Столкновение

      Просыпаться по утрам тяжело, особенно если уснул только в пять утра. А в семь уже звонит будильник, и пора в школу. Алексей не спеша надевает мятую белую рубашку, и смотрит на себя в зеркале. Правый глаз настолько опух, что еле открывается. И под ним, словно шлейф красуется то ли темно-синий, то ли бордовый синяк. И он снова чувствует ужасную усталость. Насмешки со стороны друзей были неизбежны, как крушение Титаника. Они громко усмехаются над ним, гадая, с кем он подрался. Но Леша всего лишь посылает их нахуй. Классная руководительница обеспокоено зовет его в учительскую, и задаёт вопрос, которого больше всего хотел избежать Алексей. — Это сделал твой отец? — строгим ледяным голосом спрашивает она. — Это…всего лишь случайность. Он не нарочно, — защищает он его. — Я знаю, какая ситуация у тебя в семье. И я просто хочу тебе помочь. Если он тебя бьет, ты не должен молчать об этом, — мягче проговаривает учительница. — А вам не наплевать? Это не ваше дело. Даже не заливайте, что беспокоитесь обо мне. Родители и то не беспокоятся обо мне, зачем вам это делать?! — сердито бросает Леша. — Алексей, позволь мне тебе помочь. Я знаю, что тебя бьет мама, а теперь и папа? Думаешь, я могу оставить все как есть, зная обо всем этом? — Папа меня не бьет, и никогда не бил. Я уже сказал, что это случайность. А мама…она просто иногда бывает не в настроении. И она же слабая, мне совсем не больно от ее ударов, — всеми силами оправдывает их Алексей. Это правда. Отец хоть и пьет часто, но руку на него никогда не поднимал. А слова мамы бьют куда сильнее, чем ее удары. — Ладно, — тяжело вздыхает она. Но по ее пристальному взгляду, было понятно, что она не собирается так просто сдаваться. Последний урок проходит в раздумьях. Друзья зовут его покурить после уроков, но ему не интересно. Он возвращается домой и видит как в молчании отец и мать пьют чай, словно вчерашней битвы и не было. Отец предлагает ему сесть и попить вместе с ними чай, и слегка улыбается. Грустно и виновато. Алексей послушно садится за стол, и чувствует себя так, будто вошел в вакуумный шар. Ничего не слышно, но, в то же время, стоит невероятный шум, который прерывает ненужные звуки вокруг. Все мысли только о том, как отсюда выбраться. Леша медленно подносит чашку к губам, и делает глоток от горячего чая. И он почти готов выжечь себе горло этим чаем. — Как дела в школе? — спрашивает отец. — Неплохо, — спокойно отвечает он, скрывая свое недовольство и обиду. Мама молчит как партизан на допросе, но она не против. Не против того, чтобы сидеть здесь с ними и наслаждаться крепким черным чаем. Алексей замечает это, и разум вновь начинает рисовать красочные картинки о дружной семье. Но отчаяние снова пробирается вглубь под кожу, когда она ставит пустую кружку на стол и, молча, уходит в свою спальню. — Все как всегда, — шепчет Леша. — Прости, сынок, — выдыхает отец, и встает из-за стола. Входная дверь громко хлопает, и он понимает, что отец ушел. С горькой усмешкой он повторяет свои слова: — Все как всегда. Все как всегда. До тошноты. До омерзения. И это настолько бесит, что хочется воткнуть нож себе в сердце.       