Школа, здравствуй!

* * * - Итак, я внимательно тебя слушаю... - сказал Саске, устраиваясь в кресле поудобнее. - И не ври мне. Итачи скривился. Меньше всего ему хотелось вспоминать то, что нужно было забыть, то, что приносило боль, тоску , пожирающее чувство вины и стыда. Он склонился над столом так, что несколько прядок длинных волос касались кружевной, оставшейся ещё от матери, скатерти. Подул в ароматно дымящуюся кружку, и горячий пар повалил прямо в лицо. Мужчина отстранился и тяжело вздохнул. - Не суди меня строго, хорошо? - К чему такие отступления? - вопросом на вопрос ответил брат. - Мне тяжело. Мне всегда было тяжело не меньше твоего. Не думай, что я пофигист. Нет. Иногда было так тяжело, что хотелось выть или по крайней мере напиться. Когда родители погибли, тебе было всего семь. Маленький, ничего не понимающий ребёнок. - Блеать, Итачи! - закричал стремительно бледнеющий Саске. - Не надо только вот этого твоего странного взгляда. Ты же знаешь, что мне было очень херово после смерти отца и мамы! - Успокойся, я знаю. Но всё же ты не понимал всего ужаса нашего положения. Мы - сироты, с кучей бабла, несовершеннолетние... Мне было всего пятнадцать, не думаю, что я один смог бы защитить нас. Не знаю, что бы с нами было, если бы не Мадара... - Дядя Мадара кинул нас. Умчался во Францию и даже не желает навестить или хотя бы написать! - Он и так потратил на нас пять лет своей жизни и покинул наш дом лишь тогда, когда мы могли жить сами. Будь благодарен ему! - Громко возразил Итачи, но тут же успокоился. - Забудь. Это сейчас не так важно... Глаза старшего Учихи стали грустными. Он всеми силами старался не смотреть на Саске, понимая, что возможно оттолкнёт этим разговором единственного родного человека. - Отец всегда держал меня в строгости. Он настаивал, чтобы я учился отлично. Даже мать не могла возразить, переубедить, поэтому перенаправила всю заботу и нежность на тебя. - Итачи внезапно перестал рассматривать стол и поднял глаза на собеседника. - Всё моё время было расписано. Чрезмерная строгость во всём: одежда, учёба, занятия своими делами и карманные деньги - он контролировал каждый мой шаг. Даже у моего полунищего одноклассника Кисамэ было больше денег. У меня не было свободной минуты, но всё же я, совсем ребёнок, обожал отца, восхищался им и старался всегда на него походить. Мужчина замолчал и судорожно провёл рукой по лицу. Саске во все глаза смотрел на старшего брата. Таким он его никогда не видел: одиноким, слабым и каким-то опустошённым. - Когда родители разбились, я, одновременно с болью, почувствовал свободу. Она дурманила меня, опьяняла. Деньги, власть, вседозволенность. Меня останавливала только тоска и ты, твой обречённый вид. Потом появился Мадара, и стало легче. Он взял на себя все наши заботы, и я мог расслабиться. Теперь, когда ты был в безопасности, когда у меня был допуск к деньгам, я мог бы..... Но не стал... меняться. Решив вести прошлый образ жизни, я стал усерднее учиться, заниматься спортом, ограничиваться в деньгах. Временами мне казалось, что я наказываю себя за что-то... Но постепенно моя жизнь менялась. Я взрослел. Начались гулянки, молодость, девушки... Девушки... Они менялись одна за другой, не задерживаясь в поле моего зрения. Не знаю уж, что они находили во мне... - Мне не интересны твои любовные похождения, Дон Жуан. - Насмешливо перебил Саске. - Это не похождения. - Итачи даже не улыбнулся. - Просто слушай. Я учился на юриста. Всегда мечтал стать адвокатом... Примерно на третьем курсе я познакомился с девушкой... - А говорил не любовные! - вновь перебил младший. - Можешь