Играя до конца

Как, вашу мать, можно сидеть спокойным в такой вот ситуации? Тсунаеши пыталась вести себя как всегда, мило улыбалась, чуть прикрыв глаза. Не позволяла своему пламени бушевать, была аки послушная девочка. Вот только платье было чем-то новеньким, а еще ноутбук в руках мешал. Да, она должна будет продемонстрировать свои умения, взломав базу данных Вонголы вновь или теперь Варии. Или Эстренео, но это на запасной случай, ибо читать все то, что там написано… Нет, даже ее психика не выдерживала такого удара. Только и оставалось, что дрожать всем телом от одного воспоминания, как она лишь один раз взломала их сеть. Васуру, как и его хранители, и вообще вся Вонгола, что сидели в конференц зале, смотрели на нее в шоке. И, ладно бы только на нее, но Васуру еще и переводил взгляды по другим знакомым, которые отводили взгляд, а Юни вообще смотрела на роспись стола, что стала необычайно интересной. Н-да, и что делать? Конечно, спасать свои конечности. И побыстрее. — Васуру-кун… Или, точнее, Дечимо-сан, — ее улыбка не изменилась, но еле заметная грусть в глазах говорила о многом. Сейчас не время притворствовать, пора действительно все рассказать: — Вы же желали заключить Альянс, верно? — напомнила она, пытаясь показать ему, что он Босс. Босс не должен удивляться такому, но должного информатора у него нет, так что не удивительно. Все же, она лучший информатор. — Глупый Васуру, не отвлекайся, с твоей сестрой мы поговорим позднее, — произнес Реборн, смотря на нее. Казалось бы, и что? Но ей стало страшно за свою шкирку, особенно за все эти «Реборн-кун». Вот уж, повезло! — Действительно, Васуру-кун, — слащавым голосом произнес Джойо, смотря с ненавистью на сестру. Емитцу пока, что не вмешивается, позволяя показать себя своим сыновьям: — Ты сейчас Дечимо Вонгола, а это никто, обычный информатор вражеской семьи, которую мы должны привлечь в Альянс. А разобраться с ней потом, дело пустяковое. — Эй, мы все еще здесь! — напомнил Бьякуран, по-детски обидевшись. Как, впрочем, и всегда. — Стоп, — голос Васуру был холоден, в глазах пылал оранжевый огонек. Сейчас он действительно Босс: — Сейчас не время препирательств. Я, как будущий Дечимо Вонгола, хотел бы заключить дружеский союз между нашими семьями, Зефирный Монстр, — он улыбнулся, искренне и с некой долей грусти: — Но, думаю, серьезность здесь только будет мешать, поэтому, как насчет чая?