Гора под именем домашняя работа была преодолена после трехчасовой ленивой и неохотной работы. Пришло время ужина, но Алексей в курсе, что ему придется самому готовить его. Быстрым темпом жарит мясо с луком, и залив водой, сыплет макароны. Час, провозившись на кухне, еда все-таки преподносится на стол. Чайник закипает, и он плюхается на стульчик, вздыхая от облегчения. Места напротив него и слева пустые. Он ненавидит это. Ненавидит ужинать один. Спешно запихав в рот еду, он почти давится, но не останавливается. Если остановится хоть на минуту, поймет, как на самом деле он одинок, и не сможет сдержать слез. Ему приятнее мысль умереть от удушья, чем распустить сопли. Закончив с ужином, убирает за собой и, накинув на себя толстовку, выходит на улицу. Солнце уже давно село, и дует легкий ветерок. Вытаскивает сигарету и зажигалку с кармана спортивных штанов и закуривает. Поблизости он слышит шаги, медленно приближающиеся к нему. Когда человек попадает под освещение фонарей, он узнает в нем своего соседа. — Ты только возвращаешься? — удивленно спрашивает Алексей. — Да, на работе задержали, — устало зевает Максим. — Сына начальника тоже задерживают? Я думал, ты там вроде большой шишки, — подшучивает он. — Я работаю столько же, сколько и все сотрудники, — отвечает сосед и, всмотревшись ему в лицо, наконец, замечает синяк. Он небрежно прикасается к его лицу и осуждающим голосом спрашивает: — Ты подрался? И хватит курить! Ты еще слишком молод, чтобы умереть от рака легких, — Максим молниеносно забирает у него сигарету из рук. Алексей закатывает глаза, и тяжело вздыхает. Почему какой-то сосед волнуется о нем больше, чем собственные родители? Эти мысли заставляют его грустить. — Ты мне кто? Мамочка? И я не дрался, это случайно получилось, — делая голос тише, говорит он. — Уверен, твой острый язык всему виной. Хочешь, я дам мазь? — Не, обойдусь. Они погружаются в тишину, и долго стоят, слушая пение сверчков. Максим так устал после работы, что ему даже лень открывать рот. А Алексей всего лишь безмятежно наблюдает за луной в небе, и чувствует, как раздражение, злость и обида отступают на второй план, оставляя умиротворение и восхищение от красоты увиденного. — Жаль, что Луна спутник Солнца, а не Земли. Она ведь так красива, — протягивает Алексей. — Ты идиот? Луна и есть спутник Земли, — немного грубо отвечает сосед. — Макс, я начинаю сомневаться, что ты учился в школе. Такую хрень всегда несешь, — хмыкает Алексей. Это уже входит в привычку — бесить своего соседа. В дурную привычку. Но ему нравится выводить его из себя. Только так он по-настоящему чувствует себя живым и забывает обо всех проблемах. Максим кладет ладонь на его голову и обреченным голосом спрашивает: — Что за бардак у тебя в голове творится? Алексей обиженно скидывает его руку. Эти слова задевает его за живое. Да, бардак. Полный хаос, что не разобрать, что к чему. Поэтому он курит, чтобы хоть как-то выбраться из этого бардака. Иногда он перестает понимать, почему он все еще здесь, и от этого становится только хуже. Хаос в его голове вихрем поднимается ввысь, и как торнадо начинает крутиться в одном месте. Его затягивает в эту воронку, что порой нет шансов. Нет шансов здраво мыслить, нет шансов выжить. И нет абсолютно никаких шансов на побег. Ведь от себя не убежишь. — Алексей, начни использовать свои мозги, или они атрофируются, — серьезным тоном добавляет Максим. Леше ужасно хочется задать вопрос: «это как?». Но он всего лишь разворачивается и отпирает металлическую дверь. — Заткнись, — напоследок бросает он. Не снимая с себя одежду, он ложится на кровать и сворачивается калачиком. Даже та самая Луна, которую он считал красивой, сейчас кажется ему чем-то омерзительным. Потому что омерзителен он сам.

