Апофеоз частиц

Целый день шел дождь. Непрекращающейся стеной тяжелые капли падали с неба и, попадая на землю, превращали ее в грязное месиво. К моменту, когда я дошел до дома, вся моя одежда была насквозь мокрая, а волосы неприятно липли к лицу. Прошло почти две недели, как я вернулся со своего первого «крупного дела». Сейчас все шло своим чередом. Я все также торговал вместе с Джоном на точке. Иногда к нам еще присоединялся Ян, но чаще он бегал по каким-то другим делам, о которых не распространялся. Постепенно, день за днем, все происходящее теряло некий шарм опасности и превращалось в обыденную рутину. Если быть честным, то я был даже рад этому. Не люблю бессмысленный риск, чувство опасности и никогда не испытывал потребности в адреналине. Мне было проще, когда все спокойно, понятно, неспешно. Я люблю решать сложные задачи, но не в случае, когда тебе даются минуты на ответ, а в случае неверного выбора весь твой дом взлетит на воздух. Так что я даже был рад, что настолько привык ко всему. Постепенно изможденные лица моих клиентов стали превращаться в самые обычные маски. Я не воспринимал их больше, как людей. Для меня они были лишь теми, кому можно толкнуть дозу, а остальное меня не волновало. Задумываясь обо всем, я порой пугался, как быстро исчезает во мне все человеческое. Но у меня была своя жизнь, свои цели, мечты… У меня была Мэйбл. В минуты, когда мне становилось до чертиков мерзко от самого себя, я понимал, что сама жизнь толкнула меня на совершение преступления. Кому-то повезло, и он может без вреда для себя воплотить задуманное в жизни. Мне не повезло, но это не значит, что я опускаю руки. Сбросив с себя мокрую одежду, я прошел на кухню. Деревянный пол неприятно холодил и без того озябшие ноги. Сейчас было бы неплохо выпить горячего чая. Да, самое то, чтобы согреться. Поставив чайник на плиту, я уселся на стул и облокотился на спинку. Сегодня никуда не нужно было идти, а, значит, можно будет посвятить день отдыху и подготовке к завтрашней контрольной. Тут дверь с грохотом отворилась, и кто-то, кряхтя, ввалился в дом. Услышав всего несколько первых звуков, я весь напрягся. Сразу стало понятно – хорошего не жди. - И какого черта ты дома? – на кухню вошел отец, в руках у него была недопитая бутылка виски, а с одежды стекала вода. - Сижу, - тупо ответил я. И правда, что тут можно еще ответить? - Сидишь, - прокряхтел он и уселся на рядом стоящий стул. – Вот именно, сидишь и жрешь мою еду. Мой хлеб, который я зарабатываю. Я промолчал. Все повторялось раз за разом. Ему просто нужен был повод, чтобы задеть меня, но ничего. В этот раз не выйдет. В этот раз я абсолютно спокоен. - Наложи мне пожрать, - гаркнул он. Без лишних слов я открыл холодильник и достал оттуда вчерашний картофель с кусками жареной курицы. Конечно, можно было бы уйти, проигнорировать, но из моего горького опыта ничем хорошим это не заканчивалось. Поставив еду в микроволновку, я принялся ждать, утопая в этой гнетущей тишине. Все это время отец сверлил меня взглядом. Мне хотелось исчезнуть, убежать отсюда как можно быстрее, но я ждал. Ждал, стараясь отвлечься разглядыванием маленьких фигурок слонов, которые стояли на верхних кухонных полках. Это была мамина коллекция. Звонок сообщил о разогревшейся еде, и, достав ее из микроволновки, я поставил тарелку перед отцом. - А где вилка? Я вернулся к кухонному столу и достал из выдвижного ящика столовые приборы. Но то ли из-за вспотевших ладоней, то ли из-за моей невнимательности они выскользнули из рук и со звоном рассыпались по полу. - Как можно быть настолько никчемным, - прошипел отец. Нагнувшись, я быстро начал собирать рассыпанные по полу вилки и ножи. - Тупой щенок, которого надо было утопить еще в детстве. А ты знаешь, что ты не мой сын? – усмехнулся