***

Заключили союз довольно… Странно. Сначала Васуру был серьезен, но когда принесли чай, он расслабился и позволил себе говорить с Бьякураном и Юни в обычной форме, как «Зефирный Монстр» и «Сестренка Юн-Юн». Весь разговор Тсунаеши молчала, старательно отводя взгляд и смотря куда-то в окно, делая вид, что заинтересованный взгляд Реборна адресован не ей, сожалеет Мукуро только ее не родившемся мозгам, а тяжелые взгляды Емитцу и Джойо направлен на вазу за ней, что они вообще никто и ничто сейчас, ведь она знает много больше, чем они сами… Как она и предполагала, ей пришлось пробиваться через защиту Варии, которую об этом не предупредили. В конечном итоге, сообщение на мобильный телефон Емитцу от Бельфегора Каваллини с содержанием в виде «Приедем через неделю, ши-ши-ши» было решено игнорировать, ибо сама Тсуна не имела ни одного желания знакомиться с независимым отрядом. Вот, вообще ни одного! И не важно, что они будут подчиненными ее любимого братишки, сейчас собственная шкура в опасности, а он неприкосновенен! Ну, заключили они союз, но в случае чрезвычайной опасности оба босса, Юни и Бьякуран, (Ноно Вонголе и Юни, и Бьякуран отказались подчиняться в случае опасности) они так и будут подчиняться Дечимо Вонголе. Информатор Мельфиоре теперь стал доступен и Вонголе, на что Тсуна серьезно заявила, что помогать ЦЕДЕФ она будет только по приказу Десятого, и вообще, никому в Вонголе она служить не будет, кроме как него одного. Конечно, Джойо и Емитцу были против, но Васуру принял и это. — Что же, Странно-милый семпай, — перед тем как уезжать из особняка, начал прощание Бьякуран: — Хочу сказать, что у меня и Юни скоро свадьба. Так что, дай своей Ка-сан дожить к этому моменту, ладно? А потом и четвертовать можно, — и улыбается он так, как всегда. И к нему подбегает Юни в белом платье, обнимая Васуру и смотря на него с детской серьезностью. — Васуру-кун, мы будем вас ждать! Хатико клянись, что придешь! — Сестренка Юн-Юн, Зефирный Монстр, спасибо за подготовку к будущему. И, мы с радостью приедем на вашу свадьбу! Хочу увидеть тебя в свадебном платье, — отвечает, смеясь, Васуру. Конечно, Кийона Хакка ждет Васуру в одной из гостиных комнат. Она послушно ждет младшего брата и сына по совместительству, понимая, что сегодня она во всем признается. Расскажет все, не скрывая, объясняя все непонятные моменты. Чтобы вновь получить дорогое ей доверие, ибо грусть в глазах младшего брата больно била в груди. Остальным хранителям было запрещено присутствовать во время этого допроса, значит, потом и им объяснять.... Ее бы не оставили одну, поэтому за креслом, в котором она сидела, стоял Джойо. Он опирался на стенку того же кресла, поглаживая рукой по пушистым и мягким волосам своей «сестры», думая о том, как бы еще напакостить ей. Да, он недолюбливал свою старшую сестру из-за того… Что она жила. Жила без этого козла Емитцу, который приезжал раза два-три в год, а самого парня отправили учиться в школу мафиози. Он знал, что у отца есть еще дети, но они живут, как обычные дети. И он завидовал их свободе. Всегда завидовал. Тсунаеши терпела чужую руку на голове, хотя не так уж противно и было. Непривычно только… В кабинет входят Васуру с Реборном на голове. И кажется это таким обычным, что девушка невольно улыбается. Васуру садится за кресло босса, Джойо отступает к диванам, желая узнать, как простая гражданская оказалась знаменитой Кийона Хакка, так, он еще и на нее покушение сделал. И, по взгляду своего брата понятно, что он об этом не знает. — Ка-сан, — тяжело выдохнул он: — Ну почему?! Почему все так сложилось, что пока мы все хранили от тебя, ты оказалась втянутой в