***

      Утро приходит с очередным желанием исчезнуть куда-нибудь. Иногда Алексею кажется, что тело приросло к кровати, поэтому он не может встать. Ему совсем не хотелось этого. Он мог бы вот так лежать вечность, пока, наконец, все дерьмо в его жизни не закончится. Он тяжело вздыхает, и его ноги касаются холодного пола. Умывшись, он проходит на кухню, и видит своего спящего отца в гостиной. Присев за край дивана, он тормошит его. — Когда ты пришел? — обеспокоено спрашивает Алексей. — В 4 утра, кажется, — бормочет отец. Леша устало вздыхает и возвращается в комнату, чтобы переодеться. Он привык, что отец возвращается под утро. Его почти не бывает дома из-за работы, и из-за пьянок с друзьями. А может у него есть любовница, и он ночует у нее. Это нормально, все в порядке, убеждает себя Алексей. Переодевшись, он берет с собой почти пустой рюкзак, где лежат пара тетрадей и сигареты, и подходит к входной двери. — Леша, тебе нужны деньги? — интересуется отец из гостиной. — Не, у меня еще остались с прошлого раза, — отвечает он и выходит из дома. На удивление, он не опаздывает на уроки и даже приходит раньше остальных. Сев за самую последнюю парту, ложится на нее и смотрит в окно. Листья еще зеленые, несмотря на сезон, и гуляет прохладный ветерок. Летняя жара спадает, уступая осеннему холоду. Наблюдая за погодой, он не замечает, как класс наполняется его одноклассниками. Его друзья Дима и Сергей садятся на соседнюю парту второго ряда, и Дима дает ему подзатыльник. Эти двое самые отпетые хулиганы их класса, которые обожают ввязываться в драки. И порой Леша тоже бывает втянут в их разборки. — Димон, ты чего? — сердится Алексей, поворачиваясь к нему. — Че не здороваешься? Мы с Психом тут уже десять минут сидим и ждем, когда ты уже к нам обернешься, — ворчит Дмитрий. — Ну, здорова, — недовольно выдает Леша, и трет глаза. — Даров! Когда Андрюха приезжает? — обращается к нему Сергей, которого кличут Психом за его странное нездоровое увлечение носить в рюкзаке всякого рода вещи опасные для жизни. — Да, хрен его знает, — пожимает плечами Алексей, вспоминая о своем лучшем друге, который отдыхает за границей. Его друг из обеспеченной семьи, и на каникулах он всегда отправляется куда-то с роднёй. И все трое до сих пор не могут понять, как их угораздило подружиться с этим мажором. Учительница прерывает их разговор, громка стуча ручкой по столу. География проходит тем, что как обычно отличники хвастаются своими знаниями, а остальные всего лишь массовка для этих любимчиков учителей. На середине урока дверь широко распахивается и высокий брюнет с радостной улыбкой входит в кабинет. — Встречайте, неудачники, я вернулся! — восклицает парень, заставив учительницу шокировано раскрыть рот. — Смирнов! Не врывайся на урок после своего недельного отсутствия! Тебя не учили стучаться? — возмущается географичка. — Извиняюсь, — бросает он и продолжает идти на задние парты, где сидят его друзья. Леша привстает и обнимает его, хлопая по спине. Дима и Сергей делают то же самое. — Как дела, братаны? Живы, здоровы, легкие целы? — усмехается парень. — Андрей, прекрати сейчас же! Ты мешаешь мне вести урок! — выходит из себя учительница. Андрей виновато склоняет голову и садится рядом с Алексеем, который сдерживает себя, чтобы не засмеяться над ним. И сейчас он понимает, почему они дружат. Андрей никогда не ведет себя высокомерно и нагло. Он простой веселый парень, который часто попадает в разные неприятности. — Мы скучали, Андрюха, — говорит Алексей и слабо бьет его кулаком в плечо. Андрей хмыкает и сосредотачивается на уроке. Когда звенит звонок, они выходят в туалет, покурить. Сергей