Столкновение

      Алексей затягивается и шумно выдыхает, надеясь, что с клубками дыма выйдут наружу и все его тревоги. Он уже второй час сидит перед подъездом своего дома, понимая, что никто за ним не придет. И все происходит как обычно. Он выкуривает пачку сигарет, успокаивает нервы, и возвращается домой. В их маленькую квартиру, чтобы зарыться в одеяло, словно спасаясь от всего мира. — Эй, пацан, тебе не рано так дымить? — замечает, непонятно откуда-то взявшийся, молодой парень. Он возвышается над ним, проводя рукой по светлым волосам. Голубые глаза осуждающе смотрят на Алексея. — Не твое нахрен дело, дядь, — вздыхая, произносит подросток, и поднимается на ноги. Бросает сигарету, и с некой злостью топчет ее ногой. — Я тебе не дядя! Мне всего двадцать два. Неужели так старо выгляжу? — возмущается парень. — А мне шестнадцать. И что с того? — грубо отзывается Алексей. — Тебя не учили, как разговаривать со старшими? — начинает нравоучения парень. Но Алексей, и так вымотан, поэтому не может еще и слушать нотации незнакомого парня. Ему попусту плевать. — О, смотри, звезда падает! — восклицает подросток, чтобы отвлечь его, а самому тихо улизнуть. Но молодой парень смотрит на него как на последнего дебила, и скрещивает руки на груди. — Ты идиот? Сейчас день! Алексей настолько растерян от такого взгляда, что зависает на секунду, не зная, что ответить. — Но ведь бывает же дневной звездопад, — находит оправдания он. — Не неси чушь. Чему тебя в школе учат? — выходит из себя парень, и Алексей вдруг начинает чувствовать себя лучше, видя его нахмуренным и злым. Ему это нравится. Этот парень так мило злится, как маленький ребенок, думает про себя Леша и неожиданно для себя разрывается от смеха. — Эй, как тебя зовут? — сквозь смех спрашивает Алексей, и ему действительно интересно, откуда взялся этот парень. Молодой человек не стесняется и рассказывает ему про себя. То, что его зовут Максим, и он их новый сосед. Только вчера въехал. Работает в какой-то крупной компании. Алексей удивляется тому, как в столь юном возрасте, закончив университет только год назад, он работает в таком солидном месте. Как же вся эта легенда, вроде без опыта не берут, а где набраться опыту, если без опыта не берут? Замкнутый круг. Он удивляется и восхищается ровно до того момента, пока не узнает, что это компания отца Максима. Богатые буржуи, хмыкает Алексей. — Ма-а-акс! — зовет женский голос издалека. Алексей только сейчас замечает, что солнце уже зашло, и на улице глухая темень. Максим радостно машет приближающейся к ним красивой девушке, чьи темные волосы развиваются от быстрой ходьбы. — Почему сюда? Этот дом уже старый и вот-вот развалится, — интересуется Леша. — Арендная плата дешевая, и рядом с работой, — быстро отвечает Максим, прежде чем девушка успевает дойти до них. — Знаешь, в этом доме есть один плюс. Здесь толстые стены, — подмигивает ему Алексей, словно предупреждая, чтобы он не сдерживался этой ночью и не боялся осуждающих взглядов соседей на завтрашний день. Напоследок бросает ему, что у нее отличные буфера и скрывается за металлической дверью подъезда. Вернувшись домой, он просто падает на свою кровать и проваливается в сон. Сегодня ему не снятся кошмары, ведь сегодня впервые за долгие годы он засыпает с улыбкой.

