом и проверил бинты на руке, удостоверившись что Ойкава не сможет снять её будучи правшой. — Маки слишком жесток со мной. — Ничего подобного. Давай тогда я тебя накормлю и ты пойдёшь спать. Связующий тут же встал и направился на кухню. Что бы кто ни говорил, а ему нравится готовка Ханамаки, хоть и он иногда не вкладывает дугу в еду со словами "слишком жирно тебе будет". Сам Ойкава готовит отвратно. И это если он не спалит кухню. Мама всегда говорила ему не забывать о своих обязанностях омеги. После ужина Такахиро и вправду собрался укладывать капитана спать. — Так детское время ещё. — А ты и есть ребёнок. — Как скажешь, мама. *** Эта ночь была бессонной для многих. Кто-то раздумывал, а кто-то просто не мог уснуть из-за насыщенного дня. — У-о-о-о! — раннее утро пронзил оглушительный крик. Скорее даже возглас. Летний лагерь подходил к концу и команды выкладывались по полной. Тренера ещё не подошли, а волейболисты уже играли или разминались. У дверей в зал стояли капитан Некомы и Карасуно. Они наблюдали за игроками и переговаривались между собой. Прежде чем заорать, Хината увидел съем Бокуто, которого не заблокировали Кагеяма с Асахи. Это было на подобии утренней разминки. — Сё, заткнись! Ты слишком шумный! — голос Нишинои был ещё громче, но это усмирило пыл Хинаты и парень замолчал, но трясся от предвкушения хорошей игры с Фукуродани. Команды договорились, что будут играть первыми. — Вашего коротышку всё восхищает. Даже самый обычный съем Бокуто. Может стоит уделять больше внимания обучению и воспитанию вашего гиперактива? — Куроо хотел подколоть, но как подколоть того, кто не ведется на провокации даже такого мастера как он. Савамура кивнул, после чего почесал затылок и виновато улыбнулся. — Ты уж прости нас за таких первогодок. — Ничего, уже привык. Бокуто, Инуока и Лев. Эти трое ещё те занозы, — Тетсуро вспомнил дни, когда познакомился с Котаро. Было шумно, но очень даже весело. Но "шумный" подходит всей команде Некома. И то время ничуть не отличалось от начала года, когда пришёл Инуока,а затем и Лев. — Ты привык к ним? — в голосе прозвучало некое удивление, но на лице не отразилось ничего, только улыбка. — Я уже не прошу их молчать или говорить тише. Главное чтобы слушали других при этом. Хотя, это не про Бокуто, — вспоминая друга, Куроо никак не мог отделаться от воспоминаний о вчерашнем разговоре. Бокуто был обычным Бокуто, только более тихим, чем обычно. Если не знать его достаточно хорошо, можно не заметить таких изменений в нем. Куроо знал, что эта тишина означает — Бокуто не спал ночью. И никак иначе. Даже если он не высыпается, Бокуто всё равно будет шумным и гиперактивным, а если не спит вообще, то становится более спокойным. — Лев тот ещё лентяй, — подошедший Яку скосил взгляд на развлекающегося Хайбу. Хината прыгал вокруг него и оживлённо что-то верещал, а Лев согнулся и тоже трещал о чём-то своем. Они словно говорили сами с собой, но умудрялись не только на перебой рассказывать, но и отвечали на вопросы. — Правда? — Тетсуро ехидно улыбнулся, тыкая либеро в плечо, намекая на что-то, что знают только они. — А ты глянь. Я отошёл на минуту, а он уже развлекается с этим первогодкой, — полностью игнорируя жесты капитана, Яку состроил непроницаемое выражение лица. Дайчи, наблюдая за командой Некома, видел семью, которая понимает друг друга без слов. Команда, знающая кому что нужно и поддерживающая в любой ситуации. Таковы их вечные соперники. — Льву интересно с вашим коротышкой, — после завязался небольшой диалог между капитанами, но их прервал громкий голос Бокуто: — Куроо! Идём к нам! Вздрогнув, Куроо повернулся к другу, что смотрел настойчиво и требовал согласия от брюнета. — Не хочу. — Вредный Куроо! — показав язык, Котаро ушёл к Акааши, стоящему позади и наблюдающему эту сцену. Бокуто снова повернулся, желая снова заорать, но Куроо пресек это действо на корню, ответив: — Отстань! У меня нет запасных батареек! Куроо не рассчитывал так отказывать ему в тренировке, но шестое чувство, именуемое жопа, подсказывало, что нужно отказаться. — Пф. Теперь Тетсуро мог гордиться собой, ведь Котаро сдался практически без боя. Только третьегодки обрадовались утренней тишине, как её прервал крик Хайбы. — Ох, какой он шумный. Яку…. — Да-да, знаю. Эй, Лев! Почему ты прохлаждаешься? — Ик! Яку-сан вернулся! — Ха-ха. А знаешь, я рад…, — видя весёлые, пусть