Столкновение

      Алексей заканчивает пачку сигарет одну за другой. Курит снова и снова, чтобы унять дрожь в теле. Кое-что, запрятанное глубоко в душе, рвется наружу. Он заставляет себя ровно дышать и оставаться спокойным. Руки сжимаются в кулак, которые так и норовят разбить что-то. Выходит на балкон и вдыхает свежий воздух, стараясь привести в порядок свои мысли. Вспоминает, как рассказал отцу о матери. По каким-то причинам он не смог выдавить из себя эмоции. Голос звучал глухо, пусто и отдаленно. Отец вздохнул и обещал проведать ее. Только и всего. Ни слов сожаления. Ни слов утешения. Словно он больше не является частью этой семьи. Словно он оборвал с ними все связи. Алексей держался. Правда держался, чтобы не начистить ему рыло. Он хотел сделать его ответственным за поступок матери. Он хотел обвинить его в случившемся. Но он сумел подавить этого свирепого зверя в себе. Наблюдая за восходящим солнцем, Алексей берет на руки телефон и набирает знакомый номер. — Псих? — О, Леха? Че, ПМС закончился, и ты успокоился? — усмехается низкий голос по ту сторону линий. — Травка есть? — переходит к делу Леша. — Ну, есть. А тебе зачем? — Не хочешь покурить со мной? — интересуется он. — Да, без проблем, — отзывается Сергей и бросает трубку. Улицу покрывает тьма, и дует холодный ветер. Толстовка не спасает, поэтому он накидывает на себя осеннюю куртку. Проходит полчаса, прежде чем он слышит звонок. Леша заходит в дом, дрожа от холода, и идет к двери. Раскрывает ее, и видит перед собой высокого светлого парня с рыжим беспорядком на голове. На его лице играет ухмылка, когда он показывает прозрачный полиэтиленовый пакет с высушенными листьями конопли внутри. Алексей видит в этом пакете единственный способ побега. Побега от реальности и проблем. Он впускает друга, и они направляются в гостиную. Сергей складывает содержимое в папирусную бумагу, заворачивает ее и поджигает. Леша делает несколько затяжек, после чего отдает обратно Сергею. Разум опустошается от мыслей, он чувствует небывалое расслабление. Настроение поднимается, и на него нападает приступ смеха. Ему хорошо. Ему спокойно.       Ночь кажется непривычно длинной, когда они раскуривают весь косяк. Они не смотрят на время, и не замечают, как оно пролетело. В комнате слышны только их громкие смешки. Иногда друзья перебрасываются парой фраз, не больше. Алексей выходит на балкон и ложится на спину, чтобы любоваться звездами. Но их можно посчитать по пальцам. Только огромное черное небо и холодный бетонный пол, на котором он развалился как на кровати. — Я так заебался, — произносит он, когда Сергей втискивается рядом с ним. — Я тоже, — вздыхает Сергей. — Что у тебя? — спрашивает Алексей, и вдруг понимает, что ничего не знает о своем друге. Сергей отвечает, не мешкая, словно каждый день повторяет это сотням людям. — Да, брат наркоман. Мама работает сверхурочно, без выходных, чтобы вылечить его от зависимости. А я таскаю у него дурь, — с усмешкой отвечает Сергей. Леша удивляется тому, как легко он говорит обо всем этом. Он уверен, что такие трудности должны причинять огромную боль. — Я знаю, о чем ты думаешь. Почему я рассказываю об этом с такой легкостью? Сначала я бесился, крушил все, ненавидел брата, и делал все, чтобы привлечь к себе внимание. Но Димон…он помог мне. Думаешь, мы просто так всегда деремся? Мы выпускаем пар. Хоть это по-идиотски. Но мы два идиота, поэтому все в порядке, — рассказывает Сергей. — Просто иногда нужен тот, кто вытащит тебя из этого дерьма. Один ты не справишься. Он смотрит на Алексея с мягкой улыбкой, но в темноте едва ли можно разглядеть ее. — Философ хренов, — шутит Алексей, не отрывая глаз от неба. До него доходит, что он не один тонет в этом чертовом болоте. В мире сотни, а то и тысячи