Не-на-ви-жу!

      Тонкий аромат крепкого заварного кофе ранним утром - предел мечтаний для измученного Чимина. К нему бы добавить еще ванильных сладких булочек... Но вперемешку с божественным ароматом, отчетливо улавливается горьковатый привкус подгоревшего теста. Чимин просыпается.       В спальне никого. Облегченно выдохнув, он все же выбирается из спутаных простыней, поспешно натягивая чужие штаны на голое тело.       Голова идет кругом. Слабость ломает тело и заставляет присесть на край кровати, чтобы не свалится на пол и не отбить себе еще что-то. Хотя, Чимин и так разбит вдребезги. Стоит ли так заморачиваться?       Вчера все ощущалось не так остро. Сегодня же тело ныло от неистовой боли, но Чимин не собирался из-за такой "чепухи" лишать себя вкусного напитка и...       На кухне и правда пахло свежесваренным кофе. Густой аромат исходил прямо из турки, предусмотрительно отставленной на деревянную подставку. Запах хвои и кофеина приятно кружил голову.       Но что-то было не так! Чимин никак не мог понять что, пока не наткнулся на мигающий индикатор духовой печи и не уловил того непонятного горьковатого привкуса подгоревшей выпечки. С ванилью! - Черт, совсем забыл! Извини, я разбудил тебя?       Чонгук с утра после душа совсем другой. Симпатичный, весьма обычный молодой парень с... прекрасным телосложением и горящими, полными жизни глазами. Только сейчас Чимин понимает, что намного ниже и меньше своего похитителя, да и в глазах огонь едва теплится. - Ты поставил не тот режим. Булочки испортились. - Ээм. Тогда как насчет бутербродов? Сейчас, я накину что-нибудь и все приготовлю. Если хочешь, можешь принять душ. Да, я принесу тебе чистую одежду.       Чимин молчит и не смотрит даже. Обидно. Но чего Чонгук ожидал? Очередной укол в сердце. Вот только сейчас никакой злости, никакой агрессии...Просто безысходность. Он уже знает, что будет делать дальше. Улыбка слегка касается губ, когда он слышит шум воды за спиной. Там, через стенку его мечта, его наваждение и его одержимость. С этим он поделать ничего не может. Нет, это не просто инстинкты, парность или что там еще. Чимин Чонгуку правда нравится и он бы очень хотел его узнать еще больше, рассказать о себе и... Что "и" Чонгук не позволит себе даже в слух произнести, потому что не заслуживает этого "и". Вообще больше ничего не заслуживает.       Щелчок двери Чимин не слышит. Теплые струи воды действуют на тело расслабляюще, как бальзам на душу. Сейчас больше ничего и не важно. Позиции ослаблены, да и в мыслях больше не было, что Чонгук сможет выкинуть нечто подобное. Паника накатывает с резким прохлалным потоком воздуха и крепкими сильными руками на обнаженной коже. - Тише, тише. Не бойся меня, хен.       Чимин бы иронично так пошутил, возможно даже посмеялся,но нихрена не смешно сейчас. Он пытается развернуться, но Чонгук не позволяет. Нежно целует линию позвонков на шее, слегка покусывает плечи и с упоением вдыхает аромат распаренного тела. - Остановись пока не поздно! Чонгук! - Мы оба знаем, что это невозможно. Вот, - Чонгук осторожно кладет на стеклянную полочку нож и ключи от квартиры, - ты можешь уйти, но только такой ценой. Прошу, не медли, Чимин. Просто убей меня нежно.       Безумие. Одержимость. Страх. Чимин снова пытается оттолкнуть, выскользнуть, но не получается. Чонгук держит крепко, но нежно. Россыпь поцелуев мурашками по телу... Чимин замирает. Принимает. Ждет...       Рука скользит ниже, по часто вздымающейся груди, напряженному животу...ниже... Замирает. Оглаживает бока, поясницу... ниже... Дыхание сбивается к хренам собачьим. Страх и паника сковывают разум. Взгляд мечется по светлому кафелю и натыкается на гладкий метал с деревянной рукоятью. Это же и есть выход! Выход и спасение...       Чонгук все видит. Печально усмехается, но продолжает сладкую пытку. Чимин решит за них двоих. Это будет правильно. Так будет лучше!       