даже иногда злые лица товарищей и друзей, Куроо понимал, что без них это время было бы не таким светлым и насыщенным, полным ярких воспоминаний. — М? — Дайчи оглянулся на брюнета, лицо которого озаряла счастливая улыбка. — Рад, что знаю этих ребят. — Я тоже. "Эти придурки… моё всё." Мысли посетившие голову Куроо были самыми счастливыми в это утро. Его команда веселилась, они шутили и кричали. Но главное — они счастливы, как и их капитан. *** — Вакатоши-кун, посмотри, — Тендо стоял и смотрел куда-то наверх с весьма задумчивым видом. Ушиджима остановился и тоже посмотрел вверх. Сатори отошёл на два шага в сторону от аса, удерживая определённую дистанцию. — Что там? — Соловей? Или это воробушек? Ворона? — последнее вообще было не к месту, учитывая, что птица была не чёрной. — Где? — встав за спиной блокирующего, Ушиджима пытался найти птицу, на которую Сатори и смотрел. — Да вон на дереве, — парень протянул руку и указал перемотанным пальцем на небольшую птичку на ветке. Пальцы он повредил вчера, блокируя Иваизуми. Сам блокирующий сильно удивился, пропуская мячи, точнее лишь касаясь его. И только потом он заметил, что ему больно. Вашиджо много и долго кричал на него за беспечность. — Думаю, это воробей, — Тендо развернулся, чтобы продолжить путь, столкнувшись нос к носу с Вакатоши. Сохранив свой обычный вид, Тендо поскакал к спортивному залу со словами: — Правда? Ну как бы то ни было, нам нужно торопиться на тренировки. — Тендо как всегда не предсказуем, — Сэми нагнал капитана и пошли они рядом, а Тендо уже стал оборачиваться на них. — Не могу не согласиться. — Вы идете? — Разумеется. Сегодня тренировка проходила без участия Сейджо, что было на руку Ойкаве с отдающими резкой болью пальцами. Вашиджо не стал их гонять, чему игроки сильно удивились, но не стали возражать. Когда он ушёл, ребята остались ещё потренироваться. Этот день сильно отличался от остальных. Взять хотя бы странное поведение Вашиджо. *** — Ойкава, как твоя рука? — Иваизуми оказался за спиной так же неожиданно, как и то, что он появился в его классе, где быть не должен. — Крови, переломов и вывихов нет, — пряча поврежденную руку от друга, Тоору, улыбаясь, добавил, — Я здоров. Кисть и пальцы были стянуты бинтом, чтобы от малейшего движения не было сильной боли. Ушиджима вчера от души ударил по мячу, раз руку Тоору чуть не вывернуло. Или же Ойкава зазевался и неправильно блокировал. Во второе верится больше, ведь кем бы ни был Ойкава, он делает всё качественно. — Я же узнаю… — не дав Хаджиме закончить, Ойкава резко выдал, не глядя на лицо собеседника: — Ива-чану не стоит беспокоиться. — Да-да. На тренировке Ойкава пасовал почти все мячи вправо, подачи косили в сторону. Тоору постоянно шипел и прятал лицо, отворачиваясь от всех. В середине тренировки Ойкава схлопотал очередной удар от Хаджиме. — Ива-чан слишком жестокий, — Тоору убежал прежде, чем в него полетел мяч. — Иваизуми, не надо так, — Ханамаки припечатал мяч в спину Хаджиме. Мацукава кивнул, сделав то же самое, только сильнее. — Тебе лучше найти его. Иваизуми замер, обдумывая свои следующие действия. Решив что-то для себя, вице-капитан сорвался с места на поиски Ойкавы. Парень нашёлся за спорт залом. Тоору сидел на земле с опущенной головой. Правая рука была мокрой, видимо он долго держал её под струями воды, рядом лежали смотанные бинты. — Лгун, — Ойкава вздрогнул и резко вскинул голову. Смотрел на Иваизуми долго, словно не верил глазам. — Что ты тут делаешь, Ива-чан? — парни смотрели друг на друга не отрываясь, Хаджиме искал любую эмоцию на лице, выдающую его состояние, но видел лишь нахмуренные брови и плотно сомкнутые губы. Пальцы мелко дрожали, но Ойкава стойко держал маску, чтобы Иваизуми не злился ещё больше. — Ты ходил к врачу? — присев рядом и перекинув руку через плечо Ойкавы, Иваизуми притянул друга к себе, укладывая голову себе на плечо. Свободной рукой он провёл по поврежденной руке, ощущая влажность и дрожь. — Ходил, — выдохнул тот куда-то в шею. Хаджиме уткнулся носом в приятно пахнущие сладостями волосы, от чего голос прозвучал приглушённо. — Точно? — Мне тебе справку предоставить, Ива-чан? — подняв взгляд на альфу, Тоору немного отстранился, нахмурившись. Парень очень злился из-за недоверия к нему. — Нет, я верю. Тебе нужен отдых от тренировок, — уложив его на своё плечо вновь, Иваизуми принял прошлую