он, отпивая из бутылки. – Твоя мать блядовала, а потом повесила вас с сестрой на меня, чтобы я вас тащил. Не дождется! Я вас урою. Сожгу вместе с этим домом, пока вы будете спать. Удушу в своих собственных постелях… Бросив собранные столовые приборы в раковину, я достал из шкафчика новые и положил их перед отцом. Все было до отвращения банально. Мне давно стало все равно на его оскорбления и пьяный бред, но стоять здесь и выслушивать все это дерьмо я не собирался. Не дожидаясь его дальнейших высказываний, я пошел в сторону выхода, стараясь из последних сил сохранять самообладание. Но, стоило мне сделать всего пару шагов по направлению к двери, как отец ухватил меня за край рубашки и дернул на себя, не давая возможности уйти. - Куда ты, сукин сын, собрался?! Стой здесь, пока я говорю! Дернувшись, я высвободился из его хватки. - Не смей ко мне прикасаться, - прошипел я, с трудом узнавая свой голос. Настолько он был пропитан ненавистью и отвращением. В следующий миг стул летит в сторону, и отец, поднявшись со своего места, вновь хватает меня за шкирку и встряхивает. Вырваться на этот раз почти нереально. Он выше меня на голову, а еще и сильнее. Я был всего лишь жалкой бесполезной тряпичной куклой, которая не может дать отпор. В такие моменты мне еще больше ненавистно мое слабое тело. - Видимо, ты забыл, что бывает за грубость?! – прогремел его голос. – Тебе давно нужно было преподать урок за твою борзоту. Следом посыпались удары. Несколько из них пришлись по лицу, по голове… Я не чувствовал боль, только обиду. Обида разрасталась в груди и комом подступала к горлу. Хотелось блевать. Хотелось выжечь из себя все эти мерзкие чувства и ничего не ощущать. Забыться. Почему это так сложно? Я не помню, как вырвался и бросился бежать на улицу, по пути схватив валяющуюся на полу куртку и кеды. Снаружи все так же шел дождь, и, оказавшись за пределами помещения, я сию минуту вновь намок. Стоя под падающими каплями, я поднял лицо к небу и постарался отдышаться. Сердце билось, как сумасшедшее и будто хотело вот-вот выпрыгнуть из груди. Мне была непонятна моя реакция. Это все было настолько банально, обыденно, но каждый раз било и ранило сильнее свинцовых пуль. Постепенно к телу вернулась чувствительность, и я ощутил, насколько сильно горит лицо. Домой возвращаться было нельзя, поэтому я просто побрел вперед по улице, проходя мимо однотипных старых домов. Мысли пчелиным роем кружились в голове, жалили и не давали отвлечься. Была бы возможность, я бы прямо сейчас сбежал из дома. Вот действительно сбежал, начал бы снимать где-нибудь комнату, продолжая учиться и работать. А потом бы закончилась учеба, и все стало бы еще проще. Меня бы ничего не держало здесь, и я бы уехал, даже если бы в кармане была бы всего пара баксов. Но все это было всего лишь иллюзорными мечтами и невозможными вариантами развития моей жизни. Говорят, что человек волен поступать так, как ему хочется, но также у него есть еще и обязанности, ответственность перед кем-то. Поэтому, как бы больно мне ни было, я буду продолжать терпеть и не обращать внимания на свои переживания. У нас с Мэйбл одна судьба, и сбегать одному – самое мерзкое и подлое, что я мог бы сделать. - Эй, Пайнс, что ты тут забыл? Я и сам не заметил, как ноги привели меня на 5-авеню. Джон и Ян удивились, увидев меня здесь сегодня, так как по вторникам я обычно оставался дома. На самом деле, прийти на «точку» было не самым лучшим моим решением, так как меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы мне устроили допрос. Возможно, нужно было просто пошататься по центру или отсидеться в каком-то парке. - У тебя какие-то проблемы? – спросил Ян, разглядывая мое «разукрашенное лицо». - Ничего, - ответил я, отводя взгляд. – Небольшие семейные неурядицы. Не