таких, как он. Алексей не какой-то особенный ребенок, на которого навалилось слишком много нехорошего. Осознание того, что и другие испытывают такие же тяготы жизни, расслабляет его разум. И он может выдохнуть с облегчением. — Помнишь, как в прошлом году мы пошли в гости к Андрюхе, ты притащил с собой травку, и мы втроем я, ты и Димон накурились прямо в ванной? — вспоминает Леша. — Как такое забудешь? Андрюха тогда чуть бошки нам не оторвал. Я охуел, когда он к нам резко влетел и начал орать, я из-за него травку уронил. После этого он нас к себе больше не звал, кстати, — произносит Сергей с обидой в голосе. — Ну, конечно, мы же ему ковер спалили, — напоминает Леша, и они взрываются от смеха. В их памяти завалились много смешных и глупых историй, о которых они рассказывают еще час. Они возвращаются в прошлое и проживают эти времена снова, наполненные беспечностью и безрассудством. Ведь в те моменты они были поглощены смехом и радостью. Вдоволь наговорившись, Сергей чувствует усталость и заходит в дом. Алексей разрешает ему лечь в его комнате, но не решается двинуться со своего места. Холод пробирается под одежду, заставляя его стучать зубами. Он представляет, что сказал бы Максим, если бы застал его в таком виде. Отругал бы, вероятнее всего. А потом обнял бы, пытаясь согреть его. Это мысль кажется ему приятной. И он, не заметно для себя, расплывается в улыбке. Всего на секунду его лица касается маленькая снежинка, которая быстро оттаивает. Он удивленно вскакивает с места и перебегает глазами по сторонам. Ему нужно удостовериться, что ему не показалось. Словив ладонью еще одну снежинку, Алексей с восторженным воплем бежит к другу. Ведь это снег. Белый, красивый снег. И ему радостно от того, что он стал свидетелем его первого наступления. Сергей спит мертвым сном на его кровати, и разбудить его не получается. Но Алексей не расстраивается и идет к соседу, совершенно не беспокоясь о том, что часы показывают четыре утра. Громко и упорно стучится к нему, пока Максим не открывает дверь и не смотрит на него с испугом. — Что-то случилось? — тревожно спрашивает он. — Ничего не спрашивай. Одевайся. Это срочно! — серьезным голосом говорит Алексей, и наблюдает за тем, как Максим со скоростью света натягивает на себя куртку и обувается. Он ведет его на улицу и показывает ему падающие снежинки. — Видишь, снег! — весело сообщает он. — Ты, что, для этого разбудил меня в такую рань? — возмущается Максим и кладет свою ладонь на его голову. — Ты идиот? Алексей высовывает язык и ловит снежинки, не обращая внимания на сердитого соседа. — Брось, сегодня же выходной, — улыбается он. — У тебя встреча с матерью в девять, — усталым голосом говорит Максим. Леша оборачивается к нему и делает недовольное лицо от его занудности. — Слушай, Макс, тебе не обязательно вести себя как моя мамочка, знаешь. Напоминать о чем-то, заботиться. Я и сам справлюсь. Я просто хотел позлить тебя немного, вот и все, — признается он. Максим прислоняется к металлической двери и усмехается, скрещивая руки на груди. — Тебе нравится злить меня? Впрочем, я рад, что у тебя поднялось настроение. Его улыбка кажется чем-то теплым и родным, что Алексею хочется сказать ему правду. Правду, из-за которой он пытается сбежать от реальности с помощью травки. Правду, из-за которой ему так паршиво на душе. — Мои родители разводятся. И, я думаю, что, может, это правильно. У них всегда были плохие отношения. Наверное, они терпели друг друга только из-за меня, — Леша отводит взгляд куда-то в сторону, сам не зная, верит он в свои слова или нет. Максим делает к нему шаг и заключает его в свои объятия, словно это то, что так необходимо сейчас. — Ты опять скажешь, что все будет хорошо? — шутит Алексей. — Да, все будет хорошо, — шепчет Максим.