выгоняет оттуда других учеников, и открывает окно, в то время как Дима раздает сигареты. — Короче, слушайте, пацаны. Со мной такая хуйня приключалась. В отеле я познакомился с белорусами и тусил с ними. На пенной вечеринке мы познакомились с одной ахуительной казашкой. Она вообще девчонка что надо. Мы естественно сдружились все, потом я с пацанами узнал, что ее домогается какой-то турок. Чуть не изнасиловал ее. Бля, я так разозлился. Собрал белорусов и пошел бить морды туркам. Был жесткий махач, конечно. Пришлось ходить с синяками, но это того стоило. А потом, оказалось, что тот турок сын владельца отеля, — рассказывает Андрей с пылом, пока остальные курят. — Хули, ты за казашку-то впрягаешься? — недоумевает Сергей. — А че нет то? Она моей подругой стала. — И что дальше? Они вам что-то сделали? — интересуется Алексей. — Администратор извинился перед нами, и дело замяли, — отвечает Андрей и садится на подоконник. Дима одобрительно хлопает его по плечу, мол, молодец, не зассал. Сергей выкуривает сигарету и смывает ее в унитаз. Алексей усмехается тому, что неприятности и вправду любят Андрея. Как только они слышат звонок, Дима и Сергей быстро возвращаются в класс, в то время как Леша и Андрей еще остаются в туалете. Алексей закуривает вторую сигарету, и усаживается рядом с Андреем. — Как дела дома? — задает вопрос Андрей, и с тревогой смотрит ему в глаза. Синяк еще не спал, и он замечает это. — Все как обычно. Ссорятся, папа пьет, мама не выходит из комнаты, — безразличным тоном произносит Леша, и сжимает руки в кулак. Всего лишь мысль о его родителях заставляет его бушевать от злости и обиды. Андрей кладет руку на его спину и понимает, что ничем не может ему помочь. Он не может заставить его отца бросить пить, или маму быть более внимательной к своему сыну. Иногда ему так хочется вправить мозги этим недо-родителям, чтобы друг больше не страдал из-за них. — Не расстраивайся, брат, — мягко проговаривает Андрей. Леша выпускает клубы дыма и смотрит, как они испаряются. Он всеми силами пытается делать вид, что его это не волнует. Но, оказывается, его это волнует даже больше, чем надо. И он думает, может ли человек задохнуться от дыма сигарет. Нет, он не думает, он этого хочет. Когда дверь громко хлопает, они оба поворачиваются к женщине тридцати лет, с собранными в пучок волосами. Она тяжелым взглядом рассматривает их. Они узнают в ней завуча школы. И друзья понимают, что снова вляпались в какое-то дерьмо. — В мой кабинет. Живо! — ледяным голосом приказывает женщина. Алексей и Андрей лениво плетутся за ней, и входят в кабинет. Завуч расспрашивает их имена, класс и зовет классную руководительницу. Они долго выслушивают ругань, и предостережения о том, что в следующий раз их занесут в школьный учет. И по иронии, возмущения завуча насчет того, что ученики нарушают школьный порядок больше, чем-то, что они губят себе здоровья. Ведь не важно, что они могут заболеть тем, что написано на пачке сигарет, важнее то, что для других это может быть плохим примером и пошатнуть репутацию школы. После получаса их отпускают на урок. Настроение падает ниже плинтуса. Друзья, молча, сидят в парке и курят, пока не наступает вечер. Дима и Сергей уходят первыми, так как у них стрелка со старшеками из другой школы. Андрея забирает водитель. И Алексею ничего не остается, кроме того, что вернуться домой. Он быстро забегает в дом, все больше осознавая, что становится холодней. Распахнувшая дверь, словно ящик Пандоры обрушивает на него все проблемы и несчастья. Мама истошно кричит отцу, снова обвиняя в чем-то. Она всегда находит причину для ссор. Он проходит через