Оттолкни меня поближе.

— Запишите домашнее задание в дневники, — слышится противный голос преподавателя. Именно после этой фразы нелегально заканчивается мой последний на сегодня урок. Учеными давно доказано, что зимой дни короче ночей, однако, сейчас первые тянутся бесконечно, словно сгущенка, стекающая по ложке обратно в банку лишь оттого, что была взята в избытке. Перенесите избыток учебных часов в графу «мое свободное время», пожалуйста. Честно говоря, весь этот урок, - урок географии -, я просидел в интернете, бесцельно листая новостную ленту, отвечая на бессмысленные сообщения пустых людей такими же пустыми и бессмысленными сообщениями, зависая в группах с грустными цитатками… В общем, выживал, как мог, пытаясь найти достойное себе занятие. Руки наконец-то откладывают телефон в сторону, но взгляд всё же останавливается на очередной записи по типу: «Вчера узнала о группах смерти», «берегите себя и своих близких» и далее по списку. Текст не читаю, он мне давно известен, а вот задание с доски записываю в тетрадь, после сгребая всё, что было на парте, в рюкзак, и оставляя лишь мобильник. В последнее время об этих группах стали говорить слишком часто, это начинает раздражать. Поток моих мыслей прерывает слишком громкий шепот одноклассницы: — Господи, — с нотками ужаса в голосе тянет она, — вы слышали? Еще один… Люди в кабинете оживляются, три ряда поднимают гул, который не слабо бьет по моим ушам, но я всё еще надеюсь услышать от вестницы сие новости какие-либо подробности: во мне рождается интерес, а это ничего хорошего за собой никогда не влечет. — Вчера четырнадцатилетнего подростка нашли под окнами многоэтажки… — доносится до меня. — Родители уверены, что это всё пошло из интернета. Так, это неважно… О. На руке ребенка были обнаружены свежие порезы, образовывавшие одну единую картинку — изображение кита… — Кошмаар, — с долей наигранности тянет кто-то, но звенит звонок, заглушая весь прочий шум. Мне кажется, людям плевать на людей. Та девушка, которая читала… Ей просто интересно. Те слушатели, которые комментировали… Им просто больше нечего обсуждать. Мир утратил свою прежнюю доброту, люди утратили свою способность искренне сочувствовать. Общество сгнило, в этом времени никому нет ни до кого дела. Я моментально закидываю рюкзак на плечо и буквально вылетаю из кабинета, а после, наскоро запахнувшись в куртку, и из здания школы. На улице идет снег. Белоснежные снежинки кружатся в танце с ветром, а тот, в свою очередь, каждый раз подхватывает невесомые тельца, не дает им приземлиться на землю, упасть с небес и осквернить себя. Очередной его порыв заставляет меня поежиться от холода и быстрым шагом направиться в сторону остановки, уняв навязчивое желание любоваться тем, что меня окружает. Затыкаю уши наушниками и включаю самую новую песню в любимом плейлисте, буквально растворяясь в ней. Улицы непривычно пусты, город будто бы до сих пор спит, пусть стрелки часов давно миновали ранние часы, и, наверное, это хорошо. Я люблю тишину; люблю оставаться наедине с собой; люблю в такие моменты много думать о том, что меня тревожит. Как ни странно, в голову сразу закрадывается мысль о той игре, именуемой «Синим китом», кажется. Нехотя достаю телефон из кармана куртки уже дрожащей рукой, автоматически ввожу пароль и, поднеся продрогшие конечности ко рту, выдыхаю на них теплый воздух. Я уже у остановки, но автобуса пока не видно, это повод ответить на сообщения, полистать ленту или на худой конец почитать старые переписки. К слову, новых сообщений нет, и это давно не тревожит меня, ведь интернет — лишь имитация жизни, где дружба — иллюзия, чувства и эмоции — фальшь, а за улыбками-скобками зачастую прячутся душераздирающая боль и вселенская грусть, поэтому моей следующей целью становится бесконечный поток ненужной информации. Крис выложила новую фотку, Ив репостнула запись про отношения, а… Опять «Киты». На этот раз я торможу и пробегаюсь по тексту внимательным взглядом. «50 дней…пишут хэштеги…конец игры — смерть»…Бред какой-то. Временно блокирую телефон и вхожу в полупустой автобус, который успел подъехать, пока я был занят текстом. К слову, отыскав любимое место у окна, я вновь устремляю свой взгляд на ровные строки. Меня влечет это. Мне интересно, и это далеко не здоровый интерес. Руки сами нажимают на кнопку «Запись», маячившую перед глазами, а после печатают нужные для игры хэштеги и соответствующий текст. «Готово». Убивают себя только слабые люди…так насколько силен я? Мне пишут практически сразу, но я, открыв диалог, не читаю сообщение, а перехожу на страницу так называемого куратора. Как и ожидалось, она фейковая: ник — Синий Кит, один друг — Тихий Дом и несколько записей о том, как же здорово порезать вены или искупаться с феном, — ничего интересного. Я возвращаюсь к сообщению. Синий Кит, 15:24. Здравствуйте. С этого момента Вы являетесь официальным участником игры «Синий кит». Готовы? Какой забавный. Конечно же, я готов. W W, 15:25. Здравствуйте. Да. Какое первое задание? Вижу, что набирает сообщение, но я не стану читать его сейчас. Поднимаюсь с места, прохожу вперед по своеобразному коридорчику и, отдав водителю железные монеты, выхожу на улицу.