Близость конца подогревает желание и страсть. Это последняя возможность коснуться, последнее, что он хочет и может запомнить. А Чимин почему-то медлит, словно позволяет насладиться собой в последний раз. - Ты больной! Тебе лечиться надо!! - Меня излечишь только ты. Но это уже не важно... - Чонгук... - Я дал тебе выбор, хен. Чего же ты ждешь? - пальцы медленно проникают внутрь. Чимин вздрагивает, но не чувствует яркой боли. - Ты обещал... - Я обещал и больше никогда. Слышишь? - толчок и громкий вскрик.       Тело дрожит, но не от боли, а скорее немного страха и предвкушения. Чонгук удерживает, но едва запрещая что-то, а Чимин слишком в эмоциях, чтобы понять это. Еще толчок, глубже, по нарастающей. Поцелуи, множество поцелуев, нежно скользящих по шее и подрагивающим плечам. Потому что Чимина ведет, встряхивает конкретно! Он рыдает почти в голос, заглушаемый потоками воды и собственной ладонью. Не от боли...Скорее от обиды и отчаяния... Вот именно таким он и представлял их первый раз. Именно так и не иначе. - Ты мне так нравишься! Я мечтал быть с тобой рядом. Я... Прости, что так, прости, что именно я... Спасибо...       Стон все же срывается с пухлых губ, растворяясь в клубах пара. Наслаждение скручивает все внутренности, вырываясь наружу хриплым дыханием и мокрыми солеными дорожками по щекам. Чонгук осторожно отстраняется и покидает кабинку . Все...       Чимина накрывает истерика. Смех, плач, разбитые костяшки о мокрый кафель. На пол летит все, что попадается под руку: баночки с химией, щетка, бритва. Чимин смотрит на себя в зеркало, измученно улыбается и разбивает его вдребезги тоже. Его скручивает, ломает, но плакать он больше не может. Просто сесть на холодный кафель и ловить сотни отражений в осколках у стены.       Сколько проходит времени Чимин не знает. Именно таким, в той же позе его находит перепуганый Тэхен. Укрывает огромным полотенцем и отводит куда-то, скорее всего на кровать в спальню. - Ты Чимин, да? Меня зовут Тэхен, я друг Чонгука. Я обработаю твою руку, ладно? - Чимин кивает и отворачивается снова... Чонгук... Чонгук! - Чонгук? - Я не знаю где он. Он не звонил и не отвечал. Я решил проведать его, но все что увидел это дверь на распашку и тебя в разбитой ванне. Что произошло? Вы поссорились? Он тебя... - Снова изнасиловал. - Изнасил...Что? Сно... снова? - Ухмылка касается губ и Чимин снова улыбается, вспоминая эти нежные прикосновения в душе. Было ли это изнасилованием? Все указывает на то, что он сам позволил это с ним сделать. В этот раз именно позволил. Сам! - Я, я не знаю что сказать. Черт. - Тэхен падает на пол у кровати, не решаясь смотреть парню в глаза. - Чонгук не такой же! Нет! Он так тебя искал! Он так хотел...Он на работу устроился, хоть и учится, чтоб смог вас обоих обеспечить. Родители его поддержали, помогли купить эту квартиру... И... Он, он не такой, Чимин... Чеерт... Как же так?       Хлопок двери заставляет подскочить обоих. Чимин жмется к изголовью кровати, а Тэхен, напротив, поднимается, чтоб через секунду встретиться взглядом со своим соулмейтом. В голове даже мысль не укладывается, что Хосок мог бы сделать ему так больно! - Что, черт возьми у вас произошло?       На часах полночь. Хосок видит уже сон пятый точно, пока Тэхен пытается дозвониться до Чонгука, и пока не находит разряженый телефон того на подоконнике. - Где же ты лазишь, чудо? Чимин? - Парень робко проходит в кухню, слегка улыбнувшись. - Можно? - Да! Конечно! Тебе лучше? Чай... Ээ.. Кофе? Я не знаю что... - Все нормально, правда. Спасибо большое. - Господи, да за что спасибо то? Бледный такой... Прости, прости пожалуйста, мне так стыдно за него! - Ты хороший друг, Тэхен. Жаль у меня такого никогда не было. - Да я его убью, когда увижу! Да я... - Ты сказал, что он купил эту квартиру... - Для тебя. - Чимин дергается, словно обжегшись. Но продолжает слушать. Если так подумать, то он мог давно уйти отсюда. Пойти в полицию, снять все улики и сдать Чонгука с потрохами. А еще лучше просто позвонить хену. Кстати, где его вещи? В рюкзаке должна быть записная книжка с номерами. - Он долго капал мне на мозги стоит ли делать ремонт и что бы тебе понравилось, а что нет. Боже мы неделю только диван выбирали! - Тэхен фыркает и улыбается, но улыбка сразу исчезает, стоит только взглянуть на бледного Чимина. - Я понимаю тебя и соглашусь с любыми твоими действиями. Но, прежде, чем ты... вобщем, можно я поговорю с ним до того, как... Черт. - Расскажи мне, какой он на самом деле, Тэхен? - Чимин ловко переводит тему, потому что не знает, что ответить. - Я не могу понять маски ли это? Или это настоящий он? Расскажи мне что-нибудь, потому что я не знаю что мне на самом деле делать и на что я готов пойти. - Тэхен улыбается, приставляя стул ближе. - Я все же сделаю нам кофе.       