коридор, и обнаруживает родителей в гостиной. — Где тебя носило? Ты на часы смотрел? Шляешься где-то, весь в отца! — нападает на него мать. — Как плохой, так сразу в отца, значит, да? — не уступает отец. — Да, в отца. Ты ведь тоже любишь гулять непонятно где, и возвращаться под утро. А я всегда дома, как в плену, — парирует мама. — Тебя, что, здесь цепями держать, а? Можешь уходить, раз так хочется! — Вот все из-за тебя! Хоть бы принял участие в воспитании своего сына. Сейчас в школе курит, а потом в преступники подастся или как ты алкоголиком станет. У него нет будущего! — размахивает руками она. — Что случилось? — решает вмешаться Алексей. — Со школы звонили и рассказали, чем ты там вместо учебы занимаешься, — язвит мать. — Ты не должен курить, сынок. Это вредно для здоровья. Ты молодой, успеешь еще, — ласково говорит отец, трепля его по щеке. — Успеешь, конечно, успеешь. Сигареты, а дальше наркотики, — не успокаивается мама. — Прекрати уже! Я устал это слушать! — выходит из себя отец и, взяв свой серый пиджак, направляется к выходу. Мать не может это вытерпеть, ей нужно выплеснуть свою злость. Ей нужно винить кого-то, если она не будет этого делать, то в ее поступках не будет смысла. И она переходит к Леше. Дает ему пощечину и толкает его в грудь. — Все из-за тебя! Если бы тебя не было, я бы не жила такой жалкой жизнью. Ты сгубил мою жизнь, забрал мою молодость! — она толкает его еще сильней. Алексей крепко сжимает зубы, что они могли бы сломаться от такого давления. Он пытается успокоиться и глубоко вздыхает. — Лучше бы ты никогда не рождался. Слышишь меня? Я бы хотела, чтобы ты никогда не рождался! — кричит она и кидает в него мелкими вещами, которые лежат на тумбе рядом с диваном. Эти слова бьют его прямо в сердце. Кому бы хотелось услышать такое от собственной матери? — Хватит, мама, пожалуйста, — он почти умоляет, потому что он больше не может сдержать слез. Ему больно, ему обидно. Он хочет чувствовать себя нужным хоть кому-то. Слезы медленно текут по его лицу, и он выбегает из квартиры. Бегом спускается по лестнице и яростно отпирает металлическую дверь. Слезы никак не останавливаются, как и он сам. По пути он кого-то сбивает, но он ничего не видит вокруг. Ему всего лишь нужно успокоиться. Ведь такое случалось уже сотню раз, и он давно должен был привыкнуть к этому. Должен был, но не смог. Это все еще причиняет боль как в первый раз. — Леша! — кто-то дергает его за плечи и поворачивает к себе. Это его сосед. — Что случилось? Алексей старается незаметно стереть слезы, но они предательски катятся вниз. — Ничего. Отвали, — рассматривая землю, отвечает Алексей. — Но ты же плачешь. Расскажи мне, — мягким голосом просит Максим. От его просьбы все чувства и эмоции, которые он так упорно хотел запечатать у себя в сердце, выходят наружу. И стоя перед соседом, ему хочется выплеснуть злость, как сделала это его мама. Разбить ему челюсть и обвинять во всех бедах. Теперь он понимает, что чувствовала его мать. И теперь он ненавидит себя. Алексей обвивает руки вокруг талии Максима, утыкается ему в плечо и плачет. Громко. Навзрыд. Потому что он всего лишь ребенок. И ему больно. Больно от того, что его ненавидит собственная мать. Больно от того, что его семье плевать на него. Он думает, что было бы лучше, если бы он и вправду не рождался. Разве он нужен кому-то в этом мире? — Тише, тише, все хорошо, — шепчет Максим и гладит его по волосам, крепко обнимая его. Он вдруг осознает, что Алексей еще такой маленький из-за того, что он плачет у него на руках, как ребенок. В нем просыпается желание защитить его от всего плохого, чтобы больше не видеть его слез.