***
Девушка быстро добежала до столовой, благо никто не попался по дороге. Взяла несколько булочек, одну решила съесть по-дороге, булочки действительно были очень аппетитные и вкусные. Три сдобы в руках одна во рту, она выходит из столовой, закрывает дверь с тихим щелчком и врезается в кого-то при развороте. Роняет булочку и поднимает взгляд. Пара голубых глаз смотрит на нее сверху вниз с некоторой холодностью. — Фэш?! — Что ты здесь делаешь? Воруешь булочки? Почему не прошла через зеркало. — посыпались вопросы. — Ам нет, я просто проголодалась, вот, и решила, булочки остались с обеда, вот я и подумала… — она опустилась вниз, чтобы поднять упавшую булочку, как неожиданно почувствовала его руки на своих. Он нежно сжал ее пальцы и подобрал булочку, он смотрел ее только в глаза и никуда больше, он помог ей подняться, после чего оказался с ней рядом очень близко, что между их телами оставалось пару миллиметров. От такой близости девушка впала в краску, ее щеки порозовели, она приоткрыла рот и часто дышала. Он поддался вперед и теперь она могла почувствовать его дыхание, он наклонился к самым ее губам, а потом…он засунул булочку ей в рот и улыбнулся, что на его щеках появились ямочки. Он засмеялся и сказал: — Узнаю, что ты несешь их Эрнесту, — затем приблизился и, на полном серьезе, дополнил. — Накажу. — развернулся и поспешил удалиться. Девушка смотрела ему в след с булкой во рту и просто глупо моргала. ОН что только ЧТО?! Что он пытался сделать? Он что пытался? Он лез целоваться? Наконец она вспомнила куда шла, поморгала пару раз и поспешила к мальчику. Он смотрел в окно, так увлеченно, что даже, казалось, не заметил прихода девушки. — Эрнест? — тихо позвала она, положила булочки на столик и подошла к нему. Мальчик был ей по подбородок росту, при условии, что и она сама была невысокого роста. — Посмотри, — он кивнул во внутренний двор, где друг за другом бегали гости замка. — Он кажется такими беззаботными, будто не понимают, что происходит на самом деле. Им это кажется игрой, вот только жаль, что мне запретили разговаривать. — Захарра и кажется Греза, играли в салочки с темноволосой девочкой, имя которой Василисе не было знакомо. Рядом на лавочке Лиззи сидела в обнимку с Фэшем, который с совершенно невозмутимым видом. Паршивцы! Какая же наигранная сцена. Будто ничего не было у столовой пару минут назад. — Что было у столовой? — спросил мальчик. — А?! Что, прости? — Что было у столовой? Ты сказала. — Да, кажется да. Ничего, я испугалась картины и уронила булочку. Свою, не переживай! — он побежал к столику. — Только три, ну ладно. Спрашивай, у тебя есть, как бы…три желания. — Ладно, я знаю, что я здесь не просто так, и, мне постоянно снятся сны, кошмары. — Сны?! — он хмыкнул, и пожевал кусочек сдобы. — Ты никому о них не рассказывала? — Нет, только тебе, вот сейчас. — Ну и что же тебе снится? — Я думала, я должна задавать тебе вопросы? — Сейчас важно другое — что тебе снится? — Ну я стою в красивом платье, на мне корона, я смотрю в зеркало, а потом разбиваю какую-то шкатулку и плачу. Еще я вроде убила женщину во сне, и какого-то парня. Все слишком запутанно, я не понимаю. Я стою в свадебном платье, здесь в этом замке.Вокруг куча народу, все рады они хлопают, а мне так плохо и душно. Некоторые злились, а кто-то стоял в черной вуали и я не знаю. Это нормально? — Я конечно не врач, но могу сказать, что это более чем нормально. Ты приехала сюда, с тобой произошло много всего, ты слишком много думаешь, у меня уже голова пухнет от того, сколько ты думаешь. Тебе надо проветрить мысли, прогуляться вечером, а лучше ночью, а еще лучше под дождем. Мысли примут свои полочки и станет полегче. Скажи, а ты видела их лица? — Нет, это пугает меня больше всего. — Этот парень, влюблен в другую, что носит в себе тайну. Они обвенчаются на заходе красной луны, все ради статуса крови. Никто не хочет связываться с твоим