***

      Утро приходит слишком рано. Леша не успевает выспаться. Веки раскрываются с большим трудом. Голова трещит и вот-вот расколется. Хочется биться головой об стену, чтобы прекратить эту боль. Дорога в больницу не занимает много времени. Максим, как и всегда, остается в машине, дожидаясь Алексея. Он заходит в кабинет психолога, где уже сидит его мама, и мышцы лица не слушаются. Он не в состоянии изобразить улыбку. Садится на диван и впивается глазами в пол. У него нет сил продолжать бороться. Он морально измотан этим притворством о его счастливой беззаботной жизни. — Леша, — слышит он робкий, неуверенный голос матери и поднимает голову. — Да? — осторожно спрашивает он. — Завтра меня выписывают. Ты не мог бы принести мне немного моей одежды? Мне не хочется выходить на люди в этом халате. Меня же засмеют, — она улыбается, указывая на свою больничную одежду. Алексея охватывает радость от того, что мать, наконец, перестала игнорировать его существование и заговорила с ним. Он хочет встать и прямо сейчас же обнять ее, но сдерживает свой порыв и уголки его губ таят в улыбке. — Да, конечно! — восклицает Леша. — Я ведь говорил, прогресс есть! С завтрашнего дня у твоей матери начнется совершенно новая жизнь, — заявляет психолог, прислоняясь к спинке своего кресла. Прием проходит легко, без напряга. Мать все время смущенно улыбается и поддерживает беседу с врачом. Даже не принимая участия в их разговоре, Леша не чувствует себя лишним. Просто наблюдать за тем, как светятся глаза матери, слушать ее голос, наполненный жизнью — для него большая награда. Она больше не выглядит бледной и безжизненной. Она напоминает цветок, который расцветает вновь с теплыми лучами солнца. Этот цветок стремится к источнику своего света. Этот цветок готов цвести круглый год. Алексей выходит из кабинета окрыленным и вдохновленным. Его душа ликует, и он чувствует себя так, словно внутри него, наконец, появилась радуга после длительного дождя. С глупой улыбкой садится в машину своего соседа и взволнованно топчет ногой. Ему не терпится рассказать все Максиму. А Максим готов внимательно выслушать его, вникая в каждое слово. Ведь для него это важно. Ему важно знать о чувствах, мыслях, желаниях Леши. Потому что он важен для него. Алексей замолкает только тогда, когда они доходят до двери их квартир. Он удивлен тем, что соседу, с которым он знаком не больше месяца, он может поведать обо всем хорошем и плохом, не скрывая ничего. Что-то особенное есть в этом парне, заставляющее Лешу говорить и говорить.       Алексей, будучи возбужденным завтрашней выпиской матери из больницы, зовет к себе своих друзей и решает открыться им. Рассказать о поступке матери, о разводе родителей и том, что вел себя как последний мудак все это время. Друзья не отказывают ему и охотно соглашаются на встречу. Приносят с собой алкоголь, закуски и карты. Вечер откровения превращается в настоящую вечеринку. Список пришедших одними друзьями не ограничивается, и к нему заявляется полкласса, которые не прочь провести выходной не за учебником. Леша понятия не имеет, как дошло до того, что его одноклассники оккупировали его дом и прямо сейчас сосутся с кем-то из девушек в туалете. Даже стеснительная Вишня приходит, и, не теряя времени, оживленно болтает с Андреем о чем-то. Сергей и Дима соревнуются друг с другом в игре «кто выпьет больше рюмок водки». Уже подвыпившие одноклассницы подначивают их, готовясь показать грудь победителю. — Андрюха, можно тебя? — прерывает беседу Алексей, и, взяв под локоть своего друга, уводит в сторону. — Что? — восклицает Андрей. — Почему ты их всех позвал? Я думал, будут только свои, — выказывает возмущение Леша. — Брось, братан, ты был сам не свой в последнее время. Я надеялся, что хоть это поднимет тебе настроение, — расстроенным голосом отвечает Андрей. Алексей разрывается между желанием выгнать всех нахрен или поблагодарить друга за старания. Он выбирает второе. — Да, ты прав. Спасибо, — он хлопает Андрея по плечу и натягивает на себя улыбку. Алексей позволяет себе расслабиться и подключается к веселью друзей. Наблюдает за соревнованием Сергея и Димы, и болеет за Диму, выкрикивая слова поддержки. Но Сергей оказывается стойким, и не уступает своему другу. Часы длятся как минуты, никто не волнуется о времени, продолжая