Снова этот прекрасный запах выпечки и крепкого кофе. Мягкие простыни, пропитаные ароматом кондиционера и приятного парфюма никак не могут отпустить Чимина "на свободу". Сегодня он выспался как никогда. Он чувствует себя отлично. По крайней мере это лучшее, на что он сейчас способен.       На кухне слышны голоса, но Чимин сначала идет в душ, бардак в котором ему вчера, а вернее сегодня утром, помог разобрать Тэхен. Он очень хороший человек и, возможно, немного даже прав на счет Чонгука. Может, он и правда не такой... Какой именно Чонгук Чимину и хотелось бы узнать. Очень. Наверное это глупость, но...Да, глупость. Чимин вообще по жизни глупый. - Доброе утро! Как спалось? - Хосок кивает на чашку горячего кофе и мягко улыбается, глядя на Тэхена. - Вы такие счастливые. - Чимин не мог не сказать этого. Он немного завидует даже, по доброму конечно. И немного, самую малость, но Чонгука понимает. Им тоже так хотелось, и хочется... Где его черти носят? - Я звонил его родителям, но у них связь не доступна. Номера его брата я не знаю. Боже, он же не наделает глупостей, да?       Чимин не должен переживать! От слова совсем. Но он быстро находит свой рюкзак и все же вылавливает пальцами на дне небольшую записную книжку, на номера в которой обещал себе больше не звонить. На все, кроме одного. Юнги всегда был рядом. Юнги всегда приходил на помощь. - Я могу одолжить у тебя телефон? Я позвоню брату, он может помочь. - Да, конечно. Держи.       Цифры прыгают и размываются. С третьей попытки Чимин слышит гудки. - Приведите его в порядок, черт возьми... Ало! Капитан полиции "..." Мин Юнги. - Хен, - слезы почему-то непроизвольно катятся из глаз и Чимин шмыгает носом. - Твою мать! Чимин, малыш, это ты? Где ты? Я сейчас же выезжаю! Ты в порядке? - Хен, все хорошо. Я у друга, - Тэхен кивает, но ему почему-то не ловко, - мне нужна твоя помощь. - Чимин, не зли меня. Помощь сейчас нужна тебе! Мне нужны твои... - Хен, прошу! Я все сделаю. Я скоро приеду. Просто... Мне срочно нужен телефон одного человека. - Ты сдурел что ли? Чимин, ты нормально себя чувствуешь? Боже, я уже знаю где ты. Сиди и не рыпайся. - Хен, мне срочно нужно найти его. Возможно еще не поздно, слышишь? Ты же помнишь, что я тебе говорил? Он может помочь мне найти Чонгука! Хен! - Чон Чонгука? - Да, хен. Боже, не начинай только, ладно? Мне нужно с ним поговорить! - Чимин устало вздыхает, понимает, что ничего хорошего тон голоса брата не предвещает. Юнги ненавидит Чонгука заочно, за то, что несколько раз чуть не лишил младшего жизни. Узнал бы он за изнасилование... - Того самого, который изнасиловал и избил тебя, приковав к кровати и заперев в квартире? Позвони ты минутами позже и вряд ли бы тебе пришлось его искать, что бы поговорить. - Ххеен... Что ты...? - Он сам пришел. Сволочь. Если бы я был более аккуратен, то еще вчера узнал бы адрес. Дуй сюда для показаний! Я пришлю за тобой машину.       Вот так и должно быть! Чонгук-насильник за решеткой, а Чимину спокойная жизнь. Все так и должно...       Тэхена трясет, но он молчит, ни о чем не просит, хотя мог попросить Чимина не делать этого. Он растроен, Хосок тоже. Ведь для них Чонгук это что-то светлое, веселое, искреннее. Вот только Чимин тоже не может сказать, что Чонгук преступник и злодей. Он сорвался. Как и сам Чимин. Только Чимин сбежал, а Чонгук не сдался! С другой стороны, встреться они в другом месте и при других обстоятельствах, Чимин сто процентов отшил бы его и глазом не моргнул.       Первое, что видит Чимин, перепуганое лицо Тэхена, затем злющего Юнги, взгляд которого медленно оттаевает при виде младшего брата и Чонгука. Разбита губа, бровь, порвана футболка и босые ноги... Он выбежал на улицу сразу после душа! Чимин дергается, но рык старшего брата не позволяет приблизиться. - Сначала анализы и показания! Нет... - Нечего тебе больше с ним разговаривать! Нет... - Малыш, не переживай, все будет хорошо. Тебя осмотрят врачи... - Нет!       