это еще хуже и раньше, чем мы?! — не выдержал парень: — Расскажешь ли ты это, Ка-сан? А потом домой, поесть карри с мисо-супом… — Ну, теперь мне нельзя скрывать, Васуру-кун, — она тяжело вздыхает: — Ты ведь знаешь, что папаня не приезжал с твоего рождения, даже чуть дольше? — кивок брата, Реборн просто сидит и слушает, как и Джойо. Всем интересно, а сама девушка волнуется. Она потратила время, чтобы все это скрыть, чтобы создать прекрасную маску матери, а теперь она просто уничтожает ее, своими же словами: — В семь лет я была довольно смышленой малышкой, поэтому додумалась зайти в кабинет Емитцу и посмотреть, что там есть интересного. Например, я нашла там много интересной информации о мафии, много довольно неплохих сделок… Как-то тебе принесу, перечитаешь, выберешь себе что-то, — она хихикнула, увидев удивление в глазах брата: — И я начала учиться. Училась много, я была гением своего возраста! И все равно смотрела за тобой и мамой. В тот же день я увидела письмо от матери Джойо-куна о том, что она беременна. Именно тогда я и начала понимать, что Крестная Фея уже не та, — она выдохнула. Даже Джойо перестал дышать, ожидая продолжение: — Примерно в девять лет я начала взламывать чужие сайты, и первым была Вонгола на компьютере папы. Могу похвалить маму Джойо-куна, пароль был «Адель». Примерно тогда, в двенадцать, когда умерла мама, я доделывала еще одну работу для Рокудо Мукуро-куна… И мы договорились о том, что мы съездим к ним, в Мельфиоре. И Бьякуран против не был… Ну, и пока ты просто учился, я училась быть хакером и хорошим информатором, чисто из обиды я не помогала только Вонголе. Впрочем, это вся моя жизнь, не считая того, что я пыталась сделать так, чтобы тебе не пришлось идти в мафию… Но Емитцу Козел Козловский. Вот. Честно говоря, Васуру слушал это как очередную интересную историю своей Ка-сан. Слушал, вдумывался в сюжет истории, в персонажей этого события… Но не получалось. Что-то внутри мешало так просто взять и поверить своей матери и сестре в одном лице. Возможно из-за того, что именно она и была персонажем истории? Реборн вдумывался, понимая, что Внешний Советник редкостный идиот, раз оставил все свои вещи в прошлом доме. Не будь он таким идиотом, возможно всё было бы наоборот. А почитать там все документы стоит, вдруг там действительно есть что-то интересное? — Тсуна, — начал Аркобалено: — Ты смогла пробудить пламя? — Да, я пробудила его, но моё пламя не для драк. Оно слишком домашнее, — кивнула Тсунаеши, поправив свои волосы. — Это как? — удивился Васуру, что знал только о том, что пламя бывает семи видов. И то, это только атрибуты такие… Но о домашнем пламени он и слова не знал. — Моё пламя ведет себя, как домашняя собачка, которая может слегка ранить, но не убить. Она мягкое какое-то, прямо таки домашний питомец. Честно говоря, все приняло такую абсурдную ситуацию, что хотелось смеяться. Семья со своими проблемами, где всё проще простого, а Козел отпущения Емитцу. Хотя, он справедливо стал этим парнокопытным травоядным, так что никто не зол. — Пффф… Хахаха! — Джойо смешно. Как оказалось, есть что-то равносильно интересное избиению Тсунаеши. Слушать Тсунаеши: — О Ками, это дурдом. Может, еще табличку «Дурдом, не проезжать» поставим? Сначала Васуру-кун, видя твоих тараканов, я решил, что мои тараканы смогут с твоими подружиться. А бабочки в голове Тсунаеши-чан мне неизведанные, так что… Я начинаю экспедиции. Зеленоглазый парень встал, поправил свои золотые волосы и вышел из комнаты. Конечно, теперь придется как-то жить дальше… Но вот умный бред Джойо Тсунаеши будет помнить долго и, когда - то она повторит его слова, непременно!