***

      Алексей снова опаздывает, и снова не завтракает. В школе его встречает шайка типичных прогульщиков и двоечников. Они с восторгом зовут его подсмотреть за девчонками в раздевалке. Ведь сегодня физра, и можно поглазеть на обнаженных одноклассниц и, за их трясущимися сиськами, во время бега. — Я же джентльмен. И не буду заниматься такой хуйней, — усмехается Алексей, отбиваясь от своих настойчивых друзей. Уроки проходят так же, как и всегда. Учительница орет на сидящих сзади учеников, которые без стеснений болтают друг с другом и веселятся. Обычно они и есть друзья Леши. Это настолько привычно, что прочно въелось в кожу. По-другому Алексей и не представляют свои школьные годы. Орущие учителя и одноклассники, презрительно фыркающие в их сторону, отличники, хихикающие над ними, девочки. У каждого своя роль в этом классе. И если вдруг прогульщик начнет прилежно учиться, девочки перестанут хихикать, а отличники забросят учебу, система обрушится. Она сломается, и изменения коснутся всех до единого. Поэтому Алексей старается получить свои четверки, но не пытается стать лучше в учебе. Слишком хлопотно, слишком напряжно. Да и кому это нужно? Ближе к шести, вдоволь нагулявшись с друзьями в парке, он возвращается домой. Никто не будет спрашивать с него за это. Он снова обнаружит пустой холодильник, и спящую маму, которая слишком устала, чтобы готовить ужин. — Привет, Леша, — здоровается с ним сосед у подъезда. Мрачное настроение тут же испаряется, только завидев Максима. — Не зови меня Леша. Звучит слишком слащаво. Зови Леха, я же мужик, все-таки, — просит Алексей, присаживаясь рядом с ним на лавочку. — Ну и дебил же ты, — смеется Максим. Он не обращает внимания на издевку, мечтательно смотрит в небо, в котором на удивление нет ни облачка. — Эх, сейчас бы в Австрию, на серфинге волны преодолевать, — протягивает Леша. — Ты имел в виду Австралию? — прищурив глаза, спрашивает Макс. — Не, в Австрию, которая через океан, — невозмутимо бросает он и всеми силами пытается не заржать в голос. — Ты идиот? Австрия — это страна в Европе, а Австралия отдельный материк, — словно по заказу сосед выходит из себя, и уже готов с пылом доказывать свою правоту. — Ты впариваешь мне какую-то хрень! Я же в школе учусь, а не ты. И тебе походу память отшибло, раз такую элементарную вещь не помнишь, придурок, — нарочито возмущенно произносит Алексей, наслаждаясь нахмуренному бровями и сдувающими ноздрями своего собеседника. — Это я придурок? Это просто ты тупой! Я сейчас принесу карту! Сиди тут! — войдя в азарт, кричит Максим и бежит к металлической двери. Как только он исчезает из поля зрения, Алексей смеется в голос от того, какой он наивный. Он прекрасно знает, что Австрия не материк, а страна в Европе. Но ему нравится бесить своего соседа придуманными глупостями. Ему нравится видеть его задыхающимся от злости и возмущения. Это весело, думает Алексей, направляясь к своей квартире. Похоже, что он нашел для себя новое развлечение.       Глубокой ночью Алексей просыпается от шума и криков. Должно быть, это его отец вернулся пьяным. Снова. Так происходит очень часто. И уже не считается чем-то удивительным или немыслимым. Мать снова орет на него, обвиняя его в измене и загубленной жизни. Леша нехотя встает с кровати, и бредет туда, где горит тусклый свет. Отец красный и еле держится на ногах. Мать злая и толкает его в плечо, вызывая в нем приступы гнева. Она оскорбляет его всеми последними словами. Отец не выдерживает и крепко хватает ее за плечи, словно хочет сломать ее, разложив пополам. Алексей так часто видит подобную сцену, что вскоре начнет считать это чем-то вроде ритуала. И он так устал, что хочется выть, крушить, истошно кричать, только бы больше этого не видеть. — Хватит уже! Идите спать! — раздраженно вздыхает Алексей, подходя к отцу сзади. — Ты меня уже достала! Когда ты, наконец, заткнешься? — орет отец в лицо матери, и продолжает её яростно трясти. Алексей мгновенно цепляется за его рубашку, пытаясь оттащить от матери. Но отец отмахивается от него так сильно, что Леша попадает под его сжатый кулак. Его отталкивает сила удара, и он врезается в кухонный стол. Глаз начинает ныть, и Алексею требуется несколько минут, чтобы понять, что ему поставили фингал. Темно-синий такой, под глазом. И этого достаточно, чтобы вывести его из себя. Он так зол, что хочется заживо сдирать с себя кожу. Сдирать, сдирать, пока кроме боли ничего не останется. Он уже отчаялся когда-либо увидеть счастливо улыбающихся родителей вместе. Потому что он не дурак, и прекрасно знает, как в действительности обстоят дела. И он не надеется. Надежду сожрала большая ненависть, которая исходит от обоих родителей по отношению друг к другу. И он так чертовски, смертельно устал, что хочется просто лечь и больше не просыпаться. Никогда. — Сынок, прости, я случайно, — отрезвев, пытается оправдаться отец. — Забей, — глухо произносит Леша и возвращается в свою комнату. Закрывает дверь на ключ, и медленно сползает вниз на пол. Он хочет кричать, пока не сорвет голос. Он хочет ломать, пока руки не будут все в крови. Но он тихо, зажав рот рукой, плачет. Потому что ему всего шестнадцать. Потому что он всего лишь ребенок. И ему больно. Очень больно.