Каратель

      Пума сидела в своем кабинете и печально смотрела на картину на стене. Пейзаж был очень красивый, но её мысли были заняты не им. А воспоминанием того, как эта картина появилась здесь. И что она за собой прячет. Это не тайник, нет. А скорее след, оставленный одним из друзей, которого уже нет. И не только его самого, но и организации, которой он руководил. Директор ЦРУ медленно прикрыла глаза.       «На улицах уже стемнело. Кабинет освещал легкий свет лам. На журнальном столике стояла бутылочка дорогого коньяка, три рюмочки, нарезка овощей и красной рыбы.       — Ну, что ты? — спросил Буйволсон. — Не падай духом!       — Их посадили, как каких-то бандитов! — выругался гепард.       Неприятная новость. Якобы агенты ФБР убили безобидного олигарха. Хотя всем было понятно, что он мафиози. Но…       — Мартин, мы докопаемся до правды! — обещала пума.       — Омелия, я должен был их защитить. Отстоять. Чтобы им хоть условно дали! Но эта стерва! Где она взяла таких адвокатов? Откуда появились ложные улики? Папочку её убили! А сколько убил сам папочка?! Вот что бы я с ней сделал! Гепард вытащил пистолет и выстрелил в стенку.»       Картина скрывала дыру от пули. На глазах пумы выступили слезы. Но она тут же их смахнула. Омелия не позволяла себе подобной слабости, учитывая свой статус. Пума решила для себя, что раз она ввязалась в мужские игры, то и держать себя надо соответственно. Но пусть она и скрывала свои чувства, они у неё всё же были. Ведь под маской железной самки скрывалась тонкая, чувствительная и ранимая душа, способная на такие чувства, как любовь и боль. Запиликал факс.       — Слушаю… Здравствуйте, мистер Севедж… Принимаю       Напечатался рисунок того самого супер-героя. Пума с серьезным видом вгляделась в изображение.       — Вас интересует то устройство, на котором он стоит?.. Да, думаю, я знаю, что это. Секунду.       Пума зашла в базу допущенных к военной тайне. Убедившись, что кролик есть в списке, продолжила:       — Устройство было разработано для армии. Но массового выпуска не было. Контракт с организацией-разработчиком так и не был подписан… Что за организация и кто хозяин? Боюсь, ответ вас не обрадует…       Через пару часов кролик и ещё трое агентов ФБР приехали в ЦРУ. Джек пришел к ней, а остальные отправились на место гибели коллег. Севеджу нужен был допуск к военной тайне для двух офицеров полиции. Пума слегка заколебалась.       — Вы им доверяете?       — Абсолютно! Поймите, миссис Талли. Со мной или ещё с кем-то из ФБР она говорить не станет. Другое дело копы, — объяснял Джек.       — Но она может у них спросить, за какие заслуги им дали допуск.       — Так заслуги есть. Вы и сами это знаете. Омелия, я вас очень прошу. Не постоянный, хотя бы временный допуск.       — Хорошо, — согласилась пума. — В базу введу уже сегодня. За кодами доступа пусть завтра лично приедут.       — Огромное вам спасибо.       У кролика заиграл телефон.       — Привет, Ник!       — Джек, тут… — выражение морды лиса было невеселым. — Взрыв. Четверо ваших мертвы. Наш капитан пострадал. Мы бандитов почти поймали. А они взорвали сами себя. Смертники.       — Мы сейчас приедем, — кролик печально опустил морду.       — Шефа полиции в центральную больницу увезли? — спросила Омелия.       — Да, — ответил Ник.       Только агенты ФБР уехали в полицейское ведомство, пума вызвала свою машину и дала указание шоферу ехать в больницу.       Подойдя к стойке информации, Омелия спросила, в какой палате лежит капитан полиции.       — А вы жена?       Директор ЦРУ чуть не упала. Хотя, что удивляться. У них тут лежит лиса, которая не просто жена кролика, ещё и от него беременна.       — Нет. Я его коллега по работе.       — Ой! Простите, — извинилась медсестра. — Просто на вас морды нет. Вот я и решила. Так за своего коллегу переживаете!       — Мы друзья.       — Понятно. Идемте. Я провожу.       По дороге медсестра рассказала, что Буйволсону чудом повезло. Он не очень сильно пострадал. Сейчас уже в сознании. Скоро поправится.       Пума вошла в палату.       — Здравствуй! — сказала Омелия.       — Здравствуй! Нелепо выгляжу. Да? — сказал буйвол.       У капитана полиции были перебинтованы голова и грудь.       — Врачи говорят, скоро поправишься.       Пума присела в кресло.       — Мия, если не сложно. Держи в курсе событий, — попросил Буйволсон.       — Не вопрос. Если обещаешь, что не сбежишь из больницы.       Оба рассмеялись. Правда, буйвол потом пожалел. В голову стукнуло.       — Всё хорошо? — пума положила лапу ему на плечо.       — Да. Но смеяться пока не стоит.       У Омелии заиграл телефон. Пума сделала такую морду, будто кислый лимон съела.       — Что? — спросил Буйволсон.       — Да, бывший звонит.       — Прости, вы четыре года уже в разводе. А он всё достает? Хочешь, посажу, за вымогательство? Он же из-за денег звонит. Верно?       Пума кивнула. Замуж она вышла в тридцать лет. А так как боялась и вовсе одна остаться, то вышла за первого встречного, кто позвал. И нарвалась на альфонса. Десять лет прожила с ним, надеялась на что-то. Хоть родить. Потом не выдержала и подала на развод. А бывший до сих пор не оставил в покое.       — Ну-ку, дай телефон! — сказала Буйволсон. — Жаль, не видеовызов. Ничего, сейчас я ему устрою. Он о тебе вмиг забудет.       Буйвол нажал принять.       — Так! Послушай ты! Чтоб не звонил ей больше! И номер этот забудь! А то выбитые зубы будешь пересчитывать! Что? Кто-кто… КОНЬ В ПАЛЬТО! Хочешь встретиться? Чё молчишь?       Пума пыталась сдержать смех, но не смогла.       — Теперь он тебе нескоро позвонит, — сказал Буйволсон, возвращая телефон.       — Естественно. Сейчас будет сидеть и думать: с каким таким конем я связалась!