***

Отсылаю последнее на данный момент сообщение своему первому суициднику и откладываю телефон в сторону, разминая спину. Осталось отчитаться перед зачинщиками сия цирка, потому я захожу в беседу и впервые отписываюсь в ней. Синий Кит, 15:26. Кто нашел себе жертву? Я. Тихий Дом, 15:26. Вау, Максик тоже решил выйти на охоту и наконец-то повеселиться? Синий Кит, 15:26. Не называй меня так, въебу. Поднимаюсь со стула и медленными шагами иду на кухню: мне нужен кофе. Крепкий черный кофе внутрь, пожалуйста. К слову о той самой игре, коей меня обременили приятели, на самом деле я совершенно не понимаю, зачем написал этому человеку. Меня никогда не привлекали чужие страдания и уж тем более чужое нытье о том, какая же их жизнь дерьмовая, ведь это скучно. Такие люди быстро поддаются чужому влиянию, быстро привязываются к кому-то, а потом зачастую получают ножи в спину, но это не повод доводить их до самоубийства. Подключив чайник к источнику тока, я вновь захожу в беседу «Игра» и, протерев глаза тыльной стороной руки, опускаю уставший взгляд в экран. Тихий Дом, 15:27. Ну не злись, милый. Ужасно раздражают деформации моего имени (исключая единственное верное сокращение — Макс), различные «милые» обращения и прочее говно, но я игнорирую сообщение Эда и набираю свое. Синий Кит, 15:29. Зачем мы вообще этим занимаемся? Быть может, найдутся такие идиоты, которые действительно будут выходить в окна с кровавыми китами на конечностях. Тихий Дом, 15:29. Так зачем таким идиотам жить? Хороший вопрос, однако, даже самая последняя мразь может пригодиться, будучи живой. Никто не достоин смерти, даже если он сам ее жаждет. Впрочем, я не считаю, что настоящие душевнобольные суицидники будут сидеть во ВКонтакте и писать на своей стене о том, как им плохо, а потом еще и играть в сомнительные игры, где тебя ломают на протяжении 50 дней. Человек, который хочет поскорее покинуть эту жизнь, сделает это самостоятельно и максимально скрытно от умов чужих. Тихий Дом, 15:29. Или ты испугался? Тебе их жаль? Тихий Дом, 15:29. Неужели, ты сдашься? Я думал, ты побеждаешь во всех играх. Или ты уже не тот? Не будь тряпкой, не будь слабаком. Синий Кит, 15:30. Смеешься? Уж тебе я точно не проиграю никогда в жизни. Убираю телефон, блокируя его, и закрываю глаза руками. Не проиграю даже в такой игре…? Пожалуй, ведь это может развеселить меня хотя бы на некоторое время. Он знает, что предлагать. Соревнования... Жизнь и есть одна большая гонка, только вот без препятствий она не имеет смысла. Чайник щелчком сообщает о том, что вода в нем уже подогрелась. Быстро. Наливаю в кружку кипяток, сыплю внутрь ложку растворимого кофе и иду в свою комнату, по дороге едва слышно помешивая жидкость.

***

Войдя в дом, неспешно раздеваюсь, оставляя куртку на вешалке, а ботинки в шкафчике, и иду в свою комнату. Дома никого нет, и это неудивительно, ведь сестра говорила, что уйдет гулять с друзьями, а родители сейчас на работе. Бросаю сумку в угол и заваливаюсь на диван, включая телефон и открывая ВКонтакте. Два новых сообщения, вау. Mira Richter, 15:29. Май, ты где? Я тебя по всем страницам ищу! Как вернешься, пообедай. Я оставила тебе лапшу, она на барной стойке. W W, 15:37. Окей, спасибо. Но я не голоден сейчас, поэтому я открываю второй диалог. Как и ожидалось, мне написал Кит. Синий Кит, 15:25. Вы будете должны подтвердить свои намерения вступить в игру. Нарисуйте кита на своей руке и отошлите это мне. W W, 15:37. Отлично, ждите. И да, можно на «ты». Я сразу же беру первую попавшуюся под руку ручку и линией за линией вырисовываю на бледной коже кривое существо — синего кита. Фото, прикрепление файла, отправка. Синий Кит, 15:40. Как быстро. Молодец. Пока ты свободен, я разбужу тебя в 4:20. Ты не представляешь, как я жду этого.