***

Они приехали домой через два дня, потому что Кийона Хакка боялась встречи с Варией, ибо то, что она узнавала о них, не могло позволить ей говорить: «Они и мухи не обидят!» Домой к ним теперь часто приходят парни. Тсуна, как всегда по-материнскому, нежно улыбается, готовит им и помогает. Например, вчера Мукуро жаловался на то, что у него ничего не изменилось в отношениях с Кеей. Потом позвонил сам Хибари и недовольно спрашивал любимый цвет, вкус, запах и многое другое своего Рокудо. И Тсунаеши ему рассказала. А почему бы и нет? Отношения с Реборном, конечно, изменились. Она не позволяла себе вести с ним, как с ребенком, но все равно называла его «Реборн-кун» и брала на руки, а потом в быстром порядке оставалось спасаться от пуль и ударов молотка. Сейчас она сидит и спокойно готовит ужин, одновременно с этим выучивая Китайский. Зачем? Она хотела расширить свою популярность дальше, чтобы заработать больше денег, ибо продукты стали у них редкими гостями. Сами гости стали совсем не редкими, а слишком даже частыми. Сейчас все в школе, Васуру должен признаться Киоко в своих чувствах без чужой помощи. Значит, нужно приготовить что-то из разряда его любимого, ибо он либо придет счастливый, либо грустный. — Эх, и так проходят мои лучшие годы жизни? — спросила она саму себя, нарезая ананас: — Вроде бы и счастлива, и довольна. Мать-матерью, от сынишек тайн нет, хотя бы сейчас… Может, нужно найти отца моим детям? Ну там, найти себе парня… Да не, бред какой-то. Возможно, когда поставлю парней на ноги, дам им все… Я буду слишком старой в это время, да? Тсунаеши, дурдом по тебе плачет, говоришь сама с собой.... Действительно, почему бы и не подумать об парне? И одновременно с самобичеванием она спокойно делала парням данго и нарезала ананасы для еще одного десерта. Конечно, что-то на подобии такого и должно было произойти, ведь только с нормальными людьми все проходит нормально. В дом вошел счастливый до невозможности Васуру, который с криком «Поем через десять минут!» побежал на второй этаж. Тсунаеши выдохнула, понимая, что он может быть с ней боссом только в конференц зале или при деле, хотя такого еще не было. Хмыкнув самой себе, она снова начала косплей Наны, то есть, снова мило и нежно улыбнулась. Самой себе конечно, но вскоре должны придти Гокудера и Ямамото. Точно, стоит еще придти к Цуэши-сану, поесть суши…Как же она давно их не ела! Как она и думала, с криком: «Простите за вмешательство», пришли парни. Они сразу заглянули на кухню. — Привет, дети мои, — почему она так всех называет? Они же ей не дети! Хотя… У обоих из них нету матери. Чертова мягкотелость! : — Васуру-кун на втором этаже, скажите, что еще две минуты и данго будет готово. — Хорошо, Тсунаеши-сан, — улыбнулся Такеши. — Будет сделано, Тсунаеши-сан! — парни побежали на второй этаж. И пока парни там копошились, девушка начала думать о парне снова… Может, таки стоит? Она еще, все таки, девушка молодая… А где Мукуро? Возможно, снова с Хибари сидит или дерется. Какая у них пылкая любовь, что ни проблема, — драка! Так и до свадьбы не доживут… А она так хотела увидеть Мукуро в белом костюме. Не оденет же он платье, верно ведь? Это будет смешно! Спускаются парни, все трое над чем-то смеются, бежит Ламбо и И-Пин с Фуутой, все шестеро садятся за стол. Все как-то слишком нормально… — Васуру-кун, а где Реборн-кун? — спросила девушка, садясь тоже за стол. — Ка-сан, он тебя убьет когда-нибудь, - с улыбкой предупредил Васуру, а потом как-то посерьезнел, и все-таки начал: — Ламбо попал в него базукой десятилетия… И на его месте никого не было. Как думаете, что это значит? — Босс… Ты сказал, что в мистера Реборна попали из десятилетней базуки, и он исчез. И никто не появился на его месте, да? — парень резко побледнел, смотрел ошарашено. Мысль Гокудеры передалась и Тсунаеши, и та сглотнула, боясь услышать, что он дальше скажет, пока дети не обращали на их разговор внимания: — Если никто не пришел из десятилетнего будущего, разве это не значит, что мистера Реборна не существует в десятилетнем будущем? — Ч… Что? — Васуру тоже побледнел, что уж говорить о белой как мел Тсуне? : — Не… Невозможно… Может, пойдем поищем его? Я уверен, он просто снова где-то прячется, и это его тренировка… — Ха-ха, прятки значит? — Ямамото не выглядел серьезным, все так же улыбался, но глаза его выдавали: — Где искать, Васуру? — Гокудера-кун, поищи в школе. Ямамото, ищи Реборна в любых кафе, а я пойду поищу по улицам… Ка-сан, — он перевел взгляд на Тсуну, которая уже начала думать о долгой дружбе с валерьянкой: — Присмотришь за детьми, пожалуйста? — Да, Босс, -произнесли парни и побежали. — Конечно, только берегите себя, ладно? — но ее уже не слышали. Парни убежали из дома, искать репетитора и аркобалено солнца.