развлекаться и баловаться спиртным. — Уже так поздно! Нам пора домой! А Леше пора спать. Живее, живее, освобождаем квартиру, — выпроваживает своих одноклассников Вишня, единственный человек, заботящийся о времени. И Алексей чувствует к ней огромное чувство благодарности. — Поехали тогда в клуб, пацаны. Это реальная тема, — предлагает кто-то из одноклассников, выходя из квартиры. Остальные мгновенно соглашаются, и они с большим энтузиазмом едут покорять местный клуб. Последними уходят Андрей и Алина. — Ты выглядел уставшим, поэтому я сделала все за тебя, — говорит Вишня напоследок. — Ты лучшая, — обнимает ее Алексей на прощание. — Увидимся, брат! — бросает Андрей и быстрыми шагами спускается по лестнице, догоняя девушку. Алексей закрывает дверь на замок и облегченно вздыхает. Он и не заметил, как быстро опустел его дом. После друзей остались лишь бутылки от алкоголя и полный бардак, который придется убирать самому. Он тратит на это не больше часа и ложится спать.       Долгожданное утро, наконец, наступает. Леша умывается, завтракает и закидывает в пакет платья, блузки и брюки матери. Переодевшись в повседневную одежду, выходит из дома и стучится к соседу, который должен отвести его в больницу. Когда они приезжают туда, часы показывают только 8.45. Максим недовольно бурчит о том, что Леша слишком поторопился и теперь надо будет ждать. Но он не слушает и бежит в сторону здания больницы. Перед дверью палаты он останавливается, услышав громкий заливистый смех женщины. Зайдя внутрь, он видит свою мать и ее психолога, которые весело беседуют о чем-то. Леша становится немного обидно хотя бы потому, что он никогда раньше не слышал у нее такой смех. — А, Леша. Я вот прощалась с моим личным психологом, — игривым тоном произносит мать, не отводя глаз от мужчины. — Я пойду. Берегите себя, — встает мужчина и подмигивает его матери. Алексей нарочно загораживает выход, бросив на него недовольный взгляд. Психолог, словно не заметив, кивает ему и проходит мимо, после чего исчезает в коридоре. Мать сдержанным тоном просит его зайти к ее лечащему врачу, чтобы забрать кое-какие документы. Леша не может отказать и торопливо направляется к кабинету врача, который находится в другом корпусе. Им движет желание поскорее вернуться домой со своей мамой, сесть за один стол и пить горячий черный чай с двумя ложками сахара. Быть семьей. Сейчас ему так необходимо это. Увидев Алексея, врач удивленно смотрит на него и интересуется его визитом. Он суетливо лепечет что-то о документах, но женщина недоумевает, говоря о том, что она отдала уже все его матери. Леша бредет по коридору, находясь в смятении, когда его взгляд падает на пейзаж в окне и на женщину, которая почти убегает из больницы, озираясь по сторонам. Эта женщина — его мать. Лестница преодолевается прыжками. Кажется, он бежит вечность, прежде чем достигнуть двери. Не смотря на одышку и кашель, он догоняет свою мать и окликает ее: — Мам! Ты куда? Мать оборачивается и выглядит раздраженной, как те люди, которых застали с поличным. — Если ты так торопилась домой, то не волнуйся об этом. Там ждет мой друг, он отвезет нас, — отдышавшись, добавляет Алексей. Женщина тяжело вздыхает и отводит взгляд в сторону, словно чувствуя себя виноватой. — Я не вернусь домой. Передай своему отцу, что он может не переезжать. Пусть живет с тобой, — говорит она. — Что? В смысле? — переспрашивает Леша. — Я ухожу. Спасибо за вещи, — вежливая улыбка и шаг назад, чтобы дать понять, что ей уже пора. — Постой, мам, я ничего не понимаю. Отец и так уже переехал в другую квартиру, ты можешь вернуться со мной, — озадаченно произносит он. — Нет, я не хочу там больше жить. Этот дом полон моими страданиями и слезами. Я собираюсь найти себе работу, строить свою личную жизнь, ходить на всякие мероприятия и заводить новые знакомства. А ты уже взрослый и в состоянии жить сам по себе. — То есть ты просто уходишь, бросаешь меня ради новой жизни? Это же чушь! — восклицает он. — Посмотри на это. Это шрам и это не чушь, — она поднимает руку на уровень его глаз, чтобы он мог разглядеть его, — я слишком многое отдала, многим пожертвовала ради вас, но взамен получила только эмоциональный срыв и шрам на запястье. Мне было всего восемнадцать, когда я забеременела тобой, и мне пришлось выйти замуж за твоего