позу, вдыхая запах Ойкавы. — Завтра у нас тренировка с Шираторизавой, — предложение прозвучало как бы между прочим, но было как напоминание. — Знаю, поэтому сейчас иди домой. Ойкава вздохнул, пошевелил пальцами, понял что всё плохо и тихо ответил, надеясь на глухость брюнета: — Мне нужно тренироваться. — Тебе нужен отдых. И к тому же, завтра последние тренировки с ними, — не благоразумно было уповать на глухость Хаджиме. Причём на таком маленьком расстоянии. — Правда? Я рад, — Ойкава улыбнулся, прижавшись к Иваизуми и прикрыв глаза. Брюнет тоже прикрыл глаза и они продолжили диалог. — Он тебя так бесит? — Меня бесит Тендо Сатори. Он хороший блокирующий. Меня бесит, что он блокирует Ива-чана, которому пасую я! Не замечать это раздражение связующего просто невозможно. Парень просто пылал от злости на Тендо. — Завтра ты не будешь играть. — …, — Ойкава открыл рот чтобы ответить, но остановился, понимая что Иваизуми прав. — Не молчи. — Думаю ты прав… только вот… как ты думаешь? — О чем? — Сможем ли мы взять хоть один сет без меня? — Какой ты скромный. — Ну уж извини. *** — Бокуто, идём поговорим, — Куроо вытянул альфу из зала во время штрафа Некомы и отдыха Фукуродани. Во время игры Куроо смог блокировать все атаки Бокуто, а ведь вчера только он блокировал лишь половину из-за силы удара. Бокуто освободил руку, а после сам потянул брюнета за собой куда-то вверх по холму, подальше от школы. — Говори. — Зачем мы ушли так далеко? Котаро действительно далеко увел Куроо от школы. Это напрягало, но видимо от нехватки сна ас Фукуродани ушёл дальше, чем рассчитывал. — Ты хотел поговорить. Бокуто говорил так, словно не хотел находиться наедине с Куроо лицом к лицу. Брюнет видел во взгляде что-то не знакомое, но и не совсем чужое. Какое-то чувство, не ведомое ранее. Увидев выжидающий взгляд, Куроо очнулся и выдал, будто с трудом: — Да, точно. Ты спал этой ночью? — Нет, а по мне не видно? — голос так и сквозил холодом и равнодушием. Это пугало, из-за чего Куроо отступил на пару шагов назад от Бокуто. — Попробуй поспать после тренировок. Переусердствование на тренировке может привести…, — расстояние резко сократилось и Тетсуро был прижат к дереву сильным телом. Котаро чуть ли не рычал от злости. — Прекрати это, Куроо. Не думаю, что я так важен тебе. У тебя есть Козуме. Или всё же Савамура? — О чем ты вообще? — мягко отстраняя от себя альфу, Куроо пытался найти на лице эмоцию, которая помогла бы понять Бокуто, но её не было. Куроо видел только злость. — Ты перестал со мной разговаривать и срываешься на меня слишком часто. А с Козуме или Савамурой очень даже милый, — Котаро отошёл на безопасное расстояние и отвел взгляд в сторону и вниз. — Кенма бета, а у Дайчи есть пара. К чему ты это всё говоришь? Напряжение и лёгкий испуг прошли и Куроо смог сделать шаг к Котаро, но резкий крик был неожиданным. — Пойми уже, к чему всё это! — Да не понимаю я! Объясни! Со стороны школы послышались шаги, шуршащие по траве. Это не позволило Бокуто ответить и он отвернулся. — Куроо, Некомата-сенсей тебя ищет, — Кенма стоял в нескольких метрах от парней, он слышал крики обоих, но не лез в дела друга. "Ты должен сам с этим разобраться. Ты сам знаешь что для тебя лучше." — сказал он тогда Куроо, когда тот просил совета. — А, Кенма… уже иду, — отпустив голову, Тетсуро пошёл за Кенмой. Связующий тихо спросил: — Сколько раз тебе говорить не делать так? — Прости, но запах уже нормализовался, — капитан Некомы поднял голову, взъерошивая свои чёрные волосы на затылке. Виноватый вид, это всё что нужно, чтобы Козуме не злился на него и не говорил ничего сенсею. — Ты снова начнешь их принимать? — Да…. — Это вредно. *** — Чертов Куроо… как будто я позволю тебе пить их, — продолжая стоять в глуши, Бокуто вертел в руке баночку с таблетками, о которых мало что известно, даже в интернете не нашлось ничего, кроме "могут привести к бесплодности или развитию раковых клеток в половых органах". Он нашёл её случайно, во время поисков сумки Куроо, когда тот позволил воспользоваться его запасной футболкой. Это было в первый день лагеря и тогда Бокуто не просто вспотел или испачкался. Первая футболка пострадала из-за пота, вторая из-за падения с холма, а вот третья просто отсутствовала. Бокуто понимал, что не хорошо брать чужие таблетки, но, прочитав в интернете о вредоносности этого препарата, решил забрать.