***

Тсунаеши сидела на диване, читая сказку для детей. Читать о злых Они и прекрасных героях Ламбо и И-Пин оказалось интересно, а вид спящего Фууты казалось настолько умиротворенным… Но Тсуна не могла расслабиться. Она волновалась за то, чтобы Реборна нашли. То, что сказал Гокудера за столом, вполне могло быть правдой, но как-то не хотелось верить в это. Было страшно, действительно страшно, хотя такого беспокойства к киллеру она не испытывала ни разу. Только за Васуру или Мукуро. — Ка-сан! — Ламбо с улыбкой глянул на Тсуну. Та уже привычно, явно фальшиво, улыбнулась в ответ: — Почему герой уснул?! — Потому что Они сумела его победить, — терпеливо объяснила девушка: — И вам пора отомстить за героя, но только вам во сне, хорошо? — Да, Ка-сан! — произнесли хором дети и пошли к себе наверх. И они ушли, а девушка перенесла Фууто в свою комнату, где тот мог бы спокойно поспать. Лишь после этого она спустилась на первый этаж и начала ждать…

***

Васуру вбежал домой, тяжело дышащий, и вообще в плохом настроении. Найти нерадивого репетитора не удалось, и только спустя два часа в голову Васуру пришла одна логичная мысль, — А взрослый Ламбо знает о Реборне? Это, кстати, одна из причин, почему он вернулся домой, а не продолжил поиски. Его сестра спала на диване, откинув голову на стенку дивана. Она казалась такой напряженной, даже испуганной, что парень все-таки позволил себе сказать ей, что все хорошо. И, как бы он ни сомневался, казалось, что она услышала его и незаметно расслабилась. Поэтому Васуру и побежал наверх, к Ламбо. И спустя некую войнушку по перетягиванию базуки, парень готов был сдаться этому ужасному теленку, но не судьба, ибо пуля выстрелила ровно в него......

***

Васуру было тяжело. Все потемнело в глазах, было больно живот и дышать было, как-то не так. Запах леса, трав и цветов явно давал понять о том, что он на природе, а темнота и дерево около него не давало нормально думать. Клаустрофобия, как-то так, да? Нет, он ничем таким не болеет. Поэтому парень и потянул руку вверх, и почувствовав дерево, он толкнул его. Дерево на удивление легко поддалось, и теперь яркие лучи солнца больно резали по глазам… Это действительно был лес, густой такой… зеленые травы, несколько красивых цветов около него самого. — Так это и есть десятилетнее будущее? Если я здесь, значит, тут был двадцатитрехлетний я… И что он тут делал-то? — парень осмотрелся по сторонам и позволил себе посмотреть на свое место пребывания: — Хиии?! Гроб?! Дечимо упал с этого деревянного ящика и, теперь, смотрел на его крышку. Черная, лакированная, с гербом Вонголы… Понимание того, что будущий он умер, не дало покоя. Неужели он позволил себе умереть?! А как же Тсунаеши!? — Ты! — кто-то стоял около леса. Около деревьев, пробиваясь через заросли, к нему шел Гокудера. Взрослый, возможно, на две головы выше него самого. В черном костюме, его лицо стало немного легче, не такое злое как было. Его прическа не изменилась, а его глаза в шоке смотрели на парня. Было понятно, что будущий Дечимо Вонгола умер… — Дечимо!