отца. У меня было всё до встречи с ним. Богатые родители, которые ни в чем мне не отказывали. Престижный университет, где мне пророчили блестящую карьеру журналиста. Я думала, наша любовь все это компенсирует. Когда ты родился, я считала тебя самым очаровательным ребенком. Но я понятия не имела, что мне с тобой делать. Никто не учил меня быть матерью. Мне пришлось оставить университет, чтобы присматривать за тобой. Родители посчитали меня позором семьи и отказались от меня. И медленно, день за днем я начала ненавидеть все, что меня окружает. И тебя в том числе. Своим появлением ты разрушил мою жизнь. Влюбиться в твоего отца было моей самой большой ошибкой. Я больше не хочу ошибаться. Отныне я хочу жить для себя, понимаешь? — на ее глаза наворачиваются слезы, но в ее голосе нет ни тени сомнения. Она твердо решила уйти, оставив все позади. Он ничего не знал о ее прошлом, и ему кажется, что он не знает женщину напротив себя. Словно это совершенно незнакомый ему человек. Знал ли он ее по-настоящему? — А я? — ему удается сохранить самообладание, и задать вопрос. — Я никогда не чувствовала себя твоей матерью, — без чувства жалости и сострадания произносит она и, развернувшись, уходит прочь. Можно ли разрушить человека лишь словом? Можно, и она сделала это со своим сыном. Вулкан внутри Алексея на грани извержения. Он не дает чувствам достигнуть его, поэтому бежит со всех ног к машине соседа. Сев на пассажирское сидение, он просит ехать так быстро, как только можно. Максим слушается, и они добираются до дома. Алексей спешно заходит в квартиру и старается успокоить бушующее сердце. На него обрушился огромный камень, который полностью раздавил его. Он убеждает себя, что его это не волнует. Что он ничего не чувствует. Не чувствует. Но невозможно подавить эту злость внутри него. Злость на себя, на родителей, на весь чертов мир. И она вырывается наружу. Он не может контролировать ее. Все его тело охвачено этой эмоцией. Злостью. Огромной, свирепой, словно хищный зверь. И он чувствует, как неизбежно попадает в плен. Руки трясутся. Сердце учащенно бьется. Ему тяжело дышать. Все звуки вокруг исчезают, он слышит только свое неровное дыхание. И…вулкан взрывается. Алексей хватает стул и с громким отчаянным криком бросает его в телевизор. Переворачивает стол на кухне и яростно бьет стулья об пол, отрывая от них ножки. Разбивает зеркала вокруг, вазы и рамки с фотографиями. Он не хочет видеть ничего, что будет напоминать ему о матери. Крушит мебель, оставляя от них одни обломки. Дом превращается в полный разрушенный хаос, который похож на его внутреннее состояние сейчас. — Что ты делаешь? — возмущенный возглас и крепкие руки обхватывают его за плечи. Леша отталкивает его, продолжая разносить все, что видит. — Прекрати! Что произошло? — Максим перехватывает его руки и заставляет посмотреть на себя. — Я так устал чувствовать это. Я устал реветь как девчонка каждый раз. Не хочу больше чувствовать это! — кричит он. — Что сказала тебе мать? — осторожно спрашивает сосед. — Что она ненавидит меня, и я ей не нужен, — тихим, бесцветным голосом отвечает Алексей, и слезы медленно катятся вниз. Максиму невыносимо видеть его таким, но он совершенно не знает, как он может утешить его. Его тело действует за него, не дав времени поразмыслить. Он притягивает к себе Алексея и накрывает его рот своим. Руки Максима обвиваются вокруг его талии, не позволяя вырваться. Чувства охватывают его с головой. Он целует его грубо, страстно, чтобы последующие дни в мыслях Леши был только он и их поцелуй. Чтобы он думать забыл о своей никчемной матери. Он пробирается языком к нему в рот, все крепче прижимая к себе. Леша забывается ненадолго, и отвечает на его поцелуй, но здравый смысл приходит быстрее. Он со всей силой отталкивает Максима, и моментально дает ему кулаком в челюсть. Сосед отшатывается назад, потирая ушибленное место. — Какого хуя ты это сделал? — спрашивает Алексей. В его голосе звучит страх вперемешку с гневом. — Я…я не знаю, — растерянно отвечает Максим, до которого только сейчас доходит, что он натворил. — Свали, — шепотом просит Алексей. Максим смотрит на него умоляющим взглядом. — ПРОВАЛИВАЙ! — орет Леша. Сосед тяжело вздыхает и оставляет его одного. Неспешно, тело словно покрывается свинцом, и он падает на пол без сил.