против, если я тут с вами побуду? У меня, конечно, нет с собой товара, но, может, я вам помогу чем-нибудь… - Да без проблем, - кивнул Ян, снимая со спины рюкзак и открывая его. – Я дам тебе часть своего товара, после продажи, как и всегда, 20 процентов от выручки тебя… Хотя, слушай. Мне тут нужно документы кое-кому передать. Ты же знаешь Сайфера? Я кивнул. - Так вот, Хейз поручил мне передать ему сведения о новых поставках, а у меня нет никакого желания сейчас куда-то ехать, к тому же, я пока без машины. И вот думаю, раз тебе сейчас нечем заняться, может, сгоняешь? А я тебе за это 50 баксов дам. Сначала мне захотелось отказаться. Я был не в том состоянии, чтобы брать на себя сейчас какие-то ответственные поручения, к тому же, у меня не было никакого желания снова видеть Билла. Но, поразмыслив, понял, что это довольно легкие деньги. Ведь нужно будет всего лишь приехать и отдать какие-то жалкие бумажки. - А потом я смогу сюда вернуться? – спросил я после небольшой паузы. - Да не вопрос. И мне поможешь, и себе выручку больше сделаешь. - Тогда я согласен. Куда нужно идти? Как выяснилось, Сайфер жил в северном районе города, в самом обычном спальном районе, где располагались многоквартирные дома. Я знал это место, потому что пару раз приходилось там бывать, когда помогал своему знакомому с доставкой товаров. Это такой типичный район среднего белого класса, с идеальными клумбами, чистыми улицами и колясками на каждом углу. На самом деле, меня это удивило. По моим стереотипным представлениям люди, связанные с наркобизнесом, должны жить в шикарных закрытых апартаментах или, наоборот, в городских гетто. Дойдя до остановки, я сел в нужный мне автобус и тут же откинулся на мягкую спинку сидения. Дорога предстояла долгая, и можно было подремать. Прикрыв глаза, я очутился в спасительной темноте, и казалось, что сразу стало легче. Может, мне просто нужно отоспаться? Говорят, что все проблемы от мыслей, и рефлексия не приводит ни к чему хорошему, поэтому, если плохо и больно, нужно просто спать. Сон - лучшее лекарство. Не знаю, сколько я пролежал в полудреме, слушая краем уха оглашение остановок и шум машин за окном. Тут автобус налетел на кочку, и я инстинктивно открыл глаза. Мой взгляд тут же наткнулся на пожилую женщину. Такая типичная изнеженная старушка в аккуратной шляпке и с маленькой сумочкой. Только вот непонятно, что она делает в автобусе. У таких обычно всегда есть свое собственное авто с личным водителем, и им не приходится тратить время на общественный транспорт. Что меня поразило, так это ее глаза. Темно-зеленые, со светло-карей каемочкой вокруг радужки, и большие, как у маленького ребенка. Почувствовав на себе мой пристальный взгляд, она посмотрела на меня, и на ее лице тут же отразилась какая-то материнская жалость, но между тем худые морщинистые руки все равно крепче сжали маленькую лиловую сумочку. Наверное, думает, что я какой-то мелкий преступник, вор… Хотя, с моим-то украшенным синяком лицом это не удивительно. Я вновь посмотрел в окно. Мы выехали из центральной части города, и теперь вдоль дороги все чаще появлялись маленькие «пряничные» домики. Многие из них были выкрашены в нежные цвета, а рядом со входом обязательно стояли горшки с растущими хризантемами. Вот еще один, такой же как и множество других здесь, стоит и сияет всем своим спокойным великолепием. Я заметил, что у входа лежали несколько велосипедов. Два взрослых, скоростных, и один маленький, ярко-красный, с причудливой корзиночкой на руле. Я хотел разглядеть их получше, и повернул голову немного назад, чтобы захватить взглядом ускользающий двор, но ничего не увидел. Дальше все провалилось в непроглядную холодную тьму. Я стоял в незнакомом подъезде перед дверью с номером 213, и за ней уже слышатся приближающиеся