не слушать. Я не настаиваю. - Всё. Молчу! - Она была очень красивая. Стройная, с длинными, как лучики солнца, волосами, огромными, наивными, синими глазами и россыпью мелких веснушек. Её смех был удивительно чистым и звонким. Задорная, хулиганистая, милая и очень добрая. Невинный ангел... Глаза Итачи затуманились. Он улыбнулся так, словно вспомнил солнечные дни, которых в последнее время совсем не было. Лицо разгладилось. - Не думай, что она была простушкой. Нет. Она была очень умна. Гениальна. Не знаю, как в ней всё это сочеталось... А ещё она была язвительна! Ох, как же она могла одной фразой поставить человека на место!.. И это делало её в моих глазах ещё привлекательней. Я влюбился. Впервые в своей никчёмной жизни. - Я ничего подобного не помню. - Удивлённо протянул Саске. - Как её имя? - Узумаки Миса, сестра Наруто. - подумав, тихо сообщил Итачи. - Миса... Мы очень любили друг друга... - Что-о-о?!. - Я говорю правду. Мы встречались около полугода, сохраняя наши отношения в тайне ото всех. Потом она забеременела, и мы решили пожениться, но пока никому об этом не сообщать. Время шло, но чем больше становился срок беременности, тем сильнее я пугался. Впервые мне было так страшно. И, в конце концов, я попросил её сделать аборт. Миса, конечно же, отказалась и велела мне выметаться из её жизни. Это сильно ранило меня по самолюбию, но я никогда себе этого не прощу. Мужчина снова умолк, делая большой глоток уже остывшего кофе. - Я недолго страдал. - продолжал он глухим голосом. - Стал назло Мисе встречаться с девушкой из другой параллели. Но через три дня Узумаки забрала документы из института и я больше ни разу её не видел. Но однажды... - мужчина судорожно вдохнул, собираясь с силами. - Однажды она позвонила мне... Её голос дрожал от страха, она шёпотом просила о помощи. Просила приехать, говорила что-то о маньяке, который якобы находился в доме. Внезапно Итачи окаменел. Его лицо исказилось жгучей ненавистью и отвращением. - Ненавижу!!! - его полукрик-полустон заставил Саске вздрогнуть. - Ненавижу!!! Я ненавижу себя!! Слышишь?! Ненавижу!!! Я был пьян и с другой девушкой. Конечно, я не поверил её словам! Посчитал неуместной ревнивой шуткой, хотя знал, что она не умеет так жестоко шутить! Рассмеялся в трубку! Обозвал горделивой дурой! Ненавижу себя!!! Он кричал долго. Кричал до хрипоты, злых слёз и жгучая ненависть в его глазах пугала. Саске просто сидел и смотрел, не зная, что делать. Шок постепенно проходил и уступал место панике. Но решение проблемы всплыло само. Он слишком хорошо знал брата; про его самолюбие, про безответственность, про постоянные гулянки и нескончаемый хоровод девушек. Но все же... Саске не мог скрыть разочарования. - Это всё? - сухо поинтересовался младший Учиха, заставляя Итачи замолкнуть. - Да. - Ответил он хриплым, безэмоциональным голосом. - Хорошо. Дай мне деньги. Я хочу уехать на некоторое время. Мне хватит всего дня три, нужно побыть одному. Но знай - любой человек имеет право на ошибку. Ты мне дорог, брат, но мне нелегко тебе сейчас что-то ответить. Итачи, которого внезапно охватила апатия, согласно кивнул. Медленно встав, он подошёл к тумбочке и взял деньги. - Хватит? - Да. Спасибо. - Поблагодарил Саске и поднялся на ноги. - И пообещай, что дождёшься меня... - Да. - Ответил брат бесцветным голосом. - Не слышу? - Да. - Ответил мужчина громче. - Ась? Не слышу! - Да! - Не слы-ы-ышу! - пропел Саске издевательским тоном. - Уши, бля, прочисти! Да!! - Вот теперь я тебе верю. А сейчас ты ляжешь баиньки. Давай-давай. - Бормотал младший Учиха, подталкивая брата к постели.