В участке довольно шумно. У Юнги отдельный кабинет, но шум голосов и бесконечные телефонные гудки, кажется, просачиваются сквозь стены. Нервирует. А еще нервирует Юнги, который решает за него. Нервирует Чонгук, потому что "нахрен вообще сюда приперся? ". Нервирует... - Нет! Никаких показаний, ясно? Я сам во всем разберусь! - Чимини, послушай... - Он меня не насиловал! Ясно!? - короткий взгляд в сторону и мурашки по коже. Чонгук не смотрит на него, куда угодно, но не на него. - Он дал точные показания... В принципе их и улик хватит, чтобы засадить... - Перестань, Юнги, прошу. Хватит, - Чимин устало усмехается, - тебе ли не знать, что ты сделаешь только хуже.       Снова какой-то звонок, бумаги на подпись и какое-то совещание через пол часа. Чимина снова все раздражает. Ему хочется, чтоб их наконец-то оставили в покое. А еще поговорить. Ему хочется много и о многом поговорить, только перед этим забрать Чонгука "домой" и привести в порядок. - Чимин, он прав. Я сам пришел. Все правильно, слышишь? Уходи. Я не смогу, если не с тобой, то я просто сойду с ума... Уходи, прошу. - Еще раз хоть пальцем его тронешь... - Замолчите оба!       Первым отмирает Тэхен. Крепко сжимает руку брюнета в знак поддержки и сразу же отпускает. Хосок уводит его из кабинета, тихо бросая, что они подождут "его" или "их" в машине. Выбор только за ним. - Ты не открыл дело! - Чимин улыбается, а Юнги готов Чонгуку еще раза три хорошенько вмазать за алеющий синяк на шее и ключице младшего. - Хен, отпусти нас. Я так устал. - Нет! Господин Мин, я сам сюда пришел! Я.. Я сорвусь и опять... - Закрой рот, Чонгук, неужели ты ничерта не понял? Он пришел тебя отсюда забрать! Дубина. Если он пришел тебя забрать, то уходить он явно не планирует. Но... - Юнги смотрит на брата, потрясая указательным пальцем у самого носа, - профукаешь его доверие, камера для тебя всегда свободна! - Боже, хеен! - Чимин зарывается носом куда-то в шею брата, но тут же отстраняется и идет к Чонгуку. - Осторожно, у него вывихнуто плечо. - Что? - Ну, я не расчитал немного. Знаешь ли не до этого было, когда приходит этот босоногий качок и с ходу признается в изнасиловании родного брата. А? А?       Самое сложное это спуститься по лестнице к машине. Чонгук тяжелый и постоянно пытается отстраниться. - Я что противен тебе? - Что, нет! - Впервые Чимин видит на его лице искреннее возмущение и смущение одновременно. - Тогда поехали домой, Чонгук. Я безумно голодный, а ты так и не покормил меня булочками, которые учился готовить для меня.        Чонгук измученно хмыкает: - Что еще рассказал тебе Тэхен? - Много чего интересного, но вовсе не это изменило мое решение... Чонгук, я все еще не уверен и не доверяю, мне все еще страшно. Давай научимся доверять вместе и не дави на меня сильно, ладно? - Не буду! - И не говори типа " я сделаю все, что ты скажешь " или "искуплю вину любой ценой ". Прошлое это прошлое. Забыли! Ладно? Я не хочу, чтобы оно мешало нашему настоящему и... будущему. Давай начнем с чистого листа! - Тогда... Чимин, ты пойдешь со мной на свидание?       Вот теперь все встало на свои места. Чимин искренне улыбается, глядя на искривленную от боли улыбку своего соулмейта и думает, какие же они идиоты. Он крепче сжимает теплую ладонь и делает глубокий вдох. Сейчас все именно так как и должно быть! Что дальше не известно никому, но на душе стало легче. Теперь не нужно бежать. Можно смело идти вперед! - Я буду припоминать это ему вечно! - Тэхен, ему и так хреново. Ты посмотри на него? - Да ему молиться на Чимина нужно! - Тэхен, он все еще твой друг... - А я буду чисто по дружески промываеть ему мозги. Периодически. - Думаю, Чимин с этим и сам справится. - Одна голова хорошо, а две лучше! - Солнышко, успокойся. Ты себя слышишь? - Слуушай, Хосок, он же сутки ничего не ел! Боже! Так, давай завезем их домой и в магазин! -... - Ну чего ты завис? Помоги ему сесть в машину! -... - И НИ СЛОВА, ХОСОК, НИ СЛОВА!