шаги. Полная растерянность, дезориентация, а в горле будто застрял ком. Где я? Что произошло? Оглянувшись по сторонам, я еще больше убедился, что не имею представления, где нахожусь. Самый обычный подъездный пролет с тремя дверьми и светло-бежевыми стенами. Я почувствовал, как подгибаются мои ноги, и с каждым мгновением мне все сложнее стоять. Тут дверь с номером 213 отворилась. На пороге стоял Сайфер, смотрящий на меня с неприкрытым удивлением. - Сосна, не ожидал тебя здесь увидеть. Особенно такого, ммм… «разукрашенного». Я с трудом узнаю его голос и еще больше не понимаю, что тут делаю. Зачем я пришел? У меня такое чувство, что весь мой мозг перемололи в кашу. - Так что тебе? Документы. Мне нужно их передать. Я потянулся к своему рюкзаку и достал оттуда толстую папку в ярко-желтой обложке. Хорошо, что она на месте. - Мне нужно было тебе это передать, - сказал я, с трудом сдерживая дрожь в руках. - Блять, - выругался Сайфер и, схватив меня чуть повыше локтя, втащил в квартиру и тут же закрыл дверь. – Ты совсем что ли – отдавать мне такие вещи в подъезде? Может, лучше сразу сделать это в полицейском участке? Выхватив папку у меня из рук, Билл открыл ее и быстро пробежался по ней взглядом. - А да, Хейз мне говорил про это… Ты чего такой контуженный? - Билл, - с трудом выдавил я. – Я не помню… Не помню, как очутился здесь. - В смысле? - У меня такое бывает. Провалы в памяти или что-то вроде того. Не так часто, если быть честным… Сколько сейчас времени? - Вроде десятый час. От услышанного у меня были ощущения, что меня только что облили холодной водой. От Яна я вышел не позже четырех. - Не знаю, где был больше пяти часов… Сначала был автобус, а потом я перед твоей дверью и не знаю, как пришел сюда. Сайфер внимательно слушал меня. Молча. Не перебивая. А потом, развернувшись, прошел в другую комнату. - Проходи. Квартира Билла оказалась большой студией с минимумом мебели и огромным количеством вещей, находящихся в невероятном хаосе. Первое, что бросилось в глаза, были книги. Целые стопки книг, похожие на небольшие башенки, стояли в разных частях комнаты и создавали иллюзию заброшенного города. Приглядевшись к одной из таких «башенок», я увидел на самом верху потрепанные томики Ницше «Так говорил Заратустра» и «За пределами добра и зла», которые благодаря своим небольшим размерам по сравнению с другими книгами действительно выглядели, как маленькие чердачки на многоэтажных зданиях. Основу же всей этой постройке составляли неизвестные мне восточные философы. Другие «башни» в основном были посвящены химии, которые включали в себя издания, являющиеся сборниками научных работ, а также самые обычные университетские учебники. На какой-то миг мне показалось, что я нахожусь в логове студента медика. Ну, или химика. Никогда бы не подумал, что Сайфер так любит читать. Еще здесь была кровать, письменный стол, заваленный всяким хламом, и некое подобие барной стойки, на которой стояло несколько открытых бутылок виски. Открыв одну из них, Билл налил в стакан светло-коричневую жидкость и поставил передо мной. -Я не пью, - поспешно пробормотал я. - Не валяй дурака. Это самое то, чтобы привести мозги в порядок, - налив себе тоже, Сайфер сразу же осушил стакан. Не люблю алкоголь и, если быть честным, по-настоящему пьяным я никогда не был. Меня попросту не привлекали эти шумные вечеринки, да и лишних денег не было. Но тут, поддавшись какому-то мимолетному, необъяснимому порыву, будто действительно веря в его чудодейственное свойство, я в один присест осушил стакан. Напиток тут же обжег горло, и я закашлял. - Да уж, а ты и правду еще совсем зеленый, малец, - рассмеялся Сайфер, усаживаясь на стоявший рядом стул. – И все же, что ты забыл здесь, Сосенка? - Я же тебе говорил, что необходимость в