отцом. — Мой отец?! — Если ты не вставишь свои пять копеек рубль упадет с шаткой доски. Твоего отца могут посадить. — Что? Эрнест? Объясни?! Мой отец, почему он причастен к этому?! — Я не могу, принцесса, прости, но когда придет время ты сама все поймешь, но запомни, она ему изменяет и если ты найдешь доказательства, то все будет хорошо. Во всем виноват тот, кто старше всех нас. — Я сейчас ударю тебя, если не скажешь нормально. — Я местный сумасшедший, если говорить всем прямо, пропадет интерес, смекаешь? За мной следят, все что я мог я тебе рассказал. — он открыл окно и громко свистнул. — Эй, братец, не пора ли тебе заняться своими прямыми обязанностями, а то меня сейчас съедят! — крикнул он Фэшу, тот кивнул и исчез за подоконником. — Тебе пора! — Но у меня остался еще один вопрос! — Я очень хочу тебе ответить, но не могу, правда очень хочу. — из зеркала вышел Фэш и взяв ее за руку утащил прочь из комнаты, где довольный мальчик дожевывал булочку и ухмылялся во все тридцать два.***
Он бросил ее на кровать и стал расхаживать по комнате. Она хмурилась и не понимала, как, и что сейчас произошло. В ее голове крутилось около сотни мыслей, которые перемешивались в большую и невкусную кашу. Наконец она оглянулась, это не ее комната, это комната парня. Здесь светлее чем она думала, есть окно, значит они не в подвале, а где-то высоко, в одной из башен. Светлые шторы, нежные цвета и пару ярких темных пятен, делали эту комнату одновременно и уютной и мужской. — Зачем ты к нему ходила?! Зачем?! — он сел на корточки рядом с ней и взял ее руки в свои. — Что тебе от него нужно?! Все, что тебя интересует, могла узнать у моего отца, он бы не отказал, объяснил все как есть. Не бойся, он никому не расскажет. Ему можно доверять! — он посмотрел ей в глаза секунду, а потом поддался вперед и впился в ее губы страстным поцелуем. С минуту она колебалась, а потом, сама того не понимая — ответила, подалась назад и утащила его за собой на кровать. Уже не понимала, что творит, в голове стало пусто и легко. Она водила руками по его спине и груди, пытаясь снять рубашку, но потом, оставив тщетные попытки, потянулась вниз к молнии джинс и пряжке ремня. Он перехватил ее руки и завел их над головой девушки, на секунду остановился и наконец открыл глаза. Она тоже лежала с закрытыми глазами. Рыжие волосы разбросаны по кровати, рот приоткрыт, губы опухли, щеки пылают, она поднимает на него томный взгляд васильковых глаз, с одной мольбой. — Почему остановился? — Я думаю сейчас не время! Я виноват, совратил тебя и пытался воспользоваться! — Нет, это не так! Я сама виновата! Просто, происходит нечто странное, мне не кажется поцелуй с тобой, как первый, да и вообще… — Тссс… — он заткнул ее поцелуем. — Теперь точно не первый! — Я не в этом смысле, странное чувство. — Мне иногда тоже так кажется, пока ты не приехала сюда, — он лег рядом держа в руках ее руку. — мне все время казалось, что моя судьба носит голубые глаза и рыжие волосы, она снилась мне каждую ночь, эти сны всегда были для меня ужасно личными и интимными. — она улыбнулась и порозовела еще больше. — Только вот комната была во сне светлая, пришлось переделать. Я пришел к Эрнесту, так же как ты, спросить про сны! Отец узнал об это, наказал меня и сказал, больше никогда не говорить с ним. Он якобы может проклясть взглядом, я не смотрел ему в глаза полтора года. А потом появилась ты. И я все понял. И парень был прав. Красная луна в своей фазе особенно прекрасна. Как ты! — Я не должна быть сейчас здесь, прости! Мне пора! — она чмокнула его на прощанье и выбежала из комнаты. Небо озарила полоска красного света, когда она добежала до комнаты и зашторила окно. Вдруг стало не по себе, закружилась голова и подкосились ноги, она упала, и первый раз спала без снов. — Начинается, пора приготовиться к худшему, в прошлый раз эта ночь закончилась для нас провалом, пятым провалом в за эти восемь лет.