деньгах. Семейные обстоятельства. Ничего интересного. - И, как понимаю, именно эти семейные обстоятельства расквасили тебе лицо? - Представь себе, - хмыкнул я. Может, все же стоило сразу уйти? А ведь Сайфер был прав, и виски действительно помогло. Сразу стало тепло и спокойно, а руки перестали дрожать. - Кстати, я тебя вспомнил, - внезапно сказал Билл. – Ты жил по соседству, когда мы кантовались в каком-то южном районе. Паршивое местечко. - Я все еще там. - Теперь понятно, почему ты так рвешься сюда. Только вот знай, что к нормальной жизни ты не вернешься и при большой вероятности кончишь от передоза, как и все «детишки Хейза». - Я не наркоман. - Ну, значит, в тюрьму попадешь. Тоже не особо радужная перспектива, - усмехнулся Сайфер. – У тех, кто попал в систему, нет счастливого будущего. - Даже у тебя? - Неужели я так похож на того, кто испытывает потребность в счастье? По-моему, это ты так рвешь жопу, чтобы построить себе уютный домик где-нибудь в спальном районе и всю свою жизнь ездить на работу в офис. Для меня это все игра. Безудержное веселье нашего сумасшедшего мира! – воскликнул он и отпил еще виски. На этот раз прямо из бутылки. - Я не знаю, что будет в будущем. Мне просто хочется помочь сестре убраться отсюда. На себя мне по большому счету плевать, - тихо проговорил я, не замечая, как у меня развязывается язык. - Такой правильный мальчик, который не принимает наркотики, не курит, не пьет, отдающий последние сбережения, чтобы помочь сестренке? И при этом выросший в таком ублюдском районе, где бить морды – обычное занятие. Да ты, видимо, святой. Неужто нас ожидает второе пришествие Христа, - засмеялся Сайфер. – Знаешь что, Сосенка. Кончай заниматься ерундой и живи для себя. Жизнь слишком коротка, чтобы въебывать для других. А ты рискуешь жопой, и могу сказать, что не хило так. - Я уйду от Хейза, как только заработаю Мэйбл на колледж. Это все, что мне нужно, - проигнорировал я большую часть его пламенных речей. Обсуждать с Биллом свое будущее – меньшее, чего мне сейчас хотелось. - Только не подохни раньше времени. Амнезия – это не шутка, Сосна. - Как-нибудь справлюсь, - ответил я, поднимаясь со своего места. – Я, наверное, пойду. - Знаешь, мне сейчас надо ехать по делам в сторону южного района. Могу подбросить. Ответить отказом было бы самым верным решением в данный момент. Меня тошнило от его советов, общества, и уже хотелось остаться одному. Но трезво оценив свои возможности, я понял, что добраться до дома будет проблематично. Автобусы то уже не ходят. - Я твоего ответа ждать сутки не собираюсь. - Хорошо, я поеду. За окном мелькали ночные огни, которые отражались во всех так же падающих с неба каплях дождя. После разговора с Сайфером мне стало еще неуютнее, и причиной было то, что он озвучил мои мысли, которые мучили меня несколько лет. Он будто был моим злым близнецом, черной эгоистичной сущностью, которую я так старательно прятал в глубине себя. Но в итоге встретился с ним лицом к лицу. В пути мы не разговаривали, но я отчетливо ощущал на себе его заинтересованный взгляд. Будто я был кроликом для экспериментов. Прекрасным образцом, который попал в поле зрения ненормального ученого. Машина остановилась у дома. - Спасибо, - сказал я, открывая дверь. - До скорого, Сосна, - махнул мне рукой Сайфер и тут же поехал дальше по темной улице. Я остался один в глухой ночной тишине. Мне все еще чертовски не хотелось возвращаться домой, но сил, чтобы шататься по улицам, совершенно не было. А еще меня мучили мысли о выпавшем из сознания времени. Что же там случилось? И как это поспособствовало очередному приступу. Меня пугала вся эта ситуация, и я все больше склонялся к тому, чтобы сходить к врачу. Да, наверное, так и сделаю. В будущем, когда будут время и деньги, а сейчас их, увы, нет.